Шесть дней спустя.
Дом второго дяди Сюй Тайпина.
─ Как?! Ты хочешь продать Тайпина?! ─
Сюй Эоу, второй дядя мальчика, вытаращил глаза на жену в полном оцепенении.
─ Цыц!.. ─
Обросшая жиром тетка прижала палец к губам, призывая мужа говорить тише.
─ С чего ты взяло слово „продать“? Поступление в усадьбу семьи Бай в качестве дворового слуги – это шанс, о котором многие лишь молят! ─
Она презрительно зыркнула на супруга.
─ Пусть так, но он ведь попадет в кабалу… ─
Мужчина замялся.
─ В доме семьи Бай он будет сытно есть, тепло одеваться и жить в человеческих условиях, подумаешь – кабала! Об этом больше не думай, задаток я уже взяла. ─
Тетка махнула рукой, единолично поставив точку в споре.
─ Ладно уж. ─
Не посмев перечить благоверной, Сюй Эоу тяжело вздохнул и кивнул.
─ А где Тайпин? ─
Спросила тетка.
─ Все еще в погребальном зале, сегодня седьмой день, хочет еще побыть у гроба старика. ─
Сюй Эоу, одетый в траурные одежды, утер рот.
─ Люди из семьи Бай уже ждут у деревенских ворот, вели ему немедленно собираться. ─
Тетка бросила на мужа косой взгляд.
─ Так быстро прибыли? ─
Изумился Сюй Эоу.
─ Маленький господин из семьи Бай со следующего месяца идет в частную школу, ему срочно понадобился мальчик на побегушках, иначе с чего бы такая спешка? Хватит языком трепать, ступай приведи этого паренька из траурной залы. ─
Снова прикрикнула на него жена.
─ Но… но ведь сегодня у деда сороковой день… то есть, седьмой день, дай ты Тайпину хотя бы эту ночь спокойно провести! ─
Мужчина смущенно поскреб в затылке.
После кончины деда Тайпина эта парочка только и делала, что прикидывала, как избавиться от дармоеда; однако второй дядя все же питал к племяннику хоть какие-то сентиментальные чувства и не желал гнать его в усадьбу Бай, даже не дав до конца справить поминки.
─ Седьмой день, подумаешь, седьмой день! Разве какая-то церемония важнее серебряных монет? Эх ты! ─
Тетка с досадой ткнула мужа пальцем в лоб, а затем таинственно наклонилась к самому его уху и зашептала:
─ Знаешь, сколько серебра дают в семье Бай? Тридцать лян! Целых тридцать лян! ─
Глаза женщины светились жадностью.
Услышав это, второй дядя сперва остолбенел, а затем яростно закивал:
─ Я мигом за Тайпином! ─
…
Спустя полчаса.
Деревня Синю, у въезда.
Сюй Тайпин с тоской оглянулся в сторону погребальной залы, после чего обратился к стоявшему рядом второму дяде и тетке с просьбой:
─ Второй дядя, нельзя ли отложить отъезд на завтра? ─
─ Эх, Тайпин, служба в усадьбе Бай – это же редчайший шанс в жизни! Если не уедешь сейчас, завтра и вовсе не попадешь туда! ─
Сладким голоском пропела тетка.
─ Вторая тетя боится, что до завтрашнего дня меня не удастся выгодно сбыть? ─
Холодно глянул на нее Сюй Тайпин.
Хотя все эти дни он провел у гроба, с детства познав всю горечь человеческих отношений, неужто он не понимал подковерных интриг этой парочки?
Тайпин не сопротивлялся и не бунтовал по двум причинам: во-первых, противиться было бесполезно, а во-вторых, он и сам полагал, что уход в семью Бай может оказаться неплохим выходом – дед умер, и больше его здесь ничего не держало.
─ Ах ты, погазанец, как ты с теткой разговариваешь? Она же о тебе заботится! ─
Услышав такое, второй дядя гневно зыркнул на него.
─ Кончайте балаган, полезайте в повозку, в здешних местах нынче по вечерам орудуют крысиные демоны, до темноты мы обязаны добраться до бамбукового хребта Цинчжулин. ─
Оборвал их возницу семьи Бай, сидевший на передке.
─ Идем, идем! ─
С этими словами дядя с теткой без лишних слов ухватили Тайпина каждый за руку и силой поволокли к повозке.
Тайпин не сопротивлялся, лишь чувствовал, как внутри все леденеет от обиды.
…
─ Мелкий, смотри сюда: это твой контракт слуги, заключенный с родом Бай. Отныне ты – раб моего дома, и с этой деревней Синю, как и с родом Сюй, тебя больше ничего не связывает. ─
Перед телегой управляющий семьи Бай потряс в воздухе бумагой, на которой Тайпин только что оставил отпечаток пальца.
─ Угу. ─
Бестрастно кивнул Тайпин.
«Видно, пилюля, что дал дед, не сработала – прошло уже шесть суток, а небожители так и не явились». –
Пока управляющий препирался со вторым дядей и теткой, Тайпин тихонько приподнял голову и посмотрел в небо.
К поискам бессмертных он относился без особой тоски; в конце концов, главным стимулом стать небожителем было лишь желание исцелить деда.
─ Гляньте-ка! В небе летит белый журавль размером с буйвола! ─
─ Где, где? ─
─ Погодите, а на его спине… кажется, кто-то стоит! ─
В этот момент среди толпы зевак у деревенских ворот раздался изумленный возглас.
Услышав крики, Сюй Тайпин, управляющий семьи Бай и чета Сюй одновременно задрали головы и действительно увидели в вышине исполинского белого журавля, на спине которого неясно вырисовывались две человеческие фигуры.
─ Бе… бессмертные? ─
Замрев на пару секунд, Тайпин еле слышно вымолвил два слова.
─ Бессмертные, точно бессмертные! ─
Селяне вокруг тоже завопили во всю глоть.
─ Кря!… ─
В ту же секунду под пронзительный птичий клич две тени отделились от небес и плавно опустились прямо перед толпой.
То были мужчина и женщина: он в лазурном халате, она в алом платье. Мужчина – с бровями-мечами, звездами в глазах и благородной осанкой, а женщина лицом напоминала сошедшую с небес богиню, столь ослепительную, что все вокруг нее померкло.
─ Прошу прощения за беспокойство, добрые люди. Мы – ученики секты Цинсюань с горы Юньлушань. Сегодня мы с младшей сестрой спустились в эти края на поиски одного юноши. ─
Молодой человек учтиво сложил руки в приветствии.
Жители деревни Синю зашумели в крайнем изумлении: никто не ожидал, что эта парочка и впрямь окажется небожителями, да еще из той самой близлежащей горы Юньлушань.
─ Позвольте спросить, нет ли среди вас паренька по имени Сюй Тайпин? ─
Следом за ним алая дева также поприветствовала собравшихся и с улыбкой задала вопрос.
От этой женской улыбки у мужчин замирало сердце, да и женщины почувствовали легкий трепет в груди.
─ Сюй… Сюй Тайпин? ─
─ Это он! Он – Сюй Тайпин! ─
Потоптавшись на месте пару мгновений, несколько крестьян тут же указали пальцами на мальчика у повозки.
Жители деревни в массе своей знали друг друга, а семья Тайпина и вовсе выделялась редкой для здешних мест фамилией, так что мальчишку знали почти все.
─ Ты и есть Сюй Тайпин? ─
Девушка в красном шагнула вперед и с радостным выражением лица воззрилась на подростка.
─ Да. ─
Тайпин кивнул.
В душе он уже догадывался, кто перед ним.
─ Старший брат. ─
Увидев кивок, дева поспешно обернулась к спутнику.
─ Нефритовая дощечка откликается, он – тот, кого мы ищем. ─
Юноша кивнул, показывая девушке зажатую в руке дощечку, излучавшую мягкое лазурное свечение.
─ У… уважаемая бессмертная госпожа, мой племянник… не натворил ли чего дурного? ─
Не вытерпев, подал голос второй дядя Сюй Эоу.
─ Куда ты лезешь не в свое дело! ─
Стоило Сюй Эоу раскрыть рот, как тетка тут же оттащила его назад, вновь выдерживая с Тайпином дистанцию в пять-шесть шагов.
И не они одни – прочие деревенские тоже поспешно отшатнулись, отгородившись от подростка.
Почти все сельчане, как и Сюй Эоу, решили, что Тайпин натворил каких-то бед, раз за ним лично явились небожители.
Деревня Синю располагалась близко к горе Юньлушань, и слухи о расправах небожителей над демонами здесь ходили исправно, пусть даже видали их далеко не все.