Пролог. Некромант с камерой
Простите, что с места в карьер, но хочу кое-что спросить.
Кого-нибудь из вас увольняли с работы в двадцать с небольшим?
Меня — да. Причём позавчера.
Хотя нет. «Уволили» — не совсем верно. Это же я сам явился на работу с заявлением и чуть ли не вприпрыжку.
— Эх… Надо было всё-таки швырнуть заявление начальнику в рожу.
Я пробормотал это, глядя на счёт, куда перечислили выходное пособие. Сижу теперь в холле без дела — и всё-таки немного обидно.
Хотя сожалений у меня не было. Я ведь уволился не с бухты-барахты.
Всё равно уже подумывал открыть своё дело.
Проблема была только одна.
Денег до смешного мало.
Если бы режиссёр с начальником не трахали мне мозги, я бы ещё несколько лет потерпел.
Меня зовут Чон Тоджин, мне двадцать пять. Имя у меня такое, будто мне на роду написано помереть от ножа; вот и первую половину своих двадцатых я прожил словно на лезвии — а до середины десятилетия добрался аккурат к увольнению.
И проработал-то не бог весть сколько. Неудивительно, что выходное — кот наплакал.
Блять, да на эти деньги даже подержанную развалюху приличную не купишь.
В университет я не ходил, поэтому стаж для моего возраста набежал солидный, но по сравнению с людьми, уходящими на пенсию после десятилетий работы, мои несколько лет — погрешность.
Может, это вообще не выходное, а откупные за моральный ущерб?
Уволиться я и так собирался, но стартового капитала всё равно до смешного мало.
У каждого есть отличный план. Ровно до того момента, пока он не заглянет на свой банковский счёт.
Страшно ли мне? Да нисколько.
Вообще-то заявление об уходе я подавал уже во второй раз.
До этой работы я был журналистом.
После того бардака меня теперь чем хочешь не напугаешь. Ага.
— Эх…
Промучившись так над мыслями о будущем ещё несколько минут, я закрыл интернет-банк и открыл другое приложение.
— Ну да, блять. Конечно. Акции — вот ответ.
Что-что, а рынок я, между прочим, предсказывать умею.
Дзинь.
Стоило открыть приложение — и меня встретила ослепительная доходность. Смотришь на экран и прямо гордость берёт.
А если у человека одна удача идёт за другой, уверенности тоже прибавляется, разве нет? Вот и я начал подыскивать вариант порискованнее, уже рисуя в голове радужные картины.
На этой работе я почти всему полезному научился.
Так что совсем без капитала я всё-таки не остался. Правда, если назвать это «нематериальными активами», прозвучит чересчур пафосно.
Хотя хвастаться до первого успеха — уже почти пустобрёхство. А те, кто громче всех треплется о своих биржевых достижениях, обычно мошенники. Истина, проверенная жизнью.
Для начала хватит собственного капитала. Покажу результат, а потом найду инвесторов…
— Папа! Телевизор сломался!
Я как раз выстраивал план, за который сам Шерлок встал бы и зааплодировал, когда неподалёку раздался пронзительный детский крик.
Ну что ещё?
У телевизора в холле шумели девочка лет десяти, готовая вот-вот расплакаться, и мужчина, явно её сопровождавший. Одет с иголочки, а лица у них похожи как две капли воды — отец с дочерью, без вариантов.
— Хаын! Здесь люди. Нельзя так кричать!
— Н-но папа… Ты же сам говорил, что я всегда должна смотреть, как работают старшие…
— Разве взрослого, который заставляет окружающих морщиться, кто-нибудь станет уважать? Если человек сам никуда не годится, а имя его известно всем, его просто будут чаще ругать. Извинись перед людьми.
— …Да. Простите, что я закричала.
Девочка поклонилась сначала в одну сторону, потом в другую.
По разговору — вполне воспитанные отец с дочерью. Даже сотрудники вокруг заулыбались.
Что же там такого случилось?
Из любопытства я глянул на телевизор и сразу понял.
А-а. Прямая трансляция рейда гильдии «Нату».
Одна из трёх гильдий S-ранга во всей Корее как раз вела трансляцию зачистки врат.
Значит, девчонка, наверное, тоже пробуждённая и проходит подготовку.
Юных пробуждённых обучают государство или гильдии. Причина простая: способности порой пробуждаются даже у дошколят.
А дошкольник ведь может всего-то захотеть помассировать маме с папой плечи — и оставить их с переломанными ключицами.
Попробуй после этого взвалить такое обучение на обычную семью. Та ещё задачка.
Если горилла размахнётся, она и игрушечным мечом Power Rangers кости человеку переломает. Поэтому ребёнку обязательно надо научиться нормально контролировать силу.
Естественно, государство содержит бесплатные учебные центры.
Но если у ребёнка есть задатки, куда лучше заплатить частной гильдии и дать ему системную подготовку. Для будущего опять же полезнее: если всё пойдёт хорошо, можно, как в спорте, ещё в юности заключить контракт.
Разница примерно как между государственной школой и дорогими частными занятиями. Деньги решают не только в обычном образовании.
Все и так знают, что бюджет государственного Управления охотников — слёзы. Небось тамошние чиновники получают примерно столько же, сколько получал я.
Ах да. У меня же теперь вообще нет зарплаты. Блять.
[А! Навык охотника Ким Чу Ёля сработал как надо!]
[И сразу же — ударный урон от заднего отряда! Отличная связка!]
По общедоступному каналу показывали, как охотники в поте лица зачищают врата.
Вот только трансляция то и дело подвисала.
Уроды из коммерческого отдела.
Всё сокращали расходы, сокращали — теперь даже телевизор обслужить нормально не могут? Да даже в Gimbap Cheonguk у дома картинка не тормозит, придурки.
Или это заговор, чтобы окончательно угробить репутацию нашей гильдии?
Может, здесь ещё кто-то ненавидит эту контору так же, как я?
Хотя какая мне теперь разница, что говорят о бывшем работодателе.
Но пока я не найду новую работу или не запущу своё дело, вы уж будьте добры сохранять приличное имя. Мне ещё этой строчкой в резюме пользоваться.
Без диплома, да ещё и с помойкой вместо бывшего места работы?
Ага, конечно. Кто меня тогда возьмёт?
Так что пришлось через силу подняться и подойти к отцу с дочерью.
— Простите, можно на минутку?
— Ой! П-простите, что я так шумела!
— Всё нормально. Можно я попробую починить телевизор?
Я улыбнулся, и девочка растерянно приоткрыла рот.
— А? Э? В-вы мастер по ремонту телевизоров?
— Нет. Охотник.
— О-охотник?
— Ага.
Глаза у неё стали огромными.
Да-да. У меня даже лицензия охотника есть.
— Если точнее, некромант.
Я прошёл мимо обалдевшей девочки и протянул руку к экрану.
За работу, ребята.
Из моей ладони поплыли души. Сгустки духовной энергии собрались вместе и обрели форму.
«Призыв: призраки-наблюдатели».
Это были призрачные фамильяры некроманта.
— Кью-и?
Похожие на детей, накрывшихся скатертью, призраки склонили головы набок: мол, зачем позвал?
Вот этот телевизор барахлит. Посмотрите, что с ним.
— Кью-и!
Получив приказ, они нырнули прямо в экран.
В старых ужастиках ведь было что-то такое: женщина-призрак из колодца на видеокассете выползает наружу через телевизор.
Способность моих наблюдателей работала примерно так же.
Только они умеют не только вылезать из экрана, но и заходить внутрь.
Экран на мгновение пошёл помехами, а вскоре из него высунулась маленькая призрачная голова.
— Кью-и!
Проблема с антенной на крыше? А сам телевизор в порядке?
— Кью!
Тогда починить легко.
Отлично. Если бы накрылась проводка или линия, я бы только выставил себя идиотом: вызвался помочь и тут же пошёл на попятную.
Тогда просто поправьте угол антенны. А остальное пусть коммерческий отдел сам чинит — хоть мастера вызывает.
— Кью.
Призраки послушно взялись за дело.
Только ничего там не сломайте, а то мне пиздец.
От одной мысли стало не по себе, и я подключился к зрению призраков на крыше.
— Кью-и-и…
— Кью-ю…
Перед глазами возникла картинка, будто я смотрел с камеры дрона: почти голографическое изображение того, что видели мои фамильяры. Убедившись, что они всего лишь поворачивают антенну и восстанавливают приём сигнала, я разорвал связь.
[Ш-ш-ш… Всё, сигнал есть! Они сразу идут в комнату босса?]
[Даже второй состав гильдии S-ранга играет совсем в другой лиге.]
О, заработало.
Навык, выработанный на ремонте собственного компьютера, не пропьёшь.
— Как… Как вы это сделали?
Выходящих из экрана призраков мужчина, конечно, видеть не мог, но глаза всё равно округлил.
— На дворе двадцать первый век. Я же не могу только потому, что я некромант, бегать по кладбищам и раскапывать могилы. Хочешь зарабатывать — поспевай за временем.
Вообще смешно так говорить, если вспомнить, что сама профессия некроманта появилась только в двадцатом веке.
До появления на Земле врат всякие магические и призывные навыки существовали лишь в фантазиях.
Мне, человеку двадцати с небольшим, в это даже верится с трудом.
Я ведь сам с детства смотрел прямые трансляции рейдов охотников.
Я пожал плечами и снова уставился на телевизор.
[Врата зачищены — и без всякого отдыха они сразу переходят к боссу! Впечатляет!]
[Без безупречного распределения сил такое невозможно. Здесь хорошо видна сильная сторона гильдии «Нату».]
[После этого поневоле начинаешь ждать и рейда основного состава на врата из Великой десятки в конце года!]
Вот же подлизы. Им там занесли, что ли? Они каждую секунду кого-нибудь хвалят.
Ну, починил и ладно.
Где вы ещё найдёте сотрудника, который переживает за компанию уже после увольнения? Руки-ноги дрожат от страха за будущее фирмы, выгнавшей такого верного слугу.
Верный вассал, оттеснённый коварными придворными… Да я буквально современный Ли Сун Син, отправленный служить рядовым.
Если объективно, мои способности тоже тянут хотя бы на грязь под ногтем великого адмирала. Жаль, в корпоративных интригах я настолько же безнадёжен, насколько он был безнадёжен в придворных.
Вон Гюн, сука.
Ну и жизнь у меня. Прямо сюжет про изгнанника, только в реальности.
— П-починилось! Спасибо!
— Да не за что. Хорошо, что поломка пустяковая.
Благодарила она немного неловко — ей бы ещё таблицу умножения учить, а не правила взрослого этикета. Но искренность ребёнка всё равно была приятна.
Хм… Прямая трансляция рейда. А ведь неплохо.
Пока телевизор бубнил краем уха, в голове вдруг возникла одна идея.
Какая?
Разумеется, как заработать денег.
Акции Ассоциации охотников и правда голубая фишка.
Ассоциация непобедима, а её акции — божество рынка. Разве не так?
Ассоциация охотников.
Она выросла из объединения охотничьих гильдий, созданного ещё в первые годы Великого катаклизма — тогда охотники рисковали жизнью, спасая людей.
На деле теперь это что-то вроде гигантской международной корпорации впридачу с экологической организацией, с отделением в каждой стране мира.
И да, раз она корпорация, у неё есть курс акций и инвесторы.
Если уж совсем начистоту, это обычная группа интересов.
За зачистку врат и трофеи с монстров платят очень хорошие деньги.
Практически первоклассные безопасные акции: почти никогда не обваливаются.
Я потёр подбородок, продолжая смотреть трансляцию.
Конечно, по-настоящему безопасных акций не бывает.
Но если успеть снять сливки до падения, любая акция безопасная, разве нет?
А тут ещё «Нату» как раз собралась замахнуться на достижение — зачистить врата S-ранга.
Мой чуткий нос уже учуял грядущий взлёт.
Я тут же внимательно просмотрел движение рынка. Перед вложением сначала надо определить запас прочности.
Даже если «Нату» облажается с рейдом — плевать.
Я просто выведу деньги до начала операции.
Главное, что вся отрасль сейчас на подъёме. А значит, рост пока продолжится.
До конца месяца, когда начнётся рейд, акции корейского отделения Ассоциации охотников точно не пойдут вниз.
Даже если случится что-нибудь совсем непредвиденное и судьба решит отыметь меня по полной, обвала такого масштаба, чтобы я не смог его пережить, всё равно не будет.
К этому выводу я пришёл на основе опыта и знаний.
Инвесторы уже стекались на запах прибыли, будто муравьи, распробовавшие сахар.
Для того чтобы немного разогнать капитал, самое то.
Зайду на месяц и выйду. Пусть прибыль будет не самой большой.
Я покрутил смартфон в руке.
…А не взять ли ещё кредит?
Долгосрочные инвестиции с расчётом на годы? Да ну нахрен.
Так я открою собственную компанию — то есть гильдию — уже далеко за сорок.
В худшем случае своя гильдия у меня должна появиться к середине тридцатых.
Ради этого я и увольнялся.
Да и если слишком поздно открыть гильдию, какой смысл потом растить бизнес?
Я прямо вижу это будущее: вкалываю как проклятый до возраста, когда волосы начинают массово покидать голову, а только соберусь наконец пожить для себя — пора на пенсию.
Нет уж.
К тридцати с чем-то меня обязательно будут называть директором.
Нет, неправильно.
Главой гильдии.
И как раз когда я представлял это прекрасное будущее…
— А вы тоже охотник гильдии «Ильрюн»?!
Смотрите-ка, какой восторг во взгляде на старшего коллегу.
Юная госпожа пробуждённая, вы меня этим взглядом смущаете.
Папа? Кажется, сейчас опять самое время её остановить.
— Е-если вам не трудно, может, дадите ей какой-нибудь совет?..
А-а, нет.
У папы взгляд ещё тяжелее.
Впрочем, чего я ожидал.
Мы ведь находились не где-нибудь, а в здании гильдии «Ильрюн».
«Ильрюн».
Одна из трёх крупнейших гильдий Кореи, как и «Нату».
А я с их точки зрения — пробуждённый, которого они встретили в холле «Ильрюна».
Любой решил бы, что я местный охотник.
Но мне оставалось лишь криво улыбнуться.
— Я и правда некромант. И охотник. И до вчерашнего дня получал зарплату в «Ильрюне»… Но охотником «Ильрюна» я не был.
— Что?
По лицу так и читается: «Что за херню ты несёшь?»
Вот ведь молодёжь пошла — уже в таком возрасте познала профессиональные предрассудки.
Если это не порок свободной конкуренции, тогда что?
Я мысленно посетовал на общество, потом посмотрел на охотников, толпой избивающих босса по телевизору… точнее, на тех немногих операторов, которые сейчас снимали всё это, и пояснил:
— Я оператор.
Охотник, который снимает рейды других охотников.
Вот кем я работал до вчерашнего дня.