# Глава 6. Женщина, похожая на меня?
Была пятница, послеобеденное время, начало моих первых выходных в статусе ученицы средней школы, и я была в восторге.
— Сегодня у нас будет гамбургский бифштекс, тушённый в соусе, и мисо-суп с дайконом! [[GAIJI:g0001]] — напевала я себе под нос, помешивая содержимое кастрюли.
Поначалу я готовила ужасно, но понемногу, по советам Итики, становилась лучше. Дайкон размяк, пропитавшись даси. Оставалось только добавить мисо…
— Когда наловчишься, готовить становится даже весело, — пробормотала я себе под нос, как вдруг Нитори появилась у меня за спиной и заглянула в кастрюлю.
— Выглядит безумно вкусно! Мисо-суп ресторанного уровня. Научи и меня так готовить. Что делать дальше? Я могу чем-нибудь помочь?
— Дальше… Погоди, а разве ты не занималась запечённым картофелем…?
Перед тем как мы начали готовить ужин, Нитори нашла в интернете рецепт запечённого картофеля и ужасно загорелась этой идеей. «Это сейчас очень модно! Хочу приготовить!»
Неужели она уже закончила? В этот момент я почувствовала запах горелого.
— Н-Нитори!
Едва Итика заметила неладное, она быстро выключила духовку.
— А-а-а! — завопила Нитори, а стоило ей открыть духовку…
Фууух!
…как оттуда повалил чёрный дым!
— Кхе-кхе… Фу, сгорели до угольков.
Нитори заглянула в духовку, и плечи у неё поникли. Наверное, готовка была не её сильной стороной. Она не могла долго сидеть без дела, не начиная ёрзать от нетерпения.
— Фух… Хорошо, что пожар не начался, — вздохнула Итика.
Мне тоже следовало быть осторожнее…
Я услышала глухой стук и посмотрела в сторону. Сидзуки расставляла миски для супа.
— Спасибо, Сидзуки.
— …Не за что. — Она быстро отвернулась и принялась раскладывать пиалы для риса.
Наверное, она всё ещё стеснялась. Но Сидзуки помогала, и я была уверена, что скоро мы станем ближе.
А Нитори тем временем едва могла дождаться ужина:
— Я умираю с голоду. Давайте есть!
Я разлила мисо-суп по мискам, разложила рис и расставила всё вместе с палочками и чайными чашками. Я уже собиралась сесть, но…
— Ха-ха-ха, не спеши, Мифу! Ты перепутала палочки и пиалы для риса. — Нитори посмотрела на стол и расхохоталась. — Вот пиала Итики. Красная — моя. Ты поменяла местами свои палочки и палочки Итики, а моя чашка и чашка Сидзуки тоже поменялись местами.
— Ой! Прости…
Ну вот, опять я всё перепутала. Я поспешно принялась расставлять посуду как надо.
— Просто вылетело из головы: в детском доме «Канро» у всех были пиалы для риса одного цвета.
— Понятно. В детских учреждениях, наверное, детям не выделяют собственную посуду.
— Именно. Просто привычка, — ответила я Итике, но тут кое-что поняла: — А? Итика, ты раньше жила в таком учреждении?
— О… — Итика перестала мне помогать и на какое-то время замолчала, а потом, после короткой паузы, продолжила: — Да. Сначала я жила в детском доме. Потом переехала к приёмным родителям.
— Вот как. — Я вернулась на своё место и кивнула.
Нитори удочерили, поэтому жизнь в семье была для неё привычной. Вот почему мысль о собственной посуде казалась ей совершенно естественной.
Неужели… у Итики в доме приёмных родителей были свои палочки и пиала для риса?
Мы были четверняшками, но росли порознь. Внешне одинаковые, внутри мы всё же были разными… Так уж получилось. Меня охватило смешанное чувство радости и печали.
Но всё-таки пришло время ужина. Нельзя же было зря тратить всю эту вкуснятину!
Я посмотрела на еду перед собой. Тушённый гамбургский бифштекс был покрыт густым соусом демиглас и выглядел очень аппетитно. От горячего белого риса и мисо-супа с дайконом мягко поднимался пар. У меня даже потекли слюнки, и я сглотнула.
— Приятного аппетита! Но сначала…
Щёлк! Я сфотографировала ужин на телефон и отправила снимок.
Мы выполнили задание этой недели по самостоятельности: вместе приготовить и съесть ужин.
Я бодро и уверенно рассмеялась. И тут…
Динь!
…пришло сообщение.
— О…!
Это было от Минато. Мы обменялись контактами, но он впервые написал мне, и от этого сердце забилось чаще…
«Прости, что пишу так внезапно. Я решил, что должен тебя предупредить, Мифу. Сегодня я немного задержался после школы, и по дороге домой ко мне подошла странная женщина и спросила, знаю ли я четверняшек. На всякий случай я сказал, что не знаю, но она чем-то напоминала тебя…»
— А?
Женщина, похожая на меня?
По сердцу пронёсся беспокойный ветер, словно воздух перед летней грозой. Сердце мерно стучало, постепенно ускоряясь.
Я не заметила, как сильно сжала телефон.
— Что случилось, Мифу?
— Еда остынет.
— П-правда…
Под напором обеих старших сестёр я положила телефон на край стола и сделала вид, будто ничего не произошло.
Гамбургский бифштекс и мисо-суп были очень вкусными. Мы с сёстрами взяли добавку — даже Сидзуки, которая обычно ела мало. Но, улыбаясь и расхваливая ужин, я не могла перестать думать о сообщении Минато.
Когда мы закончили, я схватила телефон и поспешила в свою комнату, сразу открыв переписку.
«Можешь рассказать подробнее, что произошло?» Сообщение было коротким, но в панике я снова и снова ошибалась, прежде чем наконец исправила все опечатки.
Наконец я нажала «Отправить».
Не может быть… правда?
Тук-тук, тук-тук… Сердце колотилось так громко, что я слышала его в ушах. Всё тело начинало наливаться жаром и становилось тяжёлым.
Динь! Он ответил сразу. Я тут же открыла сообщение.
«Она приехала на большой чёрной машине, была в яркой дорогой одежде… На обычного человека совсем не похожа. Сразу бросалась в глаза. Прости, если я тебя напугал. Просто немного забеспокоился».
Я закрыла глаза, и с моих губ сорвался облегчённый вздох: фух.
Большая машина, яркая одежда… Точно не она.
Я прислонилась к стене, и напряжение стало уходить из рук и ног.
Это была не она. Не наша мама. Наверное, мама не могла позволить себе вырастить четверых детей и поэтому оставила нас в детском доме. Богатая женщина не могла оказаться нашей мамой.
Я чувствовала себя немного жалкой из-за того, как сильно меня взволновала одна такая возможность.
— Наверное, людей, похожих на неё, полно. Это не мама, — пробормотала я, стараясь успокоиться, и плюхнулась на татами.
И тут снизу донёсся чей-то голос.
— Эй…! Что это ещё такое…?
Похоже, это была Итика. Что случилось? Мне стало любопытно, поэтому я вышла из комнаты и спустилась вниз.