Две стороны друзей детства

Это был небольшой провинциальный городок, уютно расположившийся в горной котловине.

Вдоль реки и по всему городу вовсю цвела сакура.

С неба лился теплый солнечный свет, а легкий ветерок приятно ласкал щеки.

Весна — чудесная, уютная пора.

С началом нового учебного года состав класса 2-3 обновился, и в воздухе все еще ощущалась легкая неловкость.

Бриз, врывавшийся в открытое окно, взъерошил природные каштановые волосы Коты, из-за чего тот выделялся на фоне остальных учеников.

Кота сидел за партой, подперев щеку рукой и полудремая, когда вдруг что-то звонко ударило его по голове.

— Ай!

— Бессердечный ты болван, Кота-кун!

Подняв взгляд, он увидел девушку, которая укоризненно смотрела на него широко раскрытыми глазами; брови ее были приподняты, а руки уперты в бока.

У нее были тонкие черты лица и изящная фигура. Кожа была настолько светлой, что казалась почти прозрачной, а сама она была настолько хороша собой, что прохожие невольно оборачивались ей вслед.

Длинные блестящие волосы струились по спине; даже то, как она сердито надувала губки, выглядело элегантно. Она была аккуратной, хрупкой на вид девушкой, то есть, настоящим воплощением идеала "Ямато-надэсико".

// "Ямато-надэсико" это японский термин, использующийся чтобы охарактеризовать образ "идеальная японская женщина" по совокупности всех факторов

Большинство парней растерялись бы, поймав на себе такой сердитый взгляд столь хорошенькой девушки, но Кота лишь отмахнулся, с досадой вздохнув.

— Слушай, я все сделал как нужно. Позвонил в дверь и позвал тебя. К тому же ты сама сказала "Еще всего пять минут...".

— Т-тебе бы стоило знать, что нельзя верить ни единому моему слову сразу после пробуждения!

— Я и знал. Именно поэтому я продолжал звонить и писать тебе снова и снова, разве нет?

— Б-благодаря этому я не опоздала, но тебе не обязательно было уходить без меня!

— Ну, я же понятия не имел, когда ты на самом деле соизволишь проснуться.

— М-м-м...

Сакура умолкла и надула щеки.

Кота усмехнулся и поддразнил её:

— Обычно ты такая ответственная, но иногда умудряешься проспать по-крупному. Засиживаешься допоздна? Или, может, у тебя появилось какое-то тайное хобби, о котором нельзя рассказывать?

— ...Ладно! Мне уже все равно!— Ай.

Покраснев до корней волос, Сакура щелкнула Коту по лбу и сердито зашагала прочь.

Вокруг них раздался смех, а также шепот вроде: "Они как всегда", "Они так близки" и "Они были такими и в первый год".

Когда Кота драматично прижал обе руки ко лбу, мальчик, пришедший после ухода Сакуры, завистливо вздохнул.

— Ха, должно быть приятно, Кота. Быть так близким с Хозенджи-сан.

— О, Рёске. Сакура просто друг детства, с которой я был всегда.

Кота ответил с кривой улыбкой своему другу Нанбе Рёске.

При этих словах его школьный друг, который до мозга костей был похож на шутника, фыркнул, пожал плечами и бросил на него плоский взгляд.

— О чем это ты? Вы же каждый день демонстрируете всем, как сильно влюблены друг в друга.

— Мы просто ведем себя так, как и всегда.

— Ха-а... Слышали, дамочки?

Рёсукэ тут же окликнул парней позади себя, и те дружно закивали.

Кота криво усмехнулся и мысленно парировал: "Кого это ты назвал дамочками?"

// Опять эти кривые улыбки... Запускайте счетчик что-ли.

Затем Рёсукэ обернулся к Сакуре, и Кота последовал его примеру.

Сакуру окружили одноклассницы; они оживленно болтали с ней, обсуждали масло для волос, которое ей советовали, вчерашний стрим, трудности с домашним заданием и всё в таком духе.

Сакура отвечала мягко и изящно улыбаясь: "Волосы стали такими гладкими и блестящими", "Это и правда оказалось так интересно, как все говорили", "У меня с этим заданием тоже возникли сложности"...

Ее поведение разительно отличалось от того слегка обиженного настроя, который она демонстрировала Коте всего мгновение назад; теперь она держалась мягко и элегантно, прям под стать своей внешности.

Даже просто беседуя, Сакура словно озаряла собой весь класс, приковывая к себе взгляды парней.

Мало того, что она была красавицей, так еще и неизменно занимала первые места по результатам контрольных работ.

Она также преуспевала в физкультуре и даже состояла в школьном совете.

Она действительно была из тех девушек, про которых говорят "цветок на вершине скалы" — недосягаемый идеал.

Впрочем, Сакуру и так знала вся школа. Отчасти потому, что буквально на днях она выступала с речью на церемонии поступления, и среди первогодков уже вовсю ходили о ней слухи.

Рёсукэ пробормотал с искренним благоговением:

— Ходзэндзи-сан и правда красавица, скажи?

Парни в классе закивали, завороженно вздыхая в унисон.

Даже лицо Коты слегка смягчилось от невольной гордости:

— Ну, с этим не поспоришь. Она неприлично хороша собой.

— "Неприлично"? Кота, и это говоришь ты, парень, который вечно твердит, будто вы "просто друзья детства"? Ты правда считаешь её милой?

— Это просто объективный факт. На весенних каникулах, когда мы ходили в торговый квартал, к ней вообще скаут из какого-то журнала подкатил.

— Серьезно, что ли?!

— Она его сразу отшила, так что деталей я и сам толком не знаю.

Слова Коты тут же вызвали бурное оживление вокруг.

Сакура тем временем оставалась в плотном окружении девчонок, мягко и скромно улыбаясь.

Рёсукэ с завистью вздохнул и смерил Коту нечитаемым взглядом:

— Кота, молись на свою судьбу за то, что ты её друг детства. Тут куча народу считает великим счастьем просто сидеть с ней в одном классе.

— Ха-ха...

Рёсукэ был прав: такая девушка, как Ходзэндзи Сакура, притягивала взгляды сама по себе.

И Кота действительно был к ней ближе, чем кто-либо другой.

Он прекрасно понимал, почему ему завидуют.

Вот только для него самого Сакура оставалась не более чем подругой детства.

Прекрасно это осознавая, Кота лишь неопределенно усмехнулся, переводя всё в шутку.

Под конец второго урока.

— Раздаю результаты недавней проверочной!

Едва учитель математики произнёс эти слова, как класс огласился мучительными стонами.

Тест был внезапным, так что средний балл едва перевалил за пятьдесят один — прямо скажем, не густо.

Рёсукэ, едва взглянув на свой бланк, лишь выдавил: "Всё кончено..." — и застыл, побелев как полотно. Оценка, видать, была совсем удручающей.

Вскоре прозвенел звонок на перемену. Пока Кота с не менее мрачной миной разглядывал свою работу, из-за спины вдруг наклонилась Сакура, пытаясь заглянуть ему через плечо.

— Чего скривился так тяжко, Кота-кун? Сколько набрал?

— Эй, не подглядывай, Сакура.

Кота рефлекторно прижал листок к груди.

Сакура озорно прищурилась:

— Неужто настолько стыдно людям показать?

— ...Вовсе нет.

— Ага, замешкался!

— Отстань. А у тебя сколько?

В ответ Сакура небрежно опустила свой бланк на парту Коты:

— Девяносто пять. На одной задачке с подвохом споткнулась, подловила меня.

С этими словами Сакура игриво показала кончик языка.

— О-ого...

Хоть Кота и ожидал чего-то подобного, у него всё равно дернулась щека при виде столь заоблачного балла.

— Попался!

— Эй, стой!

Воспользовавшись крошечной заминкой, Сакура с невероятной ловкостью выдернула его работу. Но секунду спустя виновато захлопала ресницами:

— Ой, прости...

— Да чего ты извиняешься-то?! Шестьдесят пять, это вполне нормальный результат!

— Ну, выше среднего, да... Просто ты так прятал, что я думала... там либо эпический провал, либо сотня. А тут... даже как-то скучно.

— Нечего искать драму в обычной контрольной! Лучше обернись.

— М..? Ой.

Кота кивнул ей за спину. Там с листочками в руках неуверенно переминались с ноги на ногу несколько одноклассниц.

Заметив внимание, они робко обратились к Сакуре:

— Эм, помоги разобрать одно задание, пожалуйста...

— А, да, конечно. Там был подвох: сначала нужно применить вот эту формулу...

— А-а, понятно. А потом?

— Подставить полученное значение во второе уравнение вместо первого...

Оставшись у парты Коты, Сакура принялась терпеливо объяснять материал.

Как бессменная отличница, она то и дело становилась спасательным кругом для одноклассников.

К тому же объясняла она легко и доходчиво; когда девочки начали вникать, робко жавшиеся в стороне парни тоже оживились: "Слушай, а мне вот тут подскажешь?.." Вскоре вокруг парты выросла целая учебная группа.

"Шла бы к себе за стол", мысленно вздохнул Кота, но сбивать рабочий настрой не стал и просто поднялся.

Он подошел к Рёсукэ, который все так же сидел растекшейся лужицей над своей партой.

— Рёсукэ, попросил бы Сакуру объяснить то, чего не понял.

Тот поднял на него пустой, циничный взгляд:

— Проблема в том, что я даже не понимаю, чего именно я не понимаю.

— ...Погоди, все настолько плохо?

— Ха. Зацени.

Взглянув на цифру, которую уныло ткнул приятель, Кота нервно сглотнул, и голос его посерьёзнел:

— М-да... тяжко.

— Вот и я о том же... И что мне делать?

— Ну... учить.

— Логично, блин...

Рёсукэ выдавил сухую усмешку, но глаза его оставались совершенно мертвыми.

Физкультуру проводили вместе с соседним четвёртым классом.

Парни сегодня играли в софтбол: сетка на выбывание среди нескольких команд.

Поля на всех сразу не хватало, поэтому команды выходили по очереди, и свободного времени было предостаточно.

В аутфилде царила ленивая атмосфера. Побегать и выложиться по полной, конечно, полезно, но и такой расслабленный перекур между уроками был весьма кстати.

/* Сам хз что это, поэтому вот объяснение от нейронки:

Аутфилд (outfield) — термин из бейсбола. Это дальняя часть игрового поля за внутренним квадратом (infield), где стоят три защитника: левый филдер (left fielder), центральный филдер (center fielder) и правый филдер (right fielder). */

К слову, со спортом у Коты всё было на крепком среднем уровне.

Но тягаться с ребятами из спортклубов, которые пахали на тренировках изо дня в день, ему, естественно, не светило.

Пока он лениво наблюдал за чужой игрой, из спортзала внезапно донесся дружный гул и восторженные крики.

Рёсукэ, витавший где-то в облаках рядом, оживился:

— Мм? Что там стряслось?

— Раз из зала, значит, девчонки в волейбол играют.

— Пошли глянем, Кота.

— Пошли.

За неимением лучших занятий парни поплелись к спортзалу.

Судя по всему, эта мысль пришла в голову доброй половине параллели.

Когда они добрались, у входа уже яблоку негде было упасть.

Оценив масштабы столпотворения, Кота с Рёсукэ переглянулись в немом изумлении.

Причина ажиотажа прояснилась в первую же секунду из долетавших реплик:

— Да как Ходзэндзи-сан вообще так высоко прыгает?! А скорость удара какая?!

— Погоди, она и такое вытащила?!

— Я даже отсюда этот обманный маневр не разглядел

— А Ходзэндзи-сан с хвостиком это просто отвал башки!

Матч шел очко в очко: напряжение висело в воздухе, лидерство переходило от одной команды к другой.

И заводилой в одной из команд была как раз Сакура.

Судя по разговорам вокруг, её команда обычно вылетала в первом-втором круге, но против них стояли девочки, половина из которых занималась в волейбольной секции.

При этом Сакура не просто играла с ними на равных, она умудрялась раздавать пасы, четко координировать подруг и выжимать из своей команды максимум. Настоящий дирижер, где дирижерской палочкой служил ритмично взметавшийся конский хвост.

Естественно, в центре всеобщего внимания была именно она. Из толпы девчонок неслись писклявые восторги в духе: "Она выглядит просто нереально!" и "Я готова на неё молиться!".

Да уж, среди девчонок Сакура была популярна ничуть не меньше.

Слышать такие дифирамбы в адрес подруги детства было приятно, но на губы Коты сама собой наползла неловкая улыбка.

Рядом потрясенно протянул Рёсукэ:

— Ну даёт... Сильна Ходзэндзи-сан.

— Ага, сам в шоке, что она так двигаться умеет.

— Да это ладно, ты глянь... как они прыгают. У неё там под футболкой просто оружие массового поражения припрятано.

— ?!

Проследив за масляным взглядом Рёсукэ, Кота уставился на грудь Сакуры.

Пышногрудой её назвать было сложно, но спортивная форма плотно облегала фигуру, и рельеф читался более чем отчетливо. Там определённо было на что посмотреть, где-то повыше среднего.

И сейчас эти самые формы весьма красноречиво подпрыгивали в такт её движениям.

Кота огляделся: таких, как Рёсукэ с отвисшей челюстью пялящихся на колышущийся бюст Сакуры, вокруг набралось с приличный взвод.

У Сакуры и лицо-то притягивало взгляды, так что чисто по-мужски Кота вполне понимал, почему пацаны залипают туда.

И всё же видеть, как друг нагло и в открытую раздевает взглядом его подругу детства, было чертовски неприятно. Кота с каменным лицом ощутимо ущипнул Рёсукэ за бок:

— Глаза придержи, придурок.

— Ай?! Ты чего, приревновал, что ли?

— Нет, просто... Стой, что там?

В этот миг зал взорвался испуганными криками.

Кота резко обернулся: Сакура сидела на полу у самой сетки, скрючившись и вцепившись в щиколотку. Похоже, неудачно приземлилась после блока.

Игру тут же остановили, одноклассницы растерянно топтались вокруг, не зная, за что хвататься.

— !

— Кота?!

Он сорвался с места мгновенно. Не обращая внимания на ошарашенные взгляды ребят, мимо которых пролетел, Кота влетел на площадку прямо к Сакуре.

— Сакура, ты в порядке?.. Хотя глупый вопрос.

— К-Кота-кун?!

От его внезапного появления Сакура аж ойкнула от неожиданности.

Но ему было не до сантиментов. Окинув взглядом её ногу, он нахмурился:

— Вывих?

— Д-да, наверное...

— Идём в медпункт.

— Ч-что?! Стой!..

Не раздумывая ни секунды, Кота легко подхватил её под спину и колени. Прямо на руки, как невесту.

Сакура ахнула от стыда и шока, а по залу прокатился единый приглушенный вздох толпы.

Она дернулась было, пытаясь высвободиться, но Кота строго оборвал:

— Не вертись, уронишься.

Сакура лишь тихо пискнула: "У-у..." и послушно замерла.

Слегка смягчившись, Кота бросил одной из девочек из её команды, стоявшей столбом рядом:

— Прости, дальше без неё доиграете?

Та закивала с частотой заводного болванчика.

Перехватив Сакуру поудобнее, Кота решительно зашагал к выходу.

Стоило дверям за ними закрыться, как спортзал взорвался оглушительным рёвом и свистом, от которого, казалось, задрожали стены.

К счастью, обошлось без переломов, Сакура отделалась лёгким растяжением.

Медсестра дала добро, заверив, что как только боль утихнет, можно спокойно ходить самой.

Кота с облегчением выдохнул.

Впрочем, его жест был настолько эффектным, что остаться незамеченным просто не мог. Для Коты это было обычным делом: случись такое снова, он побежал бы не думая.

Разумеется, когда они чуть позже вернулись в класс, там стоял невообразимый гудеж. Обрывки фраз сыпались со всех сторон: "Я такое только в дорамах видела!", "Какая реакция, боже!", "Они вообще не стесняются?", "Черт, я аж завидую..."

Рёсукэ, разумеется, тут же подколол Коту с ехидной лыбой: "Ну ты и даешь, Ромео!", а Сакуру моментально взяли в оборот подруги, выпытывая подробности про "на ручках" и совершенно забыв про её травму. Сакура только заливалась краской.

Так наступил обеденный перерыв.

По давней привычке они сдвинули парты: Кота, Сакура, Рёсукэ и ходячий генератор энергии по имени Уэхоммати Хинако сели обедать вместе. Достав бенто, Сакура слегка надула порозовевшие щеки и укоризненно уставилась на Коту:

— Ну вот зачем было устраивать такой спектакль, Кота-кун?

— Ха-ха, прости. Тело само сработало. Зато ничего серьёзного, разве не повод радоваться?

— Оно-то так, но... ты хоть представляешь, как надо мной потом издевались?!

Сидевшая рядом с надувшейся Сакурой Хинако, их подруга ещё со средней школы, заговорщически осклабилась:

— Слушай, ну признайся, тебя ведь это хоть капельку тронуло? Сердечко-то ёкнуло? Ну, чисто по-девчачьи?

— Ни капельки.

— Да ла-адно? Вообще ни чуточки? Миямати-кун вообще-то на четверть иностранец, породистый красавчик, между прочим!

— Вот вообще ни капли. Хотя то, что чисто внешне Кота-кун симпатичный, я отрицать не стану.

— Му-у. Будь я на твоём месте, я бы от избытка чувств его в щёчку чмокнула в благодарность!

— Лично я предпочла бы, чтобы он просто дотащил меня на закорках.

Сакура демонстративно и тяжело вздохнула.

Хинако покатилась со смеху:

— Зато шуму-то наделали!

Пока Кота неловко ковырял палочками еду, Рёсукэ, подозрительно прищурившись, озвучил общую мысль:

— Слушай, Кота... а ты её на руки случайно не специально подхватил?

— Сдурел? Чтобы запрыгнуть на спину, Сакуре пришлось бы опираться на больную ногу. А если бы там была трещина? На руках было банально быстрее и безопаснее всего.

— И ты хочешь сказать, никаких задних мыслей?~

Кота отмахнулся, но Рёсукэ продолжал буравить его недоверчивым взглядом.

Неожиданно на защиту Коты встала сама Сакура, хоть и со вздохом:

— Да правду он говорит. Кота-кун всегда такой дуболом.

— Вот видишь? Сакура меня понимает.

— Это был не комплимент!

— Аха-ха-ха!

После заступничества Сакуры Рёсукэ лишь разочарованно развёл руками, пробормотав:

— Ясно... А я-то думал, это была демонстрация в стиле "Ходзэндзи занята, всем сосать лапу"~

Хинако тут же поддакнула:

— Вот-вот, я тоже так подумала! Вы же вечно флиртуете!

— Да никто не флиртует! - хором рявкнули Кота и Сакура.

Рёсукэ с Хинако обменялись красноречивыми взглядами из серии: "Ну-ну, рассказывайте".

— Да с нашей стороны странно скорее то, что вы до сих пор не встречаетесь.

— Ага. Вы на свои обеды гляньте, у Сакуры-чан и Миямати-куна они ж под копирку!

Хинако выразительно ткнула пальцем в их коробочки.

В обоих бенто лежал омурайсу, то есть омлет с рисом. Все подобрано с умом, ярко и полезно: помидорки черри, брокколи, дольки яблок.

Кота отозвался не без самодовольства:

— Так я ж сегодня готовил. Мы с Сакурой дежурим по очереди. Омурайсу, кстати, на редкость удачно вышел. И вообще, скажи спасибо, что я готовил, а то ты сегодня опять продрыхла.

— Мгх...

Сакура метнула в него сердитый взгляд за напоминание о просыпе.

Наблюдая эту сцену, Рёсукэ и Хинако синхронно выдали:

— У вас ни стыда, ни дистанции!

// Ни ссылки...

Кота прекрасно понимал, почему они так думают: слухи об их романе ходили давно. Они с Сакурой лишь криво усмехнулись друг другу.

И всё же Кота решил расставить точки над "i":

— Слушайте, мы с пеленок вместе. Я не могу воспринимать её как девушку. Сакура, конечно, симпатичная, но для меня она просто... Сакура. Знаете поговорку: "К любой красавице привыкаешь за три дня"?

— Вот именно. Я этого балбеса наблюдаю буквально с момента рождения, так что у меня к нему давно никаких иллюзий не осталось.

— Эй, в смысле "иллюзий не осталось"?

— А в смысле "к любой красавице привыкаешь"?! Это куда обиднее звучит!

— То есть то, что ты красавица, ты даже не оспариваешь?

— Ай, хватит придираться к словам! В наказание поможешь мне с делами студсовета, как доешь!

— Есть, босс.

Сакура шутливо ткнула его кончиком палочки в переносицу, а Кота шутливо вскинул ладони, сдаваясь.

Они быстро доели, собрали коробочки и, бросив друзьям короткое "Пока", вместе вышли из класса.

Глядя на то, с какой идеальной синхронностью эта парочка двигается, не сговариваясь, Рёсукэ и Хинако посмотрели друг на друга с выражением: "Да вы издеваетесь".

— Даже ушли в ногу...

— Аха-ха... И они ещё будут утверждать, что не встречаются...

В школьном совете Сакура заведовала общими вопросами.

На ней висела куча рутины: учет инвентаря, обход клубных комнат, подготовка к собраниям, расклейка объявлений и согласования с клубами. Короче говоря, мастер на все руки.

Поскольку эта работа требовала постоянного контакта с учениками, Сакура фактически стала публичным лицом студсовета, что тоже немало способствовало её бешеной популярности.

А Кота постоянно ей помогал. Практически каждый божий день.

В школе многие всерьёз думали, что он тоже состоит в совете, но он просто был на подхвате. Официально он туда не вступал. Сакура, понятное дело, не раз звала его вступить, и сама, и от лица председателя. Но одно дело это таскать коробки за компанию с Сакурой, и совсем другое это вешать на себя статус члена студсовета. Коте этого даром было не нужно.

В этот перерыв им предстояло доставить партию книг, которую заказал библиотечный комитет.

Сначала они заглянули в учительскую, отметили документы и забрали увесистые картонные коробки с новенькими томами.

— Книги потащу я, с тебя бумаги, Сакура. Тяжёлые, все таки.

— Тогда грубая сила на тебе.

Переругиваясь на ходу, они неторопливо шагали по коридору.

Вдруг Кота уловил, что от идущей рядом девушки пахнет иначе, чем обычно.

— Стой. Сакура, ты шампунь сменила?

— Ого, заметил?

— Ты меня с детского сада дрессируешь на такие вещи обращать внимание.

— Хи-хи, приятно слышать. Мне на днях в салоне пробник дали. Ну как тебе?

Сакура весело повернулась к нему. Кота совершенно обыденно наклонился к её макушке и принюхался:

— Хм... легкий ягодный запах... клубника? Кисло-сладкий, такой весенний. Тебе идёт.

— Правда? Я рада.

Лицо Сакуры озарилось искренней, мягкой улыбкой.

Кота тоже невольно улыбнулся.

За пустой болтовней они дошли до библиотеки.

Во время обеда по всей школе разливалось приятное расслабление. На улице кто-то разминался на спортплощадке, во внутреннем дворе звенел смех стаек ребят с банками газировки.

То и дело мимо проходили ученики, которые махали Сакуре или вежливо кивали. Кота их не знал, но, видимо, это были её контакты по студсовету. Популярности ей было не занимать.

Они свернули в дальнее крыло здания, подальше от гомона коридоров.

Библиотека притаилась в самом тихом закутке школы.

Поскольку руки у Коты были заняты, дверь толкнула Сакура.

Внутри царила почти сонная тишина: редких учеников, сидевших за учебниками, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

За стойкой выдачи двое парней из библиотечного комитета лениво читали карманные издания в мягких обложках. Заметив вошедших, они подняли головы, и при виде Сакуры их лица моментально просияли.

Сакура тепло улыбнулась, помахала ладошкой и подошла к стойке. Кота плёлся следом.

— Здрастуйте, мы из студсовета. Привезли книги по вашей заявке. Сверьтесь со списком и распишитесь, если всё на месте. Кота-кун?

— Тут я. Куда сгружать?

Кота приподнял увесистую коробку.

— А, спасибо! Вон туда, пожалуйста...

По указке библиотекарей он опустил груз в угол стойки. Парни тут же вскрыли коробку и принялись усердно сверять корешки с накладной в руках Сакуры.

Было видно, что они рады не столько книгам, сколько выпавшему шансу поболтать с первой красавицей школы.

Они демонстративно не торопились с проверкой, завязав разговор: "О, я так ждал эту книгу, про неё сейчас из каждого утюга говорят!", "Да, в твёрдом переплете самому покупать накладно..."

Сакура охотно поддерживала беседу: "Слышала, по ней фильм снимают", "Сама обычно жду покетбуков, чтобы сэкономить..."

Для общительной Сакуры такие посиделки были обычным делом, где бы она ни появлялась по делам совета.

"Похоже, это надолго", подумал Кота.

В литературе, о которой они увлеченно спорили, он не смыслил ни грамма, поэтому тихонько отлип от стойки и отошёл в глубь зала, решив убить время.

Он лениво полистал свежие журналы, энциклопедии, альбомы с фотографиями мирового наследия, в общем, всё, где текста было поменьше, но ничего толком не зацепило.

"Мангу бы... — подумал он и тут же сам над собой усмехнулся:

— Ага, разбежался, в школьной-то библиотеке".

И тут его взгляд упал на невысокую девочку.

Судя по цвету сменки это была первогодка. Она тщетно пыталась дотянуться до верхней полки, чтобы поставить толстый том на место.

Картина выглядела умилительно и одновременно небезопасно, поэтому Кота подошёл, аккуратно перехватил книгу у неё из рук и поставил на полку:

— Сюда?

— Ой... А, спасибо огромное!

— Ты из библиотечного? — спросил Кота, кивнув на тележку с книгами рядом с ней.

Девочка часто закивала:

— Да.

— Давай помогу.

— Э? Но вам, наверное...

— Мне всё равно делать нечего, помогу скоротать время.

Кота кивнул в сторону входа: Сакура с парнями всё так же упоенно обсуждали книги. Девочка понятливо хихикнула:

— Хи-хи, если вам не трудно... Насчет расстановки...

— По шифрам на корешках, да? Знаю.

— Ага!

Расставлять книги он умел неплохо, в прошлом году не раз помогал с этим Сакуре.

Томов оставалось немного, так что в две пары рук они управились за считаные минуты.

— Ну вот, вроде последняя.

— Вы меня так выручили!

Кота махнул рукой в ответ на её вежливый поклон.

И тут он заметил, что девочка как-то застенчиво косится на его голову.

У Коты были русо-каштановые волосы с теплым чайным отливом, большая редкость для чистокровного японца. Рядом с яркой Сакурой он обычно терялся на заднем плане, но сам по себе цвет волос у него определённо привлекал внимание.

Кота тронул прядь и усмехнулся:

— Свой цвет. Необычно, да?

— Ой, правда?!

— Дедушка по маме из Восточной Европы, так что гены. Хочешь потрогать?

— А?..

Первогодка захлопала глазами от такого предложения. Неловко помялась, выдавив тихое "У-у...", но любопытство взяло верх, и она робко уточнила:

— А... правда можно? Хоть чуть-чуть?..

Она робко потянула ладошку, глазки у неё загорелись.

Кота упёрся руками в колени, наклоняясь, чтобы ей было удобнее достать.

И в эту самую секунду за их спинами раздался ледяной голос:

— Кота-кун, ты опять клеишься к беззащитным первогодкам?

— Кья-а?!

Бедная девочка от неожиданности подпрыгнула на месте и отскочила на метр.

Кота с возмущением уставился на источник звука — Сакуру:

— Кто к кому клеится?! Мы просто мирно общались!

— Ха! Стоит на секунду отвернуться, как ты уже окучиваешь милых девочек... Будь осторожна, ладно? Он зубы заговаривать мастер, а руки у него ой какие быстрые. Проглотит и не заметит.

— Эй, это уже клевета и покушение на репутацию!

Но Сакура начисто проигнорировала Коту и с самым искренним участием на лице продолжала "предостерегать" бедняжку.

Та окончательно растерялась и, пискнув: "И-извините, мне пора!", рванула прочь, словно испуганный кролик.

— Эх...

Сакура показательно вздохнула и развернулась на каблуках:

— Фух... Я закончила, пошли в класс.

Кота поспешил за ней в коридор.

Обида за сорванный разговор тут же выплеснулась наружу:

— Слушай, а если она теперь чёрт-те что подумает?!

— Плевать. Ты бесишься просто потому, что я сорвала тебе весь подкат?

— Да не подкатывал я! Просто разговор завязался...

— ...и ты решил под шумок дать ей потрогать твои волосы.

— Ну... ладно, со стороны это могло так выглядеть, но...

— Вот видишь. Что и требовалось доказать.

Кота прикусил язык. В словесных перепалках он не побеждал Сакуру с самого детского сада.

Поэтому, прекрасно понимая всю детскость своего поведения, он огрызнулся в тон:

— Господи, Сакура, ну почему в тебе вечно ноль женского обаяния?

— Хм! Ну и пожалуйста, больно надо. Кстати, миленькая девочка — такая тихая, покладистая. И грудь приличная. Так вот какой у тебя типаж, Кота-кун? А я и не знала.

— Да не говорил я такого! Я о том, какая ты дурочка!

— Хмпф!

Сакура демонстративно отвернулась, надув губы. И тут же воровато огляделась по сторонам.

Убедившись, что в коридоре никого нет, она вдруг вплотную придвинулась к Коте и с чертовски ехидной ухмылкой шепнула ему прямо на ухо:

— И тем не менее девственность ты потерял со мной.

— ?! Ты... ты чего несёшь?!

Кота мгновенно вспыхнул до корней волос от такого внезапного удара под дых.

Удовлетворенная его паникой, Сакура тихо и победно прыснула.

После уроков они быстро оформили заказ на канцелярию для студсовета, всякие ручки, тетради, папки, ну и пораньше отправились домой.

Естественно, Сакура пошла к Миямати, словно к себе домой, и с порога привычно бросила:

— Я дома-а~

— Вообще-то это мой дом.

— Что автоматически делает его моим, разве нет?

— Ну ты даёшь...

Сакура весело фыркнула, обнажив в улыбке ту детскую непосредственность, которую в школе за маской примерной ученицы не видел никто. Она бодро взбежала по лестнице и без малейших колебаний юркнула в комнату Коты.

Бросив сумку где попало посреди вполне прибранной комнаты, Сакура плюхнулась на колени у низкого столика и нетерпеливо побарабанила пальцами по столешнице. Затем перебралась на кровать и, стягивая гольфы, деловито скомандовала:

— Давай сюда свою проверочную, разберем ошибки. Оценка, конечно, не ужас-ужас, однако расслабляться не стоит.

— Слушаюсь и повинуюсь.

— Кота, мы в следующем году выпускники, если забыл. Если не начнем подготавливать тебя сейчас, перед экзаменами ты взвоешь.

— Да знаю я, знаю...

Кота криво усмехнулся её панибратскому тону, которого от неё в школе вовек не дождёшься, и расправил злополучный листок на столе. Сакура тут же сползла с кровати и уселась рядом, вплотную прижавшись плечом к его плечу.

Без тени неловкости сократив дистанцию до нуля, Сакура принялась методично разбирать каждую его ошибку за прошедший экзамен. Училась она блестяще, поэтому объясняла четко, ёмко и понятно. Её привычка контролировать учебу Коты порой казалась чересчур навязчивой, но отрицать, что это здорово помогало — было глупо.

— Вот и всё. Остальное решай сам. Если где застрянешь, позови.

Сакура подошла к книжному шкафу, довольно протянула: "О, новый том вышел!", вытянула мангу и без церемоний завалилась на кровать. Юбка задралась до неприличия высоко? под определенным углом вполне можно было разглядеть бельё. Сакуру, впрочем, это ни капли не волновало: она беззаботно болтала ногами в воздухе, погрузившись в чтение.

Кота обреченно вздохнул, глядя на это беззащитное и абсолютно беспечное зрелище.

"Господи, видели бы тебя сейчас наши одноклассники..."

Причина, по которой она показывала себя с такой расслабленной стороны, стороны, которая была недоступна больше ни одной живой душе, кроме Коты, крылась в простом факте: Кота был её другом детства. Причем классическим, эталонным, из палаты мер и весов.

Они родились в одной больнице в один и тот же день. Жили не просто по соседству: если открыть окна, из комнаты одного можно было чуть ли не дотянуться до подоконника другого. Их семьи дружили так близко, что детей растили фактически как комплект близнецов, они скорее делили бутылочки со смесью, чем чужие люди ритуальные чаши сакэ, став ближе любых родных братьев и сестер.

Проведя бок о бок слишком много времени, они знали друг о друге абсолютно всё, в некоторых вещах даже лучше, чем их собственные родители. Это было уже не просто дружбой: присутствие другого рядом было для них базовым состоянием мира.

В школе Сакура держала марку благовоспитанной леди, но с Котой всё было совершенно иначе.

В средней школе, когда сверстники начали интересоваться романтикой и отношениями, вокруг все поголовно стали считать их парой.

Каждый из них понимал, что другой для него, это человек незаменимый и особенный.

И оба осознавали, что они всё-таки парень и девушка, причём в самом том возрасте.

"А может, попробуем встречаться?"

Вполне естественно, что инициатива исходила от Сакуры.

И вот, после неуклюжего первого поцелуя, во время которого они со звоном стукнулись зубами, они действительно начали встречаться.

Эксперимент продлился около полугода, точнее с конца прошлого лета.

Они ходили по магазинам, смотрели кино, катались на аттракционах, наряжались на фестивали. Держались за руки, целовались на свиданиях.

Они делали буквально всё то же самое, что делают нормальные парень и девушка.

Даже сейчас те дни вспоминались с теплом и улыбкой.

Вот только в конечном счёте ни один из них так и не смог увидеть в другом существо противоположного пола. Даже после бесчисленного количества ночей в постели, с тех самых пор, как они лишились невинности друг с другом на их общий день рождения, их взгляд друг на друга не изменился ни на йоту. Они всё так же оставались просто друзьями детства.

Они банально не воспринимали друг друга как объекты романтической страсти.

Осознав это к началу второго года старшей школы, Кота и Сакура мирно поставили точку в отношениях и вернулись к привычному формату друзей с пелёнок.

Обычно люди после расставания не могут смотреть друг другу в глаза.

Но в комнате Коты атмосфера не изменилась ни на миллиметр.

И это лишь лишний раз доказывало, насколько намертво въелся в них статус "друзей детства".

Кота наконец закончил с исправлениями. Благодаря подсказкам Сакуры он без труда решил всё без единой помарки.

— Фу-у-ух... — протянул он с облегчением.

Услышав это, Сакура оторвалась от страниц, всё так же валяясь на животе:

— Мм..? Всё? Вопросов больше нет?

— Всё. И если что, вздыхал я от твоей полнейшей бесстыдности. Имела бы хоть каплю... скромности, что ли.

— Поздно пить боржоми, не находишь? Мне этой скромности в школе выше крыши хватает.

— Я к тому, что мне глаза девать некуда!

— Аха-ха, точно... вечно забываю, что ты на меня реагируешь, Кота. Хочешь подглядеть? Могу устроить немного фансервиса. Правда, лапать больше не дам, ты мне больше не парень, увы и ах.

— Эй, прекрати!

Сакура, которой и правда было глубоко плевать, видит ли Кота её трусики, картинно изогнулась и нарочно потянула край юбки вверх. Кота в панике перехватил её за запястье, останавливая.

Он уставился на подругу детства тяжелым взглядом, после их романа у неё лишь прибавилось изощренных способов выводить его из равновесия. Но в итоге, Сакура в ответ лишь звонко, победно залилась смехом.

Глядя на неё, Кота взъерошил затылок и мысленно повторил фразу, которая всплывала у него в голове изо дня в день:

"Вот поэтому подруги детства, это сплошная головная боль".

Перевел: shareui

// На счет того, что каждая строка разделена пустой, уж извиняйте. Это не я. Это повествование такое.