─ Мелкие шалости, не более.
Линь Юйцай откинулся на спинку стула, его вид был весьма расслабленным.
─ Скромничаете, ─ Цянь Вэньхуа поднял большой палец. ─ Об этом гудят все образовательные круги Фаньцзюя.
─ Я видел фотографии вашей столовой в учительском чате первой школы, честно говоря, у самого слюнки потекли.
Он опустил чашку, чуть подался вперед, и тон сменился с дежурного на серьезный.
─ Но, директор Линь, сегодня я пришел не просто старые дни вспомнить.
─ У меня есть одна задумка, хочу с вами посоветоваться.
─ Слушаю.
Цянь Вэньхуа бросил взгляд на стоявшего рядом Чэнь Чизгана.
Чэнь Чизган понял намек, открыл папку и извлек из нее сшитый документ в красивой обложке.
─ План слияния тринадцатой и первой школ.
Линь Юйцай опустил взгляд на обложку, открывать не стал.
─ Разве начальник Лю не сказал, что крайний срок – конец августа?
─ Сейчас же середина мая, не слишком ли рано пожаловал директор Цянь?
Цянь Вэньхуа улыбнулся.
─ Директор Линь, я же из лучших побуждений.
─ Посмотрите… вы затеяли ремонт столовой, поставили кондиционеры, расширили душевые, во сколько вам обойдется вся эта канитель по итогу?
─ Миллиона в три? – он развел руками с видом крайнего сожаления.
─ Но толку от того, что эти деньги потрачены?
─ Главная проблема тринадцатой школы – это контингент учеников и показатели поступления в вузы.
─ Даже если вы отделаете учебные корпуса под императорский дворец, если процент поступления на бакалавриат не поднимется, придет конец августа, и управление образования все равно объединит школы.
─ И тогда все ваши вложения пойдут прахом.
Его тон был предельно искренним, а выражение лица – проникновенным.
Если бы кто-то не знающий положения дел послушал, то наверняка решил бы, что этот директор первой школы и впрямь переживает за тринадцатую.
Цянь Вэньхуа и Лю Цзяньго были одним миром мазаны.
Насчет тех четырехсот му земли тринадцатой школы Цянь Вэньхуа пускал слюни еще сильнее, чем Лю Цзяньго.
Слияние с тринадцатой школой несло первой сплошные выгоды…
Мало того что на халяву доставался лакомый кусок земли в золотом районе, так еще можно было получить плату за обучение с нескольких сотен учеников.
Более того, на фоне отстающих учеников из тринадцатой школы ценность первой будет расти всё выше.
И пусть процент поступления чуть-чуть снизится, оно того стоило.
А так называемая «забота об учениках» – всего лишь красивые слова.
─ Поэтому я предлагаю… ─ Цянь Вэньхуа легко постучал пальцем по обложке документа. ─ Пока срок еще не подошел, давайте заранее запустим процедуру слияния.
─ Разойдемся по-хорошему, я гарантирую, что после перевода ученики тринадцатой школы получат надлежащее устройство.
─ И вы сможете уйти со сцены с достоинством, а не быть принудительно объединенными управлением образования, что ударит по лицу.
В кабинете на мгновение воцарилась тишина.
Су Цинъянь стояла в стороне, ее губы превратились в тонкую линию.
Линь Юйцай уставился на тот план слияния, лежавший на столе, и медленно протянул руку.
В глазах Цянь Вэньхуа промелькнуло торжество.
Затем Линь Юйцай оттолкнул документ обратно.
─ Директор Цянь, спасибо за заботу.
Он поднял голову, его взгляд был спокоен.
─ Но тринадцатая школа объединяться не будет.
Улыбка на лице Цянь Вэньхуа застыла на секунду.
─ Директор Линь, подумайте еще…─
─ И думать нечего, ─ Линь Юйцай встал, упершись обеими руками в столешницу.
─ Вы правы, корень проблем тринадцатой школы – это ученики и поступление.
─ Столовая и кондиционеры этого не решат.
─ Но вы задавались хоть раз вопросом?
─ Каким вопросом?
─ Почему ученики тринадцатой школы не хотят учиться?
Цянь Вэньхуа опешил.
─ Потому что они чувствуют, что от них отказались.
Голос Линь Юйцая звучал негромко, но каждое слово отчетливо чеканилось.
─ Школе на них наплевать, учителям на них наплевать, управлению образования на них наплевать.
─ В глазах каждого они просто безнадежная серая масса двоечников.
─ Но это не так.
─ Просто им еще никто и никогда не создавал нормальных условий, чтобы они поверили: они заслуживают того, чтобы к ним отнеслись всерьез.
Он посмотрел в глаза Цянь Вэньхуа.
─ Столовая, кондиционеры, душевые… всё это не пустая трата денег.
─ Это сигнал для пяти сотен ребят: кто-то о вас заботится.
─ И когда они начнут в это верить, произойдут перемены.
Выражение лица Цянь Вэньхуа было сложным, он приоткрыл рот, словно собираясь возразить, но не знал, с чего начать.
Он провел в системе образования почти всю жизнь и повидал слишком много людей, произносящих красивые речи.
Однако в тоне Линь Юйцая не было ни грамма игры, за ним стояла твердая уверенность.
В конце концов Цянь Вэньхуа поднялся, забрал план слияния и одернул пиджак.
─ Директор Линь, ваши мысли прекрасны.
─ Но идеалы есть идеалы, а суровая реальность есть реальность.
Он повернулся и зашагал к двери.
─ В конце августа буду ждать от вас хороших новостей.
Чэнь Чизган шел следом, перед выходом оглянувшись на Линь Юйцая с оттенком странного выражения в глазах…
То ли презрение? То ли сочувствие? Не поймешь.
─ То, что ты сейчас сказал, всерьез?
Су Цинъянь подошла к Линь Юйцаю.
─ Никогда еще не был так серьезен.
Су Цинъянь изучала его несколько секунд, а потом опустила глаза и чуть-чуть улыбнулась.
─ Ладно, тогда я в роли замдиректора сыграю с тобой в эту авантюру.
─ Разобьем по рукам? ─ Линь Юйцай протянул руку.
─ Не детский сад? ─ Су Цинъянь покосилась на него.
Но все же подняла руку и хлопнула в ответ.
Хлоп!
Звук соприкосновения ладоней эхом пронесся в тихом кабинете.
За окном снова затрещал перфоратор строителей.
В коридоре раздавались смех и крики проходивших мимо учеников.
Тринадцатая школа оставалась той же паршивой школой.
Но кое-что уже начало меняться.
Линь Юйцай стоял у окна, глядя на рабочих, таскавших наружные блоки кондиционеров на спортплощадке.
Системная панель тихонько мерцала в уголке поля зрения.
[Выполнение задания: установка кондиционеров – 18%, расширение душевых – 5%]
[Осталось времени: 10 дней 3 часа 22 минуты]
Десять дней.
Хватит.
Он сжал кулак.
─ Цянь Вэньхуа, жди.
─ В конце августа я не просто отстою тринадцатую школу.
─ Я покажу тебе, как далеко способны зайти эти ученики, которых вы записали в отбросы.