Гонг раскатился по арене, перекрывая крики раненых.
— На этом объявляю первый раунд закрытым! Аплодисменты нашим храбрым гладиаторам!
Трибуны ликовали, а мы ещё не успели перевести дух, как Клаус снова заговорил:
— … Хотел бы я так сказать. Однако! Это ещё не всё!
Я отчаянно перевёл взгляд наверх.
«Да что ещё?!»
Клаус довольно ухмыльнулся, наслаждаясь интригой.
— Сейчас мы все вместе сосчитаем до трёх. За эти три секунды каждый из вас должен найти себе пару. Достаточно коснуться любого живого участника.
Он демонстративно обнял самого себя.
— Тот, кто останется без пары, получит наказание!
Мне совсем не хотелось узнавать, каким оно будет. Вряд ли что-то хорошее.
Но три секунды.
За это время нужно коснуться человека, которого только что пытался убить.
«Чёрт возьми, вечно все через одно место!»
Я раздражённо ударил кулаком по земле.
«Всего три секунды. Может, кто-то из наших рядом?»
Кэп — далеко.
Софи — тоже.
Одни чужие лица.
И этот…
— Итак, начинаем отсчёт! ОДИН!… ДВА!…
Клаус выкрикивал цифры в микрофон, а трибуны дружно повторяли за ним.
Я покосился на Эллайджу. Ещё минуту назад мы были готовы перегрызть друг другу глотки.
— Чёрт…
Я коснулся его плеча.
— ТРИ!
Подсчёт закончился. По трибунам прокатился вой сирен.
— Ну вот теперь — точно всё! Благодарю всех за участие! Следующий раунд состоится уже завтра. Ждём вас в это же время, в этом же месте! С вами был ваш покорный слуга — Клаус Фон Штук!
Экран погас.
На арене воцарилась тяжёлая тишина. Все трибуны закрылись металлическими пластинами. На арене остались только мы.
Несколько секунд никто не двигался. Один парень всё ещё тряс за плечи мёртвую девушку, будто всё ещё надеялся её разбудить. Некоторые молились. Другие не отрывали взгляда от пола. Один мужчина нервно смеялся без всякой причины.
Слева с тяжёлым лязгом распахнулась массивная дверь. Оттуда вышли люди в форме. У каждого в руках — массивный арбалет. Нас в считанные секунды окружили.
«Примерно по одному охраннику на каждого».
Вперёд вышел один из них.
— Ну что, засранцы, поздравляю тех, чьи бошки ещё не взорвались!
Он громко расхохотался.
«Точно. Это тот самый, что рассказывал нам про ошейники».
Невысокий толстяк с огромным пивным животом, распиравшим форму. Пышные усы торчали в стороны так, будто заходили в помещение раньше хозяина. Маленькие глазки при этом постоянно бегали по толпе, выискивая повод поиздеваться.
— Бросайте оружие. Всем встать по своим парам и шагать внутрь. И чтоб без фокусов. А то сами знаете что будет.
Он постучал указательным пальцем по своему виску.
Гладиаторы начали почти тут же сбиваться в пары. Через некоторое время выстроилась длинная колонна по двое. Позади каждой пары встали по два охранника.
Я приподнял руку.
Толстяк раздражённо обернулся.
— Ну что ещё?
— Этот в отключке, но он жив. Это же считается?
Я указал на лежавшего рядом Эллайджу.
— …Считается.
Он махнул рукой.
— Эй, вы двое. Тащите это тело внутрь.
Двое охранников без лишних слов подняли Эллайджу. Мы влились в общую колонну.
Напоследок я переглянулся с Капитаном и Софией.
Они шли немного впереди. София была в паре с какой-то женщиной. Даже издалека они казались мне чем-то похожими. Напарник Капитана выглядел спокойным и собранным. До своих Кэп тоже не успевал добежать. Значит, ему, как и мне, пришлось довериться совершенно незнакомому человеку.
* * *
Внутри Колизей выглядел гораздо чище, чем я ожидал. Каждый шаг отдавался эхом от серых каменных стен. На полу не было ни капли крови. Будто здесь никогда никого не убивали. Воздух пах машинным маслом, сыростью и чем-то, похожим на медицинский спирт. Где-то в глубине размеренно работали механизмы. Повсюду возвышались массивные металлические двери. Почти на каждом перекрёстке дежурила вооружённая охрана. Длинный коридор плавно уходил по дуге.
«Неужели весь Колизей построен кольцом?»
Пока мы шли вперёд, усатый толстяк, представившийся Карлсоном, объяснял правила жизни за кулисами арены.
Я опять осмотрелся по сторонам. На стенах ни одной свежей выбоины. Ни кровавых разводов. Ни следов успешной уборки.
«Интересно, сколько людей прошло по этому коридору до нас?»
Карлсон толкнул тяжёлую дверь.
— Слушайте сюда засранцы. Это тренировочная. Здесь можете готовиться к выходу на арену, отрабатывать навыки, примерять снаряжение и пользоваться способностями… если у вас вообще есть к ним доступ.
Здесь картина уже отличалась. На стенах виднелись старые следы ударов. По углам валялись разбитые манекены. Посреди помещения располагался небольшой ринг.
Кто-то в колонне начал толкаться.
Карлсон остановился.
Медленно повернул голову и несколько секунд молча смотрел назад. После этого невозмутимо продолжил идти.
— Так… О чём это я. А, вспомнил. Все свои разногласия решаете здесь. Это там, вы гладиаторы. А здесь — всего лишь заключённые.
Он ткнул большим пальцем себе за спину, будто показывал÷ на арену.
— Мне вообще плевать, если кто-то из вас, мразей, сдохнет. Но…
Он указал пальцем наверх.
— Там считают иначе.
Карлсон ухмыльнулся.
— Для них вы, засранцы, ценный актив данного заведения. Поэтому любые попытки убийства будут строго наказываться.
— Начальник… А жрать-то дадут?
Кто-то из толпы перебил его.
Карлсон расплылся в довольной улыбке.
— Коне-е-ечно, конечно. Кто это сказал? Шаг в сторону.
«Сейчас что-то будет».
Из строя тут же вышел мужчина. Похоже, он действительно ожидал чего-то хорошего.
Карлсон подошёл почти вплотную, улыбка не сходила с его лица.
Резкий удар под дых.
Мужик согнулся пополам.
Карлсон схватил его за волосы.
— Разве была команда «Голос»? А, пёс?
Тот попытался что-то ответить. Ещё один короткий удар в живот. Воздух со свистом вырвался из его лёгких. Карлсон даже не изменился в лице.
— Что такое, тебе плохо?
Он лениво скользнул взглядом на охранников.
— Эй. Сломайте ему ведущую руку.
Двое охранников шагнули вперёд так спокойно, будто их попросили передвинуть мебель. Один прижал мужчину коленом к полу. Второй взял его за кисть. Только теперь до него дошло, что сейчас произойдёт.
— Что… Нет!.. Не надо!.. Я же просто…
Сухой хруст.
Коридор наполнился криком.
Никто уже не реагировал. Даже те, кто отвернулся, всё ещё слышали его вопли.
«Он не шутил. Здесь будут ломать любого, кто забудет своё место».
Карлсон явно наслаждался происходящим.
— Запомни. Следующий вопрос будет стоить ноги.
— Люблю, когда заключённые быстро учатся. Я ведь сказал лишь, что нельзя убивать друг друга.
Он хлопнул в ладоши.
— Так, засранцы, идём дальше.
Следующей оказалась столовая.
— Здесь кухня. Продукты, посуда, даже алкоголь — можете использовать всё, что найдёте. Готовить будете сами. Обслуги тут нет.
Он сделал короткую паузу.
— Но есть одна проблема.
Уголки его губ поползли вверх.
— Продукты ограничены.
По колонне мгновенно прошёл приглушённый ропот. Голод только что стал ещё одним участником игры. Некоторые уже принялись оценивать полки, будто мысленно делили запасы. Следом нас провели ещё через несколько помещений: библиотеку, душевые и медпункт. После сломанной руки вопросов больше не возникало.
— Раненые и больные — лечитесь сколько влезет. Но правила те же. Бери, что хочешь, пока оно не закончилось. Любые действия, угрожающие жизни, запрещены. Если хочется кому-то набить морду — идите на ринг.
Несколько тяжелораненых не сводили глаз с двери медпункта.
— А вот и ваш новый дом.
Он указал на длинный ряд одинаковых металлических дверей. Домом это место язык не поворачивался назвать.
— По одной двухместной камере на каждую пару.
«Чёрт… Мне теперь с этим психом жить?»
— У вас шесть часов. Поешьте, подлатайте себя и отдыхайте. Потом — отбой. Завтра выпустят за час до начала следующего раунда.
Карлсон развернулся.
— Адьёс, неудачники.
Последние охранники скрылись и ушли вслед за ним.
Кто-то сразу бросился к медпункту, прижимая ладонь к кровоточащему боку. Двое молча тащили под руки раненного, который уже не мог идти сам.
Одна за другой начали захлопываться тяжёлые металлические двери. Их грохот ещё долго гулял по пустому коридору.
До следующего раунда оставалось меньше суток.
Пара минут общего замешательства — и волна почти из пятидесяти человек хлынула на кухню. Участники толкались, кричали, открывали все шкафы с едой и пытались заграбастать себе как можно больше. Кто-то уже разводил огонь под огромной кастрюлей. Девушка с перебинтованной рукой пыталась открыть банку ножом. Парень с рассечённой щекой молча набивал карманы сухарями. Это чём-то напомнило мне начало первого раунда. В стороне стоял старик, который спокойно складывал в карман соль.
Шкаф с алкоголем почти никто не тронул. Я подошёл и взял себе бутылку крепкого.
Булка хлеба прикатилась мне прямо под ноги.
«О. А вот и закуска».
Я отряхнул хлеб и отошёл усаживаться подальше от этого бедлама.
— Забавное представление, не думаешь?
Я резко обернулся.
— Софи! Не заметил, как ты подошла.
После боя её тёмный хвост окончательно распался. Волосы рассыпались чуть ниже плеч, а стройная фигура совсем не казалась хрупкой — под одеждой угадывались мышцы.
— Я этим на хлеб зарабатывала. Можно присоединиться?
Не дожидаясь ответа, она уже придвигала стул.
— Места всем хватит. У меня тут бутылка рома, тебе налить?
Она выхватила бутылку из руки и начала пить прямо из горла. Отпила почти одну треть бутылки залпом.
— …Моё почтение, — произнёс я, демонстрируя поклон.
— Один из бесполезных навыков, полученных в армии.
Какой-то мужчина схватился за кухонный нож, держа другой рукой большие куски мяса. Он хотел пырнуть своего оппонента и уже ринулся в атаку.
Бззз.
Мужчину выгнуло дугой, и он рухнул без сознания. Несколько людей отшатнулись, затем продолжили борьбу. Ещё несколько электрических вспышек возникали то тут, то там.
— Значит, твой партнёр, тот безумец?
За спиной кто-то застонал.
— Эллайджа, ага, «повезло» мне с напарником. Ещё как назло никого рядом не оказалось.
Девушка хихикнула.
За соседним столом кто-то осторожно перевязывал незнакомцу руку.
— А у тебя? Я видел девушку рядом, когда нас собирали вместе.
— Да… Катарина — так она себя теперь называет.
— Старые знакомые?
— Хуже, сёстры.
С минуту София молчала, глядя в пустоту.
— Ты не рада?
— Была бы рада, если бы это была старшая сестрица Кэтрин, которую я знала в приюте. А теперь это «палач» Катарина.
Обида и досада чувствовалась в её голосе. Она поджала колени на стул и обняла их.
Взгляд сам собой скользнул к Катарине. Со стороны они с Софией действительно были похожи. Такая же стройная фигура, длинные тёмные волосы, только глаза казались заметно темнее и холоднее. Волосы спадали почти до поясницы.
Я откинулся на спинку стула. Подобрать слова оказалось неожиданно трудно.
— … Хреново.
— Ага.
— Но теперь ты не одна. Есть я. Есть Кэп. Думаю, он не будет против. Как-нибудь разберёмся.
— Хах… спасибо, Гэбриэл.
— Кстати, рад, что ты выжила.
Именно сейчас я впервые смог без спешки посмотреть ей в лицо. Изумрудно-зелёные глаза с жёлтыми крапинками внимательно изучали меня.
«Красиво».
— Я тоже рада…
Громкий вдох от пробуждения.
— Чёрт, моя башка. Эй, че я пропустил?
«А вот и монстр проснулся».
Он оказался ещё крупнее, чем выглядел на арене. Высокий, широкоплечий, с массивной мускулатурой. По плечам спадали длинные дреды, а смуглая кожа напоминала уроженца жарких стран.
— Очнулся наконец, Эллайджа?
Он упёрся одной рукой об пол и сделал выпад ногой в мою сторону. Я вскочил и схватил стул.
— Эй ты! Бой закончился, идиот.
София с интересом наблюдала за происходящим.
— Пацан, какого хрена здесь происходит?
Я вкратце пересказал ему последние события, он слушал, не перебивал.
— … Понятно. Короче слабаки решили, что могут творить что хотят.
Он встал и двинулся в сторону кухни. Взял черпак и бил им по кастрюле, до тех пор пока все не обратили на него внимания. Эллайджа запрыгнул на стол и, не торопясь, оглядел собравшихся. Лишь убедившись, что на него смотрят все, заговорил.
— Слушать сюда ублюдки!
Он схватил буханку и откусил кусок.
— Вся еда здесь принадлежит мне, понятно? Только мне решать, кто её достоин. А если есть претензии — я выслушаю каждого на ринге, хоть все разом наваливайтесь.
«А вот и первый самопровозглашенный король».
Остальные притихли — никто не забыл, как несколько минут назад он в одиночку перебил половину своего участка. Но некоторые всё равно не прекращали складывать еду, делая вид, что не услышали его.
— Слышь мужик, да срать я хотел на какого-то хера с горы. Пойдём выйдем!
Неизвестный парень выступил вперёд и направился в сторону ринга. Почти все последовали за ними.
— Как бьёмся?
— На кулаках! — восторженно объявил Эллайджа.
Худощавый парень с криком бросился на него. Провёл серию атак ногами, все они бились только о воздух. Боец с дредами равнодушно уклонялся от всех атак.
Гладиаторы болели и кричали.
Удар ногой в голову, Эллайджа схватил его за ногу, потянул назад, чтобы тот растянулся в шпагате.
Хлёсткий удар локтем по колену.
Вопли боли раздались по всему залу. Кость торчала с обратной стороны ноги. Из раны текла кровь. Несколько человек почти сразу отвернулись. Две девушки прикрыли рот рукой, а один довольно прищурился. Он всё ещё лежал возле ринга, пока двое пытались остановить кровь.
Тишина.
Эллайджа развернулся с напыщенным видом.
— Ну чё, пацан? Я ведь не убил его?
Он явно обращался ко мне.
Я только приподнял стакан с алкоголем вверх, давая знать что заметил его.
— Ну чё там, кто ещё хочет добавки?
Безумец развёл руками и оглядывал остальных.
— Я не согласен с тобой.
Капитан невозмутимо вышел на ринг. Даже стоя неподвижно, он казался огромным. Широкие плечи, коротко остриженные волосы, которых уже коснулась седина, и тяжёлый взгляд из-под вертикального шрама на правом глазу.
— И я пожалуй тоже.
Рядом с ним поднялся худощавый азиат с узким лицом. Волосы были собраны в аккуратный пучок, а старый шрам пересекал левую щёку.
— О-о, Сяо… как тебя там, да короче будешь просто Сяо. И, новое лицо.
— Для всех я Капитан. Но ты можешь звать меня «мой господин». Ублюдок. — Кэп закончил и сплюнул.
— А кишка у тебя не тонка, Ка-пи-тан. Ну давайте, нападайте вдвоём.
Эллайджа встал в стойку.
Сяо и Кэп переглянулись и ответили тем же.
«Может вмешаться? Нет. Только если дела пойдут совсем плохо».
* * *
Эллайджа сорвался с места первым. Прямой удар правой рукой рассёк воздух.
Сяо вышел навстречу. Одним движением увёл руку противника в сторону и тут же хлёстко пробил ногой сначала по бедру, затем по корпусу. Из-за его спины сразу вышел Капитан. Правый прямой пришёлся Эллайдже в лицо. Второй удар тот успел частично заблокировать, но всё равно был вынужден сделать несколько шагов назад.
— Забавно… Значит, уже успели спеться.
Он поднял руки в защитную стойку, и больше никто не бросался вперёд бездумно. Они медленно закружили по рингу.
«Теперь уже никто не лезет напролом».
Первым дистанцию вновь сократил Сяо. Его ладони мелькали одна за другой, короткими хлёсткими ударами целясь в суставы. Эллайджа уклонялся и принимал часть ударов на блок, но противники постоянно меняли углы атаки. Стоило ему отбиться от одного, как второй уже наносил новый удар. Каждую попытку контратаки азиат мягко уводил в сторону, не позволяя ей достичь цели.
В какой-то момент Сяо резко вскинул ногу для удара. Эллайджа будто только этого и ждал. Он молниеносно сократил дистанцию, поймал мечника за штанину ещё до того, как удар достиг цели, и с силой швырнул его на пол. Пыль взметнулась вверх. Сяо глухо ударился спиной и скорчился от боли.
Ветеран мгновенно вмешался. Мощный удар в бок заставил Эллайджу развернуться. Следом последовала короткая серия по корпусу и голове. Некоторые удары проходили через блок, но и Эллайджа отвечал не менее свирепо. Один тяжёлый хук пришёлся Капитану точно в висок. Тот пошатнулся и был вынужден отступить на шаг, пытаясь вернуть равновесие.
Этого времени Сяо хватило, чтобы подняться. После этого они атаковали вдвоём. Под постоянным давлением Эллайджа постепенно отходил назад, внимательно выискивая ошибку.
И дождался.
Уклонившись от очередного удара Сяо, он резко перехватил его руку, развернулся всем корпусом и рухнул вместе с ним на пол, тут же фиксируя болевой приём.
— Попался!
Мужчина замер. Если ударить сейчас, можно задеть Сяо. Капитан принялся медленно обходить противников по дуге.
Безумец не выпускал руку, внимательно следя за каждым его шагом.
Худощавый боец тоже понял, что силой уже не вырвется. Вместо этого он намеренно начал выворачивать корпус. Эллайдже пришлось сместиться, чтобы сохранить захват.
Этого мгновения оказалось достаточно.
Капитан молниеносно оказался у него за спиной и сомкнул предплечье на шее. Эллайджа зарычал, но болевой не отпустил.
На какой-то миг бой застыл.
Если Эллайджа сломает руку Сяо, Капитан успеет лишить его сознания.
Если Капитан усилит удушающий, Эллайджа может успеть покалечить Сяо.
Первым заговорил Эллайджа.
— Отпусти… или твой узкоглазый дружок останется без руки.
— Не успеешь. Через несколько секунд ты отключишься.
— Нам нельзя убивать.
— А я и не собираюсь.
Здоровяк захрипел. Лицо быстро наливалось багровым, дыхание становилось всё тяжелее.
— Вот же суки…
Захват ослаб. Пальцы медленно разжались.
— Ладно… поговорим.
Капитан не спешил отпускать захват. Лишь убедившись, что Сяо свободен, он немного ослабил давление. Тот несколько раз кашлянул, глубоко вдохнул и рассмеялся.
— Наконец-то хоть кто-то догадался работать головой, а не кулаками.
Никто больше не проронил ни слова. Несколько человек сами подошли ближе к Капитану.
— Так… еду теперь можно брать? — осторожно спросил женский голос из толпы.
И все смотрят уже не на Эллайджу, а на Капитана. Все тяжело дышали. Первым молчание нарушил Эллайджа.
— Ладно. Жрать будем все. Но если хоть один решит тащить больше остальных — переломаем.
Капитан кивнул.
— Всё будем делить поровну. Лекарства получат те, кто в этом больше всего нуждается. Если кто-нибудь разбирается в медицине, помогите им.
Напряжение не исчезло — просто каждый понял, что драка сейчас никому не выгодна. Один молча положил обратно две банки консервов. Другой предложил вести учёт продуктов. Третий — распределить дежурства. За весь день после окончания раунда собравшиеся стали походить не на стадо испуганных людей, а на группу, которая пытается выжить вместе. Пока часть людей разбирала продукты, остальные начали растаскивать раненых по медпункту.
Позже Кэп взглядом показал нам с Софи, что надо отойти в сторону и переговорить.
По пути София спросила у меня:
— Что думаешь?
— Эллайджа псих.
— Не думаю. Он опасен. Это разные вещи.
Те самые две девушки теперь сидели отдельно ото всех и тихо переговаривались между собой.
Мы устроились на лежащих у стены ящиках.
Кэп потер кривоватый переломанный нос, и заговорил:
— Вы сами всё видели. Вместе мы можем с ним справиться. Он не лидер. Просто хочет быть главным.
Рядом Сяо скрестил длинные худощавые руки и вступил в разговор:
— Думаю, он понимает только язык силы. Стоит показать слабость — и он тебя сожрёт живьём. А сильных он уважает.
— Значит, пока что мы ему интересны.
Я сделал вывод.
— Это только пока, — поправила София.
— Предлагаю, как и раньше, держаться вместе. Так будет больше шансов выжить, все согласны? — рассудительно спросил Кэп.
Все согласились.
— Пока что нас пятеро, — сказал Кэп.
— …
— Не пятеро.
Сяо увёл взгляд туда, где Эллайджа спорил с кем-то возле кухни.
— Пока четверо.
Он выдержал короткую паузу.
— И один хищник.
Мы невольно перевели взгляд в сторону Эллайджи.
— Но сейчас он не против нас, — заметил я.
Несколько минут мы ещё обсуждали, кто займётся ранеными, кто проверит запасы еды и где лучше собираться дальше. Разговор закончился, и каждый разошёлся по своим делам. Остальные тоже постепенно разбились на небольшие группы.
Моё плечо ещё побаливало, но не настолько, чтобы первым делом бежать в медпункт. Сначала нужно поесть. И выпить.
Хорошо, что рядом с доспехами лежала обычная одежда: штаны, рубаха и простые тапки. Наконец-то можно снять этот железный хлам.
Народ постепенно расходился. Одни направились в медпункт. Другие сразу заняли тренажёры. Кто-то просто сел у стены, уставившись в одну точку.
Я обратил внимание на круглые печати, разбросанные по углам и на стенах. Они были повсюду. Символы мне не знакомы, но казалось, именно с их помощью за нами наблюдают.
«Пока не знаю, как именно это работает, но они должны как-то следить за нами. Иначе как они предотвращают попытки убийства? Надо будет обсудить это с остальными».
Люди постепенно расходились по помещениям. Из кухни уже доносился запах жареного мяса и кипящей воды. Желудок тут же напомнил, что за весь день я почти ничего не ел.
Я направился туда.
* * *
Беспорядок, конечно, остался, но того хаоса, что бушевал здесь десять минут назад, словно и не было. Это радует. Хотя бы тут теперь станет поспокойнее.
Мимо снова прошёл тот самый старик. Он так же спокойно достал из кармана щепотку соли и молча бросил её в свою кастрюлю.
«Надо бы приготовить нечто сытное и в большом объёме. Точно, приготовлю тот суп, что мой старик делал дома по выходным. Незамысловато, сытно и быстро готовится».
«Странно. Впервые за весь день я подумал не о смерти».
Пока вода закипала, спор за соседним столом через мгновение едва не перерос в драку. Мужчина со сломанной рукой сидел в углу и безуспешно пытался удержать ложку здоровой рукой.
В кастрюлю отправилось всё, что удалось урвать: несколько картофелин, луковицу, кусок мяса и горсть крупы. На автомате нарезал всё почти ровными кусками. Старался экономить специи, ведь, возможно, их больше не будет. Запах горячей еды постепенно вытеснил из помещения запах крови и пота. Наконец-то вокруг стало относительно тихо.
— Вкусно пахнет, помощь нужна?
София наклонилась к кастрюле, поправляя распущенные длинные чёрные волосы за ухо.
— Сам справлюсь. Я люблю готовить. Тут хватит на несколько человек. Как ты?
Я указал взглядом на её перебинтованное плечо.
— Пустяки, бывало и хуже.
— Эй, эй! Чем это здесь так вкусно пахнет?
Эллайджа выскочил между нами и обхватил за плечи обоих.
Я раздражённо стряхнул плечо.
— Это не для тебя.
— Ну зачем же ты так, сосед? Даже Боженька молвил «Делись с ближним своим».
Он широко оскалился.
— Давай оставим прошлые обиды. Всё равно сейчас мне тебя не убить.
— Только сейчас?
— Ну кто знает, что нам скажут делать завтра.
— И всё это… ради миски супа?
— Пацан, ты не представляешь, на что люди готовы ради еды. Ну так что, мир?
Он слегка толкнул меня и протянул руку для рукопожатия. Я мельком взглянул на Софи, глазами прося о помощи. Она только подняла руки вверх и помотала головой.
Я поджал губы и закатил глаза.
— … Мир, пока мы по эту сторону арены, и пока ты не пытаешься меня прикончить — мир.
Мы пожали друг другу руки. Я машинально приготовился, что он сейчас сожмёт ладонь до хруста. Но нет. Обычное рукопожатие. Ладонь у него оказалась неожиданно спокойной. Почему-то именно это пугало сильнее всего.
— Другое дело пацан! Ладно, пойду поброжу ещё.
* * *
Я начал накрывать на стол. Через несколько минут начали подтягиваться остальные. София нарезала простой салат. Потом к нам присоединились Капитан и Сяо. Они придвинули ещё один стол, чтобы места всем хватило. Капитан принёс жареное мясо и хлеб. Сяо взял с собой напитки.
— Вино для дамы, а для мужчин бенгальский эль!
— К чёрту вино, мне тоже эля, пожалуйста, — возразила София.
— А вот и мы. Что, уже готово?
В дверях появился Эллайджа. За его спиной молча стояла женщина, лет на пять старше Софии. Подтянутая, крепкого телосложения, с тёмными волосами, собранными в хвост.
— Я тут по пути ещё кое-кого прихватил.
София встретилась взглядом с сестрой.
— Кэт… Я почему-то даже не удивлена.
— А вот для меня это был сюрприз, Софи. Ты… да ещё и в окружении едва знакомой компании. Правду говорят — тюрьма меняет людей.
— О-о… Так вы знакомы? Теперь ещё интереснее, — довольно протянул Эллайджа.
Никто больше не говорил.
Я шумно поставил кастрюлю на стол.
— Кхм… Сегодня и так был тяжёлый день. Не знаю как вы, а я жутко голоден. Поэтому будьте добры — заткнитесь и ешьте.
Слова вышли грубее, чем я рассчитывал. К моему удивлению, все действительно замолчали и, не произнеся ни слова, расселись за столом. Никто не желал друг другу приятного аппетита.
Катарина села рядом с Эллайджей, но так, чтобы прямо напротив неё оказалась София. Напряжение между сёстрами ощущалось почти физически.
Да и вся наша компания выглядела странно. Две сестры, одна из которых явно готова убить другую. Бывший военный. Иностранный мечник. Безумно сильный психопат. И я.
«Надо что-то с этим делать».
Какое-то время слышался только звон ложек.
— Ну… какие у нас вообще шансы? — наконец спросил я.
Капитан ответил первым.
— Пока сложно сказать. Ясно одно — каждый следующий раунд будет тяжелее предыдущего.
— Зато теперь нас больше, — ровным голосом добавил Сяо. — Чем крепче союз, тем выше вероятность пережить следующий день.
Катарина усмехнулась.
— Союз?
Она отложила ложку.
— А если завтра вас поставят друг против друга и прикажут убить напарника? Что тогда? Любые союзы здесь временные. Нет никаких гарантий, что вчерашний союзник не станет сегодняшним врагом.
Разговор оборвался.
Она права. Не хотелось это признавать, но мысль уже засела в голове.
«Что, если завтра действительно заставят убить Софию? Или Кэпа?»
— Брехня это всё.
Эллайджа продолжал размеренно есть, будто речь шла о погоде.
— Вчера — прошло. Завтра — будет. Есть только сегодня. Меня вообще мало что колышет, если надо будет — всех перебью.
Он без слов зачерпнул ещё ложку супа.
— Но пока не понадобилось.
Я подлил Сяо ещё супа.
— К слову… Что это был за стиль? Ты почти не бил. Только уводил атаки.
Сяо кивнул.
— Восточная школа. Не сталкивайся с силой, а используй её.
Эллайджа громко фыркнул.
— Короче, дерётся как тряпка.
— Зато эта «тряпка» едва тебя не усыпила, — сухо заметил Капитан.
— Не едва. Почти.
— Разница есть?
— Конечно. Если бы я не захотел поговорить, ты бы сейчас валялся без сознания.
Капитан хмыкнул.
— Очень удобная версия событий.
София тихо засмеялась.
— Вы оба ужасно не любите проигрывать.
— Кто сказал, что я проиграл? — в один голос ответили Капитан и Эллайджа.
Они одновременно хлопнули ладонями по столу и уставились на Софию. На секунду оба замерли, затем переглянулись и тут же отвели взгляды.
За столом опять повисла пауза.
Потом София не выдержала и рассмеялась уже в голос.
Даже я невольно улыбнулся.
— Кстати… — я повернулся к Эллайдже. — Почему отпустил Сяо?
— Потому что понял: если продолжу ломать ему руку — сам вырублюсь раньше. Не люблю проигрывать.
— Да и вообще… Если бы хотел вас прикончить, сделал бы это позже. Нам ещё жить под одной крышей.
— Очень успокаивает.
— Не перебивай.
Он снова зачерпнул суп.
— Вы первые, кто не полез геройствовать поодиночке. Головой пользоваться умеете. Таких интересно проверять.
— Проверять? — нахмурилась София.
— Ну да. Узнать, сколько проживёте.
— Иногда мне кажется, что ты псих.
Эллайджа посмотрел на неё с искренним удивлением.
— Иногда?
Даже уголки губ Катарины едва заметно дрогнули.
Разговор постепенно распался на несколько отдельных бесед. Капитан с Софией обсуждали бой на другом участке арены. Я расспрашивал Сяо о его школе рукопашного боя. Эллайджа как ни в чём не бывало продолжал безуспешно цеплять Катарину, а та каждый раз отвечала ему настолько холодно, что даже он начинал понимать намёки. За весь день это был первый спокойный момент, когда разговоры звучали почти по-домашнему. Будто мы сидели не в тюрьме, а просто собрались после тяжёлой смены. И именно это казалось самым неправильным. Ещё утром половина этих людей была готова поубивать друг друга.
Вскоре всё вновь пришло в движение. Девушки отправились в душ. Мы с Сяо занялись посудой, а Капитан ушёл помогать раненым в медпункт.
Дзынь.
Когда прозвучал звонок, мы повернулись к настенным часам. Время отбоя. Все стали расходиться по двухместным камерам. Перед нами со скрежетом открылась тяжёлая металлическая дверь.
«Странный сплав… такого я ещё не видел».
Не успел я зайти внутрь, как увидел, что Эллайджа уже сидел на своей койке.
— Чур, я сверху.
— Как хочешь.
Мне уже было всё равно. Комната была простой. Двухъярусная кровать, умывальник, туалет, крошечный источник света под потолком. Никакого уюта.
Улёгся на свою нижнюю кровать.
— Неплохо вы меня сегодня прижали.
— …
— Особенно тот узкоглазый.
— …
— Люблю таких.
Он отвернулся к стене и просто лёг спать.
«Вообще не понимаю, что он за человек».
В коридоре выключился последний свет.
Я закрыл глаза.
Весь день я пытался выжить. На страх просто не оставалось времени. Лишь теперь, в темноте, стало по-настоящему страшно.
Я впервые понял, что уже перестал видеть в них незнакомцев.