Смерть во плоти

Два года в роли мусорщика научили меня одной важной вещи: если видишь дыру в бронированной двери, выгнутую наружу — не лезь туда. Но контракт с «TAHT corp.» не оставлял выбора. Либо ты приносишь добычу, либо твои долги растут быстрее, чем уровень радиации в реакторе.

Я перешагнул через рваный край металла, стараясь не зацепиться костюмом. Свет моего фонаря заплясал по внутренностям отсека «А-1».

— Аккуратнее, Хигель, — голос Айрин в шлеме прозвучал непривычно серьезно. — Я вижу картинку с твоей камеры. Разрешение так себе из-за помех, но... черт, эти переборки выглядят так, будто их жевали.

— Вижу, — коротко бросил я. Мой статус опытного чистильщика не позволял мне паниковать, но ладони в перчатках вспотели. — Ты на связи? Карта стабильна?

— Да, я вижу твой маркер. Энергия в этом секторе еще теплится, так что я веду тебя через терминалы.

Я начал продвигаться вглубь отсека. Повсюду царил хаос: деревянные и пластиковые ящики были вскрыты или раздавлены. Под ногами хрустели электронные схемы и диски. Я методично осматривал хлам — попадались мелкие, но ценные детали, которые я тут же отправлял в мешок на поясе. Пыль стояла столбом, забиваясь в сочленения брони.

— Слушай, Хигель! — Голос Айрин вдруг стал громче, заставив меня вздрогнуть.

— Что случилось? — отозвался я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Я хакнула терминал начальника станции! В отсеке «А-6» зафиксирован большой металлический ящик с Красным Алмазом! Хигель, если мы его достанем, ты станешь богачом, а мне корпорация выпишет такую премию, что я смогу уволиться в тот же день!

Радость в её голосе была заразительной, но я в этот момент замер перед очередным массивным контейнером. На его боку тускло поблескивала маркировка: "DITF-01".

— Ты нашел эту посылку... — уже тише и без тени радости произнесла Айрин.

Мои глаза впились в надпись под кодом. "Death in the flesh".

— Что за хрень? — прошептал я.

— Подожди чуток, я сейчас найду информацию... — Айрин застрочила по клавишам.

Я осторожно коснулся ящика. Холодный, сверхпрочный металл. Если то, что было внутри, сбежало, то... Я медленно обошел контейнер. Задняя стенка была не просто пробита — металл был буквально разгрызан.

— Хигель, уходи оттуда! — вскрикнула напарница. — Это био-оружие, какая-то экспериментальная дрянь! Она смертельно опасна!

Я смотрел на дыру в ящике. Страх боролся с жадностью.

— От кого бежать? Его тут пока нет, — ответил я, сглотнув. — Говоришь, там Красный Алмаз? Я не уйду с пустыми руками. Заберу его, и тогда проваливаем.

Я развернулся и решительно направился к выходу из отсека «А-1», держа курс на сектор «А-6».

— Стой! Тебе надо срочно... пшш... оно... пшш... там! пшш... уходи!.. пшшшш...

— Айрин? Айрин?! Блять...

Связь утонула в мертвом шуме статики. Я остался один.

ДЗИНЬ!

Глухое эхо удара металла о металл пронеслось по коридорам, отражаясь от стен. Я мгновенно среагировал: щелкнул тумблером, выключая фонарь. Тьма стала абсолютной, лишь красные аварийные огни едва-едва давали намек на очертания стен.

Я медленно развернулся в сторону звука — туда, откуда пришел. В конце длинного коридора, в неверном алом свете, я увидел это.

Фигура по очертаниям напоминала человека, но в её движениях не было ничего человеческого. Тёмный силуэт будто плыл или вибрировал перед глазами, искажая пространство вокруг себя.

— Айрин? Ты тут?.. — едва слышно прошептал я в микрофон.

Ответа не было. На внутреннем дисплее шлема издевательски мигала надпись: «Потеря сигнала связи. Поиск сети...»

Мы стояли в тридцати метрах друг от друга. Я и Смерть во плоти. И, кажется, оно смотрело прямо на меня.