Радостные крики рабов и зоан разнеслись по всему городу.
Они смогли убить великого полководца, который вел солдат, и вдобавок ко
всему смогли взять в плен феодала. Поэтому не было ничего плохого в
том, чтобы назвать это ошеломляющей победой.
Зоаны, которых до этого момента всегда убивали солдаты-люди,
восстановили свою гордость и уверенность в себе блестящим достижением -
взятием человеческого города, и поэтому были взволнованы.
И рабы, которых до сих пор продолжали осыпать клеветой и хлестать
кнутом их тиранические хозяева, трепетали от восторга, что их
освободили, и они осуществили свою месть.
Однако, в течение этого нахлынувшей огромной радости, только Сома испытывал сожаление.
- В таком виде это никуда не годится. Это не служит никакой цели…
То, на что смотрел Сома, не было зоанами или рабами, тонущими в восторге.
Он смотрел на разрушенные дома.
Трупы жителей города, которые превратились в жертв.
И огромная проблема, которая была видна рядом с ними.
«Зоаны, которые гордились своими военными заслугами.
Полулюди. В таком случае это безнадежно.
Гномы, которые празднуют свое освобождение.
Ничего хорошего, все напрасно. Бессмысленно.
Динозавр, который кричит о еще большей мести.
Бесполезно, бесполезно, напрасно!»
- Что же мне делать? Что же мне лучше всего было бы сделать?
Откуда-то из ушей Сомы доносился смех девушки, а он только и делал, что повторял свои слова.