В гостиной Е Наньсюнь сидел на диване в классической рубашке, держа на коленях розовое пушистое одеяло Шэн Нуань и розовую грелку, а в руках - чашку с горячей водой.
Поставив пшено вариться в мультиварке, Шэн Нуань села напротив него и заметила, что он немного бледен. Она с любопытством спросила: «Что с тобой случилось? Я никогда раньше не думала, что ты такой слабый».
Был ли он измотан управлением таким огромным финансовым конгломератом?
Если да, то она была обречена! Если бы ей когда-нибудь пришлось взять на себя эту роль, она бы тоже упала в обморок от истощения... Помогите! Она действительно не хотела наследовать семейный бизнес!
Пока Шэн Нуань пугала себя своим буйным воображением, она услышала тихий голос Е Наньсюня: «Пять лет назад, когда я только вернулся в семью Цин... меня отравили».
Шэн Нуань на мгновение замерла, а потом вспомнила, что тогда действительно произошёл подобный случай.
После этого все новости о Е Наньсюне были о его жёстких методах и о том, как он устранял своих врагов. Она никогда не знала, что отравление было настолько серьёзным.
Она была немного зла: «Этот Цин Яньчуань действительно был подонком... Умереть вот так было для него слишком легко!»
Девушка в ярости стиснула зубы, затем внезапно повернулась к нему: «А что теперь? После стольких лет это все ещё не вылечили? Может, мне попросить папу проконсультироваться с врачами в стране Ү?..»
Тревога на лице девушки была неподдельной, и давно уснувшее сердце Е Наньсюня встрепенулось.
После паузы он тихо сказал: «Ничего серьёзного, просто иногда болит живот. Нужно просто уделять ему больше внимания, и всё будет в порядке...»
«Проблемы с желудком могут быть связаны с конституцией, а может быть, ты слишком много нервничаешь и устаёшь...» - Шэн Нуань не смогла удержаться от бессвязной речи. «Должно быть, управлять такой масштабной компанией очень тяжело. Тебе нужно найти кого-то, кто мог бы тебе помочь. Например, мой отец, он сейчас...»
«Нуань Нуань, прости меня!»
Е Наньсюнь внезапно прервал её, заставив Шэн Нуань опешить. Она подняла глаза и встретилась с глубоким и сосредоточенным взглядом Е Наньсюня.
Он тихо произнёс: «Когда я тогда прогнал тебя, я сделал это не потому, что затаил обиду. В то время у меня просто не было возможности защитить тебя, и я боялся, что те, кто пытался со мной разобраться, причинят тебе вред».
Шен Нуань застыла на месте. Она на мгновение замялась и осторожно спросила: «Значит, когда ты порвал со мной в тот день и сказал все эти слова... это было не потому, что ты меня ненавидел?»
Сердце Е Наньсюня сжалось от боли.
Он сказал: «Я догадывался, что у тебя должны быть на то свои причины. Как я мог тебя ненавидеть...»
Но слишком много слов осталось невысказанными, и ситуация достигла критической точки.
Шэн Нуань уставилась на Е Наньсюня, и внезапно внутри неё поднялось бурлящее, лёгкое чувство... мягкое и радостное, оно поднималось волнами, и ей казалось, что она парит.
Она тихо прошептала: «Я думала, ты ненавидишь и презираешь меня...»
Пальцы Е Наньсюня дрогнули, и он с трудом подавил желание заключить девушку в объятия. Он мягко произнёс: «Это всё моя вина».
Шэн Нуань вернулась в реальность и тут же недовольно нахмурилась: «Как это твоя вина? Это всё из-за этих негодяев! Какое это имеет отношение к тебе?»
Е Наньсюнь - лучший в мире!
Увидев невозмутимое выражение лица девушки, Е Наньсюнь почувствовал себя не в своей тарелке...
Это явно была его вина.
Хотя она и не пострадала, она прыгнула с такой высоты в кромешную тьму океана. То, что она выжила, было настоящим чудом...
Если бы не его опрометчивая попытка защитить её, оттолкнув от себя, ей бы не пришлось столкнуться с угрозой для жизни.
И теперь она совсем его не винит...
Е Наньсюнь почувствовал, как смягчилось его сердце, но в то же время его охватил холодный ужас.
Он боялся, что она будет его презирать и ненавидеть, но теперь он боялся, что её прощение означало, что она полностью его отпустила... потому что часто отпустить - значит двигаться дальше, не оглядываясь на прошлое, а значит, он больше не будет её беспокоить.
Е Наньсюнь никогда не считал себя слабым, но сегодняшнее объяснение лишило его всякой смелости. Теперь он даже не решался спросить, есть ли у него ещё шанс.
Шанс заботиться о ней, любить её, защищать её и тысячекратно отплатить ей за всё, что он был ей должен...
Шэн Нуань внезапно встала: «Пойдём, я должна отвезти тебя в больницу... Ты действительно плохо выглядишь».
Е Наньсюнь поднял голову и выдавил слабую улыбку: «Не нужно, это старая проблема, просто нужно немного отдохнуть».
Шэн Нуань немного колебалась. Она посмотрела на ночь за окном, потом снова на бледное лицо Е Наньсюня и после короткой паузы сказала: «Почему бы тебе не остаться здесь на ночь, а не возвращаться? Не нужно тратить силы на дорогу».
Закончив, она немного занервничала и быстро убедила себя, что просто беспокоится о его здоровье и у неё нет никаких дурных намерений.
Ладно, может, один процент... максимум десять процентов. Не больше.
В конце концов, Е Наньсюнь был её пациентом, она не настолько бесстыдна.
Но что, если он неправильно понял...
Как раз в тот момент, когда Шэн Нуань собиралась отказаться от своего предложения, она услышала, как Е Наньсюнь сказал: «Тогда я тебя побеспокою».
Она быстро покачала головой: «Ничего страшного, ничего страшного. У меня здесь есть свободная комната. Подожди секунду, я пойду поменяю простыни и одеяла».
С этими словами она встала, надела тапочки и бросилась в гостевую комнату. Она сменила простыни, одеяла и наволочки, которыми пользовалась Цзоу Вэнь в прошлый раз. Затем она вышла и спросила Е Наньсюня: «Хочешь, я налью горячей воды? Может, тебе станет легче».
Не успел Е Наньсюнь ответить, как она хлопнула себя по лбу: «У меня нет для тебя чистой одежды... Как насчёт того, чтобы ты принял душ, а я пока схожу в круглосуточный магазин внизу и куплю тебе что-нибудь?»
Не успела она договорить, как почувствовала себя немного глупо.
Что ей купить? Их отношения ещё только зарождаются. Неужели она действительно собирается помочь ему купить нижнее бельё? И задать ещё один вопрос: какой у тебя размер?
Шэн Нуань была в полном недоумении, а глаза Е Наньсюня на диване напротив слегка заблестели.
Разве тот факт, что у неё нет для него одежды, не означает, что у неё не было других мужчин...
Внезапно его живот перестал так сильно болеть. Встав, Е Наньсюнь тихо сказал: «Не надо, я просто быстро умоюсь».
«Хорошо...»
Сойдет.
Е Наньсюнь пошёл в ванную, чтобы привести себя в порядок, а Шэн Нуань проверила пшённую кашу, которую приготовила для него. Когда она разливала кашу по тарелкам, её вдруг осенило, и выражение её лица мгновенно изменилось. Она поспешила в ванную.
«Бах, бах, бах!» - она постучала в дверь, приговаривая: «Е Наньсюнь, подожди!»
Дверь в ванную открылась, и Е Наньсюнь, уже с мокрым лицом, посмотрел на неё с некоторым недоумением.
Шэн Нуань собралась с духом, ворвалась внутрь, схватила розовые кружевные трусики, висевшие на крючке, и, даже не оглянувшись, бросилась прочь...
Дверь в ванную снова закрылась, и Шэн Нуань облегчённо выдохнула.
Как неловко... Но он, наверное, и не заметил, верно?
Почему у неё выдалась такая тяжелая ночь из-за нижнего белья...
Шэн Нуань не знала, что за закрытой дверью Е Наньсюнь, стоя перед зеркалом, слегка улыбнулся. В его глазах мелькнуло веселье.
Хм... розовое... с кружевной отделкой... милое.
Е Наньсюнь вышел из ванной, сделал несколько глотков пшённой каши, которую приготовила Шэн Нуань, снова почистил зубы, после чего его отвели в гостевую комнату, чтобы он поспал.
«У тебя всё ещё болит живот?» - спросила Шэн Нуань.
Е Наньсюнь, лежавший на кровати, посмотрел на неё и тихо покачал головой.
Шэн Нуань с облегчением вздохнула.
«Хорошо, тогда отдохни...»
Закрыв дверь, она тихо взвизгнула, как сурок: «Ах, Е Наньсюнь лежит на кровати такой тихий и послушный... Я просто хочу ущипнуть его».
Нет, будь порядочной. Он пациент, ты не можешь об этом думать!
Справедливо ругая себя, Шэн Нуань быстро вернулась в свою спальню, закрыла дверь и попыталась унять зудящие руки.
После целого дня беготни она немного устала. Как только она легла и выключила свет, то сразу уснула... В это же время Е Наньсюнь лежал без сна в гостевой комнате, наполненной девичьим очарованием.
У него было какое-то нереальное ощущение, словно он попал в прекрасный сон.
Этот сон был розовым, и из-за того, что он был таким удивительно лёгким и неземным, он вызывал у него тревогу... Он боялся, что если заснёт вот так, то, открыв глаза, снова окажется один.
Через некоторое время Е Наньсюнь откинул одеяло и встал с кровати.
Он тихо вышел из спальни и сел на диван в гостиной.
Его глаза быстро привыкли к темноте, и он откинулся на спинку дивана, не моргая глядя на закрытую дверь хозяйской спальни...
Пока он присматривает за ней, она не исчезнет снова...