На самом деле, с тех пор как он попал в этот мир, сегодня Чжоу Цзе впервые по-настоящему увидел солнце.
Когда он открыл дверь и вышел из допросной, солнечный свет из панорамного окна неподалёку хлынул внутрь, расстелив на гладком полу золотой ковёр. Эти тёплые лучи, словно наполненные жизненной силой, медленно подползли к ногам парня, будто приглашая его ступить в этот свет.
Чжоу Цзе инстинктивно захотел протянуть руку, чтобы прикоснуться к этому долгожданному солнечному свету, но, увы, гремящие кандалы на запястьях ограничили его движения.
Из-за этой заминки он тут же потерял первоначальный интерес.
За дверью, слева и справа, стояли молодой охранник и старина Ян соответственно. Увидев, что Чжоу Цзе вышел из допросной, они одновременно устремили на него взгляды.
Трудно было представить, что эти двое на столь близком расстоянии будут находиться в мире друг с другом.
Очевидно, этот молодой охранник вообще не осознавал присутствия Яна.
На самом деле Чжоу Цзе подозревал, кем являлся старина Ян, но при этом инстинктивно сопротивлялся тому, чтобы вникнуть в этот вопрос.
Со временем парень стал относиться к этому безразлично.
«Я даже не знаю, где находится конец вселенной, откуда же мне знать такие вещи…»
Молодой охранник, встретившись взглядом с Чжоу Цзе, приподнял подбородок, жестом приказывая ему уходить.
В тот момент, когда сотрудник сделал шаг, он услышал, как сзади раздался хриплый голос старины Яна, который лениво прислонился к стене.
— Ты ведь на самом деле наслаждаешься… Тебе бы увидеть своё лицо ц-ц-ц…
«Старый похотливый извращенец… Псих…»
Чжоу Цзе, естественно, сделал вид, что ничего не слышит и не видит.
Но на следующем повороте старина Ян снова стоял, прислонившись к стене со скрещёнными руками на груди.
— Я, конечно, говорю не о тех вещах… — он сделал паузу и продолжил: — Чжоу Цзе, ты когда-нибудь задумывался, от чего на самом деле бьётся твоё сердце?
Парень ускорил шаг и быстро пересёк перекрёсток.
И тут он увидел, как мужчина поджидает его у дверей лифта, глядя на него налившимися кровью глазами, и с полуулыбкой-полуусмешкой произнёс:
— Это от страха? Или от… возбуждения?
Чжоу Цзе на мгновение замер, но всёё же как ни в чём не бывало зашёл в лифт.
И сразу же за спиной раздался назойливый голос старины Яна:
— Признайся, тебе нравится эта острота. Ставить на кон жизнь, чтобы судьба перевернула за тебя карты. Адреналин бурлит в венах, даря тебе невиданное безумие и жизненную силу. Вот что значит по-настоящему жить, разве не так?
Не в силах больше терпеть, сотрудник класса D резко обернулся.
Но прямо перед его глазами оказался чёрный зев пистолета.
— Ты что, больной? — с недоумением на лице спросил молодой охранник.
Чжоу Цзе смущённо усмехнулся.
— Живот болит, хочу в туалет.
🗡꒰^_ _^ ྀ꒱੭
Дай Юнъань, держа в одной руке термос, а в другой — документы в бумажном конверте, мягко закрыл за собой дверь допросной.
Напротив стекла с прямой спиной и квадратными плечами сидел статный мужчина, в котором угадывалась особая военная выправка. Казалось, он ждал уже довольно долго, но на его лице не было и тени недовольства.
И только когда тот разглядел лицо Дай Юнъаня, то слегка нахмурился.
— Доктор Дай?
— Добрый день, майор Лу Фэй, — профессор отодвинул табурет, поставил на стол бумажный конверт и термос, после чего с улыбкой уставился на мужчину за стеклом. — Удивлён, что видишь меня?
Видя, что майор молчит, Дай Юнъань продолжил:
— Будучи главным ответственным за этот инцидент, ты, однако, после всего случившегося в одночасье превратился в инспектора по расследованию аварий…
Сев, доктор поднёс к губам термос и сделал небольшой глоток горячего кофе, наслаждаясь горьковатым привкусом на языке.
— Честно говоря, я тоже удивлён.
— Это нарушает правила, — Лу Фэй, взглядом, горящим как пламя, уставился на этого исследователя, за последнее время прибрёдшего громкую известность на объекте.
— Конечно, это нарушает правила. — Дай Юнъань, не меняясь в лице, многозначительно произнёс: — Но, полагаю, майор Лу Фэй и сам не из тех, кто следует правилам, иначе ты бы не сидел здесь.
Не дожидаясь ответа военного, Дай Юнъань снова заговорил:
— Месяц назад ты, будучи командиром мобильной оперативной группы «Городской охотник», во время выполнения опасного задания… получил ранение? Мм, в документах так и написано. И тогда ты под видом восстановления после ранения подал заявление о переводе на 17-й объект на должность инструктора по подготовке службы безопасности… Так ведь?
— Да. — Лу Фэй ответил с невозмутимым видом.
— Почему именно 17-й объект?
— Потому что я уже работал на 17-м объекте некоторое время. Есть какие-то проблемы, доктор?
— Конечно, нет. — Дай Юнъань приподнял бровь. — Но до того, как произошёл инцидент, ты проявил к одному из D-класса… мм, ненужное сочувствие. Ты знаешь, о ком я говорю.
— Я не разглашал D-87465 никакой информации, связанной с экспериментом, это не является нарушением. — ответил Лу Фэй с бесстрастным лицом.
— Но это вполне могло повлиять на результаты эксперимента. Конечно, это всего лишь моё мнение как руководителя проекта, и оно не имеет особого значения…
Дай Юнъань легонько постучал по столу и продолжил:
— Важно то, что D-87465 при стечении ряда случайностей стал единственным выжившим во время той аварии. Не слишком ли это удачно, как думаешь?
— Ты подозреваешь меня? — холодно произнёс майор, пристально глядя на этого интеллигентного мужчину за стеклом. — Раз уж так вышло, вам следовало бы попытаться выяснить правду у этого D-класса, а не использовать амнезиак в первую очередь.
— Разумеется, это был не мой приказ… — Дай Юнъань с невозмутимым видом поправил очки. — Честно говоря, когда в мой проект дважды подряд вмешиваются посторонние, это действительно раздражает. Но ты ошибаешься… Я никогда не подозревал, что эта авария была кем-то спланирована… Тем более тобой, майор Лу Фэй.
Встретив пронзительный взгляд военного, Дай Юнъань покачал головой и улыбнулся.
— Я ознакомился с твоим личным делом. Твои профессиональные качества вне всяких сомнений превосходны, но ты слишком… м-м, идеалистичен? Позволь мне сказать прямо: ты занял должность командира оперативной группы главным образом благодаря своей интуиции, далеко превосходящей обычных людей, а также способности принимать решительные и точные решения в критических ситуациях. Твоя поведенческая логика всегда следовала набору моральных принципов, характерных только тебе… В этом, конечно, нет ничего плохого, но когда ты — ключевая фигура при выполнении задания, в ситуациях, где жертвы неизбежны, ты становишься излишне нерешительным…
Дай Юнъань сделал паузу и равнодушно произнёс:
— Такой человек, как ты, естественно, не способен на подобные опасные планы, которые явно приведут к многочисленным жертвам…
— Значит, сейчас я на допросе, доктор? — Лу Фэй, глядя в глаза Дай Юнъаню, словно пытался разгадать его истинные намерения.
— Допрос, по сути, закончился, даже не начавшись, майор. — Дпрофессор поднялся с улыбкой. — Но по правилам процедуру всё равно нужно соблюсти.
Достав магнитную карту, он направился к другой стороне комнаты, легким движением провёл ею по считывателю, и автоматическая дверь из закалённого стекла медленно открылась.
— Честно говоря, в твоём поведении за последнее время есть кое-что, заслуживающее внимания. В конце концов, проявлять чрезмерный интерес к незнакомому сотруднику D-класса — это, как ни посмотри, не объяснить простым избытком сочувствия…
Дай Юнъань прошёл через автоматическую дверь и остановился рядом с Лу Фэем.
Статный бывший командир оперативной группы поднялся и, глядя на стоящего перед ним мужчину средних лет, похожего на старого лиса, прищурился.