Электростанция открылась взгляду внезапно — колонна вышла из-за очередного поворота, и там, в широкой горной чаше, зажатой между тремя хребтами, раскинулся комплекс.
Он был больше, чем ожидал Иллиан. Гораздо больше.
Основное здание — приземистое, вытянутое, с рядами вентиляционных башен по периметру — занимало едва ли треть территории. Остальное пространство заполняли трансформаторные подстанции, склады, жилые модули для персонала, и линии электропередач, уходящие куда-то на восток, за хребет, в сторону, где по картам не значилось ни одного крупного населённого пункта.
— Куда идёт энергия? — тихо спросил Иллиан, разглядывая уходящие вдаль опоры.
— Хороший вопрос, — отозвался Саймон, не глядя на него. Первые слова между ними за последний час пути.
⸻
Колонна остановилась в двух километрах от периметра, укрывшись за скальным гребнем.
Хьюз собрал командиров отрядов у капота головного транспорта, разложив карту, полученную от разведки.
— Три точки входа, — сказал он, водя пальцем по схеме. — Главные ворота — отпадают, слишком укреплены. Северный технический вход — узкий, но охрана минимальная по последним данным. И вентиляционный контур с восточной стороны — самый рискованный, зато выводит прямо в подземные уровни.
— Насколько свежие данные? — спросил командир второго отряда, коренастый мужчина по фамилии Дорн.
Хьюз замялся.
— Двенадцать дней.
По группе прошёл тихий, недовольный гул.
— Двенадцать дней, — повторил Саймон ровно. — После вчерашней засады на подъездах. Ты сам понимаешь, что эта карта может быть мусором?
— У нас нет другой, — отрезал Хьюз, и на этот раз в его голосе прозвучало что-то твёрже прежней неуверенности. — Работаем с тем, что есть.
⸻
Разведку выслали немедленно — три пары, по одной на каждую точку входа. Иллиан пошёл к вентиляционному контуру, вместе с бойцом из отряда Дорна, парнем по имени Реймс.
Подход занял почти час — медленное, выматывающее продвижение между камней, короткими перебежками, замирая всякий раз, когда где-то на периметре двигался прожектор.
— Харви, тепловые сигнатуры.
— Четыре цели на видимом участке периметра. Патрулирование регулярное, интервал восемь минут.
Иллиан устроился за выступом скалы, изучая станцию через оптику.
Что-то было не так.
Не в охране — она выглядела штатно, даже слабее, чем он ожидал для объекта такой важности. Не так было со зданием.
— Реймс, — прошептал он. — Глянь на основной корпус. Ничего странного не замечаешь?
Реймс всмотрелся.
— Окна?
— Именно.
Ни одного освещённого окна на всём западном фасаде. Ни одного. При том, что генераторы явно работали — гул турбин доносился даже сюда, а линии электропередач исправно уходили за хребет.
Станция производила энергию.
Но никто внутри ею не пользовался.
⸻
— Возможно, персонал эвакуирован, — предположил Хьюз, выслушав доклад разведгрупп полтора часа спустя.
— Или его там никогда и не было в том количестве, которое предполагает объект таких размеров, — сказал Саймон.
Данные с других точек подтверждали ту же картину: минимальная охрана снаружи, полное отсутствие признаков жизни внутри. Северный технический вход и вовсе оказался не заперт — просто прикрыт, будто кто-то выходил и не потрудился запечатать за собой.
— Мне это не нравится, — тихо сказал Дорн. — Пахнет ловушкой.
— Или тем, что охранять здесь нечего, потому что ценное уже вывезли, — возразил Хьюз.
— Тогда зачем засада на дороге? — вставил Иллиан.
Вопрос повис без ответа.
⸻
Штурм назначили на два часа ночи.
Оставшееся время отряды провели в холодном ожидании — проверка снаряжения, короткий сон по очереди, тихие разговоры вполголоса.
Иллиан не спал. Сидел, привалившись спиной к колесу транспорта, глядя на далёкие огни периметра станции, и думал о Купере, о строчке на доске потерь, о том, сколько ещё строчек добавится после сегодняшней ночи.
Саймон опустился рядом, протягивая термос.
— Держи. Кофе паршивый, но горячий.
Иллиан взял, не сразу найдя, что сказать.
— Слушай, насчёт того, что я сказал на дороге, — начал Саймон.
— Забудь.
— Не забуду. — Саймон смотрел прямо перед собой, на станцию. — Я был резок. Но я не был неправ.
Иллиан отпил из термоса, обжигая горло.
— Знаю, — сказал он наконец. — В этом и проблема.
Они помолчали.
— Хьюз сломается, если что-то пойдёт не так, — тихо произнёс Саймон. — Не потому что трус. Потому что боится не оправдать. А это хуже трусости, Ил. Трус хотя бы убежит и выживет. А такой будет гнать людей вперёд, лишь бы не признать ошибку.
— И что предлагаешь?
— Смотреть в оба. За ним в первую очередь.
Он поднялся, хлопнул Иллиана по здоровому плечу — привычный жест, но что-то в нём было уже не таким лёгким, как прежде — и ушёл к своей группе.
⸻
В 01:58 отряды заняли исходные позиции.
Иллиан, в составе группы из шести человек, стоял перед решёткой вентиляционного контура — тёмный зев шахты, уходящий куда-то в недра горы под станцией.
— Харви, готовность.
— Все системы номинальны. Уровень кибэнергии: 96%.
— Хорошо.
В наушнике щёлкнуло — голос Хьюза, напряжённый, но собранный:
— Все группы, доклад.
— Северный вход, готовы.
— Главные ворота, отвлекающая группа на позиции.
— Вентиляция, — произнёс Иллиан. — Готовы.
Пауза. Долгая, будто Хьюз в последний момент взвешивал что-то, чего никто, кроме него, не знал.
— Начинаем.
⸻
Решётка поддалась беззвучно — Реймс срезал крепления резаком, придержал, опустил на землю.
Иллиан пошёл первым.
Шахта оказалась шире, чем выглядела снаружи — можно было двигаться пригнувшись, не ползком. Воздух внутри был тёплым, влажным, с металлическим привкусом, от которого во рту оставалась горечь.
— Двадцать метров до первого разветвления, — доложил Харви. — Затем спуск.
Спуск оказался почти вертикальным — ржавые скобы, вбитые в бетон, уходящие вниз на глубину, которую фонарь не пробивал.
Иллиан начал спускаться.
Одна скоба. Вторая. Третья.
На четырнадцатой он остановился.
— Стоп, — прошептал он в связь. — Всем стоп.
— Что там? — отозвался Реймс сверху.
Иллиан посветил вниз.
Шахта заканчивалась не полом.
Она заканчивалась водой — чёрной, неподвижной, отражающей луч фонаря маслянистым блеском. И на поверхности этой воды, покачиваясь, плавали предметы, которые Иллиан не сразу опознал.
Каски. Перчатки. Обрывки формы.
Форма была рабочая, гражданская — персонал станции.
— Харви, анализ воды.
— Состав нестандартный. Обнаружены следы кибэнергетического загрязнения высокой концентрации.
Иллиан почувствовал, как холод пробежал по спине, не имеющий отношения к температуре в шахте.
— Реймс, — тихо сказал он. — Мы поднимаемся. Этот путь закрыт.
— Почему?
Иллиан посветил ещё раз, вниз, на медленно покачивающиеся на чёрной поверхности останки чужой рабочей смены.
— Потому что кто-то уже пробовал спуститься здесь до нас, — сказал он. — И не поднялся.
⸻
Группа вернулась на поверхность через двенадцать минут.
Иллиан доложил по связи — коротко, сухо, без лишних деталей, которые сейчас только тормозили бы решение.
— Вентиляционный контур затоплен. Есть основания полагать, что персонал станции погиб там.
Пауза в эфире.
— Понял, — отозвался Хьюз, и голос его дрогнул. — Присоединяйтесь к северной группе. Мы уже внутри.
— Внутри? — Иллиан переглянулся с Реймсом. — Вы вошли до общего доклада?
— Проход был открыт. Не было смысла ждать.
Саймон вклинился в эфир немедленно:
— Хьюз, отходите. Сейчас же.
— Мы уже в главном коридоре, здесь чисто…
— ОТХОДИТЕ.
Связь оборвалась на середине слова — не помехи, не сбой сигнала.
Просто резкая, окончательная тишина.
Иллиан посмотрел на Реймса. Реймс — на него.
А потом со стороны станции, из-под земли, донёсся низкий, тяжёлый гул — не взрыв, не выстрел, а что-то другое. Что-то, от чего задрожали камни под ногами, а в наушнике взвыл предупредительный сигнал костюма.
— Внимание, — произнёс Харви ровным, лишённым эмоций голосом. — Зафиксирован резкий скачок кибэнергетического фона. Источник — под основным зданием станции. Интенсивность продолжает расти.
Иллиан уже бежал.
Иллиан бежал.
Камни под ногами дрожали. Гул нарастал.
— Реймс, за мной!
Северный вход был в трёхстах метрах. Двести. Сто.
Дверь распахнута настежь. Тьма внутри.
— Хьюз! — крикнул Иллиан в связь. — Хьюз, отвечай!
Тишина.
Он влетел внутрь.
Коридор. Длинный, узкий, залитый аварийным красным. Гильзы на полу.
И кровь.
Много крови.
— Харви, живые цели?
— Пять сигнатур впереди. Тридцать метров.
— Наши?
— Не идентифицированы.
Иллиан прижался к стене. Реймс встал напротив.
Шаги. Тяжёлые. Механизированные.
Из-за поворота вышли трое.
Черная броня. Красные визоры.
Арбитры.
— Обнаружены биологические субстанции. Ликвидировать.
Первая очередь ударила в стену за спиной Иллиана.
Он нырнул вперёд. Перекат. Выстрел снизу вверх.
Пуля вошла арбитру в горловой стык. Тот пошатнулся.
Второй развернулся к Реймсу. Реймс не успел.
Очередь прошила ему грудь.
— РЕЙМС!
Тело упало. Не двигалось.
Третий арбитр шёл на Иллиана.
Времени думать не было.
Иллиан бросил винтовку. Рванул вперёд.
Кибэнергия хлынула в руку.
Удар в живот. Броня треснула.
Арбитр отлетел на два метра.
Второй уже поднимал оружие.
Иллиан схватил его за запястье. Вывернул. Ствол ушёл вверх.
Очередь в потолок. Искры.
Колено в корпус. Локоть в шлем. Ещё раз.
Визор лопнул.
Арбитр обмяк.
Первый, тот, с пробитым горлом, всё ещё полз.
Иллиан поднял свою винтовку. Один выстрел.
Тишина.
Он стоял, тяжело дыша, в красном свете, среди трёх тел.
И одного своего.
⸻
— Харви, состояние.
— Костюм цел. Уровень кибэнергии: 71%.
Иллиан опустился на колено рядом с Реймсом.
Глаза открыты. Смотрят в потолок.
Он закрыл их ладонью.
— Прости.
Гул под землёй усилился.
Иллиан поднялся.
— Харви, где остальные?
— Сигналы отряда Хьюза зафиксированы двумя уровнями ниже. Четыре активных. Три не отвечают.
Из семи.
— Маршрут.
Перед глазами вспыхнула линия. Красная. Вниз.
Иллиан побежал.
Восточное крыло. Отряд Саймона.
Саймон вошёл первым.
Коридор был шире северного. Потолок выше. Больше пространства для манёвра.
Плохо. Пространство работает на тех, кого больше.
— Мортен, левая сторона. Кайл, правая. Держим дистанцию три метра.
Бойцы разошлись бесшумно. Шесть человек. Все с опытом.
Впереди — распределительный зал. Огромный. Гудящий трансформаторами.
Харви у Саймона не было. Был свой ИИ — Гвен.
— Множественные цели. Двенадцать. Возможно больше вне зоны сканирования.
Двенадцать.
— Понял.
Саймон опустился на колено за металлическим коробом.
— Слушать сюда, — тихо, в связь. — Их двенадцать. Нас шестеро. Лобовой бой мы проиграем.
— Отходим? — спросил Кайл.
— Нет.
Пауза.
— Разделим их.
⸻
План был прост.
Мортен и двое бойцов уходят в правый обвод. Шумят. Много. Демонстративно.
Арбитры реагируют на шум. Всегда. Так их программируют.
Саймон, Кайл и последний боец — Дрейпер — заходят через технический проход слева. Тихо.
Восемь арбитров уйдут на шум.
Четверо останутся.
Четверых Саймон возьмёт на себя.
— Пошли.
⸻
Мортен начал через сорок секунд.
Очередь по трансформатору. Искры. Грохот. Ещё очередь.
— КОНТАКТ! ВРАГ СПРАВА!
Механизированные голоса отозвались эхом:
— Цели обнаружены. Построение В. Преследовать.
Топот. Восемь силуэтов сорвались с места.
Осталось четыре.
Саймон уже был в проходе.
⸻
Первого он снял ножом.
Не выстрелом — выстрел выдаёт позицию.
Подошёл со спины. Рука на визор, лезвие под затылочный стык брони.
Тело опустил медленно. Беззвучно.
Второй стоял в десяти метрах, спиной.
Саймон подошёл на семь.
Арбитр начал разворачиваться.
Поздно.
Кибэнергия хлынула в руку.
Экономно. Точно. Ровно столько, сколько нужно — не больше.
Теневой клык.
Первый импульс проломил нагрудник. Второй, отражённый и пущенный заново, довершил дело изнутри.
Арбитр сложился пополам. Упал.
Тихо.
⸻
Третий заметил.
— Тревога. Периметр нарушен. Цель…
Кайл выстрелил ему в горловой стык. Одна пуля. Точно.
— Чисто, — доложил он.
— Четвёртый? — спросил Саймон.
— Не вижу.
Тишина.
Дрейпер шагнул вперёд, оглядывая зал.
— Может, ушёл с остальны…
Из-за трансформатора вылетела фигура.
Быстро. Слишком быстро для арбитра.
Дрейпер не успел даже поднять оружие.
Удар в челюсть отбросил его на три метра.
Не арбитр.
Другое.
Чёрная броня без знаков. Узкий визор. Ни одной метки подразделения.
Саймон узнал.
— Это он, — тихо сказал он в связь. — Тот же, что был на складе.
⸻
Фигура двинулась к нему.
Не побежала. Пошла.
Спокойно. Уверенно.
Саймон встал в стойку.
— Кайл. Дрейпера в укрытие. Не лезь.
— Но…
— Не лезь.
Кайл потащил оглушённого Дрейпера за короб.
Саймон и незнакомец остались одни посреди зала.
⸻
Первым ударил незнакомец.
Прямой в корпус. Быстрый.
Саймон отвёл предплечьем. Ответил в подбородок.
Блок.
Ещё удар. Ещё блок.
Три обмена. Ни одного попадания.
Незнакомец отступил на полшага. Наклонил голову.
Изучал.
— Нравится? — процедил Саймон.
Ответа не было.
Никогда не было.
⸻
Второй заход был жёстче.
Незнакомец ушёл в низкую стойку, атаковал ноги.
Саймон прыгнул. Приземлился. Контратаковал сверху.
Локоть в шлем. Попал.
Голова врага дёрнулась.
Первое попадание за бой.
Саймон не остановился.
Колено. Захват за плечо. Разворот. Бросок.
Незнакомец ударился о бетон спиной — и тут же перекатился, уходя от добивающего.
Быстрый. Слишком быстрый для человека без усилителей.
Значит, усилители есть.
Значит, костюм. Просто не наш.
⸻
Они снова стояли друг напротив друга.
Саймон дышал ровно. Незнакомец — тоже.
Оба знали: следующий обмен решит.
Саймон начал накачивать руку.
Медленно. Экономно. Как учил себя годами.
Не выплеснуть всё сразу. Копить. Держать. Ждать.
Незнакомец рванул первым.
Саймон встретил.
Теневой клык вошёл точно в центр нагрудника.
Первый импульс — треск брони.
Второй, вернувшийся и пущенный заново — вдавил металл внутрь.
Незнакомца отбросило на пять метров.
Он упал. Не поднялся сразу.
Саймон шагнул вперёд.
— Кто ты?
Молчание.
— Кто тебя послал?
Незнакомец медленно сел. Приложил ладонь к пробитому нагруднику.
Кровь. Тёмная.
Он посмотрел на Саймона.
И заговорил.
Впервые.
— Ты бьёшь чище, чем твой ученик.
Голос был человеческий. Обычный. Без искажений.
Саймон замер.
— Какой ученик?
Незнакомец поднялся.
Медленно. С трудом.
— Ещё не твой, — сказал он. — Но будет.
И бросил под ноги гранату.
Не осколочную.
Дымовую.
Зал заволокло за две секунды.
Саймон рванул вперёд, но там уже никого не было.
Только эхо шагов, уходящих куда-то вглубь станции.
И гул под землёй, который всё нарастал.