Тишина, воцарившаяся после находки клинка, была тяжелее любого крика. Они стояли втроём, вглядываясь в серые громады руин. Ариэль резким движением выдернула свой клинок из земли.
"Ладно. Играем по его правилам. Пока." — Она повернулась к Ллойду. — "Твой внутренний компас всё ещё настаивает на этом курорте? Не передумал, пока мы тут с призраками в жмурки играем?"
Ллойд взглянул в её темно-медовые глаза, в которых плясали холодные искры.
'Он не просто настаивает. Он будто прирос к этому месту.' — промелькнуло в голове у Ллойда, но вслух он сказал иное, на мгновение закрыв глаза.
"Он... не уверен. Путь вперёд будто размыт." — с трудом подбирая слова, признался он. — "Как будто мы уже в нужной точке, и теперь нужно... ждать?"
Стрелка его внутреннего проводника металась, словно пойманная в стеклянную банку муха, отчаянно бьющаяся о невидимые стены.
"Значит, мы не просто в ловушке. Мы сдались в плен по собственному желанию. Великолепно!" — с горечью заключил Лео, нервно проводя рукой по лицу, оставляя грязные полосы на побледневшей коже.
Именно он, с его взглядом инженера, нашёл первую зацепку. За грудой обломков лежала не просто груда мусора, а нечто, заставившее его замереть в немом изумлении. На земле лежал идеально ровный круг, выложенный из мелких, отполированных до блеска камешков. В его центре лежал ржавый, испещрённый странными символами шестерёнок от какого-то древнего механизма. Но самое странное — от круга во все стороны расходились лучи, сложенные из тех же камешков, будто кто-то изобразил солнце или... паутину.
"Что это?" — прошептал Лео. — "Это... ритуал какой-то?"
Ариэль нахмурилась, не приближаясь.
"Не похоже на работу Скитальцев. Они создают хаос, а не порядок. И уж тем более люди... — Она обвела взглядом пустынную площадку. — Слишком... аккуратно. Как будто кто-то оставил нам... сообщение. Или предупреждение.
'Сообщение?' — Ллойд сжал рукоять своего тесака, ощущая шершавость обмотки.
Он ощутил, как по спине пробежал холодок. Он посмотрел на этот странный узор. Это не было следом борьбы или трапезы. Это было намеренным действием. Знаком.
К полудню они снова попытались уйти. Шли быстро, почти бежали, проклиная каждый камень под ногами. Ллойд вёл их, пытаясь идти строго против тяги компаса. Через час, вымокшие от пота и запыхавшиеся, они вышли к тому же месту. К тому же идеальному каменному кругу.
"Нет..." — прошептал Лео, и в его голосе прозвучало настоящее отчаяние. — "Это невозможно. Я вёл отсчёт! Мы шли строго на запад!"
"Здесь нет запада или востока." — тихо, но чётко сказал Ллойд. Его собственный голос звучал ему чужим. — "Здесь есть только Лагерь. И всё, что ведёт к нему."
Вернувшись в подсобку, они молча рухнули на пол. Надежда таяла на глазах, словно лёд на раскалённой сковороде. Лео в ярости швырнул свой щит об стену. Грохот на секунду разорвал давящую тишину.
"Так мы и сядем тут! Пока не превратимся в тех... в тех, кто оставил этот дневник! Мы сдохнем от голода и жажды, даже не увидев того, кто это делает!" — в голосе Лео отчётливо слышалась безысходность.
"Успокойся." — жёстко, почти свирепо сказала Ариэль. В её голосе не было сочувствия, лишь стальная воля.
"Истерика — это именно то, чего оно хочет. Мы не умрём от голода. Мы умрём от страха. Или убьём друг друга, как..." — Ариэль поспешно закрыла рот, поняв, что начинает говорить лишнего.
Воздух сгустился. Ллойд поймал на себе взгляд Лео — быстрый, оценивающий, почти враждебный. Он видел то же самое в глазах Ариэль, в чуть напряжённо сжатых губах, в том, как она чуть отодвинулась от него. Семя подозрения, аккуратно посаженное невидимым садовником, давало всходы.
'Как уж там было? Разделяй и властвуй? Сначала страх, потом недоверие, а там... самоуничтожение. Насколько же оно разумно?' — Ллойд задумался, что же стоит за этим всем на самом деле.
С наступлением темноты страх стал осязаемым, как влажная шерсть, прилипшая к коже. Было принято решение установить новый порядок: Один будет караулить снаружи, у входа. Второй — внутри, у выхода. Третий отдыхает. Смена каждые два часа.
Роль караула входа выпала Ллойду, а изнутри — Ариэль. Лео, с тёмными кругами под глазами и дрожащими руками, без возражений отполз в самый тёмный угол подсобки и почти мгновенно провалился в тяжёлый, беспокойный сон, полный, как Ллойд предполагал, кошмаров.
Ллойд устроился спиной к холодной бетонной стене, в паре метров от дверного проёма. Его самодельный тесак лежал на коленях. Он чувствовал каждую зазубрину на его грубой рукояти. Ночь была неестественно тёмной и беззвёздной, будто небо затянули чёрным бархатом. Тишина давила на уши, становясь почти звенящей. Он сидел, вслушиваясь в каждый шорох, в каждый скрежет гравия под ногами... но вокруг было пусто и мёртво. Слишком пусто. Слишком мёртво.
Прошёл час. Два. Нервы были натянуты до предела, готовые лопнуть от напряжения. Чтобы не сойти с ума от монотонности и давящей тишины.
"Стена. Ржавая балка. Трещина в асфальте. Тень от колонны... Каменный круг... Костёр... Костёр?!" — Ллойд начал вслух, едва слышным шепотом, перечислять всё, что видел, пытаясь зафиксировать хоть какую-то реальность, пока его взгляд не встретил нечто странное.
В центре каменного круга, где днём лежала таинственная шестерёнка, теперь плясали языки пламени. Невысокий, но яростный костёр, которого там не могло быть. Они не разжигали его. И никто другой не мог. Пламя было почти бесцветным, лишь с синеватым отливом у основания, и не издавало ни треска, ни жара. Оно просто горело, нарушая все законы логики.
'Тааак, что-то начинается.'
Сердце Ллойда пропустило удар, а затем забилось с такой силой, что боль отдалась в висках. Он замер, впиваясь в происходящее, его пальцы вцепились в тесак. И тогда из тени за этим немым, холодным костром вышла Фигура. Прозрачная, безликая, словно вырезанная из застывшего дыма. Она была неестественно высока и тонка, её контуры мерцали и расплывались. Фигура остановилась по другую сторону костра, её голова была наклонена под невозможным, вывихнутым углом. И она смотрела на него. Ллойд чувствовал этот взгляд физически — как ледяные иглы, вонзающиеся в кожу, сквозь одежду, прямо в душу.
'Полагаю, Лео уже бы впал в кому от увиденного.'
Он не дышал. Мысли скакали, пытаясь найти логику, объяснение.
'Позвать других? Двинуться? Атаковать это... это ничто?' — Но тело не слушалось, скованное древним, животным ужасом перед необъяснимым.
Вдруг Фигура медленно повернула голову. Не к Ллойду. К тёмному проёму, где спали Ариэль и Лео. Затем она плавным, текучим движением начала двигаться — не в сторону Ллойда, а параллельно ему, скользя по краю площадки. Она обходила их укрытие, словно хищник, оценивающий границы своей территории, свой загон со скотом.
'Оно... Изучает нас?' — Ллойд застыл, пытаясь понять её намерения.
Агрессия? Любопытство? Он почувствовал, как его внутренний компас дрогнул, впервые за всё время подав сигнал чистой, неразбавленной тревоги. Это был не зов, а предсмертный крик инстинкта.
Он медленно, сантиметр за сантиметром, отодвинулся глубже в тень, держа на готове холодный металл тесака. Его сердце колотилось так громко, что, казалось, эхо разнесётся по всей округе.
Фигура завершила свой безмолвный обход и снова остановилась на прежнем месте. На мгновение её безликий взгляд снова скользнул по Ллойду, и ему показалось, что в нём промелькнуло нечто... знакомое. Не угроза, а холодное, безразличное любопытство, с которым учёный разглядывает букашку под микроскопом. Затем она так же медленно отступила в тень и растворилась. Костёр погас, оставив после себя лишь тёмный каменный круг.
"Хааа..." — Ноги Ллойда пошатнулись и он с глухим звуком упал на колени.
Ллойд дрожал и понимал главное: они были не просто в ловушке. Они были в клетке. И хозяин только что продемонстрировал, кто здесь главный.
Он обернулся и через дверной проём встретился взглядом с Ариэль. Её лицо в полумраке было бледной маской, на которой застыли изумление и чистый, немой ужас. Её широко распахнутые глаза были прикованы к тому месту, где только что горел костёр. Она видела. Видела всё.
Никаких сомнений не оставалось. Они были в гостях у того, для кого их разум, их страхи и сама реальность были всего лишь игрушкой. Игра, судя по всему, только начиналась.