Глава 3. «Неуютный ужин». (1)
«Постоянное
ворчание на протяжении ста лет сильно надоедает.»
С раннего утра экономка Хелен стояла возле Донны,
отчитывая её сердитым голосом.
Хотя сейчас было самое время, чтобы собрать всех
горничных и раздать им дела на сегодня. Хелен же выглядела довольно
рассерженной.
Ситуация, произошедшая накануне вечером, была
очевидной, поэтому Донна была бледной, а её глаза красными и опухшими.
– Отныне тебе запрещается выходить по своему
желанию.
– Да.
– Стало понятно, что ты, Донна, недостаточно хороша,
чтобы прислуживать юной леди, поэтому мне придётся подумать, кем заменить тебя.
– Ха…
«Когда
была Нэнси, личную горничную могла отчитывать лишь я. Как и ожидалось,» –
думала Карен, потирая бок. «Всё дело в разнице в возрасте.»
«Крайне
неприятно просыпаться, слыша по утрам голос пожилой женщины, а не юной девушки,»
–
Карен посмотрела на свой пульсирующий бок, где в этот раз рана была тщательно
обработана.
«Думаю,
будет лучше сохранить хорошие отношения с Дуланом, пока он не будет вредить
моему будущему.»
Когда Карен пыталась разглядеть место ранения,
Раймонд сказал, что рана была неглубокой, но от неё осталось два шва.
«Мой
лоб расцарапан, а на боку швы. Интересно, сколько ран на мне будет через год?»
– Корсет из китового уса хорошая вещь. Рада, что
взяла его.
– Леди.
– Не ругайся слишком много. Мы не знали, что всё
обернётся так.
– В цирке много раненых. Если бы не сэр Раймонд, Вы
могли бы умереть. Нет, Вы бы точно погибли.
«А
оправдываться трудно.»
Хелен, экономка, занимала высшее положение среди
слуг и отвечала за ведение домашних дел вместо Карен, которая была ещё юна.
Боуэна нельзя было отчитать, поскольку он мужчина, и
это несколько не его дело. Однако Хелен сказала, что за безрассудное поведение
Карен уменьшит зарплату Донны в этом месяце вдвое, а затем вернёт её к работе
горничной в прачечной.
– Мне это не нравится.
«Редко
можно встретить такую разговорчивую и жизнерадостную горничную, как Донна,» –
эти качества были привлекательными для Карен, поэтому она не собиралась
отпускать Донну.
– Это моя вина, поэтому Донна вернётся к
прислуживанию мне.
– Леди, – твёрдо возразила Хелен, игнорируя
засиявший взгляд Донны. – Я знаю, что возле Вас сейчас мало сверстников,
поэтому понимаю чувства симпатии по отношению к Донне. Однако нехорошо, если
таким образом будут делаться поблажки.
«Ты
ведёшь себя как хозяйка,» – Карен с неохотой пила
утренний чай под чужое ворчание.
«Теперь
мне нравятся и добрые и злые персонажи, однако Хелен мне крайне не нравится.
Хелен
ведёт себя хозяйкой в доме, как и любая экономка, которая находится в доме, где
сама хозяйка не имеет власти, и поэтому она пытается управлять мной, как
ребёнком.
Мне
не нравится, что она слишком акцентируется на морали и ответственности.
Хорошие
люди приятны, а плохие интересны, но спесивый и раздражительный человек,
который думает, что он всегда прав, утомителен и неприятен. Вот почему мне
хочется избегать Хелен каждый день.»
– Хелен, – Карен хотела сказать: «Это не твоё дело»,
но остановилась.
«Сколько
власти у такой экономки, как Хелен?
А
сколько слуг станут слушать семнадцатилетнюю девушку, которая начнёт
командовать?» – Карен помнила то, что случилось в
далёком прошлом.
«Было
время, когда Хелен вела себя как хозяйка, что очень задевало меня, и я выгоняла
её. Вот только вскоре начинала жалеть.
Было
слишком много дел и работы, и лишь в сказках возможно, что всё будет идти
идеально лишь потому, что я дочь лорда.
Чтобы
управлять особняком, необходимо было каждое утро собирать слуг, раздавая им
работу, а затем проверять её выполнение до поздней ночи.
К
тому же я была вынуждена заниматься бухгалтерией, кадрами и другими общими
бумажными делами.
Нэнси,
сменившая Хелен на этой должности, обладала слабым влиянием и, поскольку была
неграмотной, не могла справляться с большей частью дел.»
– Нет.
– Прошу.
«Полезных
людей нужно умасливать, взращивать и подталкивать к нужным тебе решениям.»
– Всё же мне крайне неудобно, что моя личная горничная
так внезапно меняется… Тогда, возможно, ей станет сама Хелен?
– У меня много работы.
– Верно. Хелен не может уделять мне внимание.
«Пойми,
мне одиноко.
И
смотри, я проявляю к тебе привязанность и уважение.»
Сердце Хелен ослабело, когда Карен сделала вид, что
очень расстроена.
«Ты
ведь также думаешь, что должна вести себя, как моя мать.»
– Вы никогда не должны совершать подобного вновь.
– Конечно, я больше не буду.
– Однако из-за Нэнси в последнее время всё пошло
наперекосяк…
– Когда Нэнси вернётся?
– …Вы не знаете? Нэнси уволилась, потому что не
может выдерживать объём работы. В конце концов, она родилась странницей,
поэтому я ничего не смогла сделать с этим.
«Проблема
решилась таким чудесным образом. Нэнси ушла в отпуск, а потом уволилась, потому
что ей трудно работать,» – Карен опустила чашку.
Хелен подошла к ней с расчёской.
Приведение причёски Карен не было работой экономки, поэтому
Карен обратилась к ней с вопросом:
– Хелен сама захотела сделать это?
– В юности я работала горничной, прислуживая разным
девушкам. В такой день, как сегодня, я не могу оставить подобную работу Донне.
Я бы хотела, чтобы Нэнси была здесь.
– А какой сегодня день?
– Сегодня день, когда сэр Раймонд впервые приезжает
к нам. Вам нужно подготовиться к этому с умом. Лорд и господин Эванс также
будут присутствовать.
– Ах.
– Вы ведь должны выглядеть прекрасно?
«Это
значит, что весь день меня будут поливать маслами, возиться с волосами,
потратив три часа на уход и ещё час на макияж.
Обычно
всё делала Нэнси или, когда её не было, Сера.
Испытывать
навыки разных парикмахеров тоже весело.
Но
я слишком стара, чтобы начать ворчать что-то вроде: «Я не хочу делать все эти
вещи!».»
– Однако это уже чересчур.
– Что именно?
– Розовое масло или, к примеру, это платье?
– Не могу сказать, что это какая-то роскошь, в
сравнении с мисс Эванс. Разве лорду не будет приятно, если Вы будете выглядеть
соответствующе титулу?
«Что
постыднее: ношение излишне дорогой одежды или ношение простой одежды среди
людей, носящих лишь дорогую?
Часто
последнее считается более постыдным, но это относится лишь к тем, кто дорожит
своим лицом.
Есть
вещи, которые считаются проявлением минимальной вежливости, но у тех, чьи
стандарты выше, чем у других, граница между вежливостью, а также достатком и
роскошью стирается.
Поэтому
я давно сосредоточилась на других вещах, чем оценка чьего-то облика.
Важна
лишь концовка романа и вкус главного героя.
Критерии
Раймонда я знаю, а оценочное суждение других меня давно не интересует.»
– Это слова отца?
– Нет, – едва заметно закатив глаза, Хелен привела
массажистку.
Ловкими движениями рук Карен раздели, уложили на
деревянную кровать и начали растирать её тело тканью, смоченной в розовой воде.
– Боже, – рана Карен отозвалась болью, и она
застонала.
В итоге Хелен была вынуждена остановить растирания:
– Принять ванну будет невозможно.
– Да?
– Тогда будет достаточно просто нанести духи.
«Похоже,
будет больно.»
Подняв волосы Карен, Донна помыла их и кожу головы
госпожи, повторно смазала маслом, а затем вновь промыла.
– Ты говорила, что разбираешься лишь в стирке, но
волосы ты моешь достаточно хорошо.
– Хе-хе.
– Мне и правда так нужно хорошо выглядеть для сэра
Раймонда?
– Конечно! Во-первых, Изелла… Если Вы выглядите
красивее мисс Эванс, то чувствуется гордость. А во-вторых… это…
– Что?
– Ну…
Карен прекрасно расслышала хихиканье Хелен и
массажистки. Ей никто не ответил, но по этому смеху в тишине девушка прекрасно
поняла ответ.
«Дулан
– нежеланный человек на место лорда. Он не подходит для красивой «леди». Хелен
открыто демонстрирует, что хочет, чтобы Раймонд увидел меня. А это значит, что
она не считает Дулана моим мужем, а считает его кем-то вроде запасного
варианта, если мне чего-то не хватит.»
Карен не обижало высокомерие экономки, поскольку она
не ощущала симпатии или неприязни к Дулану. Но у неё было желание сломать это
клише.
«Интересно,
как бы отреагировали все те люди, которые игнорируют Дулана, если бы я сказала
что-то вроде: «Но в постели он довольно неплох. А его размер и выносливость… К
тому же, форма священника действительно возбуждает, не так ли?
Нужно
быть терпеливой. Если я хочу переломить ситуацию, мне нужно набраться терпения,»
–
Карен ощутила непреодолимое желание заговорить, словно ей хотелось дотронуться
до осы, даже зная, что это опасно.
– Мистер Дулан…
– Он уже вошёл.
– Кья!! Мистер Дулан?
Бам-бах.
Последовала небольшая суматоха.
«Ну,
он совсем не джентльмен.»
Донна, смущённая внезапным визитом Дулана, чуть не
упала, а Хелен скрыла своё смущение за невыразительной гримасой.
Массажистка же быстро протянула Карен ткань и
отступила.
А Карен лишь вздохнула.
«Незваный
гость вошёл раньше, чем я успела сказать любопытные вещи, оборвав всю болтовню.
А
что, если бы он не вошёл? Как бы всё обернулось?»
– Что?
– Р-рана…
– Лечение уже закончено.
– Н-нельзя, чтобы туда попала вода или масло.
– …Ты пришёл, чтобы сказать мне это?
– …
«Нет,
мы опять испытываем [чувства, противоположные тем, что испытывает другой].
Но
в этот раз я хочу, чтобы Дулан был одержим мной, поэтому мне нужно соблазнять и
изменять его неспешно.»
– Я не виню тебя, а просто спрашиваю.
– Нужно определить степень воспаления швов.
«Что
ж, когда дело касается рабочих моментов, он заикается куда меньше.»
Сдвинув влажную ткань, Дулан принялся дезинфицировать
рану ватным тампоном.
Запах алкоголя смешивался с ароматом роз, от
которого Карен сильно захотелось выпить спиртное.
– Могу я выпить ночью виски?
– Сумасшедшая.
«Уверена,
что лучший алкоголь будет подаваться сегодня,» –
Карен ощутила подавленность.
«У
нас всего семьдесят бутылок виски шестидесятилетней выдержки, произведённого в поместье
Хайэр.
Разве
в этот раз я не могу насладиться его вкусом? Чёрт побери, Ганс, я схвачу тебя
за волосы и окуну в него.»
– Можно мне бокал розового вина?
– Нельзя даже слабоалкогольное пиво.
– Ха.
«Какая
осторожность. Ничего, я всё равно тайно достану себе сегодня алкоголь.»
– Тогда ты сейчас уйдёшь?
– П-почему?
– Хм? Мне ведь нужно доделать массаж.
– Это… это довольно дорогое масло… Но… ты же не
такая… Ты не пользуешься таким, ведь такое волнует только других…
– У нас очень много важных гостей. Просто
вежливость.
– …Эт-это, тогда… Когда я прихожу, ты не делаешь
этого. В голове…
«Похоже,
Дулану не нравится такая моя подготовка.
Что
ж, цель, на самом деле, не отличается от того, что он подумал, но для меня
неуместно, что Дулан ведёт себя так.
В
этой жизни он особенно сильно доставляет хлопоты.
Было
ли ошибкой то, что я переспала с ним?»
– Сэр Раймонд Сайотэс по происхождению барон и
поддерживает хорошие отношения с господином Вэрдиком Эванс. Но прежде всего он
благодетель, который спас меня. Разве не естественно хорошо выглядеть при
встрече с ним?
– … До этого… Т-ты никогда этого не делала. Ты… уже…
– Дулан облизнул тонкие губы, критикуя Карен. – Распутная…
– Эй, ты… Ох.
«Тебя
это зацепило?» – Карен недовольно смотрела на Дулана.
«Почему
мужчины теряют понимание и не могут пойти на встречу? Подобное поведение было
бы справедливым, если бы он хоть раз получил такую рану,» –
Карен смотрела на Дулана так, словно хотела многое сказать.
Однако Хелен быстро встала между ними и обратилась к
Дулану:
– Мистер Дулан, у нас нет времени, поэтому леди
Карен нужно продолжить сборы.
– Но… Зачем же так долго?
– Женщины отличаются от мужчин.
– В-вы тр-тратите время на бесполезные вещи, это…
это просто тщеславие.
При этих словах лица всех женщин в комнате резко
изменились.
«Да
как ты смеешь?!»
– Если это тщеславие, не хочешь попробовать?
– Я н-не буду делать эти бесполезные вещи… Мн-мне
надо позаботиться о вечерней молитве.
– Замолчи, – Карен прижала палец к губам и подозвала
массажистку.
«Раймонд
сегодня, скорее всего, будет невероятно красив, но даже если я камень рядом с
ним, бриллиантом, от грязи всё равно нужно избавиться.»
Хелен, Донна и массажистка, нервно смотря на Дулана,
подошли к Карен.
Спустя некоторое время три женщины обессилили и
отступили.
«Чёрт,
ты не обманываешь ожиданий.»
– Обычно люди наводят красоту… Хм… А есть ли у тебя
подобное?
Хелен, Донна и массажистка были разочарованы, а
Карен злилась.
«Достаточно
просто стряхнуть всю грязь. Вот как всегда считает Дулан.»
– Д-достоинства человека не определяются его
внешностью.
«Итак,
есть ли у тебя другие достоинства, помимо внешности? Характер Дулана, его сила
и знания – это ничто, в сравнении с Раймондом,» –
однако вместо того, чтобы озвучить это, Карен закатила глаза и велела не мешать
им, отдавая своё тело в руки трём женщинам.
Поэтому Дулану оставалось лишь наблюдать, как
хорошенькая девушка превращалась в потрясающую красавицу.
______________________________
Перевод с кор.: Delightful_Witch
Редактура: Ivy