От лица Клауса фон Штука:
Громкий хлопок в ладони перекрыл шум работающих механизмов.
— Так, мои милые. За работу. До начала — два часа.
Я любил этот шум: скрип шестерён, лязг цепей, треск сварки, выкрики рабочих — музыка хорошо отлаженного механизма. Пока оперативный центр работал, словно сердце Колизея, я был совершенно спокоен. Значит, арена жива.
Я шагал между длинными рабочими столами. Стоило мне задержать внимание на ком-нибудь из работников, как движения сразу становились быстрее.
— Бренда, проверь магниты. Особенно третий сектор — в прошлый раз барахлил.
В дальнем углу лязгнул подъёмный механизм, сверху дождём посыпались искры.
— Лиам, проверь животных. И не вздумай их кормить. Сегодня они должны быть особенно голодными.
— Всё должно быть и-де-аль-но.
— Оливия…
— Да, господин Клаус?
— Кофе. Чёрный. Покрепче.
По залу прокатилась едва заметная волна понимающих взглядов. Где-то за спиной Бренда уже возилась с магнитами, а Лиам что-то кричал рабочим у клеток.
— Кто видел Буна?
— В наблюдательной комнате.
Я поднялся наверх.
— Тук-тук, дорогой Бун, как у нас дела?
— А, это вы, господин Клаус.
Бун обернулся через плечо и приподнял шляпу.
Вся стена была заставлена экранами: одни показывали камеры заключённых, другие — коридоры, кухни, склады и клетки с чудовищами.
— За ночь — три инцидента. Один серьёзный, два незначительных. Около трети заключённых уже проснулись.
— Остальные?
— Спят.
— Ну да, они ведь не могут узнать, сколько сейчас времени. Пусть так и остаётся, — хихикнул я.
— Докладывай. Начни с серьёзного.
— Старший надзиратель Карлсон…
Бун сделал короткую паузу, словно заранее знал мою реакцию.
— …Во время инструктажа сломал одному заключённому руку.
— Специально?
— Да.
Я тяжело выдохнул.
— Идиот… Рано или поздно он всё-таки забьёт кого-нибудь насмерть ещё до игры.
— Вероятность высокая.
— Дальше.
— На кухне была драка.
— Из-за еды?
— Да.
— Отлично. Голод начинает делать своё дело.
— Несколько заключённых быстро взяли ситуацию под контроль.
— Лидеры?
— Похоже.
— Проследи за ними. Такие люди либо облегчают работу… либо серьёзно её усложняют.
— Думаю, мы сможем обернуть это в свою пользу.
— Да, господин.
— И ещё, я хочу, чтобы ты особенно присмотрелся к…
В комнату кто-то зашёл.
— Господин Клаус? Ваш кофе.
— Оливия, детка…
— Да?
— Стучаться надо.
— П-простите…
— Что-то ещё?
— Ах да… ВИПы хотели вас видеть, господин.
Я устало потер переносицу.
«Вот ведь…»
Бун молча сделал вид, что очень внимательно изучает мониторы.
— О таком докладывают немедленно.
— Я… кофе сначала принесла…
— К чёрту кофе! Иди к Лиаму. Проверь, не нужна ли ему помощь.
— Но там же монстры…
Я молча уставился на неё.
— Уже бегу!
* * *
«Что ж, за всё надо платить. Пора за работу.»
Я поправил пиджак и толкнул тяжёлую дверь.
В лицо сразу вспыхнул тёплый золотистый свет. После серых коридоров оперативного центра роскошь казалась почти оскорбительной.
Огромный зал больше напоминал дворец. Белый мрамор отражал свет сотен ламп, позолота блестела на колоннах, тяжёлые бархатные шторы скрывали стены. Между диванами располагались неглубокие бассейны с горячей водой, где некоторые гости продолжали пьянствовать, а вдоль стен тянулись столы, ломившиеся от дорогих вин, редких фруктов и блюд, которыми можно было прокормить небольшую деревню.
Самое показательное — здесь не было отдельных комнат: никаких дверей, никаких укромных уголков. Гости должны были видеть всё и совершенно не смущаться чужих взглядов.
По залу бесшумно скользили слуги. Девушки-рабыни наливали вино, подавали еду, массировали плечи хозяевам. Одни привычно терпели чужие прикосновения, другие прятали страх за выученными улыбками.
«Мерзость.»
У входа неподвижно стояла вооруженная охрана. Единственное место во всем комплексе, где проверяли даже своих.
— О, мистер Клаус! А мы вас уже заждались.
Я растянулся в широкой улыбке и демонстративно поклонился.
— Господа, надеюсь, вам тут не дают заскучать?
— Всё великолепно. Нам даже разрешили замучить рабынь до смерти, — расхохотался голый пузатый мужчина в фиолетовой маске.
«Ублюдок.»
— Конечно. Ваше желание — закон.
— Это всё хорошо, но когда следующая игра? Моя ставка сгорела. Чертов мусор посмел умереть. Хочу отыграться.
— Да чё ты с ним такой вежливый? Слышь, клоун. Пошурши побыстрее, пока я ещё в хорошем настроении.
Мужик в красной маске развалился в кресле, пока две рабыни ублажали его.
— Непременно. Ждать осталось совсем немного. Вас пригласят в вип-ложу до начала игр!
«Улыбайся, продолжай улыбаться.»
— Ну, раз на этом всё. Позвольте удалиться, господа.
До выхода оставался один шаг.
— И ещё кое-что…
— Да-да?
— Новых девок пригони, эти мне уже надоели.
«Когда-нибудь вы все сдохнете.»
Я улыбнулся шире.
— Непременно.
Одобрительно показал ему большой палец вверх.
Только когда дверь закрылась, я позволил улыбке исчезнуть.
* * *
От лица Гэбриэла:
Меня разбудил гул голосов из соседних камер.
Первое, что я увидел, — провисшее дно верхней койки. Эллайджа продолжал спать так, словно находился дома, а не в камере смертников.
«Всё-таки это был не сон. А жаль.»
Ни окон, ни часов. Только сырость, бетон и тяжелая железная дверь.
«Сегодня придётся выбирать снаряжение с умом. Слишком много — стану медленнее. Слишком мало — могу не дожить до вечера.»
Надо размяться.
Я спрыгнул с кровати. Несколько приседаний, растяжка — затем вышел в стойку на руках.
Стоя на руках, глянул в сторону своего соседа.
«И как он может спать с таким беззаботным лицом?»
— Эй. Подъём.
— …
«Не реагируешь, да? Ну а если вот так.»
Стоя в стойке на руках, я резко выбросил ногу ему в лицо. До цели оставалось всего несколько сантиметров, когда Эллайджа распахнул глаза и перехватил мою лодыжку.
— Уа-ах, пацан, что за шуточки?
— Просыпайся, здоровяк. Вот-вот откроют двери. Надо готовиться к бою.
— …Не, я лучше ещё посплю.
Он накрылся одеялом и отвернулся к стене.
«Да как он…»
— Слушай сюда. Хочешь ты этого или нет, нас определили в пару. Не знаю, что они задумали, но сегодня это наверняка сыграет роль.
— Неинтересно, — зевая промямлил этот бугай.
«Может, ну его нахрен? Просто оставить в покое… Нет. Если мои опасения сбудутся, моё выживание будет зависеть от его боеспособности.»
Терпение закончилось.
Я со всей силы пнул по днищу верхней койки. Железная рама гулко загрохотала. Эллайджу подбросило вверх, и он с глухим стуком впечатался лицом в низкий потолок.
— Ах ты…
Он одним движением соскочил вниз.
— Ну всё, шкет. Теперь тебе конец!
Он приземлился и тут же ударил ногой. Я ушёл в сторону, перехватил голень и дёрнул на себя. Эллайджа потерял равновесие и с грохотом врезался в стену.
— Агх…
— Вот теперь проснулся.
Эллайджа ответил подсечкой. Я отскочил и тут же пробил справа.
— Вот и отлично. Теперь поговорим. Ты вообще откуда?
Он без труда принял удар на предплечье.
— Чего? Тебе какая разница?
Я теснил его серией ударов.
— Просто интересно, где они нашли такого бугая.
Эллайджа ответил прямым, а следом едва не снёс мне голову ударом ноги с разворота.
— В Суннаре был. Приехал посмотреть на подпольную арену. Там меня и взяли.
— Тебя? Так легко?
— Конечно нет. Я успел положить два взвода стражи. Пока не явились святоши.
Он стремительно сократил дистанцию, схватил меня за одежду и одним движением перебросил через бедро. Я ударился спиной о бетон. Следующий удар ноги едва не пришёлся в голову — я успел перекатиться.
— Святоши? Ты про церковь?
Два быстрых джеба заставили его снова закрыться.
— Ага. Как-то так они себя и называли.
Эллайджа дождался, пока я подойду ближе, и резко шагнул вперёд. Плечо толкнуло меня в грудь, и его вес тут же прижал меня к стене так, что стало трудно вдохнуть.
— Слушай, пацан… — усмехнулся он. — Сегодня ты какой-то странный. То имени своего не говоришь, теперь расспрашиваешь обо всякой ерунде.
Я попытался вывернуться, но безуспешно.
— Если нам сегодня придётся драться плечом к плечу, я хотя бы хочу знать, что ты за человек. Есть шанс, что моя жизнь будет зависеть от тебя.
Он ухмыльнулся ещё шире.
— Точно так же, как и твоя — от меня, — продолжил я.
Улыбка медленно исчезла с его лица.
— Пф. Не смеши. Что бы нас ни ждало…
Он замахнулся свободной рукой.
В этот момент по коридорам разнёсся оглушительный сигнал. Двери камер одновременно распахнулись.
— Повезло тебе, — буркнул Эллайджа.
— Отлично, мы размялись. Теперь можно и поесть.
Я плавно выскользнул из его захвата и первым вышел в коридор. За спиной ощущался его взгляд. Уже не снисходительный. Оценивающий.
* * *
Коридор уже заполняли заключённые. Поток быстро потянулся в сторону столовой.
После вчерашней бойни люди стали заметно тише. Никто больше не толкался без причины и не пытался доказать своё превосходство. Над залом по-прежнему висел гул десятков голосов, но теперь он больше напоминал обычный разговор, чем готовую вспыхнуть драку.
На кухне уже горели печи. Огромные котлы медленно кипели, наполняя помещение запахом мяса, свежего хлеба и пряностей.
«Похоже, вчерашнее представление всё-таки пошло им на пользу.»
Я не стал терять время и, немного покопавшись среди продуктов, собрал себе тарелку из всего самого вкусного, что удалось найти.
«Завтрак последнего дня.»
Именно так я мысленно назвал эту тарелку. Оставалось найти где сесть. Я окинул взглядом длинные столы.
— Нашёл.
Капитан и Сяо уже сидели вместе у самого края. О чём-то размеренно переговаривались, словно находились не в тюрьме смертников, а в обычной таверне.
Я остановился рядом.
— Кэп… Сяо… Не возражаете?
Сяо сразу указал рукой на пустой стул.
— Конечно. Присаживайся.
Я сел напротив и с облегчением откинулся на спинку.
Капитан усмехнулся.
— Вид у тебя так себе. Тяжёлая ночка?
— Скорее утро.
— Эллайджа?
Я кивнул.
— Решил, что можно ещё поспать.
Сяо негромко рассмеялся.
— А ты, разумеется, решил его разбудить.
— Попытался.
— Судя по лицу, весьма своеобразным способом.
Я невольно улыбнулся.
— Есть немного.
Кэп покачал головой.
— И как?
— Мы… познакомились.
Сяо вопросительно приподнял бровь.
— Подрались?
— Немного.
— И кто победил?
— Нас прервал сигнал.
Кэп тихо хмыкнул.
— Значит, ничья.
Я пожал плечами.
— Если честно, завидую вам.
— Нам?
— По вчерашнему бою было видно, что вы уже понимаете друг друга без слов. А мне достался…
Я посмотрел через плечо.
— …Этот.
Капитан отрезал кусок мяса.
— Зато он очень сильный.
— Да. Только сила это ещё не всё.
Сяо согласно кивнул.
— Работа в паре всегда сложнее, чем кажется.
Я тяжело вздохнул.
— Вот именно.
Наконец я взялся за вилку. Первый кусок мяса оказался настолько вкусным, что на некоторое время я вообще забыл, где нахожусь. Именно в этот момент возле нашего стола остановились двое.
— Прошу простить за беспокойство…
Перед нами стоял высокий худощавый старик с короткой седой бородой. За ним робко переминался парень лет пятнадцати.
— Не окажете ли нам честь разделить с вами трапезу?
Мы переглянулись, Капитан ответил первым.
— Для людей с добрыми намерениями место найдётся.
— Благодарю вас.
Они заняли свободные места рядом с Сяо.
Я уже собирался вернуться к разговору, когда краем глаза заметил ещё двоих. Парень и девушка. Настолько похожие друг на друга, что ошибиться было невозможно. Те самые брат и сестра. Парень выглядел уверенно, держался прямо, внимательно наблюдая за Капитаном. Девушка же почему-то смотрела исключительно на меня.
«Что?»
Я спокойно встретил её взгляд. Она не отвела глаза.
«Странная.»
— Мы наблюдали за вашим боем вчера. То, как вы организовали оборону, заслуживает уважения. Мы с сестрой хотели бы объединиться с вами.
Девушка молча кивнула.
— Благодаря вам защитники вообще смогли выстоять. Мы считаем, что обязаны вам жизнью.
Капитан перевёл взгляд сначала на них, затем на нас с Сяо. Получив почти одновременный кивок, он указал рукой на места.
— Тогда присаживайтесь.
— Благодарим.
Они сели через один стул от меня.
«Дистанцию держат? Или просто совпадение?»
Я уже несколько раз замечал, как девушка украдкой поглядывает в мою сторону. Стоило поднять глаза — она тут же делала вид, будто рассматривает что угодно, только не меня.
«Да что ей от меня нужно?»
«Почти все собрались. Только Софии не хватает.»
— Всем привет.
Знакомый голос раздался у меня за спиной. София без церемоний плюхнулась на свободный стул рядом со мной. Привычным движением убрала тёмную прядь волос за ухо, взяла кусок мяса и только потом оглянулась.
«Опять не заметил, как она подошла.»
Все по очереди поприветствовали её.
— Мне кажется, или наша странная компания становится всё больше?
Она слегка толкнула меня локтем.
— Ну? Что я пропустила?
Я коротко пересказал ей всё, что произошло за последние несколько минут. Она внимательно выслушала, после чего перевела взгляд на мою тарелку.
— Не жалко так тратить продукты?
Я пожал плечами.
— Если завтра для меня может не наступить, то сегодня хочу взять от жизни всё, что успею.
Капитан понимающе кивнул.
— В этом есть логика.
Сяо тоже был с этим согласен.
— Иногда жить сегодняшним днём — единственное, что остаётся.
София задумчиво накрутила прядь волос на палец.
— Пожалуй… в этом есть смысл.
— Да вы издеваетесь!
Громкий голос перебил разговор.
— Вас тут что, уже целая армия?
Все одновременно повернули головы. К столу приближался Эллайджа. Огромный, загорелый, с огромной тарелкой, доверху нагруженной мясом.
Эллайджа обвёл сидящих тяжёлым взглядом.
— Да расслабьтесь вы.
Он фыркнул.
— Всё равно половина из вас сдохнет уже сегодня. Мне вообще без разницы, сколько здесь народу.
Он бесцеремонно поставил тарелку перед собой и уселся прямо в центре стола, с другой стороны от меня. Не успел он воткнуть вилку в мясо, как к нам приблизились ещё двое заключённых.
— Эй вы, мы с моим напарником тоже хотим присоеди…
Эллайджа даже не дал ему закончить.
— Лавочка закрыта.
Парень растерянно моргнул.
— Но вы только что приняли других…
Эллайджа медленно поднялся. Без единого слова приблизился вплотную. Высокий заключённый сразу стал ниже почти на голову. На пару секунд Эллайджа просто смотрел ему в глаза.
— Ненавижу слабаков.
— П-простите…
Оба исчезли быстрее, чем успели прийти. Эллайджа сел обратно и как ни в чём не бывало продолжил есть.
Новички за нашим столом почти одновременно облегчённо выдохнули. Похоже, они только сейчас поняли, что успели занять места буквально в последний момент.
— Ты же сказал, что тебе всё равно, — ровно заметил Сяо.
Эллайджа пожал плечами, продолжая жевать.
— Всё равно.
Он проглотил кусок мяса.
— Но не настолько же.
Он ткнул вилкой туда, куда только что убежали двое заключённых.
— Вы их вообще видели? От них даже силой не пахло.
Один из близнецов сдержанно смотрел на него.
— А от нас, получается, пахнет?
Эллайджа впервые внимательно оглядел обоих с головы до ног. Потом медленно ухмыльнулся.
— Это мы ещё посмотрим.
Он снова принялся есть.
— Но раз вояка вас принял… может, от вас и правда будет какой-то толк.
Капитан отложил приборы, тщательно вытер руки салфеткой и сцепил пальцы перед собой.
— Раз уж все собрались, предлагаю поговорить о следующем испытании.
— Не все.
Сяо покачал головой.
— Не хватает ещё мисс Катарины.
— Я здесь.
Безмятежный женский голос прозвучал совсем рядом.
Я машинально обернулся. Катарина уже сидела на самом краю стола — между Эллайджей и юным парнем. Когда именно она появилась, не заметил никто. Парень, сидевший рядом с ней, вздрогнул так сильно, что едва не выронил ложку. По лицам остальных тоже было видно удивление, только София устало закатила глаза.
— Опять…
Катарина лишь слегка улыбнулась.
Капитан негромко кашлянул. Он перевёл взгляд на каждого из нас.
— Думаю, нам пора познакомиться нормально. Если собираемся выживать вместе, обращаться друг к другу «эй, ты» будет неудобно.
Мы представились. Большинство имён я сразу забыл, запомнив лишь тех, с кем предстояло выйти на арену.
— Первый раунд закончился. И если они хоть немного умеют учиться, второй не будет похож на первый.
Все молча слушали.
— Нас не просто так заставили разбиться на пары. Думаю, следующим испытанием они захотят проверить именно это.
— Работу в паре? — спросил я.
— Скорее всего.
Он кивнул.
— Вчера проверяли, как мы ведём себя в большой группе. Сегодня, скорее всего, проверят, способны ли мы доверить жизнь одному человеку.
«Именно этого я и боялся.»
Я невольно покосился на Эллайджу. Тот в этот момент доедал уже вторую тарелку.
«Весёлый будет денёк…»
Один из близнецов поднял руку.
— Если дело действительно сведётся к парам, для нас это не проблема.
Он кивнул в сторону сестры.
— Мы всю жизнь работали вместе.
Девушка коротко улыбнулась.
— Нам даже не приходится разговаривать, чтобы понимать друг друга.
— Хорошая привычка.
Кэп одобрительно кивнул.
— Значит, вам будет легче остальных.
Катарина лениво оглянулась на Софию.
— Что скажешь, крошка Софи?
Она улыбнулась уголком губ.
— Может… вспомним былые деньки?
София даже не подняла головы от тарелки.
— Кто старое помянет — тому глаз вон.
— А кто забудет…
Катарина выдержала небольшую паузу.
— …тому оба.
Несколько человек невольно усмехнулись. София лишь тяжело вздохнула.
— Эй, пацан.
Эллайджа ткнул в меня вилкой.
— Главное — не путайся под ногами.
Он широко ухмыльнулся.
— Если тебя запретят убивать, считай, уже выиграл этот раунд.
Я усмехнулся.
— Это ещё большой вопрос, кто кому будет мешать.
На пару секунд мы молча смотрели друг на друга. Эллайджа вдруг громко рассмеялся.
— Вот это уже лучше.
— А все уже заметили странные круги на стенах и потолке?
Вопрос Сяо заставил разговор сменить направление. Несколько человек недоумённо переглянулись.
— Какие круги? — спросил один из близнецов.
— Печати, — уточнил Сяо. — Они повсюду. В коридорах, камерах, столовой. Будто их специально старались сделать незаметными.
Я кивнул.
— Я тоже обратил на них внимание ещё вчера.
Все невольно подняли головы. Они покрывали стены, балки, потолок — почти весь комплекс. Просто раньше никто не обращал на них внимания.
— Думаю, именно через них за нами наблюдают, — сказал я.
— Почему ты так решил? — спросил Кэп.
— Потому что охраны почти нет.
— Вчера на кухне каждый, кто пытался кого-нибудь убить, почти мгновенно терял сознание. Никто из охраны даже не думал вмешиваться.
Несколько человек согласно кивнули.
— Значит, кто-то постоянно следит за происходящим. Другого объяснения я пока не вижу.
Я задержал взгляд на одной из печатей.
— Вопрос только в том… они нас просто видят или ещё и слышат?
Эллайджа продолжал поглощать одну тарелку за другой, совершенно не обращая внимания на тему разговора. Никто не спешил отвечать. Наконец старик медленно поднял руку, словно просил слова на деревенском собрании.
— Если позволите…
Все повернулись к нему.
— В нашей деревне жил один юноша. Совсем ещё мальчишка. У него был редкий дар.
— Он вырезал похожие знаки на деревьях, камнях, заборах. А потом… каким-то образом видел и слышал всё, что происходило рядом с ними.
Я почувствовал, как за столом стало тише. Даже Эллайджа перестал греметь ложкой.
— Благодаря этому он не раз спасал деревню. Предупреждал о разбойниках, волках… однажды даже заранее узнал о пожаре.
— И что с ним стало? — спросила София.
Лицо старика помрачнело.
— О его способности узнала церковь.
Он тяжело выдохнул.
— Однажды пришли рыцари. С ними был инквизитор. Они сказали, что такой дар должен служить высшему благу… и забрали мальчика.
Старик медленно покачал головой.
— Больше мы его никогда не видели.
Даже Катарина перестала играть с бокалом. Никто не нашёлся, что сказать.
Капитан нахмурился. В отличие от остальных, история явно не стала для него неожиданностью. Будто он уже слышал нечто подобное раньше.
— Значит, магия наблюдения существует, — тихо произнёс Сяо.
— Похоже на то, — согласился я.
— Значит, будем считать, что они видят и слышат нас постоянно. Извращенцы… — София подвела черту под разговором. — Как думаете, что нас ждёт во втором раунде? Капитан, есть мысли?
Кэп задумчиво почесал затылок.
— Кроме командной работы, в голову ничего не приходит. Слишком много вариантов, чтобы гадать. Но если хотите знать моё мнение…
Он обвёл взглядом сидящих за столом.
— Нам стоит держаться вместе. Чем больше людей прикрывают друг другу спину, тем выше наши шансы пережить следующий раунд.
Большинство согласилось.
Катарина никак не отреагировала. За весь разговор она почти не произнесла ни слова, лишь молча наблюдала за остальными. Эллайджа тоже не проявлял интереса к обсуждению, полностью сосредоточившись на еде.
— Кстати, Капитан… — начал один из близнецов.
— Хватит «капитанить».
Он перебил его без раздражения, скорее с лёгкой усталостью.
— На поле боя — пожалуйста. Но здесь я такой же заключённый, как и вы. Зовите меня Донован.
— Хорошо, Дон, — первой отозвалась София.
Он бросил на неё короткий взгляд, но ничего не ответил.
— Эй! Капитан! — донёсся крик с другого конца столовой. — У нас тут вор!
Донован тяжело вздохнул.
— Ну вот… Пойду посмотрю, что ещё случилось.
Он поднялся из-за стола.
— Мы с вами, — тут же сказала София.
Она легко подхватила меня под руку, и мы направились следом.
У противоположной стены уже собралась небольшая толпа. В центре на коленях сидел связанный мужчина. Его руки были стянуты верёвкой за спиной. Чуть поодаль стоял ещё один связанный заключённый.
— Что произошло? — спросил Донован.
— Этот урод пытался утащить к себе в камеру целый ящик мяса, — зло ответил один из заключённых.
Дон перевёл взгляд на пленника.
— А второй?
— Его напарник. На всякий случай тоже связали. Вдруг были заодно.
Донован посмотрел на второго мужчину.
— Вы действовали вместе?
Тот испуганно замотал головой.
— Н-нет! Клянусь! Я вообще не знал, что он задумал. Пожалуйста… не калечьте меня. Я не хочу выйти на арену с переломанными костями.
Дон ненадолго задумался.
— Мда, ситуация, однако. Одному мне такое решение принимать нельзя.
Он оглянулся на собравшихся.
— Что скажете?
На некоторое время повисло молчание. Никто не спешил брать на себя ответственность. Я невольно посмотрел на связанного мужчину.
«Ситуация и правда непростая.»
С одной стороны, за подобное нужно наказывать. Если оставить всё как есть, остальные быстро поймут, что воровать можно без последствий.
«Но если сломать ему ногу…»
Я перевёл взгляд на его напарника.
«Пострадает не только вор. Его напарник тоже выйдет на следующий раунд с человеком, который станет для него бесполезной обузой.»
— Дон, он всё равно может погибнуть уже сегодня. Если переживёт второй раунд, тогда…
— Да че тут думать?!
Грубый голос прогремел над толпой.
Все обернулись. Эллайджа растолкал людей так, словно их вообще не существовало. Он направился к связанному, одной рукой схватил его за воротник и без малейшего усилия поднял с колен. Тот беспомощно задёргал ногами.
Эллайджа широко оскалился.
— Воруешь здесь…
Он слегка встряхнул пленника.
— Значит, воруешь у меня.
В следующее мгновение его пятка с хрустом впечаталась мужчине в колено. Раздался сухой треск.
Нога выгнулась в сторону, в которую человеческое колено сгибаться не должно. Столовую прорезал истошный крик. Некоторые заключённые инстинктивно отвернулись. Эллайджа же продолжал удерживать мужчину на весу.
— Смотрите внимательно.
Он медленно обвёл взглядом толпу.
— Так будет с каждым, кто решит, что он умнее остальных.
Он разжал пальцы. Изломанное тело тяжело свалилось на каменный пол. Никто не произнёс ни слова, даже стоны раненого теперь звучали как-то тише.
«Он был прав в одном: оставлять это безнаказанным нельзя.»
Я оглянулся на вывернутое колено.
«Но я собирался предложить дождаться окончания раунда. Если выживет — тогда наказать. А не лишать человека шанса ещё до начала испытания.»
В этот момент над комплексом прогремел звон колокола.
Тяжёлая металлическая дверь с протяжным скрежетом начала открываться. Из проёма один за другим вышли охранники. Следом, неторопливо поглаживая свои неприлично длинные усы, появился Карлсон.
Он широко ухмыльнулся.
— Гутен морген, засранцы!
Его голос эхом разнёсся по столовой.
— У вас десять минут, чтобы забрать снаряжение и пройти в следующую комнату.
Он похлопал в ладоши.
— Время пошло.
Столовая мгновенно ожила. Люди сорвались с мест и бросились к тренировочной зоне. Я ещё раз перевёл взгляд на мужчину с раздробленным коленом.
«Вот и началось.»
* * *
Толпа рванула к оружейной.
Металл загремел почти сразу. Перед бесконечными рядами оружия и доспехов я на мгновение замер. В прошлый раз выбор был куда скромнее.
Я медленно пошёл вдоль стеллажей. С тяжёлой бронёй даже не стал возиться. Начал собирать лёгкий комплект, усиливая лишь самые уязвимые места: грудь, плечи, предплечья и голени. Вскоре я заметил знакомые чёрные наручи.
Я подобрал их. На металле не осталось ни пятнышка крови.
«Даже отмыли…»
Наручи снова сели идеально, словно были выкованы специально под меня.
Шлем подходящего размера найти так и не удалось. Зато на одной из полок лежала пластинчатая маска. Я надел её. Подвижные сегменты мягко сомкнулись вокруг нижней части лица. Пару раз глубоко вдохнул и выдохнул. Не мешает.
Присел, подпрыгнул, сделал перекат. Ничего не гремело, ничего не цеплялось.
Люди вокруг жадно перебирали оружие. Кто-то сразу хватал самые большие мечи, кто-то примерял тяжёлые латы, будто одна только броня могла гарантировать жизнь. Оружия здесь хватило бы на небольшую армию.
Первым делом закрепил за спиной два небольших баклера.
«Если потеряю основной щит, останутся запасные.»
Затем подобрал несколько длинных ножей: два закрепил на предплечьях, ещё два — на голенях, пару убрал за пояс.
«Ножей много не бывает.»
Рядом лежали небольшие одноручные боевые молоты. То, что нужно. Я повесил их по бокам пояса и несколько раз качнулся с пятки на носок. Вес уже ощущался, но пока терпимо.
«Если все будут в броне, меч может подвести.»
Я провёл большим пальцем по бойку молота.
«А эта штука либо пробьёт металл… либо сомнёт его вместе с тем, кто внутри.»
Поверх всего накинул длинный серый плащ. Теперь со стороны почти невозможно было понять, сколько оружия я на себе таскаю.
Основным оружием выбрал привычный меч со щитом. Щит оказался классической треугольной формы — достаточно лёгкий, чтобы не мешать двигаться, ножны были внутри. Напоследок прихватил ещё и копьё.
«Если попадутся всадники… Хотя после всего, что мы уже видели, удивляться будет поздно.»
Я усмехнулся.
«Но метнуть его перед схваткой точно лишним не будет.»
Нашёл небольшую сумку через плечо и бросил внутрь моток верёвки, пару бурдюков с водой и всё, что хоть отдалённо походило на боевые расходники. Затянул ремень.
«Ко всему подготовиться невозможно. Но попытаться — никто не запрещал.»
— Народ, сюда.
Голос Донована перекрыл звон оружия. Мы быстро собрались вокруг него. Он успел облачиться в тяжёлые серебристые латы. На каменном полу перед ним стоял массивный боевой молот, на рукоять которого он невозмутимо опирался обеими руками.
София окинула его взглядом и усмехнулась.
— Кэп, да ты прям вылитый паладин.
Донован хмыкнул, но ничего не ответил.
Я перевёл взгляд на Эллайджу. Тот, наоборот, почти не изменился. Только чудовищных размеров двуручный меч покоился у него на плече.
— Кожаная куртка, ты серьёзно? — не выдержал я.
Эллайджа скривился так, будто вопрос показался ему глупым.
— Не люблю железки.
Он постучал себя кулаком по груди.
— Мне в них тесно.
«Боже… дай мне сил.»
Сяо посмотрел на Донована.
— Какой план?
Донован ненадолго задумался.
— Планов у меня нет.
Он честно развёл руками.
— Мы понятия не имеем, что нас ждёт за следующей дверью.
Несколько человек молча кивнули.
— Но кое-что могу посоветовать.
Он поднял копьё, прислонённое к стене.
— Возьмите копья.
Потом слегка постучал костяшками пальцев по своему щиту.
— И щиты.
Он пожал плечами.
— Если не пригодятся — выбросите.
По залу прокатилась пара смешков.
— Всё равно имущество казённое.
Даже напряжение вокруг будто немного спало. Донован оглядел каждого из нас. Его лицо опять стало серьёзным.
— А теперь…
Он выдержал короткую паузу.
— Давайте просто не умрём сегодня.
Мы направились дальше. София почти сразу поравнялась со мной.
— Ну как… страшно?
Я усмехнулся.
— Ещё бы.
Она удивлённо повернулась.
— Серьёзно?
— А что?
— Я думала, сейчас начнёшь изображать героя.
Я покачал головой.
— Храбрость — удел либо очень сильных, либо очень самоуверенных.
Я поправил ремень щита.
— Ни к тем, ни к другим я себя не отношу.
София несколько мгновений молча смотрела на меня и едва слышно пробормотала:
— А ты совсем не такой, каким хочешь казаться…
— Что?
Она тут же усмехнулась.
— Ничего.
И легко ткнула меня кулаком в плечо.
— Кстати…
Она кивнула на мои предплечья.
— Это те же самые наручи?
Я опустил взгляд. Чёрный металл всё так же плотно облегал руки.
— Те самые.
— Почему именно они?
Я пожал плечами.
— Наверное… я немного сентиментален.
Она понимающе улыбнулась.
— Запомню.
Некоторое время мы шли молча. Потом София протянула руку.
— Тогда не умри там.
Я коротко стукнул кулаком о её.
— Постараюсь.
Она улыбнулась.
— Я тоже.
Несколько тяжёлых дверей открывались одна за другой. Чем дальше мы шли, тем меньше становилось разговоров.
Новая комната ослепила белым светом. Снова куча охранников. Нас построили в две шеренги, каждого рядом со своей парой. Надзиратель Карлсон вышел вперёд.
— Сейчас на вас наденут браслеты: один на ногу, второй на руку. Стойте смирно.
Охранники принялись закреплять их прямо поверх доспехов. При скреплении браслеты плотно сжались, выпустив струйку пара.
Я согнул руку.
«Тяжеловато».
— Обратите внимание, засранцы. На ручном браслете есть цифра от одного до пятидесяти. Это ваш порядковый номер на эту игру. Отзывайтесь на него, если вас позовут.
Карлсон довольно погладил длинные усы.
— Номера сорок шесть, сорок семь, сорок восемь и сорок девять. Подойдите ко мне.
Названные люди растерянно переглянулись. Я помнил их: одному надзиратель сломал руку, а второй тряс умершую девушку после боя.
Я посмотрел на свой браслет.
«Тридцать третий, значит».
— В предыдущей игре эти четверо засранцев не выполнили последнее задание — найти пару. Здесь такого не прощают. Живо снимайте всё снаряжение. Оставьте только базовую одежду.
Некоторые нервно проверили свои номера.
— Нет, нет, прошу! Позвольте оставить хотя бы меч! — взмолился один из них.
Карлсон глубоко вздохнул.
— Послушай, я ведь дважды повторять не стану. Сделай по-хорошему. Или сломаю вторую.
Мужчина с переломом сглотнул и начал молча раздеваться.
— Сейчас ведущий объявит о вашем выходе, и двери откроются. Вы четверо — первые.
— Наших первых участников!
Где-то вдалеке раздался знакомый голос. Тяжёлые стальные двери начали открываться.
— Всё, вперёд. Пошли-пошли!
Их погнали арбалетами за спиной.
Напротив нас, на большой стене, четыре круглые печати образовали прямоугольник. Внутри него появилось изображение арены — такое же, какое висело над нами в первом раунде.
«Так вот как это работает.»
Карлсон довольно уселся на принесённый ему стул.
— Смотрите внимательно.
* * *
Колизей гудел. Десятки тысяч голосов сливались в один сплошной рёв. Толпа уже предвкушала новое зрелище.
Посреди арены всё так же возвышался стальной столб. На его вершине, на небольшой платформе, стоял человек в идеально выглаженном костюме.
Клаус.
Он широко расставил ноги и поднял одну руку над головой.
— Ну здравствуй… Колизей!
Трибуны буквально взорвались.
— Клаус! Клаус! Клаус!
— Приветствую вас на нашем ежеквартальном побоище!
Он театрально поклонился.
— И, как всегда…
Он снял цилиндр.
— Ваш покорный слуга — Кла-а-аус!
Новая волна ликования прокатилась по залу
Кто-то свистел.
Кто-то хлопал.
Кто-то выкрикивал его имя.
Клаус наслаждался каждым мгновением. Он поднял руку, и шум постепенно начал стихать.
— Сегодня нас ждёт второй раунд.
Он сделал небольшую паузу.
— Но прежде…
Его голос стал слаще.
— Позвольте представить наших особых гостей.
За его спиной медленно раскрылись огромные ворота.
— Наших первых участников!
Из тоннеля вышли четверо заключённых. Без оружия. Без брони. Только в простой сменной одежде. Они остановились почти в центре арены.
Клаус театрально вздохнул.
— Ах…
Он покачал головой.
— Какая печальная история.
На трибунах послышался недовольный гул.
— Эти бедолаги…
Он указал тростью на гладиаторов.
— Не сумели вовремя подобрать себе пару.
Клаус развёл руками.
— А значит…
Он выдержал паузу.
— Нарушили правила.
Несколько зрителей громко освистали их.
— Но мы ведь не дикари?
Он возмущённо прижал ладонь к груди.
— Мы не станем казнить их просто так.
Зрители одобрительно загудели.
— Мы дадим им шанс.
Он наклонился ближе к магическому экрану.
— Пять минут.
Поднял раскрытую ладонь.
— Продержитесь пять минут…
Потом медленно сжал пальцы в кулак.
— …и заслужите право жить.
— Звучит вполне честно, не так ли?
Трибуны взревели.
— Тогда…
Он вскинул обе руки.
— Поддержим наших героев!
Четверо заключённых молча стояли в центре арены. Лиц я не видел, но даже отсюда было понятно: они уже всё поняли.
С четырёх сторон одновременно открылись ворота. Из каждого тоннеля вылетел всадник. Все — верхом на тяжело бронированных лошадях. Все в полном латном доспехе. Только оружие отличалось.
У одного — длинный лук.
У второго — кавалерийское копьё.
Третий держал массивную булаву.
Четвёртый — широкую секиру.
Всадники сделали несколько кругов вокруг своей добычи. Не торопясь. Словно давая зрителям возможность рассмотреть происходящее. Потом одновременно пришпорили коней.
Четверо штрафников бросились в разные стороны. Без команды, инстинктивно.
Стрела настигла первого почти сразу. Она вошла точно в грудь. Человек сделал ещё два шага… и повалился лицом вниз.
Второго догнало копьё. Удар оказался настолько сильным, что древко буквально пригвоздило его к земле. Лошадь ещё несколько метров волокла тело за собой.
Третий даже не успел закричать. Булава обрушилась на голову. Череп исчез в кровавом облаке.
«Чёрт…»
Последний всё ещё бежал. Всадник легко догнал его, но…
Не ударил.
Он специально придержал коня. Позволил человеку снова подняться. Затем опять догнал.
«Он играет с ним…»
Толпа ревела от восторга.
Штрафник вновь побежал. Потом ещё раз упал. Лошадь с силой сбила его грудью и принялась топтать копытами. Только после этого всадник неторопливо спешился.
Он медленно поднял секиру. Но прежде чем ударить… развернулся к трибунам. Поднял свободную руку, ожидая решения.
И Колизей ответил.
— Смерть!
— Смерть!
— Смерть!
Десятки тысяч голосов слились в один. Даже Клаус скандировал вместе со всеми.
Штрафник всё ещё пытался ползти. Одной рукой. Вторая безжизненно волочилась следом.
Первый взмах отсёк ногу. Человек закричал так, что звук пробрал даже меня.
Вторая нога.
Потом руки. Только после этого секира наконец опустилась в последний раз.
Я отвернулся ещё после первого замаха. Смотреть дальше не хотелось.
«Это не казнь.»
Я сжал кулаки.
«Это урок. Для всех нас.»
Трибуны ещё не успели успокоиться после казни. Клаус вышел вперёд.
— Что ж…
Он театрально развёл руками.
— Они попытались. И они проиграли.
Несколько зрителей засмеялись.
— Но довольно о грустном!
Он хлопнул в ладоши.
— Пришло время настоящего представления!
Клаус широко улыбнулся.
— Выпускайте остальных!
Колизей вновь взорвался ликованием.
— Ну всё, засранцы.
Карлсон злорадно оскалился.
— Ваш выход.
Тяжёлые ворота перед нами медленно начали расходиться в стороны. Снаружи уже доносился оглушительный рёв трибун. Но никто не двигался. После увиденного ноги будто приросли к полу. Какое-то время все молча наблюдали за открывающимся проходом.
— Ну?
Карлсон приподнял бровь.
— Чего встали?
Мы уже собирались сделать первый шаг, когда он вдруг хлопнул себя ладонью по лбу.
— Ах да…
Он улыбнулся.
— Совсем забыл.
Карлсон лениво щёлкнул пальцами человеку в белом халате. Тот всё это время молча стоял у стены, склонившись над каким-то странным металлическим устройством. Не говоря ни слова, он повернул несколько рычагов.
Щёлк.
Что-то коротко ударило по запястью.
Я машинально опустил взгляд. Из браслета с тихим лязгом выскочил тонкий металлический трос. Точно такой же вылетел из браслета Эллайджи.
Щёлк.
Оба конца мгновенно соединились. Я застыл.
«Какого?…»
Инстинктивно сделал шаг назад. Трос натянулся. Эллайджа тоже дёрнулся. Мы одновременно посмотрели друг на друга. Некоторое время никто ничего не понимал.
Потом вокруг начали раздаваться такие же щелчки.
Щёлк. Щёлк. Щёлк.
Во всём строю заключённые мгновенно оборачивались к своим напарникам. Металлические тросы соединяли пару за парой.
— Что за херня?..
— Это ещё что такое?!
— Эй! Снимите это!
Кто-то сразу попытался вырвать браслет. Безрезультатно. София дёрнула рукой. Её трос натянулся. Катарина лишь удивлённо подняла бровь. Донован коротко выругался себе под нос. Где-то позади кто-то слишком резко рванулся в сторону. Послышался глухой удар. Человек грохнулся на пол, утянув за собой напарника.
Только сейчас до меня окончательно дошло.
«Нет…»
Я повторно рванул назад. Изо всех сил. Трос даже не дрогнул.
«Нет-нет-нет.»
Я попробовал ещё раз. Бесполезно.
«Они ведь не…»
«Твою мать.»
По спине пробежал холод.
«Так. Успокойся. Думай давай.»
Я судорожно пытался представить, как вообще можно вести бой, будучи привязанным к другому человеку. Эллайджа тоже молча дёрнул трос. Потом ещё раз. Он посмотрел сначала на браслет, потом на меня.
— Вот дерьмо…
Карлсон довольно наблюдал за происходящим. Будто именно такой реакции и ждал. На его лице медленно расползлась мерзкая улыбка.
— Ну вот. Теперь порядок.
Он указал на ворота.
— А теперь… пошевеливайтесь.
— Колизей!
Голос Клауса прокатился над ареной.
— Встречайте наших сегодняшних героев!
Под оглушительный рёв трибун мы сделали первый шаг наружу.
* * *
Трибуны ревели.
Почти полсотни человек неуклюже двигались к центру арены. Кто-то спотыкался и падал, утягивая за собой напарника; остальные переступали, будто заново учились ходить.
Я подстроился под широкий шаг Эллайджи. Он точно не станет подстраиваться под меня.
— А вот и они! Наши сегодняшние красавцы!
Клаус широко улыбнулся.
— Ой… а что же это их связывает?
Он театрально приобнял стойку с микрофоном и наклонился вперёд.
— Господа, перед вами ещё одна наша замечательная разработка — «Близкая связь».
По трибунам прокатился смех.
— Романтично, правда?
Он поднял палец.
— Эти тросы нельзя разрубить. Нельзя разорвать. Так что сегодня нашим гладиаторам придётся научиться работать вместе.
Клаус довольно развёл руками.
— А значит… нас ждёт великолепное зрелище!
Он вскинул ладонь.
— Начинаем! Открывайте ворота!
С восточной стороны арены медленно разошлись тяжёлые створки.
«Что теперь?..»
Из темноты выбежали три чёрные фигуры.
На первый взгляд — волки. Но лишь на первый. Каждый был почти вдвое крупнее обычного волка. Чёрная игольчатая шерсть блестела, словно покрытая смолой. Длинные лапы, узкие морды, жёлтые неподвижные глаза.
Позади кто-то усмехнулся.
— Ха… всего три?
Все трое одновременно завыли. Из открытых ворот хлынула новая волна. Десятки. Чёрные тела высыпали на арену и стремительно окружили нас.
Кто-то тут же отвесил шутнику подзатыльник.
— Накаркал, придурок!
— Всем держать круг! — рявкнул Донован. — Не пускайте их внутрь!
Я встал справа от Эллайджи. Щит в левой руке. Копьё — в правой. Сделал несколько шагов в сторону. Трос натянулся. Два метра.
«Вот и предел.»
— Эй! — крикнул я. — Максимум два метра! Дальше не отходите!
— Принял! — сразу откликнулся Донован.
Псы вновь завыли. И сорвались с места.
Слева кто-то закричал. Одна из пар не успела развернуться. Пёс повис на руке мужчины. Его напарник принялся рубить почти вслепую, едва не попав по своему.
Справа сразу двое повалились на песок. Один споткнулся, второй полетел следом — трос резко дёрнул его назад.
Я шагнул навстречу ближайшему зверю, но Эллайджа рванул вперёд. Трос натянулся и развернул меня боком. Каждый его широкий замах заставлял подстраиваться. Один неверный шаг — и либо трос собьёт меня с ног, либо его меч.
Повсюду звенел металл, люди кричали, матерились, звали напарников. Один из псов проскочил между двумя парами и вцепился человеку в бедро. Напарник рубанул сверху, но зверь отпрыгнул — лезвие с лязгом скользнуло по латной поноже.
— Смотри куда бьёшь, идиот!
Несмотря на хаос, люди постепенно брали верх. То тут, то там на песок падали чёрные туши. Один из псов врезался в щит Донована. Даже капитан сделал полшага назад. В ту же секунду Сяо оказался рядом и одним взмахом рассёк зверю шею.
Один за другим псов становилось всё меньше. За спиной снова кто-то грохнулся, утянув за собой напарника. В образовавшуюся брешь тут же прорвались три пса.
«Чёрт!»
Я рванулся к ним, но трос не дал развернуться через левое плечо — пришлось крутиться в другую сторону. Я метнул копьё. Острие с хрустом вошло в грудь ближайшего зверя и пригвоздило его к песку. Двое остальных даже не замедлились.
Я вскинул щит, но трос не позволил вытянуть руку до конца. Эллайджа, стоявший ко мне спиной, продолжал яростно рубить зверей перед собой, даже не замечая происходящего.
«Не успеваю.»
Правая рука сама потянулась к ножнам. Нож скользнул в ладонь — я тут же метнул его. Лезвие вошло точно между глаз второму псу. Тот жалобно взвизгнул и покатился по песку. Последний уже летел на меня.
«Поздно.»
Я лишь успел сделать шаг назад и поднять руки. Перед глазами что-то мелькнуло.
Топор.
С коротким хрустом он вонзился зверю в шею. Пёс мешком свалился прямо у моих ног. Я мгновенно обернулся. София уже вытаскивала второй топор из-за пояса. Заметив мой взгляд, она коротко подмигнула и бросилась обратно в бой.
«Потом поблагодарю.»
Мы медленно добивали остатки стаи. Через несколько минут последний пёс завалился на песок. Я тяжело выдохнул. Левая рука гудела от бесконечных ударов щитом.
Под ногами вперемешку лежали десятки чёрных туш. Песок превратился в вязкую кашу из крови и шерсти. Несколько человек опустились на колени. Другие помогали подняться напарникам, не выпуская оружия.
Я вложил меч обратно в щит и направился за копьём. Сделал шаг. Трос натянулся.
— Стоять!
Эллайджа раздражённо обернулся только через секунду.
— Чего?
Я молча указал на копьё. Он закатил глаза, подошёл и выдернул его из туши. Поймав древко, я сразу поднял взгляд.
— Кэп! Всё?
Донован ещё недолго осматривал арену. Потом направился к одному из раненых псов и без лишних слов добил его, вонзив копьё. Только после этого кивнул.
— Теперь всё.
По строю словно прошёл общий выдох. Мы огляделись. Никто не погиб. Несколько человек хромали, у других были укусы и смятые доспехи, но все оставались на ногах.
— А ведь не так уж страшно!
— Если дальше так пойдёт, мы все до финала дойдём!
По рядам прокатились смешки. Я посмотрел на ворота.
«Не верю.»
«Слишком легко.»
Будто услышав мои мысли, над ареной разнёсся голос Клауса.
Он неторопливо захлопал в ладоши.
— Великолепно!
Его улыбка стала ещё шире.
— Какой бой! Какая отвага!
Он выдержал паузу.
— Что ж…
Поднял руку.
— Не будем терять время.
— Выпускайте вторую волну!
Улыбки вокруг начали медленно исчезать.
«Так и думал.»
* * *
Металлический скрежет вновь прокатился по арене. На этот раз одновременно открылись двое ворот, друг напротив друга.
Из темноты выбежали массивные твари. Ростом они были ненамного выше человека, зато почти вчетверо шире. Их тела покрывала грубая серая кожа. На небольших головах торчало по три толстых рога. Всего десять.
От тяжёлого топота дрожала земля. Они уже неслись прямо на нас.
— Врассыпную! — рявкнул Донован.
Я рванул в сторону. Трос тут же дёрнул назад. Я обернулся, собираясь наорать на него.
— Ты что, не слышал?!
Эллайджа даже не шелохнулся. Он смотрел только вперёд. В его глазах горел какой-то детский восторг.
— Спокуха, пацан.
Он ухмыльнулся.
— Ща мы их всех завалим.
— Ты совсем идиот?
Я ткнул пальцем в трос между нами.
— Мы привязаны друг к другу!
Он пожал плечами.
— Ну и?
— Ты как уклоняться собираешься?!
— А кто сказал, что я собираюсь уклоняться? — с удивлением спросила эта безмозглая гора мышц.
Несколько секунд я просто смотрел на него.
«Безнадёжен.»
— Да твою ж…
— Ладно. Чёрт с тобой.
Я плюнул на всё и встал за его спиной. Всё равно мне сейчас его не переубедить.
По арене люди уже разбегались в разные стороны, едва не падая из-за тросов. А мы… остались посреди арены.
Два чудовища мчались прямо на нас. С разных сторон.
Я воткнул щит в песок, упёр древко копья в землю, перехватив его обеими руками. Эллайджа даже не изменил стойку. Его меч по-прежнему покоился на плече.
Монстры опустили головы. Рога смотрели прямо на нас.
«Сейчас.»
Первым удар принял мой противник. Копьё с хрустом вошло в глазницу и тут же треснуло. Чудовище даже не остановилось — лишь взревело и продолжило нестись вперёд.
Оставался метр. Я выдернул меч из щита и шагнул навстречу. Один широкий взмах. Клинок глубоко вошёл в горло. Тварь захрипела. Её туша по инерции пролетела ещё несколько шагов и свалилась совсем рядом. Я едва успел отскочить. Густая кровь окатила меня с головы до ног.
В тот же миг справа глухо звякнул металл. Эллайджа встретил своего монстра в лоб. Двуручный меч вошёл в череп почти до середины. Раздался сухой треск. Чудовище сделало один шаг. Потом второй. И только после этого рухнуло, расколовшись почти надвое.
Я шумно выдохнул.
«Какого…»
Даже для него это выглядело ненормально.
Впервые за бой появилась секунда оглядеться. По всей арене десятки пар пытались справиться с такими же чудовищами. Кто-то в последний момент уходил из-под удара. Кого-то трос утаскивал вслед за напарником. Кто-то уже лежал на песке.
Справа мелькнули София и Катарина. Они натянули трос между собой и проскочили по разные стороны от него. Стальная нить захлестнула толстую шею. Чудовище рванулось вперёд, увлекая девушек за собой.
Несколько метров оно тащило их, словно дикий жеребец. По пути монстр снёс ещё двух таких же тварей. А потом обе почти одновременно вонзили клинки ему в затылок. Исполин рухнул, взорвав песок вокруг себя.
В другом конце арены Донован и Сяо действовали совсем иначе. Они не подпускали чудовищ вплотную: копья одно за другим вонзались в глаза и раскрытые пасти ещё до столкновения. Пока твари теряли скорость, Донован добивал их молотом, а Сяо уже выдёргивал следующее.
«Вот что значит опыт.»
Чуть дальше сражались близнецы. Брат в последний миг подставил щит под рога и увёл голову монстра в сторону. Сестра скользнула под брюхом. Один взмах — и живот вспоролся почти до задних лап. Исполин сделал ещё несколько шагов и повалился.
Но повезло не всем. Слева один из гладиаторов не успел увернуться. Рога с хрустом пробили нагрудник и вошли ему в бок. Удар оказался такой силы, что человека подбросило в воздух.
Эллайджа сорвался с места. Трос дёрнул меня следом.
— Да куда ты опять?!
Он лишь махнул рукой вперёд.
— Че пацан, уже выдохся? Вон ещё один!
Этого монстра уже окружили несколько человек.
— Его сейчас и без нас прикончат.
Эллайджа довольно ухмыльнулся.
— Последний трофей должен быть нашим.
Я лишь тяжело вздохнул.
— Для тебя это всё игра, да?
Он коротко рассмеялся.
— А иначе жить скучно.
Спорить было бесполезно.
Мы побежали.
К чудовищу успели одновременно с ещё несколькими парами. Монстр отчаянно отбивался, размахивая головой. Никто не решался подойти вплотную.
— Ну? — спросил я. — И что теперь?
Эллайджа ухмыльнулся.
— Просто не путайся под ногами.
Он внезапно ускорился. Мне оставалось только держаться рядом, чтобы трос не дёрнул его назад. Мы обошли чудовище сбоку, пока оно было занято другими бойцами. Эллайджа сделал ещё два шага — и прыгнул. Высоко. Подняв меч над головой, он на мгновение будто завис в воздухе. Потом клинок обрушился вниз.
Хруст.
Лезвие почти полностью прорубило шею. Голова удержалась лишь секунду. Когда туша начала заваливаться, она сорвалась и тяжело покатилась по песку.
На арене воцарилась короткая тишина. Даже те, кто только что добивал остальных чудовищ, невольно посмотрели в нашу сторону.
Эллайджа выдернул меч. Поднял его над головой.
— Да!
Он расхохотался.
— Я же говорил! Я круче всех!
По арене прокатился смех. После короткой паузы десятки бойцов уже вскинули оружие, встречая победу общим криком. Никто уже не обращал внимания на кровь, покрывавшую доспехи. Впервые за всё время люди действительно поверили, что смогут пережить этот день.
Я медленно обвёл взглядом арену. Десять туш. Ни одно чудовище больше не двигалось.
«Неужели…»
Мысль не успела закончиться. Над Колизеем опять раздался довольный голос Клауса.
— Браво!
Он медленно захлопал в ладоши.
— Вы только посмотрите! Какая отвага! Какая страсть! Какой… боевой дух!
Он широко улыбался, словно наблюдал не бой насмерть, а удачный театральный спектакль.
— Но настоящий финал ещё впереди!
Он выдержал короткую паузу и театрально вскинул руку.
— Встречайте! Третья и последняя волна!
«Ну да, всё не могло быть так просто.»
* * *
Трое массивных ворот начали медленно открываться.
Мы почти инстинктивно сбились в плотную группу. После двух волн никто уже не рвался вперёд. Что бы сейчас ни появилось — встречать это поодиночке было бы самоубийством.
Из темноты донёсся низкий протяжный рёв.
Из ворот почти одновременно вырвались три огромные ящерицы размером с небольшую хижину. Мощные задние лапы оттолкнулись от земли, перепончатые крылья раскрылись с глухим хлопком — чудовища взмыли в воздух. По песку прокатилась волна пыли.
Ящерицы медленно кружили высоко над ареной. Словно хищные птицы, выбирающие, кого схватить первым.
Никто больше не отдавал приказов. Все просто молча следили за ними.
Первая ящерица сложила крылья.
И камнем рухнула вниз.
Она врезалась в землю с такой силой, что нас отбросило в стороны. Несколько человек не удержались на ногах. Один гладиатор не успел поднять щит.
Чудовище сомкнуло челюсти прямо на нём.
Металл жалобно захрустел. Латы сминались под зубами, словно были сделаны из тонкой жести. Тварь отрывисто мотнула головой из стороны в сторону. Человек закричал.
— Закройте глаза! — заорал я, уже срывая с пояса ослепляющую бомбу.
Я швырнул её прямо под морду твари. Белая вспышка ударила почти мгновенно. Ящерица взревела. Замотала головой. Инстинктивно зажмурилась и выпустила добычу из пасти.
— Сейчас!
Мы сорвались с места одновременно. Со всех сторон. Мечи, копья, топоры. Клинки один за другим впивались в шею, грудь и крылья чудовища. Оно ещё пыталось отбиваться, судорожно размахивая лапами, но десятки ударов не оставляли ему ни единого шанса.
Через пару мгновений огромная туша тяжело обрушилась на песок. Только тогда мы отступили. Гладиатор ещё дышал, но по смятой броне было понятно: в бой он уже не вернётся.
Две оставшиеся ящерицы не спешили нападать. Они сделали ещё один широкий круг над ареной, словно оценивая происходящее внизу. Казалось, смерть одной из них ничуть их не встревожила. Наоборот. Теперь они стали осторожнее.
Я перевёл дыхание. Руки неприятно дрожали от напряжения. Меч и щит казались тяжелее, чем несколько минут назад.
Вокруг огромной туши быстро собирались наши бойцы. Кто-то помогал раненому отползти в сторону, кто-то просто пытался восстановить дыхание.
— Все живы? — крикнул Донован.
Послышалось несколько коротких голосов.
— Здесь!
— Жив!
Но пересчитывать людей времени уже не было. Обе ящерицы одновременно сложили крылья.
— Опять!
Они сорвались вниз почти отвесно.
Первая ударила в землю немного левее нас. Песок взметнулся столбом. Людей отбросило в стороны, словно кукол.
Вторая даже не коснулась земли. Она пронеслась над самой ареной, вытянув длинную шею вперёд. Её челюсти сомкнулись на гладиаторе в чёрных латах. Человек исчез в пасти целиком.
Не сбавляя скорости, чудовище взмыло вверх.
— Не-е-ет!
Его напарника потянуло следом в воздух.
Я невольно поднял голову. Монстр быстро набирал высоту. Человек всё ещё был жив. Он бил мечом по зубам чудовища, пытаясь вырваться, но для такой твари это было всё равно что комариный укус.
Вторая ящерица уже разворачивалась. Прямо на нас.
— Приготовиться! — успел крикнуть Донован.
Я рванул в сторону, собираясь уйти с траектории. Трос мгновенно натянулся.
Я обернулся. Эллайджа даже не думал отходить. Он смотрел на несущегося монстра так, будто дождался именно того, чего хотел. На его лице появилась знакомая ухмылка. Я не мог разобрать выражение на его лице. То ли это было что-то близкое к счастью, то ли безумие.
— Гляди, пацан.
Он крепче перехватил рукоять меча.
— Добыча сама летит к нам.
— Ты совсем рехну…
Но времени спорить уже не осталось. Ящерица неслась на нас. В последний момент она пронеслась прямо между нами. Её зубы с лязгом сомкнулись на металлическом тросе.
Меня резко дёрнуло вверх.
Земля исчезла из-под ног. Ветер ударил в лицо с такой силой, что стало трудно дышать. Мы с Эллайджей повисли по разные стороны от летящей твари, словно две гири на цепи.
— Твою…
Последнее слово унесло встречным потоком воздуха. Я вцепился в трос, пытаясь погасить раскачивание. Внизу стремительно уменьшалась арена. Люди превратились в маленькие тёмные фигуры.
Ящерица продолжала набирать высоту. В какой-то момент она с глухим ударом врезалась во что-то невидимое. По воздуху пробежала едва заметная рябь.
«Барьер…»
Чудовище не смогло подняться выше. Оно раздражённо взревело и вновь пошло вдоль невидимой границы Колизея.
— Пацан! — перекрывая ветер, заорал Эллайджа. — Давай!
Он перехватил меч двумя руками, качнулся всем телом и со всей силы вогнал клинок под основание крыла. Ящерица дико взвыла. Её полёт сразу стал рваным. Она заметалась из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть неожиданную добычу. Эллайджа обеими руками повис на рукояти, чтобы меч вошёл ещё глубже.
Меня бросило вперёд. Я едва успел ухватиться за шею монстра. Внизу с бешеной скоростью проносился песок арены.
«Щит…»
Внизу остались щит и меч. Я выхватил один нож и воткнул в шею твари. Лезвие вошло всего на пару сантиметров и застряло. Слишком толстая шкура.
— Да че ты там ковыряешься? — крикнул Эллайджа. — Быстрее!
Я стиснул зубы.
«Ещё один нож погоды не сделает. Ни копья, ни меча…»
«Точно!»
Едва удерживаясь за шею ящерицы, я всадил под кожу ещё два ножа, выхватил молот и со всей силы пробил по первому ножу. Лезвие ушло в плоть по самую рукоять. Монстр взревел и повторно рванулся в сторону.
Второй удар.
И мы начали терять высоту.
Мы с Эллайджей тут же полезли вверх по шее, пытаясь не оказаться под брюхом при падении. Земля стремительно неслась навстречу. Мы переглянулись. Его рожа сверкала от восторга.
— Я же говорил, будет весело!
— Да пошёл ты!
Ящерица с грохотом врезалась в землю. Мы чудом удержались на её спине.
В ушах звенело, словно после взрыва. Всё вокруг плыло, и лишь когда осела пыль, я смог хоть что-то разглядеть. Попытался подняться, но ноги дрожали, а воздуха не хватало. Казалось, позвоночник переломился пополам. Лишь потом до меня дошло: я всё ещё жив.
Вокруг уже собирались гладиаторы.
— Эй! Они выжили!
К нам подбежали Донован, Сяо, София и Катарина и помогли подняться.
— Ну вы исполнили. Живучие сукины дети.
Капитан с улыбкой хлопнул меня по спине. Ответить было нечего. Я просто радовался, что мы все ещё живы.
Позже я узнал, что, пока мы болтались в воздухе, оставшийся ящер успел убить ещё двоих гладиаторов. Из пятидесяти нас осталось сорок два.
Несколько человек сняли шлемы и тяжело опустились на песок. Я упал на спину, раскинул руки и больше не шевелился.
Я ждал голоса ведущего. Секунды шли, а вокруг становилось только тише.
«Неужели… пережили?»
«Похоже, наконец всё закончилось.»
Над ареной повисла тяжёлая тишина.
* * *
От лица Клауса фон Штука:
Я наблюдал за ареной с обзорной площадки, когда ко мне подбежала Оливия.
— Господин Клаус! Господин Клаус!
Она остановилась, пытаясь перевести дыхание.
— Господин Клаус… ВИП-гости срочно требуют вас.
— Оу. Я ожидал чего-то подобного.
«Глупые старики. Не видят всей картины.»
— Будьте осторожны. Они в ярости.
Я лишь небрежно махнул рукой, не оборачиваясь.
— Через пять минут свари мне кофе.
«Что ж… глубокий вдох.»
Стоило переступить порог ложи, как на меня обрушился шквал криков.
— Многоуважаемые гости, вы хотели меня виде…
— Да чёрт возьми! Ты, клоун сраный, что это сейчас было?
— Мои деньги сгорели!
— Кто вообще выпускает настолько слабых монстров?!
Все заговорили одновременно, перебивая друг друга.
Я громко хлопнул в ладоши. Крики стихли.
— Господа… кто сказал, что второй раунд закончился?
Люди в дорогих масках недоумённо переглянулись.
Я улыбнулся.
— Проще показать. Просто наблюдайте… и наслаждайтесь зрелищем. Как и должно быть.
Не дожидаясь новых вопросов, я развернулся и направился обратно на свою сцену.
«Пора обрадовать наших бойцов.»
«Не терпится увидеть их лица.»
* * *
От лица Гэбриэла:
Наконец ведущий вышел в центр арены.
— Что ж! Давайте поздравим наших отважных гладиаторов! Они выжили!
Трибуны взорвались рёвом.
Большинство гладиаторов тут же опустились на песок.
«Неужели…»
— Да… они молодцы. Пережили… первый акт.
Радостные крики начали стихать.
«Стоп что? Он сказал: ПЕРВЫЙ акт?»
— Господи, неужели вы думали, что это всё?
Клаус выдержал паузу и театрально прикрыл глаза ладонью.
— Нет-нет, мои дорогие. Колизей не станет вас так разочаровывать.
«Твою же мать.»
Он наклонился к микрофону.
— Первый акт окончен. Добро пожаловать… во второй.
Дикий рев толпы разорвал арену на части.
— Слышь, пацан, похоже, веселье продолжается, а?
Я устало посмотрел на своего безумного напарника.
— Без паники! Главное, держаться вмес…
— А вот это вряд ли, — хладнокровно перебил Клаус.
Он нажал кнопку на микрофоне.
Щёлк.
Полсекунды ничего не происходило.
А потом нас внезапно дёрнуло назад.
Какая-то сила потащила браслеты к краю арены, волоча нас с Эллайджей по песку. Мы остановились лишь у стены. Только теперь я понял, что то же самое произошло со всеми. Каждая пара оказалась далеко от остальных.
Попробовал подняться. Никак. Браслет был словно прибит к земле.
— Итак, Колизей! Второй акт начинается прямо сейчас!
По всей арене вспыхнул огромный магический круг. Песок задрожал. Из-под земли одна за другой начали подниматься металлические стены.
— Капитан! София!
Сам не знаю, зачем, но я выкрикнул их имена.
— Гэбриэл!
Я успел увидеть Софию лишь на мгновение. Она исчезла за металлической конструкцией. Грохот наконец стих. Со всех сторон нас окружали металлические стены. Впереди оставался только один проход.
Я медленно повернулся к Эллайдже.
Теперь мы остались только вдвоём.