Время проходит незаметно, и десять дней пролетели как один миг.
Когда Е Наньсюнь вышел из экзаменационного зала, он увидел, что снаружи ждут родители участников. Он бросил на них взгляд, отвернулся и направился прямиком на автобусную остановку, чтобы вернуться в больницу.
Хотя закрытые тренировки и соревнования удобно проходили в столице, он не мог уехать оттуда. Теперь, когда экзамены наконец закончились, он не мог ждать ни минуты.
Но в этот момент Е Наньсюнь внезапно остановился. Он безучастно смотрел перед собой, его лицо выражало потрясение...
Впереди, среди толпы, ожидавшей участников, в инвалидном кресле сидела его мать. Шэн Нуань толкала кресло и держала зонтик. Увидев его, они обе улыбнулись и помахали ему.
Через десять дней его мать уже могла стоять на ногах. На ней была шляпа, и выглядела она гораздо лучше, чем до операции. Девушка, толкавшая инвалидное кресло, была одета в толстовку с капюшоном и широкие брюки, которые подчеркивали её тонкую талию и длинные ноги. Она стояла и ухмылялась, в её улыбке читались хитрость и гордость за то, что ей удалось его удивить...
Хотя Е Наньсюню было уже восемнадцать, его впервые ждали на улице после экзамена.
Внезапно по его телу пробежала лёгкая дрожь. Сделав несколько шагов в их сторону, он понял, что его шаги стали почти невесомыми.
Шэн Нуань не заметила необычной реакции Е Наньсюня. Когда он подошёл к ним, она объяснила: «Доктор сказал, что тёте уже можно выйти на прогулку и подышать свежим воздухом... Не волнуйся, тётя идет на поправку».
Е Вань улыбнулась и взяла сына за руку. Когда она заговорила, её глаза вдруг заблестели от слёз: «Да, у меня всё хорошо. За последние несколько дней я многим обязана Нуань Нуань».
Когда Е Наньсюнь внезапно заявил, что собирается участвовать в конкурсе, Е Вань уже догадалась, что её сын изначально не собирался этого делать, а просто хотел о ней позаботиться.
Но благодаря Шэн Нуань она не дала упустить такую важную возможность для своего сына... Для Е Вань будущее сына было важнее собственного здоровья.
В эти дни Шэн Нуань наняла двух пожилых сиделок для Е Вань. После школы она приходила, чтобы присмотреть за ними. С момента выписки из больницы и до возвращения домой сиделки тщательно ухаживали за Е Вань.
Шэн Нуань, конечно, не отнеслась к этому легкомысленно... В конце концов, речь шла о её собственной жизни.
Е Наньсюнь поджал губы, помолчал немного, а затем сказал: «Спасибо...».
Его голос по-прежнему звучал тихо, но он впервые искренне, от всего сердца, поблагодарил её.
Машина остановилась неподалеку. Когда они подошли, телохранители помогли Е Вань и её инвалидному креслу забраться в машину.
Просторное заднее сиденье лимузина было довольно удобным, но Е Вань и Е Наньсюнь держались немного скованно.
Шэн Нуань достала из маленького холодильника бутылку воды и протянула Е Наньсюню: «Дома все готово. Отпразднуем, когда вернёмся».
Е Наньсюнь немного удивился. «Отпразднуем?»
Шэн Нуань подняла брови, как будто это было очевидно, и сказала: «Конечно, нам нужно отпраздновать! Отпразднуем пораньше. Я уверена, что ты обязательно выиграешь главный приз».
Е Вань, чувствуя себя беспомощной и не в силах перестать улыбаться, сказала Е Наньсюню: «Я не могу помешать Нуань Нуань устроить для тебя праздник. А Нань, на этот раз ты должен справиться, провал не возможен».
Шэн Нуань в замешательстве моргнула: «Е Наньсюнь, разве ты не молодец?»
В этот момент Е Наньсюнь, глядя в глаза Шэн Нуань и его матери, редко демонстрировал юношескую непосредственность. Он слегка приподнял бровь и сказал: «Стремлюсь к первому месту и борюсь за него».
Шэн Нуань на мгновение опешила, а потом расхохоталась.
«Ладно, ладно, похоже, нам и правда стоит отпраздновать, ха-ха... Тётушка, неужели Е Наньсюнь всегда был таким несносным?»
Е Вань слегка смутилась, а E Наньсюнь, стоявший рядом с ней, на мгновение опешил и быстро отвернулся.
По правде говоря, он редко проявлял такую юношескую и высокомерную натуру...
Вернувшись домой, Е Наньсюнь едва узнал свой дом.
Помещение практически полностью обновили. Изначально тёмное и тесное пространство стало намного просторнее, чище и светлее. Он был немного ошеломлен и инстинктивно посмотрел на Шэн Нуань.
Шэн Нуань прищёлкнула языком и усмехнулась: «Ну, когда я привезла тётушку обратно, я заметила, что во многих местах здесь было неудобно... поэтому я попросила кое-кого сделать ремонт. Не волнуйся, все материалы экологически чистые и безопасны для людей».
Выражение лица Е Наньсюня было довольно сложным для описания.
Найти что-то неудобное в чужом доме, а потом сделать там ремонт... На такое способна только такая девушка, как она.
Шэн Нуань толкнула его локтём: «Ну как? У меня неплохой вкус, правда?»
Е Наньсюнь промычал в ответ.
Шэн Нуань добавила: «Разве не здорово, что у тебя в партнёршах богатая женщина?»
Е Наньсюнь привык отвечать коротким «угу», но тут до него дошло, что она сказала. Он тут же поднял голову, и выражение его лица было трудно описать.
Шэн Нуань вздёрнула подбородок и спросила: «Ну и как, нравится?»
Е Наньсюнь устало посмотрел на неё, ничего не ответил и пошёл вперёд...
На обеденном столе в гостиной уже стояла аппетитная еда идеальной температуры.
После того как телохранители ушли, Шэн Нуань поужинала с Е Наньсюнем и его матерью... Во время ужина она украдкой наблюдала за выражением лица Е Наньсюня.
Убедившись, что он больше не смотрит на неё с холодностью, как раньше, Шэн Нуань наконец-то с облегчением вздохнула.
Её добрые дела не прошли даром, если не случится ничего непредвиденного, Е Наньсюнь, скорее всего, не доставит ей проблем в будущем...
Во время еды Шэн Нуань позвала службу поддержки: «Служба поддержки, проверьте уровень почернения Е Наньсюня».
Система привыкла к тому, как она к ней обращается, и больше не поправляла её: «Текущий уровень почернения цели Е Наньсюнь: 40».
Улыбка на лице Шэн Нуань стала ещё шире...
После ужина Е Наньсюнь отнёс тарелки и миски на кухню, чтобы помыть их... Это была посуда, которую привез нанятый Шэн Нуань шеф-повар.
«Все эти тарелки новые, и в будущем их можно будет использовать дома», - Шэн Нуань с энтузиазмом последовала за ним, пытаясь помочь.
Е Наньсюнь взглянул на кардинально изменившуюся кухню, тихо промычал что-то в ответ и не позволил ей прикасаться к посуде.
«Иди посиди снаружи. Я быстро приберусь».
Шэн Нуань отказалась: «Я помогу тебе...»
Но вскоре она поняла, что от неё нет никакого толку.
Е Наньсюнь поставил миски, палочки для еды и тарелки в раковину, налил немного средства для мытья посуды и начал спокойно и ловко мыть их... Шэн Нуань, которая за две свои жизни почти не занималась домашними делами, с изумлением наблюдала за происходящим и не могла не восхищаться.
«Ты потрясающий».
Е Наньсюнь озадаченно посмотрел на девушку, которая с восхищением наблюдала за тем, как он моет посуду... Он не знал, смеяться ему или плакать.
«Над чем ты смеёшься?»
Шэн Нуань подняла брови и молча закатила глаза... Е Наньсюнь ничего не ответил и медленно отвел взгляд.
Вблизи девушка выглядела очень живой, утончённой и красивой, как самая дорогая кукла в витрине...
После того, как Шэн Нуань вышла из дома семьи Е и села в машину в сопровождении телохранителей, в доме остались только мать и сын Е.
По настоянию Е Вань сиделки были отправлены обратно утром. Она прекрасно знала, что их семья не может позволить себе нанять сиделок. Теперь, когда её сын вернулся, а сама она научилась элементарным навыкам самообслуживания, в их услугах не было необходимости.
Е Наньсюнь налил матери стакан воды и сел просматривать отчёт о результатах обследования из больницы. В этот момент он услышал, как мать осторожно спросила его: «А Нань, мисс Шэн очень сильно нам помогла в этот раз?»
В присутствии Шэн Нуань Е Вань всегда называла её по имени, но она прекрасно знала, что происхождение девушки было выше её понимания.
Е Наньсюнь помолчал и тихо хмыкнул.
«Можно, мама спросит, зачем она нам помогла?»
Пироги с неба не падают. Хотя Е Вань не слишком заботили многие трудности, но при этом больше всего её тревожило, что из-за её проблем сын может сбиться с пути.
*Пироги с неба не падают - не бывает так, чтобы обед был бесплатным.
Е Наньсюнь понимал, что беспокоит его мать. Он хотел найти какое-нибудь оправдание, но знал, что его мать не глупа. Если он будет что-то от неё скрывать, она, может, и не будет настаивать на подробностях, но точно будет продолжать накручивать себя.
Е Наньсюнь помолчал, а затем тихо ответил: «Она попросила меня стать её парнем».
Е Вань на мгновение опешила, а потом поняла... Неудивительно.
На мгновение она почувствовала тревогу и, как ни странно, ощутила себя немного забавной и беспомощной... Несмотря на то, что мисс Шэн вела себя вежливо и обходительно, в её словах и поступках проскальзывали признаки избалованности.
Дети в этом возрасте чаще всего действуют импульсивно, поэтому неудивительно, что они могут сделать что-то подобное.
Е Вань вздохнула: «А Нань, мама всё это время тебя мучила...»
Е Наньсюнь нахмурился: «Что за чушь ты несёшь?»
Е Вань беспомощно улыбнулась: «Возможно, мама не имеет права много говорить, но я всё же хочу кое-что сказать. Мисс Шэн - хорошая девушка, но её семья - это её семья... Какой бы ни была причина, по которой она помогла нам на этот раз, в будущем нам придётся отплатить ей за эту доброту».
Е Наньсюнь снова хмыкнул.
Е Вань на мгновение замялась, а затем добавила: «Молодые люди непостоянны, и что касается мисс Шэн... тебе следует быть осторожнее».
Такая красивая и милая девушка - кому она может не понравиться?
Но Е Вань знала, что они с Шэн Нуань из разных миров, и переживала, что её сын может пострадать...
В конце концов, они были в том возрасте, когда только начинают познавать любовь, когда их душа чиста и может легко впитать глубокие и яркие впечатления.
Е Наньсюнь посмотрел на мать с немного смиренным выражением лица: «Я знаю».
Он понимал многое лучше, чем кто-либо другой...
Увидев его спокойствие, Е Вань наконец успокоилась, хотя её чувства по-прежнему были противоречивыми.
Она знала, что её сын с детства был холодным и равнодушным. Видя, что он не воспринимает всерьёз юношеские капризы мисс Шэн, она не могла не почувствовать облегчение. В то же время она немного волновалась. Что, если из-за своей холодности и рациональности он так и не сможет найти себе пару в будущем?...