Сейчас действительно было не самое подходящее время для того, чтобы
Го Фурен находилась в степи. Если возникнет опасность они не смогут
защитить ее. Ци Гогун любил и заботился о своей жене и, естественно, не
хотел рисковать ею.
Го Фурен строго посмотрела на Го Чена, затем посмотрела на Ли Вэй Ян и Го Дао:
— После моего отъезда, Цзя Эр, ты береги свое здоровье! Го Дао,
твой третий брат бесполезен, поэтому постарайся позаботиться о своей
младшей сестре. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы течение болезни
усилилось, иначе после возвращения не проси у меня пощады.
Го Дао торопливо ответил:
— Да, эрцзы [сын] понял.
Го Фурен кивнула:
— Присылайте мне каждый день письмо, я хочу знать, что здесь происходит!
Го Дао с горечью улыбнулся:
— Да, Муцинь, эрцзы помнит.
Го Фурен холодно произнесла:
— В таком случае я немедленно поеду.
Сказав это, она уходя, повернулась и добавила:
— Го Дао, я напоминаю тебе, чтобы ты каждый день писал мне письмо!
Го Дао смиренно поклонился:
— Эцзы понимает, Муцинь не нужно беспокоиться.
Увидев гневное выражение лица Го Фурен, Го Су торопливо произнес:
— Не волнуйся, я провожу тебя.
Го Фурен в ответ фыркнула и не обращая на него внимания, вышла.
Ли Вэй Ян улыбнулась, глядя на действия Го Фурен.
Ци Гогун торопливо пошел за ней.
Го Фурен неожиданно остановилась:
— Тебе не нужно следовать за мной, я хочу быть спокойной и не хочу видеть тебя!
Ци Гогун явно забеспокоился и не зная уже как поступить огорченно посмотрел на Ли Вэй Ян.
Ли Вэй Ян закашляла и сделала вид, что не видит его взгляда.
Го Фурен, видя, что никто не останавливает ее, рассердилась и громко произнесла:
— Ай-яй! Я непременно должна проявить тактичность и не маячить перед
глазами! Если я не уеду, семья действительно будет наказана. Я убираюсь
вон!
Ци Гогун с несчастным видом произнес:
— Фурен, произнося эти слова, разве ты не пронзаешь мое сердце?
Го Фурен не обращая на него внимания, добавила:
— Ну все, ты возвращайся, я уезжаю.
Ци Гогун, наконец, не выдержал и схватил ее за рукав:
— Ясно, забудь, оставайся.
Го Фурен сердито подняла брови:
— Ты приказываешь мне уйти, я ухожу, ты разрешаешь мне остаться, и я могу остаться. Я что твоя служанка или подчиненная?
Увидев несчастное выражение лица Ци Гогуна, Ли Вэй Ян наконец улыбнулась и сказала:
— Муцинь, отец искренне просит тебя остаться. Кроме того, я еще больна. Ты не останешься со мной?
Го Фурен посмотрела на дочь, сердце ее смягчилось. Она освободилась
от Ци Гогуна и вернувшись, села на кровать рядом с Ли Вэй Ян:
— Хорошо, я присмотрю за тобой!
Все вокруг заулыбались, а Ци Гогун подумал про себя, что ему следует
встретиться с императорским доктором, который сопровождал их. здоровье
его жены действительно было не очень хорошим. Если ей суждено остаться,
нужно было проявить осторожность, чтобы она не заболела…
В это время все увидели, как в палатку хромая вошла Али Гунчжу.
Ли Вэй Ян удивилась увидев ее, а Али Гунчжу удивилась, увидев в
палатке такое скопление народа, но не обращая ни на кого внимания, она
обратилась к Ли Вэй Ян:
— Го Сяоцзе, вчера вы видели нашего Дацзюня?
Ли Вэй Ян немного опешила от неожиданности заданного вопроса, но
затем, она вспомнила о том, что Юань Ли видел Дацзюня, который руководил
нападением на них. Ли Вэй Ян была недовольна, но Али Гунчжу помогла ей и
если бы не ее помощь, Юань Ин не нашел бы их так быстро. Подумав об
этом, она ответила:
— Мы вчера заблудились в степи и никого не видели. Почему вы спрашиваете об этом? Вы не можете найти Дацзюня?
Обеспокоенная Али Гунчжу ответила:
— Да, я только что видела Сан Ванцзы [третьего князя]. Он сказал, что
прошлой ночью Дацзюнь не вернулся. Охранники его золотого шатра не
могут ответить ни на один вопрос.
Выражение лица Ли Вэй Ян изменилось. Она друг подумала о том, что
вчера вечером дождь и ветер были очень сильными. Неужели Дацзюнь мог
заблудиться? Нет! Это было невозможно! Дацзюнь очень хорошо знал эти
степи, это был его дом! Как он мог просто исчезнуть? В этом не было
смысла.
Ли Вэй Ян взглянула на Али Гунжчу, затем на Го Дуна, который вошел вслед за принцессой Али и улыбнувшись, произнесла:
— Может быть у Дацзюня было важное дело, и он не торопится возвращаться.
Али Гунчжу покачала головой:
— В такую погоду, как вчера, обычно люди не выходят на улицу. Мой
отец всегда был очень осторожным человеком. Если было что-то важное, он
мог поручить это другим! Если это не очень важно, он не выходит. Я
боюсь, что он в опасности!
При этих словах, ее глаза наполнились слезами.
Ли Вэй Ян вздохнула. Дацзюнь был родным отцом Али Гунчжу и он всегда
очень любил ее. Али должна была так волноваться. Ли Вэй Ян вчера слишком
была занята собой и не могла ответить Али Гунчжу, куда делся Дацзюнь.