Эпилог. Узрите собственными глазами доведенный до совершенства многочисленными улучшениями самый лучший из лучших план!

На площади у подножия Мирового древа собрались эльфы со всей страны. Царила необыкновенно оживленная атмосфера.

Солнце уже зашло, и площадь освещалась магией. Эльфы наблюдали за прямой трансляцией битвы за престол через огромный магический шар.

— Итак, разгоравшаяся с самого утра битва близится к финалу! Сейчас мы ворвемся в последнюю стадию предварительного отбора! Ведущим, как и раньше, остается легендарный темный рыцарь, дошедший до тройки финалистов в предыдущей борьбе за престол, — ваш Саламан Алых Пещер!

С закуской и вином в руках эльфы издали одобрительные возгласы.

— Давайте, пока команды ведут позиционное сражение, проясним ситуацию. Прежде всего, число оставшихся кандидатов и их рыцарей, упало до пятидесяти девяти! Последняя стадия продлится, пока оно не сократится до тридцати! Получается, в предстоящем этапе битву покинут двадцать девять эльфов!!!

На магическом шаре показали правила и сводку.

— Давайте вместе посмотрим, как справляются оставшиеся в живых кандидаты. Итак, среди трех крупных фракций больше всего осталось у фракции консерваторов с их представителем Генду и его рыцарем Эшгреем! Численность их фракции составляет целых семнадцать эльфов — они сумели обойтись малой кровью после внезапных нападений фракции Мицугоши, и, пожалуй, не будет преувеличением сказать, что на данный момент именно консерваторы имеют наибольшие шансы на победу! Они не могут похвастаться яркими боями, однако твердо разделываются с парами, не вставшими ни под чьи знамена, а темный рыцарь Эшгрей набрал целых восемь убийств! Если в итоге у фракции останется десять или более эльфов, то в финале у них будет подавляющее преимущество! Следите за схватками в последней стадии!

Когда на экран вывели достижения Генду и Эшгрея, по площади прокатились ободряющие крики их сторонников.

— Следующий кандидат — представитель фракции реформаторов Синдзи и его рыцарь Беатриса! Силы фракции были сокращены до четырнадцати эльфов из-за действий фракции Мицугоши, но Беатриса подарила нам одно из наиболее зрелищных сражений первой половины битвы, отразив их нападение с помощью священной реликвии! Даже двоих из фракции Мицугоши поразила мощь священной реликвии Кусанаги-но цуруги. Впечатляет Беатриса и тем, что на ее счету уже тринадцать убийств! Сможет ли она продемонстрировать в последней стадии свое искусство меча, которое считается лучшим на этом турнире, во всей красе?!

На экране показали, как Беатриса с помощью священной реликвии Кусанаги-но цуруги одновременно отбросила Бетао и Эпсила.

Похоже, никто из них не пострадал, но они сразу же решили отступить и скрылись в глубине леса.

— Еще один кандидат — представитель фракции Мицугоши — Сакура и ее рыцарь Альфред! Из Чистого Потока присоединились еще два кандидата и два рыцаря, и так во фракции стало шесть эльфов! Альфред демонстрирует поразительные результаты, но и Бетао с Эпсилом оказались не так просты! Никто и предположить не мог, что они с самого начала навяжут такую борьбу! Ставлю на то, что никто не ожидал от них такого навязывания борьбы с самого начала. Кстати о ставках, понадеявшиеся на победу некоторых фракций наверняка теперь кусают локти.

Когда показали сражения Бетао и Эпсила, по площади раздался недовольный гул проигравшихся эльфов.

— Хорошо это или плохо, но фракция Мицугоши диктует свои условия в этой битве за престол! Всего шестеро — а воспользовались подавляющим превосходством в умениях и подпортили планы трем главным фаворитам! Их фракция выбила целых сорок эльфов, что значительно превосходит показатели других, и среди них Бетао, стреляющий без промаха из приобретенного магического лука, со своими восемнадцатью убийствами является абсолютным лидером! На заключительном этапе, когда все силы сосредоточатся в маленькой зоне, будет интересно посмотреть, как проявит себя эта небольшая, но выделяющаяся группа!

Пока демонстрировали сражения фракции Мицугоши, сквозь крики недовольства порой пробивались восторженные визги поддержки.

— Господин Альфред!

— Эпсил, вперед!

Они завоевали необъяснимую популярность у эльфиек, из-за чего эльфы еще громче стали их освистывать.

— Та-ак, дальше фракция младшего брата короля с представителем Младшерионом и его рыцарем Сакисой! Как вы уже знаете, начало у них выдалось непростым! До того как они успели объединить силы, фракция Мицугоши проредила их ряды и сейчас у Младшериона всего с десяток сторонников — меньше, чем у других главных фракций! Дела обстоят нелегко! Несмотря на то, что Сакиса достиг восьми убийств, свершилось ужасное — выбыл Вторичный, второй по силе боец фракции. И кто же стоит за этим? Это мы обсудим позже! В любом случае, фракция Младшериона, до этого пребывавшая в политическом кризисе, склоняется к неудаче и в борьбе за престол! Если все на этом закончится, будет просто смешно!

Среди толпы никто не удосуживался воздать овации сражениям Младшериона и Сакисы.

Повсюду раздавались насмешки.

Сторонники Младшериона помрачнели, некоторые эльфы покидали площадь.

— Итак, на этом закончим с тремя главными фракциями и Мицугоши. Давайте перейдем к оставшимся участникам! К сожалению, их осталось немного, большинство мелких фракций было разгромлено ранее показанными четырьмя. Однако заслуживающих внимание групп две. Первая — пользующаяся огромной популярностью среди молодежи и стремящаяся к славе. Неужели так выглядят темные рыцари новой эпохи? — Четыре короля пустоши!

На магическом шаре появились четверо эльфов, и по площади прокатились волны осуждающих и поддерживающих голосов.

Определенно, самая яркая реакция за сегодня.

— Они, пользуясь авторитетом родителей, делают все, что им вздумается: устраивают показные бои*, транслируя все по магическому шару, а еще оскорбляют и издеваются над соперниками — отбросы, в которых нет ни капли уважения! Но, возможно, именно этим духом свободы и противостоянием власти они покорили сердца молодых эльфов?! Их мастерство не вызывает сомнений: лидер Черный дракон — семикратный победитель турнира темных рыцарей, и в этой битве он уже набрал шесть убийств! Это небывалое достижение для малой фракции! Группа лишь из четверых представителей темных рыцарей молодого поколения стала силой, которую нельзя игнорировать! Посеют ли они хаос в борьбе за престол? Их дальнейшее выступление привлекает большое внимание!

[П/П: Дословно — врываться в чужое додзё и вызывать его учеников на бой. Используется для обозначения тех, кто любит устраивать «шоу».]

На магическом шаре появилось изображение четырех королей, мучивших отставших от союзников темных рыцарей из трех крупнейших фракций. Чтобы произвести впечатление на сторонников, они убивали их, демонстрируя эффектные приемы, напоминающие цирковые номера.

Осуждающие голоса не утихали, и эльфы начали препираться.

— Давайте немного успокоимся! И наконец перейдем к последней группе!

На магическом шаре отобразилось наиболее захватившее всех сегодня сражение за этот вечер.

Увидев, как обычный эльф противостоит гигантскому смерчу, зрители прекратили ссориться и обратили внимание на магический шар.

— Последняя группа — эти двое. Лаланоа Солнечного Родника и ее рыцарь Юн Тайнис! Я тоже удивился, когда узнал об участии Лаланоа в битве за престол, но даже подумать не мог, что она продержится до последней стадии! Что это вообще значит? Чей-то замысел? Подстраховка для какого-то влиятельного аристократа? Тем не менее Лаланоа избавилась от четверых из фракции Младшериона! Когда появилась запись в журнале выбывших, стоявший один их сторонников их фракции впал в исступление и потерял сознание! Да что уж говорить, я сам чуть не подавился вином! Это просто поразительно, и жаль, что нам не представилась интересная возможность лицезреть их противостояние. Но вот следующий бой Юна Тайниса на камеру запечатлился!

На магическом шаре Вторичный как раз опускал меч на Юна Тайниса.

Песчаный смерч загораживал обзор и перебивал все звуки, но двух эльфов с трудом можно было различить.

— Фракция Младшериона не могла сидеть сложа руки, когда Лаланоа избавилась от четверых ее участников. Оставив ее безнаказанной, они потеряли бы поддержку своих сторонников. Итак, Младшерион вручил Вторичному, своему бывшему рыцарю, мощный артефакт и приказал уничтожить Лаланоа. Вторичный — один из лучших во фракции Младшериона. Его мастерство подтверждается многочисленными успехами на турнирах темных рыцарей. Я уже думал, что дни Лаланоа сочтены. Вы тоже?

На магическом шаре Вторичный опустил меч, окутанный смерчем, но каким-то образом Юн Тайнис сумел перевести ветер на свой меч.

Потом они обменялись парой слов, и поднялась огромная волна песка, после чего изображение потемнело… И в журнале выбывших появилась запись о выбывании Вторичного.

— Кто знает, что там вообще произошло, но каким-то образом Юн Тайнис остался жив! Да еще и смог избавиться от Вторичного. Поначалу я вообще ничего не понял. Может, магические артефакты вышли из-под контроля или за этим стоит какая-то могущественная организация — неудивительно, что все так увлеклись теориями заговора! Сторонникам Младшериона остается только в неверии кричать о каре божьей и конце света! Но легендарный темный рыцарь, Саламан Алых Пещер, который сто лет назад в битве за престол дошел до финальной тройки, не опустится до каких-то там конспирологий! Я перемотал эту сцену в замедлении несколько раз и проанализировал! И… понял, что Юн Тайнис применил какой-то прием!

Что же это за прием?

Зрители затаили дыхание и ждали.

— Что же за прием применил Юн Тайнис?.. Я и сам не знаю! Но он явно что-то сделал в тот момент! Так что это не заговор, а его способности!

По площади разнеслись самые гневные и неодобрительные возгласы за весь день.

Эльфы принялись бросать бокалы и тарелки в магический шар.

— Эй-эй, прекратите! Не кидайтесь в магический шар! Ну что я могу сделать, если понял только это?! Говорю же, это не теория заговора! И не доппинг! Честное слово темного рыцаря! К-как бы то ни было, я понимаю, почему все сомневаются, но считаю, что этот Юн Тайнис не так прост! Возможно, за ним скрывается что-то невероятное… Но это не теория заговора! В общем, я еще понаблюдаю за Юном Тайнисом! На этом все. Да начнется финальная стадия!

И затем, словно спасаясь бегством, Саламан отключил свое изображение на шаре.

Но и после этого неодобрительные возгласы какое-то время не стихали.

***

— Поле уменьшается. — Я поднял взгляд на Лаланоа и заметил, как с другой стороны ствола Мирового древа приближался красный свет.

По правилам игры, если выйти за этот свет на определенное время, то участник будет исключен.

Сейчас осталось пятьдесят девять эльфов, и кольцо продолжит сжиматься, пока число не сократится до тридцати.

— В итоге никаких полезных артефактов так и не удалось раздобыть.

— Угх… Сплошное невезение.

Как и планировали изначально, мы искали мощные магические артефакты, но в сундуках натыкались либо на какие-то бесполезные, либо обнаруживали, что содержимое уже кто-то забрал.

— Что делаем дальше? — уточнил я у Лаланоа.

— Будем скрытно перемещаться по мере уменьшения поля, по возможности избегая сражений. Раз артефакты нам не достались, то ничего другого не остается. И если мы привлечем к себе внимание в таком ограниченном пространстве, то на нас нацелятся все подряд.

— Понял.

Классика для слабой фракции. Раз нет мощных артефактов, то продвигаемся, не попадаемся никому на глаза и молимся.

Тем не менее в заключительной фазе королевской битвы всем рано или поздно приходится сражаться. Вероятно, она хочет сберечь силы и вступить в бой, когда соперников поубавится.

— Идем.

«Вот бы мы поскорее оказались в грандиозном сражении», — подумал я и вместе с Лаланоа вышел из-за ствола дерева, за которым мы прятались.

Красный свет позади нас значительно приблизился.

Мы скрытно продвигались, подталкиваемые им.

Солнце уже зашло, но благодаря лунному свету и сиянию Мирового древа видимость оставалась достаточно хорошей.

Да и здесь не так много препятствий, мешающих обзору.

Вероятно, некоторые уже нас заметили.

Сейчас на нас могут напасть в любой момент, однако этим самым нападавшие раскроют свое местонахождение.

Наверное, все тоже это понимали, поэтому никто и не действовал.

— Давай остановимся здесь.

Лаланоа встала в тени скалы, пока что находившейся на безопасном расстоянии от красного света.

— Начало финала довольно спокойное.

— Все ведут себя осторожно, но я думаю, что скоро где-нибудь должны начаться бои.

— Раз кольцо так сжалось, то, возможно, скоро избегать сражений не выйдет?

— Именно так.

В этот момент вдали раздался взрыв.

— Началось.

— Вроде несильно ударило.

— Пока что просто понаблюдаем.

Судя по звукам, несколько эльфов вступили в схватку.

Звуки боя продолжались некоторое время, вскоре в журнале выбывших появилась запись о гибели одного участника, а затем еще одного.

— Оба выбывших — представители небольших фракций. А убили их члены Четырех королей пустоши…

— Четыре короля пустоши!..

Какое крутое название!

— Это группа молодых эльфов, подрывающих общественные нравы. Однако они завоевали немало титулов на турнирах темных рыцарей, так что они безусловно сильны.

— Хм, какие активные ребятки.

— Поскольку они не нравились консерваторам, я думала, что их уже давно выбили. Учитель, пора двигаться дальше.

Оглянувшись, я заметил, что красный свет уже нагонял.

— Понял.

Мы вышли из тени скалы и, таясь, побежали.

— Спрячемся за тем стволом.

Лаланоа указывала на толстый ствол. Из него текла вода, образуя небольшой ручей, а вокруг рос мох и разноцветные цветы.

Мы попытались спрятаться в тени ствола.

Тут на мгновение что-то сверкнуло.

— Лаланоа, стой!

— А?!

Я удержал Лаланоа, схватив ее за руку.

Почти в тот же момент перед ее глазами промелькнуло что-то прозрачное.

— Что?!

Лаланоа спешно обнажила меч.

— А ты зоркий.

Из воздуха раздался мужской голос.

— Этот голос… Это Кобан! Где он?!

Кажется, это эльф, который издевался над ней на собрании фракций.

И она узнала его лишь по голосу… Другого от нее и не ожидал.

— Хи-хи-хи, вам меня не найти. Все благодаря новому артефакту невидимости.

— Артефакт невидимости?! Это же…

— Он скрывает не только облик, но и магическую силу. Хотя его можно использовать только под благословением Мирового древа, но технические возможности торговой компании Мицугоши действительно впечатляют, — сказал Кобан с восхищением.

Мицугоши и это создали?

— Учитель, у тебя мрачный вид. Даже тебе сложно справиться с этим артефактом?

— Нет, не в этом дело.

Я просто вспомнил, как рассказывал Альфе и остальным об оптической маскировке, о которой узнал из научной фантастики в прошлой жизни.

— Тогда самочувствие?..

— Д-да…

Ну, пусть будет так.

На лице Лаланоа отразилось беспокойство.

— Тогда давайте я!..

— Нет, я с тобой.

— Но ведь!..

— Кроме Кобана, есть еще один. И, если будем мешкать, придут остальные.

— Поняла… — Мы с Лаланоа приняли боевую стойку.

— Ого, заметил моего рыцаря? Жаль, так просто не получится перерезать шею сзади, — сказал Кобан.

Голос сместился с переда вбок.

Также я почувствовал сзади чье-то перемещение.

— Видишь его?.. — я тихонько спросил Лаланоа.

— Когда он молчит, то не получается.

Она не понимала, как распознать, где находились Кобан и его рыцарь.

— Его не увидеть, магическую силу не почувствовать, и он двигается беззвучно.

— Да, — Лаланоа кивнула.

— Но… Воздух движется.

— Воздух?

— Когда что-то движется, то воздух вокруг тоже приходит в движение. Почувствуй это.

— Почувствовать воздух…

Сзади послышались едва уловимые шаги.

Лаланоа тут же повернулась, но не смогла определить расстояние.

— Воздух колеблется. Не делай лишних движений, — я закрыл глаза.

Легкое ощущение… Словно пух, воздух коснулся левой щеки.

Не мешкая, я рубанул мечом.

— Чт…

Показался рыцарь со сломанным копьем и отсеченной рукой.

— Н-невозм…

Когда рыцарь, прижимая руку к ране, начал отступать, я шагнул вперед и проткнул его.

— Гх…

Рыцарь, ударенный в живот, превратился в частицы света и исчез.

Когда я обернулся, Лаланоа тоже закрыла глаза.

И вдруг — вспышка.

— Невероятно.

Она отрубила Кобану обе руки.

— Н-но как?!

Невидимость спала, и он стал отползать.

— Я почувствовала… движение воздуха.

— Угу, замечательно.

Почувствовала?

Не думал, что получится с первого раза.

— Черт-черт! Не верю! Чтобы Лаланоа!..

Кобан, опираясь на локти, отступал на четвереньках.

— Лаланоа, заверши…

В этот момент летящий с огромной скоростью огненный шар попал прямо в Кобана.

— Гья-а-а-а-а-а-а?!

Окутанный пламенем Кобан закатался по земле, а затем рассыпался на частицы света и исчез.

Вслед за первым приближались и другие огненные шары.

— Бежим!

Мы бросились бежать, даже собрав артефакты.

Огненные шары, попадая в деревья и землю, взрывались, распространяя волны горячего воздуха.

К тому же, дождем начали сыпаться стрелы из луков и лезвия ветра.

— Мы попали под удар нескольких групп! — сказала Лаланоа, когда мы скрылись в тени дерева.

— Артефакты для дальнобойных атак? Внушительно.

Атаки на большом расстоянии сложно произвести, и они сильно ограничены — в этом мире магическая сила теряет управляемость, когда покидает тело пользователя. Даже с благословением Мирового древа такая мощь необыкновенна.

— Похоже, по нам бьет кто-то из трех крупных фракций.

— Ситуация сложная.

Огненные шары сжигают деревья, лезвия ветра прорезают воздух, а стрелы разят ливнем.

— Перемещаемся к соседнему?

Мы вынырнули из тени одного дерева и скрылись у другого.

Сразу после этого лезвие ветра попало в предыдущее дерево и повалило его.

— Когда нас догонят — лишь вопрос времени.

В округе мало подходящих укрытий.

А сзади приближался красный свет.

Ограничения магической силы добавляют хлопот. Хотя, конечно, есть уловка для их обхода, но раз уж это боевая игра, то я хочу насладиться ею по-честному.

Ну и что же делать?

Пока я думал, укрытия заканчивались.

— Там дупло!

В направлении, куда указывала Лаланоа, возвышался ствол гигантского Мирового древа. Этот величественный ствол был наполнен магической силой, и даже под ударами магического оружия он, скорее всего, не поколеблется.

Однако, чтобы туда добраться, придется пробежать значительное расстояние по открытой местности.

— Разве мы можем сдаться на полпути? Вперед!

В глазах Лаланоа отражалась твердая решимость.

— Я разберусь с атаками магического артефакта, — сказал я, и мы одновременно оттолкнулись от земли.

С неба обрушилась безжалостная огненная завеса.

Я пригнулся и, предвидя траекторию, пробежал мимо. Немногие стрелы способны угнаться за мной и Лаланоа.

Однако некоторые все же норовили попасть.

— Не останавливайся, беги!

Одернул я Лаланоа, когда она попыталась обернуться, чтобы отразить их.

У меня получилось отбить стрелу, летевшую в лоб Лаланоа. Спустя секунду стрела взорвалась. Наверное, ее тоже выпустили из магического оружия.

Но я уже умчался оттуда.

— Продолжай бежать!

— Поняла, учитель!

После этого, отбиваясь от сыпавшихся на нас снарядов, мы прыгнули в дупло Мирового древа.

Я всмотрелся в темноту.

И обнаружил чье-то присутствие.

— Стой!

— Прекрати!

Наши с противником реплики прозвучали почти одновременно.

В мгновение я остановил Лаланоа, а противник — своего охранника.

— Не ожидал встретиться с вами.

Это были представитель консерваторов Генду и его сторонники.

— Если поле сжалось настолько, то это уже неизбежно, — ответил я.

— Похоже на то. Хорошо, что вы уцелели.

— Фракции консерваторов тоже удалось сохранить много эльфов.

Насколько можно видеть, их не менее десяти. Похоже, почти не убавилось.

— И что будем делать?

Только слова прозвучали, как охранник консерваторов присел.

Стоявшая рядом Лаланоа тоже присела, развернувшись боком.

— Есть ли смысл здесь сражаться?

Если так пойдет и дальше, консерваторы завершат ситуацию в свою пользу.

Нам не следует рисковать. Как и решили ранее, будем избегать боя.

— Ваше появление здесь, должно быть, отображается на магическом шаре.

— Понятно. Общественность вас не поддержит, если ничего не делать.

— К сожалению, да.

— Давайте сразимся так, чтобы никто не пострадал? А когда наступит подходящий момент, мы сбежим.

— Спасибо. Там, в глубине, есть тайный проход.

— Тогда так и поступим.

И мы приготовились к бою.

Генду отступил, и его окружили телохранители. Вперед вышли рыцари Эшгрей и Рю.

Наверное, чтобы случайно ничего не приключилось. Но, похоже, они не собирались использовать артефакты.

Первым атаковал Рю.

Лаланоа парировала его приветственный удар.

Почти одновременно в бой вступил и Эшгрей, ударив алебардой по моему мечу.

Остальные консерваторы постепенно окружили нас, словно загоняя в угол, но, к счастью, впереди виднелся тайный проход, ведущий вглубь.

Сражение продолжилось в том же духе еще где-то минуту.

При этом атаки Эшгрея становились все более яростными.

Сначала удары алебарды приходились лишь в меч, но постепенно их траектория изменилась: они стали попадать по одежде, чуть ли не задевая тело.

— И с этим справляешься? — пробормотал Эшгрей.

— Такая мощь, что раз попадет, и я умру.

— С такой скоростью он вряд ли попадет.

Эшгрей презрительно фыркнул в ответ на мои слова и еще больше усилил атаку.

Резкий удар просвистел мимо моей щеки.

Ответным ударом я отрезал ему челку.

— Может, немного сбавим обороты? Чтобы никто из нас не пострадал.

— Кто пострадает — я? Или ты?

— Конечно, я.

— Что за ерунда!

Улыбнувшись, Эшгрей нанес самый быстрый удар за эту схватку.

Реакция запоздала на мгновение.

Я наклонил голову, увернувшись от алебарды, и пнул Эшгрея в живот.

Он напрягся и, в итоге устояв, выдохнул.

Затем отступил на шаг и, словно проверяя, коснулся бока.

— Все же отреагировал, — сказал он.

— Я все время двигался.

— В этой битве твое сердце впервые забилось чаще. Тебе хоть немного понравилось?

— Да, вполне, — я не лгал.

В его мастерстве владения алебардой прослеживались история, накопленная эльфами на протяжении веков, и тщательно отточенное мастерство, выработанное кровью и потом.

Очень интересно и познавательно.

— Жаль, что мы наша стычка не всерьез… Но, пожалуй, хватит этой игры, — и с этими словами Эшгрей освободил путь.

— Лаланоа, идем.

Я опустил меч и позвал Лаланоа.

— Поняла.

Она, сражавшаяся неподалеку, перевела дыхание и сложила оружие.

Тем временем ее противник Рю тяжело дышал.

— Быть не может… Так вырасти… за такой короткий срок… — сказал он, не скрывая своего раздражения.

— Что, я так тебя измотала?

Эшгрей тоже с любопытством глазел на Лаланоа.

Лаланоа слегка улыбнулась.

— Возможно, я еще ребенок, не готовый к трудностям. Но мой настрой серьезен. Я усердно тренировалась, чтобы стать сильнее.

Эти слова были обращены к Генду, стоявшему в глубине.

— Вот как.

Генду просто кивнул.

— До встречи.

Затем Лаланоа взяла меня за руку и быстрым шагом направилась к тайному проходу.

— Я стала немного сильнее, — сказала она с улыбкой.

И в этот момент.

Я остановился, почувствовав могущественную магическую силу.

— Учитель… что?

Лаланоа с опозданием огляделась по сторонам.

Магическая сила, наполнявшая Мировое древо, вихрем поднялась вверх.

— Эта магическая сила… священная реликвия, — пробормотал Генду.

Лаланоа уже рассказывала об исключительно мощных артефактах в борьбе за престол.

Понятно, они действительно поражают.

— Наступают, приготовься, — сказал я.

В следующее мгновение раздался разорвавший небо грохот, сверкнула молния, и все задрожало.

Охваченный пламенем ураган сметал все на своем пути.

И ужасающей атакой нас выбросило из дупла.

— Ой.

Я подхватил в воздухе потерявшую сознание Лаланоа и, оттолкнувшись от пылающих деревьев, увернулся от молнии.

В задымленном поле зрения периодически сверкали молнии, а пламя бушевало.

Не было понятно, где верх, а где низ, и я продолжал отскакивать от деревьев, уклоняясь от молний и пламени.

Многие попали под удар молнии или сгорели в пламени и исчезли, превратившись в частицы света.

Когда гром и пламя утихли, я наконец смог встать на ноги.

— Ох, что же это…

Окружающий пейзаж полностью изменился.

Большой ствол, в котором мы прятались, был раздроблен.

Повсюду поднимался черный дым, а деревья с треском догорали.

В журнале выбывших появилось огромное количество записей.

Где-то двадцать эльфов.

«Разве можно так кощунствовать по отношению к Мировому древу, священному для эльфов?» — подумал я.

Однако оно по-прежнему полнилось жизненной силой.

Тогда все в порядке?

Но неужели это священная реликвия? Поразительная мощь. При таких условиях состязания оно довольно опасно.

— Лаланоа, очнись.

— У… Учитель, что это сейчас?..

Встряхнув, я привел Лаланоа в чувство и объяснил в чем дело…

— А что стало с консерваторами?

Лаланоа осмотрелась вокруг.

— Вроде не всех уничтожили… но их будут преследовать.

За завесой черного дыма я почувствовал чье-то присутствие.

Раздался звон от столкновения оружия.

Похоже, начался бой.

— На оставшихся консерваторов напали. Что будем делать?

Сейчас еще можно укрыться в безопасном месте. Осмотрительнее было бы не рисковать.

— Я…

Лаланоа прищурилась, вглядываясь сквозь дым.

— Пойду посмотрю, как они там.

— Понял.

Конечно, я согласился.

Было бы жаль пропустить такое интересное событие.

Сдерживая нетерпение, я шагнул в завесу дыма.

Выйдя из дыма, мы спрятались в тени дерева и стали наблюдать за происходящим.

Там было поле битвы.

И Генду. Эшгрей и Рю сражались, защищая его.

Однако консерваторов осталось мало.

Всего пятеро… Нет, четверо.

Проводив взглядом эльфа, который превращался в частицы света и исчезал, я перевел взгляд на группу, напавшую на консерваторов.

В пределах видимости было четырнадцать эльфов.

Консерваторы отчаянно сражались, пытаясь помочь Генду сбежать, но это давалось им тяжело.

И даже если ему удастся сбежать, много кто, как и мы, следит за ходом этой битвы.

Не могу себе представить, чтобы они упустили такой шанс.

Вокруг повсюду парили магические устройства, похожие на камеры для прямой трансляции.

Значит, именно здесь сейчас самое горячее поле боя.

Сердце забилось в предвкушении.

— Это лишь вопрос времени.

Выбыл еще один, и из консерваторов остались лишь трое: Генду, Эшгрей и Рю.

Однако все они — сильные бойцы.

Похоже, нападающие тоже оказались в затруднительном положении из-за слаженности этой троицы.

На поле боя появился еще один мужчина.

— А ты, как всегда, сражаешься до последнего, Генду.

Эльф с правильными чертами лица, Младшерион, подошел в сопровождении рыцарей.

— Господин Младшерион… это твоих рук дело?

Генду пристально посмотрел на него.

— Я помогал, но затеял все Синдзи. Кстати, у него был интересный меч.

— Кусанаги-но-цуруги, да? Так вот почему его не удалось найти.

— Мне жаль, но это ваш конец, консерваторы.

— Все так просто не закончится. Священной реликвии ведь нужно время для восстановления.

Генду и Эшгрей с Рю устремили взгляды, полные непреклонной решимости, на Младшериона.

— Конечно. Но нам лучше не тянуть время, иначе вмешаются другие

Младшерион огляделся по сторонам, тем самым сдерживая наблюдателей.

Остатки выживших отрядов один за другим собирались в окрестностях.

И Младшериону нельзя было терять бдительность.

— У меня есть предложение, — начал Младшерион.

— Предложение?

— Выдайте Лаланоа и ее рыцаря. Тогда мы вас отпустим.

Лаланоа, затаившая дыхание, слегка вздрогнула.

— Хе-хе-хе, похоже, сильно она тебя задела.

— Итак, что ты решил?

— Лаланоа Солнечного Родника не имеет к нам никакого отношения.

— Хм, разведчики видели, как вы только что встретились.

— Действительно, мы с ней столкнулись. Но после удара священной реликвии мы разделились. Где она сейчас — мне неизвестно.

— Если это правда, то консерваторам конец.

— Нам нет смысла лгать.

— Понятно.

Младшерион приказал подчиненным приготовиться.

— Позволь дать тебе один совет. Лучше не связываться с Лаланоа Солнечного Родника и ее рыцарем, — сказал Генду, стоя напротив Младшериона.

— Ты что, угрожаешь мне?

— То, что они избавились от Вторичного, — не случайность. Если переиграешь с огнем, то твоя фракция будет уничтожена.

— Не говори ерунды. Вперед!

Следуя приказу Младшериона, подчиненные разом наступили и атаковали артефактами.

Одни выпускали огненные шары и лезвия ветра, другие — ядовитый туман.

Контратаки блокировались невидимым щитом или поглощались похожей на облако подушкой.

Здесь разворачивалась зрелищная битва, которая не шла ни в какое сравнение с обычными боями темных рыцарей этого мира.

— Они используют только артефакты высшего класса.

— Неспроста их фракции входят в тройку крупнейших. Получается, в такой ситуации артефакты играют ключевую роль.

В битве часто встречались атаки, при которых магическая сила летела вперед, чего обычно почти не бывает.

Наверное, все благодаря Мировому древу.

В таком случае, даже если ты не силен, с помощью магических артефактов дальнего боя сможешь вполне достойно сражаться.

Трое консерваторов отчаянно сопротивлялись под градом магических снарядов, сыпавшихся на них.

Они тоже использовали магические артефакты, но перевес был не в их пользу.

В условиях ограничений магической силы самой выгодной тактикой было воспользоваться численным превосходством и окружить противника.

— Их не добивают, чтобы поиздеваться…

Рю пал.

Он рискнул собой, чтобы защитить Генду, и исчез, превратившись в частицы света.

После его исчезновения остались следы крови. Скорее всего, он выживет, но ранили его тяжело.

Генду стиснул зубы и пристально посмотрел на Младшериона.

— Как неприглядно, Генду.

Младшерион смотрел на Генду сверху вниз, находясь на некотором расстоянии.

— У тебя нет влияния.

Младшерион не ожидал, что Генду ответит так.

— Что ты сказал?

— Даже если ты выиграешь битву за престол, за тобой никто не пойдет.

— Замолчи, — Младшерион помрачнел.

— Все знают, чем ты занимался за кулисами. Знают, но делают вид, что не знают. Потому что ты — младший брат короля Анориона.

— Я же сказал, заткнись!

Вокруг воцарилась тишина.

Все взгляды приковались к Младшериону.

— Я… переживу, даже если сам не стану королем, — тихо произнес Генду. Достаточно того, чтобы король заботился об этой стране и отдавал всего себя ей. Но, если претендент на трон не таков, я этого не допущу.

Он смотрел на Младшериона ясными глазами.

— Ты про меня, что ли?

— Ты чуть что хвастаешься своими способностями. Так сильно хочешь доказать, что лучше брата?

— Чт…

Младшерион побагровел.

— Ты всегда был таким, с самого детства. Постоянно соперничал с королем Анорионом и стремился заставить окружающих признать твой талант. Безусловно, ты был одаренным. Однако чем ярче ты демонстрировал свой талант, тем больше от тебя отдалялись.

— Как ты смеешь оскорблять меня?!

— Король Анорион не был твоим врагом. Тебе как младшему брату просто нужно было помочь ему. Твой талант должен был поддерживать старшего брата. Если бы ты так поступал, все бы признали тебя следующим королем. И не пришлось бы бороться за престол.

— У меня есть завещание! Старший брат признавал меня!

— Я не уверен, подлинное ли оно. Многие считают, что поддельное. Ведь оно находится именно у тебя.

— Его точно написал мой брат! Он доверил его мне! — заявил Младшерион и ударил себя в грудь.

— Или же… господина Младшериона тоже обманули?

Генду пристально посмотрел на покрасневшее лицо Младшериона.

Затем тихо выдохнул и продолжил:

— Как бы то ни было, в этой борьбе за престол участвует много людей с недостойными мыслями. Я не хочу считать, что ты прогнил до самой глубины души. Поэтому давайте сразимся на мечах. Возможно, народ повернется к вам, увидев, как вы сражаетесь.

— Хорошо… Сакиса.

— Да, — откликнулся Сакиса и принял боевую стойку с молотом Тора.

— Эшгрей, рассчитываю на тебя.

Эшгрей тоже приготовил артефакты.

После мгновения тишины оба одновременно шагнули вперед.

В этот момент с неба обрушился черный сгусток магической силы.

— Что?!

— Что за черт?!

Все четверо отскочили в стороны.

Однако магический поток нацелился на Генду.

Он пытался защититься с помощью артефакта, но не успевал.

— Гх!..

— Господин Генду!

Эшгрей оттолкнул Генду, и черная магия ударила в правую руку рыцаря.

Магия обхватила ее и начала растворять плоть.

— Гха-а-а-а!

Он стиснул зубы, изо всех сил пытаясь сдержать крик, но магия проела его правую руку насквозь и она, испуская черный пар, глухо упала.

— Эшгрей!!! Кто это устроил?! — раздался гневный крик Генду.

Из тени Мирового древа, освещенного луной, вышли несколько мужчин и женщин.

В центре стоял худощавый мужчина с мягкими чертами лица.

— Давно не виделись, господин Младшерион, господин Генду. Мы тоже хотим присоединиться, — произнес он дружелюбным тоном, но глаза его не улыбались.

— Четыре короля пустоши… Сайга, твоих рук дело?

— Господин Генду, я вам стольким обязан. Ну как вам сила этого ядовитого клыка?

Эльф по имени Сайга поднял над головой длинный меч. Это был странный меч с черным лезвием, которое, словно расплавленное, изгибалось необычными волнами.

— Йе-е! Все видите-е? — Столь протяжный возглас казался совершенно неуместным. Сексуальная эльфийка в откровенном наряде, извиваясь, привлекала внимание камеры.

— Ну как? Мои мускулы видны? — А эльф с излишним энтузиазмом демонстрировал свои мускулы.

— Перестаньте, мне неловко. — Узкоглазая красавица эльфийка вздохнула, бросив на них недовольный взгляд.

Судя по всему, это и есть те самые Четыре короля пустоши, о которых ходят слухи.

— Как ты смел помешать нам? Ты готов к последствиям? — Младшерион в ярости уставился на него.

— Помешать? Так ведь борьба за престол в этом и заключается. К тому же вам лучше осознавать текущую ситуацию. Еще четверо выбывают — и отборочный этап заканчивается.

Он взглянул на местный журнал и правда, участников стало значительно меньше.

— Еще четверо, да? — пробормотал Младшерион.

Генду прищурился.

— Да, четверо. Здесь как раз столько.

Сайга посчитал, указывая пальцем.

Генду, Эшгрей, Младшерион, Сакиса.

Ровно четверо.

— И правда, ни больше, ни меньше.

Взгляд Младшериона был направлен на Четырех королей пустоши.

— Если я убью вас, это станет отличной рекламой, — Сайга прищурил и без того узкие глаза и улыбнулся.

— Я думал, вы вышли случайно, но, оказывается, вот она — ваша цель. Публика, должно быть, сейчас не сводит с вас глаз.

— Все благодаря вам.

— Дорогие зрители, не пропустите бой Минмин! Я разнесу всех в пух и прах! Поддержите Минмин и Четырех королей пустоши, ладно-о-о?! — Сексуальная эльфийка была раздражающе громкой.

— Хотя это и не входило в планы, но неплохо будет завершить отборочные, разобравшись с вами, — сказал Младшерион, не скрывая своего раздражения.

Подчиненные Младшериона окружили Четырех королей пустоши. Конечно, последних значительно меньше, но…

— Вы уверены? Мы можем просто убить четырех мелких сошек и покончить со всем.

Услышав слова Сайги, Младшерион слегка скривил губы.

— Понятно. Так вот почему ты появился перед нами именно сейчас. Трус.

Они намерены, если окажутся в окружении сторонников младшего принца, быстро расправиться с четырьмя подчиненными и завершить отборочный этап.

В таком случае фракция Младшериона ничего не выиграет и лишь уменьшит свои силы.

Младшерион взглядом повелел подчиненным отойти.

— Как предусмотрительно. Итак, что будем делать? У нас тут битва трех сторон.

Здесь присутствуют Генду и Эшгрей из консерваторов, сторонники Младшериона, сам Младшерион и Сакиса, а также Четыре короля пустоши.

Консерваторам и Младшериону с рыцарем следовало бы сразиться с Четырьмя королями пустоши, но Эшгрей потерял руку.

Кто бы с кем ни объединился, Четыре короля пустоши в выигрыше.

— Вот значит как, — с горечью произнес Младшерион.

— Мы можем уничтожить и консерваторов, и сторонников принца. Так что как насчет сделки?

— Хм?

— К сожалению, консерваторов придется уничтожить. Оставлять их в живых нет смысла.

Генду пронзительно посмотрел на Сайгу.

— Младшерион, если отдашь нам молот Тора, мы вас отпустим.

— Значит, вам еще священную реликвию подавай?

— А мне кажется, условия неплохие.

— Ты думаешь, окружающие будут просто молча наблюдать?

— Окружающие, говоришь?

— Кольцо почти сжалось. Вокруг нас собрались все выжившие и пристально наблюдают за развитием событий.

Младшерион огляделся по сторонам, и, словно следуя его примеру, Сайга тоже повернул голову.

— Реформаторы и сторонники Мицугоши?

— Нельзя игнорировать и мелкие силы. Те, кто дожил до этого момента, оказались здесь отнюдь не случайно.

— Похоже, мы слишком затянули… — сказал Сайга со вздохом.

— Дали им время на раздумья и сговор. Как только начнем действовать, они тоже не упустят шанс и постараются занять более выгодное положение.

— Мы, можно сказать, похожи на торт. Все пускают слюни и думают, как бы отрезать кусок.

— То есть, ответ ясен?

— Именно так.

Они подошли друг к другу, словно заранее договорившись.

Сторонники принца выстроились так, будто защищали Четырех королей пустоши, а те — сторонников принца.

— Временное перемирие… Нет, давайте лучше назовем это совместной борьбой.

— Мне это не по душе, но, пожалуй, другого выхода нет.

О-о-о, неужели сейчас нас ждет неожиданное объединение сил?

Чувствуется волнение вокруг.

Скрывающиеся в темноте негромко зашумели. Тем самым свое местоположение выдали все.

— Учитель, что будем делать? — тихо спросила Лаланоа.

— Ждем, пока до нас не доберется кольцо либо другие что-то не предпримут

— Стандартный ход.

Лаланоа согласилась. Похоже, подтвердила свое мнение.

Сторонники принца и Четыре короля пустоши заняли позиции в центре кольца.

Консерваторы Генду и Эшгрей, осторожно отошли.

Похоже, что Эшгрей с одной рукой едва ли сможет сражаться.

Младшерион и Сайга наблюдали за ним краем глаза, но не вмешивались.

Видимо, они предпочли не давать противнику возможности для атаки, вместо того чтобы нанести окончательный удар по консерваторам.

Сторонники младшего брата короля укрепили оборону.

Кольцо постепенно сжималось, принуждая всех что-либо предпринять. Мы с Лаланоа, как и многие другие, тихо от него отодвигались. Медленно но верно все собирались вместе. Схватка между нами могла начаться в любой момент.

И вот напряженному ожиданию настал конец.

Кто-то выпустил одну лишь стрелу. Она летела по ночному небу прекрасной дугой, целясь мне прямо в сердце.

— Вот, значит, как.

Я могу скрыть свое присутствие, но для Лаланоа это слишком сложно. Этим и воспользовались

— Учитель!

— Все в порядке.

Я одним взмахом меча рассек стрелу Бетао.

Однако при этом стрела взорвалась.

Мне показалось, что она испустила какую-то странную магическую силу.

Так это все-таки артефакт?

Я сразу же подхватил Лаланоа и отпрыгнул.

Взрыв оказался ужасающе мощным. Даже ближайшие деревья вырвало с корнем.

Я сгруппировался и приземлился.

Нас не ранило, но… ну и дела…

— Это Лаланоа! Вот она грязнокровка Лаланоа!

Нас с Лаланоа выбросило в центр, где не было никаких укрытий.

Генду и Эшгрей сочувствующе бросили:

— Теперь мы в одной лодке.

Мы с Лаланоа приблизились к двум консерваторам, стараясь никого не провоцировать.

Младшерион и Сайга пронзили нас холодными взглядами.

Из тьмы Мирового древа также ощущалась жажда убийства.

— Как раз ими четырьмя и пожертвуем. Идеально, не так ли?

— Ой-ой-ой!

У Лаланоа, кажется, душа в пятки уйдет, а двое консерваторов, судя по всему, уже готовы к худшему.

Какой ужас… Или, скорее, просто превосходная возможность.

— Это дело рук фракции Мицугоши… Мне, конечно, не по душе следовать их замыслам… но такой исход, несомненно, устроит всех, — сказали Младшерион и Сайга.

Словно под давлением кольца, силы, скрывающиеся в темноте, пришли в движение.

— Вперед!

По сигналу Младшериона все магические артефакты нацелились на нас.

Спереди, сзади, сбоков, сверху и снизу.

Все участники пришли к единому мнению: нас нужно исключить из игры.

И сторонники принца, и реформаторы, и сторонники Мицугоши, и Четыре короля пустоши — пусть у каждого из них и были свои мотивы, но привели они к неплохому исходу.

— Я обязательно…

Эшгрей намеревался защищать Генду.

— Учитель…

— Не беспокойся.

— А-а?

Я левой рукой схватил Лаланоа за шиворот.

А правой расслаблено приготовил меч и многозначительно улыбнулся.

Мысль, вложенная в эту улыбку, была примерно такой: «Ну что поделаешь…»

В следующий миг на нас обрушился шквал выстрелов, заполонивший ночное небо.

***

Альфа наблюдала за происходящим со стоящего немного поодаль дерева.

— Бетао, хорошая работа.

Как только она это сказала, соседний ствол задрожал, и из-за него появилась Бета.

— Все по плану, да?

Девушки пристально следили за Юном Тайнисом, отброшенным в центр кольца стрелой Беты.

— Юн Тайнис. Неужели даже вдвоем с Эпсилом вы не смогли справиться с ним?..

— Он опасен. Необходимо разобраться с ним прямо здесь, — серьезно произнесла Эпсилон.

— Если бы у него не заныла старая рана, то Эпсил уже… — сказала Бета, и Эпсилон заскрежетала зубами.

— В следующий раз прицелюсь в нее. И на этом все закончится, — прорычала Эпсилон.

— Сражаясь с ним, проявляйте максимальную осторожность, — сказала Альфа.

— Мне кажется, что он намеренно скрывает свое существование. У него такой высокий уровень мастерства, а о нем никто не знает. Неужели он все-таки убийца культа Диаблоса? — спросила Бета.

— Доказательств нет, но именно их отсутствие наиболее подозрительно. Так что этот вариант нельзя отбрасывать, — ответила Эпсилон.

— Кто он такой? Какова его цель? Мы должны это выяснить. Ради этой страны и ради Лаланоа…

Сакура тоже появилась на верхушке дерева.

И тогда они вчетвером посмотрели на Юна Тайниса, стоявшего в центре кольца.

На него нацелилось множество магических оружий, он левой рукой схватил Лаланоа за шиворот, а правой небрежно держал меч и улыбался.

Ведет себя так непринужденно.

Совсем не похож на Эшгрея, который уже подготовился к концу.

Юн словно к такому привык.

— «Мое сердце по-прежнему там, в том яростном, но мимолетном огне войны», вроде?

— Эпсил, ты о чем?

— Так сказал Юн Тайнис. Возможно, для него все это — обычное дело…

— Давайте перестрахуемся. Бетао.

— Да, господин Альфред.

Бета прицелилась из лука.

— Используй свою лучшую стрелу.

— Да… Я покончу с ним прямо здесь.

Бета не сводя взгляд с цели натянула на тетиву сияющую стрелу.

***

Все были уверены: на этом отборочный этап борьбы за престол подошел к концу.

Зрители, собравшиеся вокруг гигантского магического шара, с восторгом следили за происходящим.

— Чего он там улыбается? — спросил один из наблюдавших эльфов.

Юн Тайнис.

Тот глупец, ставший рыцарем Лаланоа, действительно улыбался.

— Это просто блеф.

Пожалуй — так все и предполагали. Но как бы они ни хотели в это верить, нутром чувствовали, что ошибались. Юн Тайнис не притворялся.

Когда он сглотнул, ночное небо заволокло шквалом снарядов. С ограничениями магической силы в борьбе за престол было легко как сейчас побеждать численным превосходством. Дураку ясно, что против такого не выстоять. Все сочли, что Юну никак не спастись, но продолжали смотреть за ним по магическому шару.

Юн начал двигаться. Рассекши первый снаряд, он мгновенно развернулся и отбил три приближавшихся сзади. Образовался просвет между атаками, в который он нырнул.

Он был великолепен, и Эшгрей с Генду справлялись так же. Но надолго ли? Снаряды учащались, их град напирал со всех сторон, и сколько ни отражай — скрыться негде.

— Гха-а-а-а-а-а-а-а!

С одной рукой Эшгрей не справлялся, и ему приходилось принимать удары телом, укрепив его магической силой.

Чтобы хоть немного облегчить бремя Генду, он распростер руки, став щитом для своего господина.

— Эшгрей!

— Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне.

Эшгрей не пал, даже получив удар магическим снарядом.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о—о-о-о-о!

Он до конца выполнял роль щита, раскинув руки.

И только когда Эшгрей превратился в частицы света, зрители наконец осознали, что он больше не может сражаться.

— Я никогда не забуду твою преданность!

После падения Эшгрея Генду тоже достиг предела своих сил.

Он отбросил сломанный меч и активировал защитный магический артефакт, который автоматически отражал шквал атак.

Оно было одним из сильнейших в отборочном этапе — козырем консерваторов.

Однако через десяток секунд магический предмет разбился.

Он не выдержал такого мощного напора.

— Э-э… И это все?

С этими словами Генду исчез в завесе огня.

Тем не менее, он хорошо держался.

Тем временем Юн и подхваченная им Лаланоа все еще не пали.

Орудуя лишь мечом, он рассекал один магический снаряд за другим и ловко уворачивался.

Он точно определял, какой из них доберется до него быстрее всего.

— Как он это замечает? — пробормотал кто-то.

То, как он различал и отражал десятки одновременно летящих снарядов, выходило за грань всякого понимания.

По мере того как плотность снарядов увеличивалась, он двигался все быстрее.

— Как он может так двигаться?!

Уже почти никто из зрителей не мог уследить за его мечом.

Разрывающая завесу траектория меча превращалась в световую полосу.

Однако в условиях битвы не удалось бы так долго поддерживать подобную скорость — магической силы не хватит.

— Скоро магическая сила должна иссякнуть.

Однако у Юна Тайниса она будто и не собиралась кончаться.

Напротив, его движения становились все более резкими.

— Что же происходит?..

Рано или поздно он получит удар.

Рано или поздно магическая сила иссякнет.

Так должно было быть.

В Юна ни разу не попали, не казалось, что его магическая сила на исходе, а движения становились лишь четче.

— Неужели такое возможно?.. — Саламан ахнул.

Юн Тайнис словно танцевал среди атак.

Однако не все просто наблюдали за этим необычным зрелищем.

Сайга, из Четырех королей пустоши, первым оправился от шока и отдал приказ своим товарищам атаковать противника.

Младшерион повелел своим подчиненным то же самое.

Кроме того, из леса выступили и другие, мелкие фракции.

И огненная завеса, выпущенная всеми одновременно, стала кульминационной.

Еще несколько минут назад многие бы недовольно восприняли столь чрезмерную огневую мощь.

Однако сейчас никто так не считал.

Все напряженно и настороженно ожидали развязки.

Что произойдет раньше: подобьют Юна Тайниса… Или же?..

У всех иссякнет магическая сила?

— Что это… такое? — пробормотал Младшерион.

— Он почти не использует магическую силу. Чрезвычайно эффективно и изящно… Кто это?.. — Сайга широко раскрыл глаза, словно запечатлевая это виртуозное мастерство в своей памяти.

— Не может быть. Это превышает теоретические значения, — сказала узкоглазая красавица эльфийка.

— Подожди-ка, если так и дальше пойдет, у Минмин может закончиться магическая сила?! Что это за тип такой?! — Минмин снова сексуально извивалась.

Юн танцевал под их взглядами.

Это уже даже не сражение.

А искусство, которого сумел достичь лишь один эльф посреди шквала атак.

Лишь меч, колеблющийся словно в эпицентре бури, рисовал в воздухе светом.

Его вспышка.

Его шаг.

Его контроль.

Все они на пределе рациональности и красоты.

— Слишком быстро…

Сакиса понял, что шквал атак не поспевает за Юном, и посуровел.

— Еще не конец! Продолжайте стрелять!

— Кх… Магическая сила!.. — Кто-то опустился на колени.

Все достигли предела своих возможностей.

Залпы продолжали смертоносно осыпать Юна.

Но все оказалось наоборот.

Если так и дальше пойдет, атакующие падут первыми.

— Эй-эй, подожди же… У Минмин уже не осталось сил!..

Проявляются признаки истощения магической силы.

Пальцы дрожат, а из-за тупой головной боли зрение искажается.

— Нет, так не должно быть… — ошеломленно пробормотал Младшерион.

И… лишь один.

Только Юн Тайнис тихо стоял в центре поля битвы.

Все бесчисленные атаки были отражены, и дым рассеялся.

Световой след исчез.

Снова воцарилась ночная тишь.

— Да вы шутите… — уже было непонятно, кто именно это пробормотал.

Все были потрясены.

Он… действительно справился с залпом из нескольких тысяч выстрелов лишь одним мечом.

Одним лишь танцем положил конец этой схватке.

Юн медленно опустил меч.

Стрелки, тяжело дыша, могли лишь наблюдать за происходящим.

Но в следующее мгновение…

Он внезапно пошатнулся.

Ноги Юна подкосились.

Зрители затаили дыхание.

— Что?..

Лаланоа, которую он держал за шкирку, широко раскрыла глаза.

Юн действительно отбил все атаки.

Казалось, что он не получил ни единой царапины.

Однако… с его губ стекала черно-красная капля.

Кап.

— П-подождите… Учитель?.. Кровь… — дрожащим голосом сказала Лаланоа.

Кап-кап.

Юн прижал руку к груди.

— Старая рана… — покачнувшись, сказал он.

— Это действительно старая рана?..

Выглядело неестественно.

На его лице не было ни капли крови.

Если присмотреться, то щеки казались истощенными, а под глазами проступили темные круги.

Многое вызывало беспокойство.

— Все в порядке, — сказал Юн.

С привычной легкой улыбкой.

Однако…

— Гх!..

Из глубины горла хлынула струя крови.

Юн не удержался на ногах и опустился на колени.

Зрители вскрикнули.

Лаланоа застыла на месте, широко раскрыв глаза.

— Наверное, я перенапрягся… больше не могу это скрывать… — покорно сказал Юн.

— Учитель?..

— Я тебе лгал.

— Учитель, о чем ты?

У нее возникло неприятное предчувствие.

— Это не из-за старой раны…

— Прекрати.

Ей казалось, что все рушится.

— У меня смертельная болезнь… магическое разложение.

Это мучительная болезнь, подстерегавшая темных рыцарей, посвятивших всю свою жизнь сражениям.

Никто и представить себе не мог, что его ждет такая судьба.

— Не может быть… Ты лжешь! Это неправда! — Лаланоа покачала головой.

Слезы блеснули в темноте.

— Ты же сама понимаешь, что не лгу.

— Э-это… это же…

Судя по тому, что с ним раньше происходило и что он говорил, все так и было.

Его симптомы соответствовали магическому разложению.

Лаланоа уже все понимала.

— Это цена за все безрассудные сражения, — с насмешкой заметил Юн.

— Когда я встретил тебя, на самом деле искал, где умереть. Хотел, чтобы мои кости были похоронены на родине.

— Нет!..

— Но ты дала смысл жизни тому, кто должен был просто превратиться в прах, — Юн встал и приготовился к бою.

— Еще осталась работа, — сказал он.

Из его рта капала черно-красная кровь.

Оттуда, куда он смотрел, к нему мчалась стрела.

— Учитель, я… Я!..

Лаланоа в панике вскочила и попыталась выставить меч.

— Спасибо, Лаланоа, — Юн мягко оттолкнул ее.

Всем было очевидно, что эта сияющая стрела таила в себе ужасающую силу.

Однако он не дрогнул.

Как всегда, на его лице играла едва заметная улыбка.

Однако в его глазах читалась решимость.

Он сиял.

Это было прекрасно.

Не верилось, что это искусство меча эльфа на грани смерти.

Это был меч, которому он посвятил всю свою жизнь.

И эту вершину мастерства он передал Лаланоа.

Он рассек стрелу пополам и убрал меч в ножны.

Сзади раздались два взрыва, и прозвучало объявление об окончании отборочного тура.

Лаланоа все это время не спускала глаз с Юна.

Не говоря ни слова, она продолжала смотреть на него, заливаясь слезами.

Юн обернулся.

— Некоторое время мне еще отведено. Так что позволь мне еще немного помечтать… О величайшей мести, которую затевает жалкий эльф. Об истории, которая начнется с этого… — сказав это, Юн протянул руку.

Но Лаланоа не хватило духу положить на нее свою.

***

У-у-ух! Наконец-то!

Сыграл ту самую роль «тайного мастера, которого постепенно разъедает болезнь» , которую всегда хотел!

Спустя несколько десятилетий с первоначальной задумки, после многократных доработок и доведения до совершенства — вот он, идеальный сценарий!

Мрачная атмосфера, таинственное прошлое и множество расставленных по сюжету подсказок… а затем признание в смертельной болезни в сопровождении харканья кровью — было просто бесподобно!

Высвободив сдерживаемую до сих пор силу и продемонстрировав всем свое подавляющее мастерство, он неожиданно признался в смертельной болезни и закашлялся кровью, что, без сомнения, повергло всех в шок!

Именно этого я и хотел!

В зале все только и говорят, что обо мне.

Среди прошедших отбор, уже нет ни одного, кто бы не опасался меня!

Ой-ой, жду не дождусь финала.

После окончания отборочного этапа, я чувствовал себя на седьмом небе от счастья.

Лаланоа, когда все кончилось, отправилась на медицинский осмотр.

Конечно, я тоже прошел его и идеально инсценировал смертельную болезнь.

Название болезни — магическое разложение.

При ней магическая сила темных рыцарей разъедала клетки, из-за чего разлагались органы. Она подобала раку: организм, словно тая, постепенно умирал.

Считается, что это заболевание возникает в результате многолетнего перенапряжения магических каналов из-за использования магии, и при прогрессировании симптомов лечения не существует.

Можно сказать, что этот диагноз безупречно вписывается в мою роль.

Врач официально его подтвердил и сказал: «То, что ты жив, — чудо. Не удивлюсь, если ты сейчас на моих глазах умрешь».

Возможно, я немного переборщил.

Пока я ждал Лаланоа, снова и снова прокручивал в голове самые яркие моменты сегодняшнего дня.

И тогда.

Тихо щелкнула дверь медпункта, и из него вышла Лаланоа.

Она, опустив голову, направилась ко мне.

— Тяжелый был день. Как все прошло?

На самом деле, с тех пор как закончились отборочные, мы с ней почти не разговаривали.

Хи-хи-хи, похоже, я сильно ее впечатлил.

— Я расспросила врача.

— Что?

— О болезни учителя.

— Похоже, я заставил тебя побеспокоиться, — сказал я с изящным выражением лица, в котором смешались тоска и печаль.

— Терминальная стадия магического разложения. Мне сообщили, что удивительно, что ты еще жив.

— Да.

Не буду здесь лишнего говорить.

— Он сказал, что твое тело не в состоянии сражаться, и попросил меня остановить тебя.

— Я еще могу сражаться. Я же показал, что способен на это.

— Тогда почему ты с самого начала прилагал не все силы?

— Это… — от реалистичной игры голос сорвался.

— Если бы учитель не сдерживался, отборочный этап закончился бы гораздо проще и быстрее.

— Это… не так, — едва слышно, опустив голову сказал я.

— Пожалуйста, хватит уже лгать. Я… я думала, что учитель не выкладывается на полную, чтобы закалить меня, чтобы остальные меня признали. Но я ошибалась!.. — Лаланоа дрожала. — Учитель не выкладывался на полную, потому что просто не мог! Ведь… его тело уже не выдерживает!.. Если бы я… догадалась об этом раньше!.. — Лаланоа не смогла сдержать слез и начала плакать.

— Действительно, мое тело уже не выдерживает полной нагрузки. Но ничего страшного, Лаланоа. Единственное, что я могу сделать, — это посвятить тебе ту толику жизни, которая у меня еще осталась…

— Нет! Все, кто любил меня, умирают. И отец, и мать, и учитель… Доктор рассказал мне. Каждый раз, когда учитель использует магическую силу, то он испытывает невыносимую боль, словно его изнутри обжигает кислота, и сокращает свой и без того короткий срок жизни… А я… я!..

Лаланоа уткнулась лицом в мою грудь и тихо зарыдала.

— Учитель, спасибо тебе. Ты так много сделал ради меня. Но я… я не этого хотела.

— Лаланоа?..

— Я… не хочу побеждать в битве за престол ценой жизни своего учителя.

Когда я увидел решительное выражение лица Лаланоа, у меня возникло неприятное предчувствие.

— Я отказываюсь от битвы за престол.

Оставив меня в оцепенении, она убежала.

Все пропало.

Конец седьмого тома.

Над переводом работала команда RanobeList.

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist