Тренировка
Глава 6 из 29
Настройки чтения
18px
1.8
1

Тренировка

Глава 6

Тренировка

Организм, доведенный до крайней степени физического и эмоционального истощения, все-таки взял свое. Колдвин даже не помнил, как именно убрал гардину и в какой момент его веки налились свинцовой тяжестью. Он просто сидел на полу, прислонившись спиной к жесткому изножью своей кровати и обхватив руками колени, когда сознание внезапно и безвозвратно провалилось в глубокую, глухую пустоту. В эту ночь ему ничего не снилось: ни густого озонового тумана, ни багровых вспышек на станциях подземки, ни бесконечных рядов шевелящихся тел, проросших сквозь серый бетон. Измученный разум словно выставил защитный барьер, погрузив парня в подобие целебной комы, где не существовало ни времени, ни страха, ни пугающих пророчеств.

Проснулся ДимКолдвин рывком, от того, что его шея и спина затекли до мучительной, тупой боли из-за неудобной позы на полу. Он со стоном расправил плечи, хрустнув позвонками, и зажмурился от яркого дневного света, заливающего комнату сквозь неприкрытые шторы. Парень лихорадочно потянулся к валяющемуся рядом смартфону и нажал на кнопку разблокировки. Экран высветил «13:42».

— Почти два часа дня... — прохрипел Колдвин, протирая воспаленные глаза свободный рукой, — да я с такими темпами скоро буду неделю спать и все равно не высплюсь.

На календаре была суббота — долгожданный выходной день, когда не нужно было никуда бежать, выслушивать монотонные лекции преподавателей или оправдываться перед Диэсом за свой измученный вид. В квартире стояла относительная тишина, нарушаемая лишь глухими, размеренными звуками работающего на кухне телевизора и негромким голосом матери, которая с кем-то разговаривала по телефону. Родители были дома, а это вносило свои жесткие коррективы в планы Колдвина.

Несмотря на ломоту во всем теле и сильную слабость после затяжного голодания, парень упрямо поднялся на ноги. Времени на отдых и лень у него не было. Каждая секунда затишья казалась ему заемной, украденной у того неотвратимого хаоса, что медленно подбирался к их привычному миру. Колдвин подошел к шкафу, аккуратно извлек из-под вороха одежды свой армейский нож и старую деревянную гардину, которая за вчерашний день уже успела стать продолжением его собственных рук.

Он возобновил тренировку, но теперь действовал с максимальной осторожностью. Ему приходилось статься не сильно шуметь, чтобы не привлечь ненужное внимание родителей и не спровоцировать волну закономерных вопросов. Пронзительный, свистящий звук рассекаемого воздуха, который вчера так свободно оглашал комнату, теперь приходилось гасить, замедляя удары в финальной фазе. Колдвин сосредоточился на микроконтроле. Он медленно, почти ювелирно выводил траектории рубящих ударов гардиной, замирая в паре миллиметров от зеркала шкафа или косяка двери. Мышцы от такой статической нагрузки горели еще сильнее, чем при быстрых взмахах, пот градом катился по лицу, заливая глаза, но парень упрямо повторял выпад за выпадом.

Он отрабатывал косые резы сверху вниз, имитируя работу с тяжелым японским клинком, учился правильно переносить вес тела с одной ноги на другую без единого стука по ламинату. Мягкие, кошачьи шаги на носках, идеальный баланс корпуса, жесткий хват обеими руками. Переходя к ножу, он отрабатывал бесшумные уколы из закрытой стойки, контролируя, чтобы дыхание оставалось ровным и не превращалось в тяжелую одышку, которую могли бы услышать за тонкой межкомнатной дверью. Этот скрытный режим тренировки требовал колоссальной ментальной концентрации, превращая каждое движение в настоящее испытание на выносливость. Но все же все что он делал было идеально лишь для новичка, для настоящего боя он совсем не был готов. Руки иногда не слушались, ноги подкашивались, а подобие меча ударялось об плечи, оставляя красные следы и небольшие синяки.

Ближе к вечеру, когда тени в комнате начали заметно удлиняться, физические ресурсы парня окончательно истощились. Желудок скрутило от голода так сильно, что в глазах на мгновение потемнело. Колдвин спрятал нож в карман худи, оставил гардину у стены и осторожно вышел из своей комнаты.

На кухне приятно пахло домашней едой. Мать стояла у плиты, что-то помешивая в сковороде, а отец сидел за столом, листая новостную ленту в планшете. Всё выглядело настолько мирно, обыденно и тепло, что у Колдвин на секунду сжалось сердце. Эти люди жили своей привычной, спокойной жизнью, строили планы на отпуск, спорили о бытовых мелочах и даже не подозревали, какая бездна может разверзнуться под их ногами в любой момент.

— О, соня проснулся, — ласково улыбнулась мать, оборачиваясь на звук шагов. — Мы тебя будить не стали, видели, как ты измотался за неделю. Садись давай, суп как раз подогрелся.

Колдвин молча кивнул и сел за стол. В этот вечер он хорошо поел, уничтожив огромную тарелку горячего борща и второе с такой скоростью, словно не видел нормальной пищи несколько недель. Родители лишь добродушно подшучивали над его внезапно проснувшимся аппетитом, списывая всё на растущий организм и тяжелые нагрузки в спортзале. Колдвин старался поддерживать легкий, ни к чему не обязывающий разговор, улыбался в нужных местах и кивал, но внутри него бушевал настоящий шторм. Ему стоило колоссальных усилий удерживать эту маску дружелюбности, ведь ему сейчас было совсем не до этого. Но он помнил реакцию Диэса. Если он расскажет всё родителям, они просто испугаются за его рассудок и затаскают по врачам, отобрав единственное оружие и заблокировав любую возможность подготовки.

Закончив с ужином и поблагодарив мать, Колдвин поспешил вернуться в свою комнату, чтобы не выдать себя случайным жестом или помрачневшим взглядом. Заперев дверь на защелку, он первым делом подошел к вещам. Он аккуратно взял гардину, протер рукоять армейского ножа от пота и бережно положил все, с чем он занимался, в самый дальний угол комнаты, занавесив их старым пледом, чтобы они не бросались в глаза при случайном визите матери.

Затем парень устало сел на кровать, чувствуя приятную тяжесть в сытом желудке, и уткнулся в свой телефон. У него была одна конкретная, навязчивая цель. Колдвин открыл браузер и специализированные форумы поисковиков, чтобы найти то, что он так сильно хотел получить все эти дни — настоящее, боевое тати. Он вбивал в поисковую строку различные комбинации: «купить тати из рессорной стали», «японские клинки ручной ковки», «исторические реплики мечей с доставкой». Парень лихорадочно листал сайты оружейных мастерских, просматривал объявления на закрытых коллекционных площадках и аукционах.

Но реальность оказалась суровой. Все доступные варианты были либо откровенным декоративным муляжом из хрупкой нержавейки, пригодным только для украшения стен, либо стоили совершенно космических денег, которых у обычного студента не было и в помине. Проверенные кузницы требовали стопроцентную предоплату и брали заказ на изготовление минимум за два-три месяца, что в текущей ситуации было абсолютно неприемлемо.

Время играло против него, а финансовый тупик отрезал любые легальные пути получения нормального длинного клинка. В итоге полчаса драгоценного времени было потрачено абсолютно впустую. Экран телефона отражал лишь недосягаемые ценники и бесконечные сроки доставки.

С тяжелым вздохом Колдвин отложил телефон в сторону, бросив его на покрывало. Он откинулся спиной на подушки и задумчиво уставился в потолок. Комната медленно погружалась в вечерний полумрак. Избавившись от навязчивых мыслей о поиске меча, парень невольно задумался о том, что он может сделать для того, чтобы спасти своих близких, если все-таки это случится. Этот вопрос давил на него сильнее, чем страх перед собственным уничтожением. Как заставить родителей спуститься в то самое «Убежище номер 4» в колледже, если паника накроет город? Как объяснить им необходимость бросить квартиру и все нажитые вещи? Сможет ли он защитить их своим единственным армейским ножом против целой стаи безглазых паразитов?

Осознание собственного бессилия и невозможности контролировать безопасность семьи выжигало его изнутри. Ему хотелось закричать от этой несправедливости, запереть родителей дома и никуда не выпускать. Но Колдвин вовремя одернул себя. Паника — это первый шаг к гибели. Он заставил себя сделать несколько глубоких, размеренных вдохов, буквально силой откинул эти мрачные, деструктивные мысли в сторону и повернул голову к окну.

Небо за стеклом уже полностью покрылось густым, пронзительным красным светом заката. Огненные сполохи окрашивали редкие облака в багровые и пурпурные тона, создавая красивое, но какое-то зловещее, апокалиптическое зрелище. Город внизу медленно зажигал свои первые вечерние огни, растворяясь в наступающих сумерках.

Колдвин перевел взгляд на часы. Было еще относительно рано, но парень чувствовал, что его тело требует полноценного, глубокого отдыха на горизонтальной поверхности, а не в согнутом положении у кровати. Это был последний выходной на этой неделе, и нужно было использовать его с максимальной пользой для восстановления сил. Завтра воскресенье, а значит, ему еще предстояли долгие, изнурительные тренировки с импровизированным оружием в пустой комнате, пока родители уйдут по магазинам. Колдвин натянул одеяло до самого подбородка, закрыл глаза и решил лечь отоспаться, надеясь, что грядущая ночь будет к нему милостива и не утянет обратно в бездну кошмаров.

назадназад
1 ... 4 5 6 7 8 ... 29
впередвперед