Ли Ынсук был обычным человеком, жившим ради собственного комфорта.
Его можно было назвать умным, но не гениальным; попытайся он изо всех сил, наверняка поступил бы в хороший университет, хотя выбиваться в передовые исследователи и становиться академической элитой – это уже из области запредельного… А главное, ему совсем не улыбалось горбатиться ради таких результатов.
«Денег много, работы мало, дом близко; чин высокий, ответственности ноль; спишь до упора, деньги считаешь до судорог в пальцах»… Вычитав это из какого-то романа, он сделал фразу своим жизненным кредо.
Позднее, осознав пределы собственных возможностей и ограниченность времени, он пришел к выводу, что всё и сразу – чистая утопия, и формулировка сократилась до…
«Денег много, работы мало, спишь до упора, жить в кайф превыше всего, жизнь коротка, довольствуйся малым…»
После чего он успешно сдал экзамен на госслужбу.
Проявив усердие, какого у него не было за всю прошлую жизнь, он выбился в перспективные молодые кадры… в его планах было дослужиться до начальника отдела и забросить дела, превратившись в безмятежного паразита.
─ Последнее, что я помню, – как на инвестиционном банкете опрокинул три чашки улона подряд (того самого, горючего), после чего мир поплыл… Я что, насмерть упился прямо на месте?!
Увы и ах, любитель комфорта так и не пожил по-человечески, да и умер безо всякого умиротворения.
─ Черт, а ведь мне обещали повышение в следующем году! Вот подтянется молодняк из новых выпускников, паши на них, а я бы уже отошел от дел…
Теперь же он звался Лиэном Сударем и числился попаданцем, хотя, судя по всему, участь его была незавиднее участи любого работяги.
Книга, человек, пара штанов… точнее, без единых трусов – вот с чем он заявился в иной мир.
Ах да, неправда: тогда, под его зябким голым задом, находилось остывающее тело ящеролюда по имени Лиэн.
Дальше события развивались сами собой: воспользовавшись пожитками покойного, он попытался затесаться в толпу, влиться в новое общество и вновь зажить спокойной жизнью.
Этот ящеролюд, между прочим, оказался обедневшим аристократом, направлявшимся к дальним родственникам, так что с такой базой вполне можно было занять неплохой стартовый плацдарм, чтобы поскорее завести жену, детей и обрести домашний очаг.
─ Вообще-то, жена со звериными ушами – это даже неплохо, по крайней мере на покупке костюмов для косплея сэкономлю…
Он, как водится, сохранял неиссякаемый оптимизм.
─ Сдохни!
Однако вряд ли сулило что-то хорошее знакомство со звериной мордой, привязанной к железному трону и жаждущей разорвать его на куски.
─ Давай договоримся: я придумаю, как тебя освободить, ты меня не трогаешь, и мы делаем вид, что не встречались.
─ Сдохни! ─ Идиотский кляп заглушал слова, но бушующая в комнате жажда убийства раскаляла воздух.
Лиэн не слышал звуков – судя по всему, удар приходился прямо по мозгам… Впрочем, каждая попытка наладить контакт заканчивалась одинаково.
Она была прекрасна: точеная фигура топ-модели пылала сочными изгибами, а золотые, подобные солнцу волосы рассыпались по бедрам… но сейчас при малейшем приближении в плену стальных путов на ее теле от натуги вздувались вены.
Какая к черту прославленная милосердная героиня этой эпохи – перед ним бесновалась разъяренная львица.
─ Сдохни!!
Пленница не могла говорить, стоило же ему подойти чуть ближе, как в голове Лиэна до звона отдавалось единственное слово: «сдохни», оглушая до полного отупения.
Он потер затылок с легким вздохом.
Ну и как с ней договариваться? Невозможность диалога с объектом – худший кошмар для Лиэна.
Как толковый аппаратчик, Лиэн лучше всего умел вести переговоры и находить компромиссы… Умение подбирать слова – это лишь база, а вот сыграть на чужом характере и позициях так, чтобы собеседник растерялся, подобрел и согласился на твои условия – настоящее искусство.
─ Но если человек с порога отказывается говорить, тут уж руки связаны.
Угрозы смертью Лиэн всерьез не воспринимал: пока есть почва для разговора, стартовые условия не имеют никакого значения.
Раз голова на плечах, и ты можешь ее открутить, к чему горланить?
Для Лиэна диалог означал, что дело сдвинулось с мертвой точки.
Сколь ни была бы крепка чужая воля и сколь смертоносны угрозы… да неужто они страшнее упертости жильцов из аварийных домов перед сносом, сидевших с канистрами бензина на приемах у начальства? Те-то бедолаги в ту минуту действительно жить не хотели.
Именно после того, как ему удалось разрулить ситуацию с самодельным бункером несговорчивых жильцов и предотвратить ЧП, угрожавшее безопасности руководства, Лиэн без всяких связей и знатного диплома заслужил кредо тридцатилетнего завотделом.
─ Мой план: в тридцать – заведующий хозчастью в аппарате, в тридцать пять – тихая должность в управлении, а в сорок – полупенсионный покой…
Будучи исполнительным клерком, Лиэн слыл в коллективе «славным малым», способным найти подход к любому и выбить приемлемый для всех компромисс… Пусть ты в убытке, пусть твои проблемы не решены до конца, зато эмоциональный отклик получен, верно?
«Хамелеон» – так за глаза судачили о его стиле некоторые коллеги.
Впрочем, он никогда не стыдился этого прозвища, скорее даже гордился: разве плохо, когда всё решается ко всеобщему удовольствию? Как же здорово, когда каждый делает шаг назад ради общего мира…
─ Выходит, теперь мне и впрямь придется прикинуться ящеролюдом и стать хамелеоном в самом буквальном смысле… ─ Лиэн возвел очи к небесам, чувствуя всю иронию судьбы.
И вот теперь ему досталась собеседница, с которой невозможно вести диалог; впрочем, он не унывал и продолжал сыпать любезностями… За этот месяц он навещал ее ежедневно, и хотя в ответ неизменно слышал лишь одно-единственное «сдохни», отчего явно ехала крыша, он неизменно улыбался.
Хотя бы примелькаться – уже задел на будущее.
Что? Почему бы просто не снять оковы? Бросив взгляд на запястья, способные размозжить его собственную черепушку, и вспомнив о сверхъестественной силе, способной снести его легким дуновением ветра, Лиэн пришел к выводу, что договариваться он хочет, а вот умирать – нет.
К тому же, судя по всему, замков на этих оковах не было вовсе.
─ Похоже, сегодня попытка переговоров снова провалилась…
Лиэн не падал духом: по крайней мере, сегодня он узнал имя и статус гостьи, а значит, можно было собрать побольше сведений и составить новый план.
Глядишь, какое-нибудь заветное слово развяжет ей язык.
Заговори о жизни, о близких, о будущем и достижениях – стоить собеседнику открыть рот, как соглашение не заставит себя ждать.
Он-то готов терпеть сколько угодно, да только вот обстоятельства ждать не собирались.
[Основное задание: запечатать / уничтожить злого бога Эльсену.]
[Сводка задания: Печать злого бога под Хуэйгуаном трещит по швам, он вот-вот вырвется наружу. Устраните его… либо он устранит вас.]
[Штраф за провал: В случае провала этот город станет частью истории, так что штрафовать уже будет некого.]
[Обратный отсчет: 761 день, 8 часов.]
Это была вовсе не системная подсказка, но ее можно было назвать единственной опорой Лиэна.
Красные цифры обратного отсчета на страницах привязанной к нему странной древней книги недвусмысленно предрекали городу всего два года жизни.
И лишь благодаря дарам из этой книги ему удалось затесаться в городские ворота.
[Знание языков (легендарное): Будучи наследником %, помимо девяти глаголов этого мира, вы способны мгновенно постигать языки большинства низших видов…]
Похоже, фолиант, явившийся в этот мир вместе с ним, вступил в какую-то таинственную связь с его душой.
На второй странице книги даже в реальном времени отображался статус Лиэна.
[Лиэн (Ли Ынсук), биологический возраст: 22, уровень вида: Низший камень.]
[Статус: Сила – 2, Телосложение – 3, Ловкость – 3, Дух – 5]
[Драконизация: 3%, пробужден расовый талант: Драконий глаз (Прозрение истинного).]
[Звериная трансформация: 1.5%, пробуждена родовая способность: Знание языков (Понимание человеческой речи).]
[Инвентарь: Неприрученный раб – 1, Случайный кодекс героических духов – 1]
[Общая оценка: Телосложение среднего местного восьмилетки колеблется в районе от 2 до 5… Посмотрите-ка, этот искатель приключений спасается бегством от курицы! Гляньте, уличный сорванец только что получил достижение «Победитель искателей приключений восьмилетнего возраста»!]
Отбросив в сторону пикантные детали, эта штука словно намекала на его превращение в нечто нечеловеческое… и прямо указывала, что сам Лиэн – полнейший слабак!
Единственное, что давал «золотой чит», помимо прорыва в языковом барьере – талант «Драконий глаз, позволяющий видеть истину»… Опытным путем выяснилось, что в нынешнем состоянии Лиэна эта штука лишь улавливала малейшие колебания чужих мыслей, работая в лучшем случае как детектор лжи.
Однако в этом мире…
─ Черт побери, мало того, что здесь водятся злые боги и магические звери, так еще и маги с волшебницами из соседних городов захаживают…
Будь это мирный уголок, привычная Лиэну дипломатия компромиссов, возможно, и сработала бы.
─ Потише, мы вообще-то грабим!─
В конце концов, перед лицом грубой силы и деспотизма компромисс означает лишь потерю всего.
Стоило ему вернуться в свое жилище, как суровая реальность опустила его с небес на землю.
Перед глазами зияла разломанная дверь… Холодный металл сулил смертельную угрозу.
Не успел он выйти из туалета, как его сбили с ног.
─ Деньги на бочку. ─ Ржавый ствол гномьего мушкета уткнулся ему в переносицу, золотые клыки киноцефала сверкнули кладбищенским фосфором, а зловонная слюна капнула на лицо. ─ Или мы соберем их с твоего трупа.
─ Хочешь жить – выкладывай монеты и лижи нам сапоги, ─ взвизгнул еще один шакал, перекрывая выход в коридор.
Можно ли им верить? Лиэн не верил: бандиты без масок, средь бела дня ломающие дверь ради грабежа… Это значило лишь одно: они не боялись разоблачения! Они не собирались оставлять свидетелей в живых и даже не рассчитывали, что кто-то придет на помощь.
Никогда прежде не испытываемая смертельная опасность слегка дезориентировала выходца из мирной эпохи.
Привычка сначала искать изъян в собственных действиях снова дала о себе знать: неужели он где-то оплошал?
Может, взятка стражникам у ворот выдала в нем богача? Но ведь он выложил ровно ту среднюю сумму, о которой навел справки заранее.
Или те инспекторы оказались продажными? Нет, он проверял их Драконьим глазом – они не лгали…
─ …Аристократишка из дегенерировавших донельзя глуп, раз таскает магическую книгу при себе. Тц, да и по переплету видно – дорогая вещица.
─ Только без глупостей, мой кинжал не только острый, но и ядовитый.
─ Братец шутит, да какой там дегенерат, что свинную поклацуху одолеть не может, станет рыпаться… А ну смотри сюда!
─ Хлоп!
Опьяненные успехом шакалы гоготали вовсю, хвастаясь добычей.
Наш проводник? Наш постоялый двор? Да он же расспрашивал нескольких разных провожатых и прохожих! В этот момент до Лиэна дошло: оказывается, ошибка была совершена с самого начала.
─ Я отдам вам всё, вы же пощадите меня?
Даже теперь «хамелеон» пытался торговаться, пытался прийти к компромиссу…
─ Само собой.
─ Нам нужны только барыши, а не твоя шкура.
Ложь. Сплошная ложь.
Драконий глаз, различавший правду, дал Лиэну однозначный ответ.
Что бы он ни делал, о чем бы ни просил – его убьют.
Выходит, он не совершил никакой ошибки; просто в этом мире само существование слабых уже навлекает на них беду.
─ Похоже, выбора не осталось…
В какой-то момент в его руке оказалась карта.
[Инвентарь: неизвестный кодекс героических духов – 1 шт. Желаете активировать?]
Это была всего лишь пустая страница древней книги, но Лиэн до сих пор не решался ею воспользоваться.
[Предупреждение: активация окажет непредсказуемое влияние на душу и самосознание.]
Но, судя по всему, выбора у него не было с самого начала.
[Кодекс героических духов активирован… Случайный выбор завершен, героическая душа «Упрямая справедливость» Суль Даон нисходит! Активация душевного модуля…]
Звонкая слюна киноцефала уже готова была сорваться на лицо «Лиэна», как вдруг чья-то рука намертво вцепилась в собачью морду.
Бледно-золотое сияние окутало фигуру «Лиэна», и призрачная тень начала обретать плоть.
─ Слабость никогда не была преступлением. ─ Голос древней героической души слился эхом с голосом молодого мужчины.
Крупная собачья голова была зажата в маленькой руке, и там, куда вонзались пальцы, сперва показались кровавые царапины, а затем пальцы вошли прямо в плоть.
Царапины расползались всё шире, крики тонули в горле, а на некогда самоуверенной псовьей морде проступили отчаяние и ужас.
─ Угх. ─ Стоило кулаку сжаться, как от былого величия на звериной физиономии осталось лишь моление о пощаде.
─ Хрусь. ─ Никакого милосердия, никаких лишних слов – стоило ладони захлопнуться, как по полу брызнула кровь.
Жуткое зрелище повергло второго грабителя в леденящий ужас; не колеблясь ни секунды, он бросил подельника иприпустился наутек.
Но бежать? Разве от этого убежишь?
Рука «юноши» начала отливать серебряным блеском, призрачный силуэт героического духа полностью растворился в плоти, а на теле проступил символ весов.
В следующее мгновение комнату распорол удар клинка, наполненный смертоносным серебряным свевом и брызгами крови.
В тот самый момент, когда лишенная жизни голова взмыла в воздух, над новым миром пронесся исполненный гнева рев из глубины веков:
─ Справедливость не знает компромиссов! Ю