Первый рабочий день подошёл к концу.
Кинг вернулся в свою комнату вместе с Беатрис. Но они подошли не к кровати, а к небольшому деревянному столику, который был предназначен для письма и имелся в каждой комнате.
— Подрядчику Бетти нужно научиться читать и писать на местном языке, я полагаю.
Кинг сел за стол, а Беатрис, соответственно, села ему на колени. На столе уже лежали тетрадь с белоснежными страницами, гусиное перо и книга в красновато-коричневом переплёте.
— Заранее подготовила, пока я работал?
И когда Бетти успела? Она почти не отходила от меня во время работы.
— Дело пары секунд, в самом деле.
Она указала на книгу.
— Начнём с простого сборника детских сказок. С этого дня каждый вечер Бетти будет заниматься со своим подрядчиком.
— Давай начинать.
— С грамматикой у Кинга проблем не наблюдается, в самом деле.
После этих слов Кинг взял перо и приготовился. До сих пор ему даже не доводилось к нему прикасаться. Перо оказалось лёгким, и когда он провёл им по бумаге, буквы получились на удивление нормальными. Это был его первый, памятный росчерк пера в другом мире.
Кинг склонился над обложкой тетради и широким взмахом вывел своё геройское имя.
キング
— Это и есть твой родной язык, интересно?
— Да. Просто написал своё имя.
Хочется узнать как можно больше о родном мире Кинга, но сейчас это не самое важное, я полагаю.
— Сначала освоим базовые И-глифы. К Ро-глифам и Ха-глифам перейдём, когда И-глифы будут идеальны, я полагаю.
— Целых три вида, значит.
— Когда разберёшься с И-глифами, перейдём к сказкам. Время занятий… думаю, предел — до первого часа ночи. Подрядчику завтра рано вставать, в самом деле.
При изучении нового языка первым делом необходимо определить типы используемых символов. Как в языке Кинга есть годзюон, так и в любом языке должны существовать базовые символы, а всё остальное будет строиться на их комбинациях. Следовательно, изучение языка начинается с прописывания букв, однако…
Это сложнее, чем я представлял… Как будто снова учусь писать курсивом.
Он выводил базовые символы, которые показывала ему Беатрис, заполняя страницу примерно тремя сотнями знаков. От усталости и сонливости веки сами начали закрываться, но думать о том, чтобы заснуть на столе, было бы верхом невежества по отношению к его духу.
Под тихий шорох пера по бумаге, в промежутках между бесконечным выписыванием одних и тех же символов, Кинг думал о сегодняшнем дне.
На удивление, работой меня почти не нагружают. Может, они видят, что я отаку, который даже в собственной квартире порядок навести не мог? Честно говоря, они правы. Но перед приходом Сайтамы я всегда убирал свой творческий беспорядок, и он не жаловался на грязную комнату. Надеюсь, я не сильно доставляю проблем этим двоим.
Пока Кинг практиковал написание символов и разбирался со своими мыслями, время подходило к часу ночи. Его мысли резко были прерваны довольно громким звуком, издаваемым его духом.
— Х-х-х-х...
Беатрис мило уснула у него на коленях, прижимая голову к его торсу.
Кинг встал со стула, снял с неё туфли и уложил на кровать.
Несмотря на то что она многократно старше меня, стоит воспринимать её как младшую сестру, я думаю.
С этими мыслями он потушил фонарь и лёг рядом.
А по другую сторону особняка проходил более интересный диалог.
— Ну-у-у и как, Рам? Каково твоё мнение о нём?
В час, когда луна повисла в ночном небе, в кабинете на верхнем этаже особняка Розвааля Л. Мейзерса шёл этот тайный диалог. Участников было двое: хозяин особняка — Розвааль, а напротив него — розововолосая горничная, Рам.
На вопрос Розвааля, сложившего руки на столе, Рам задумалась, слегка склонив голову.
— Хм-м-м... Чтобы Рам, обычно дерзкая в своих заявлениях, так терзалась сомнениями... Э-э-это довольно удивительное дело, нет?
— Он... Кинг довольно плох, но не совсем никчёмен, что удивительно. Приемлемо готовит и убирается. Но шить и стирать он не пробовал, это видно с первого взгляда.
Они действительно обсуждали его первый день в качестве дворецкого. Даже не было никаких мыслей по поводу того, может ли Кинг быть шпионом.
При желании, он может убить всех, и никто из нас не успеет среагировать. Что же мне делать дальше, наставница?
— Это довольно странно, но...
— Да-да, я весь во внимании, Рам. Говори всё как есть, не стесняйся.
— В плане способностей он плох, но Кинг... Как бы это сказать... Слишком уж спокоен, а иногда оптимистичен. И ещё Беатрис-сама, которая не хочет от него отлипать даже во время работы и временами с презрением посматривает на мою сестру.
Розвааль нахмурился, слушая Рам, которая, казалось, не столько подбирала слова, сколько мучительно их искала.
— Он довольно молчаливый и начинает говорить первым только о темах, касающихся его работы. Когда мы спрашивали его о прошлом, его лицо иногда мрачнело, но на вопросы он отвечал. И этот звук смерти...
Даже для Рам этот звук сердцебиения был настолько ужасающим, что она сглотнула.
— Пока что больше не появлялся.
Она сделала небольшую паузу.
— К нам с сестрой он в целом добр. Я решила заглянуть к нему в комнату, когда он, предположительно, изучал язык с Беатрис-самой. Кинг действительно учил язык, значит, слова о его происхождении уж точно не ложны. Хотя Беатрис-сама... Была не очень рада меня видеть.
— И-и-и что же ты ду-у-умаешь по этому поводу?
— Это ничем не отличается от того, что я слышала от леди Эмилии.
Первое впечатление обычно ошибочно, но прямо сейчас он действительно обладает чертами героя. Надеюсь, Кинг-сама поможет мне освободить лорда Розвааля от этой отвратительной книги...
— Хотелось бы, конечно, чтобы всё прошло как можно спокойнее. И проследи, пожалуйста, чтобы Рем не полезла на рожон.
Иногда эта синеволосая девушка, уловив его намерения, имела склонность действовать по своему усмотрению. Хотя в целом она не отклонялась от решений и указаний Розвааля, бывали случаи, когда её поспешные решения, обрубающие все возможности на корню, доставляли проблем.
Она умрёт моментально. Мне в целом всё равно, только реинкарнация бога они и полуэльфийка имеют значение. Но это может повлиять и на саму Рам. Нужно быть осторожнее. В книге мудрости было сказано ждать сильнейшего человека, сила которого... Абсолютно неизвестна. На этом пока что всё. Нужно проверять записи намного чаще.
— Кстати, Рам. Ты закончила?
— Да. Прошу прощения, что не смогла сообщить ничего существенного.
— Ну что ты, я и не думал тебя винить за э-э-э-это. Лучше давай приступим к нашим сегодняшним ночным трудам. Две ночи прошло. Ты, должно быть, изрядно изнывала, да-а-а-а?
На манящий жест пальцев Розвааля Рам повиновалась с каким-то зачарованным выражением лица. Стоявшая перед столом, она покачивающейся походкой приблизилась к нему и робко опустилась на его колени.
— И сегодня вечером… я к вашим услугам…
— Это всего лишь осуществление твоего естественного права. Обычное дело, так что стесняться не-е-е-ечего. Твоё тело драгоценно. Оно ведь не только твоё-ё-ё.
Пробормотав это одними губами, Розвааль тут же переключил своё сознание. Он смотрел только на Рам перед собой.
Первая ночь подходила к концу, завершаясь этой зловещей беседой между хозяином поместья и горничной.