Покинув замковые ворота, мы с Отто оказались на шумных улочках столицы Фурикстеда. Город жил своей суетливой, кипящей жизнью, совершенно не обращая внимания на мои внутренние терзания.
Путь к арене пролегал через торговый квартал. По обеим сторонам узких мощеных улиц теснились высокие двух- и трехэтажные дома. Их каменные первые этажи плавно переходили в деревянные надстройки с выступающими балкончиками и остроконечными крышами из красной черепицы. Из-за тесноты крыши домов порой почти соприкасались, закрывая небо и погружая улицу в приятную прохладную полутень.
Вокруг бурлила толпа. Торговцы в пестрых одеждах громко расхваливали свой товар: от свежеиспеченного хлеба, чей дурманящий аромат перебивал запах конского навоза, до заморских шелков и дешевых амулетов на удачу. Мимо нас то и дело пробегали чумазые мальчишки-оборванцы, а степенные горожане в добротных суконных плащах расступались, давая дорогу патрульным стражникам.
Отто шел впереди, раздвигая толпу своими широкими плечами словно ледокол, а я молча следовал за ним, скользя взглядом по лицам прохожих.
Вскоре улица расширилась, выведя нас на огромную площадь, в центре которой возвышалась она — Великая Арена. Это была колоссальная громада из темно-серого камня, опоясанная рядами массивных арок и кованых железных решеток. На ветру с громким хлопком развевались длинные стяги с гербом Фурикстеда. От одного вида этого монументального сооружения захватывало дух. Земля здесь была утоптана тысячами ног и обильно посыпана песком, который впитывал кровь поколений бойцов.
Площадь перед Ареной напоминала растревоженный муравейник, только вместо муравьев здесь собрались воины со всего континента. Кого тут только не было: закованные в сияющие, отполированные латы рыцари из знатных домов; мрачные наемники с покрытыми шрамами лицами, облаченные в потертую, дубленую кожу; ловкие фехтовальщики с южных островов, поигрывающие изогнутыми скимитарами. Воздух звенел от стука стали, грубого смеха, ругани и запаха дешевого эля, смешанного с едким потом.
— Не отставай, малой! — крикнул Отто, перекрывая гул толпы. — Нам к регистрационным шатрам.
Мы протиснулись сквозь плотное кольцо зевак и подошли к длинной деревянной стойке под навесом. За ней сидело несколько писарей, но Отто направился к крайнему месту, где заявки принимала молодая девушка.
Я подошел следом и, признаться, на секунду опешил. Девушка была невероятно миловидной, но взгляд невольно приковывало другое. На ней была светлая блузка со шнуровкой, которая явно не справлялась со своей задачей. Глубокое декольте совершенно не скрывало её выдающихся достоинств — пышного бюста по меньшей мере четвертого размера, который при каждом её движении грозил окончательно вырваться из-под ткани.
Я, восемнадцатилетний парень, проведший последние годы исключительно в компании старого вояки и принцессы за книгами, слегка завис, невольно засмотревшись на эту картину.
Увесистый подзатыльник мгновенно вернул меня в реальность.
— Глаза сломаешь. Не пялься, — сурово буркнул Отто, хотя в его усах пряталась усмешка.
Я густо покраснел, чувствуя, как горят уши. — Простите... я не специально, — смущенно пробормотал я, резко отводя взгляд в сторону и уставившись на чернильницу.
Девушка, отложив перо, лишь звонко и беззаботно рассмеялась. — Всё в порядке, красавчик, — она игриво подмигнула мне, наклоняясь над пергаментом, отчего шнуровка на её груди натянулась еще сильнее. — Я к такому вниманию давно привыкла. Имя, возраст и оружие?
— Кристофер. Восемнадцать. Полуторный меч, — быстро ответил я, стараясь смотреть исключительно ей в глаза.
Она сделала изящную запись в амбарной книге и протянула мне небольшую медную бляху с выбитым на ней номером «73».
Получив талон участника, мы миновали пропускной пункт и вошли в прохладные, освещенные факелами коридоры под трибунами. Шум толпы здесь превратился в приглушенный гул. Пройдя лабиринт переходов, я толкнул тяжелую дубовую дверь и оказался в комнате ожидания.
К моему удивлению, она была абсолютно пуста.
Просторное помещение с каменными сводами, пара длинных деревянных скамей, стол с кувшином воды и стойка для оружия. Ни наемников, ни рыцарей. Только тишина.
Я отстегнул ножны, прислонил меч к стене и тяжело опустился на скамью. В тишине комнаты адреналин от предвкушения битвы начал спадать, и в образовавшуюся пустоту тут же хлынули утренние воспоминания.
Перед глазами снова возникло надменное, полное презрения лицо Короля. «Дворцовой прислуге не пристало общаться с грязной деревенщиной. Ваша связь разорвана».
Меня пробила мелкая дрожь. Но это был не страх перед турниром. Это была концентрированная, ледяная ненависть. Она поднималась из самых недр моей души, отравляя кровь и заставляя сердце биться тяжелыми, гулкими ударами. Они отняли у меня дом, лишили семьи, превратили в цепного пса, а теперь смеют говорить, что я недостоин даже весточки от матери?
Я сжал кулаки с такой силой, что ногти впились в кожу до крови. В голове билась лишь одна мысль: доказать. Раздавить каждого, кто встанет на моем пути к победе, и вырвать у этого ублюдка на троне свою законную неделю свободы.(Мысли автора) Когда все сражаются за деньги, власть и славу. Кристофер сражается за неделю отпуска.
Я настолько глубоко погрузился в свои мрачные раздумья, что совершенно не услышал шагов.
Тяжелая рука легла мне на плечо, заставив вздрогнуть. Я резко вскинул голову и увидел стоящего рядом Отто.
— Эй, ты как, малой? Всё нормально? — его суровое лицо выражало неподдельное беспокойство. Видимо, выражение моего лица в тот момент было пугающим.
Я сделал глубокий вдох, подавляя клокочущую внутри тьму, и натянул на лицо легкую улыбку. — Да. Всё отлично. Просто... слегка волнуюсь перед первым боем. Слишком тихо здесь.
Я обвел взглядом пустое помещение. — Кстати, Отто... А почему я нахожусь в этой комнате отдыха совершенно один? Где остальные участники? Там же, на площади, была целая толпа.
Наставник хмыкнул, присаживаясь рядом со мной и опираясь локтями о колени. — Считай это привилегией от Королевы. Она лично распорядилась предоставить тебе отдельную комнату. Как-никак, ты официальный личный защитник принцессы и лицо, приближенное к королевской семье. Тебе, по её словам, «не пристало сидеть в общем загоне с обычными наемниками и бродягами, дыша перегаром». В общем, обычная формальность и дворцовый этикет.
«Значит, Королева...» — подумал я. Она всегда казалась более благосклонной ко мне, чем её муж. Или же это был очередной политический ход, чтобы показать статус её дочери через меня? Впрочем, сейчас это не имело значения.
Время тянулось медленно. Гудение трибун наверху становилось всё громче — зрители занимали свои места.
Спустя некоторое время в массивную дверь раздался сухой, двойной стук. Отто поднялся и открыл её. На пороге стоял сгорбленный старик в одеждах распорядителя арены. Не говоря ни слова, он протянул наставнику свернутый кусок пергамента и тут же скрылся в полумраке коридора.
Отто развернул свиток, быстро пробежался глазами по строчкам и его губы тронула легкая, предвкушающая усмешка. Он повернулся ко мне и смял пергамент в руке.
— Твой противник уже выбран, Крис, — произнес он, кивнув на мой меч у стены. — Готовься. Твой первый бой начнется ровно через десять минут.Я молча кивнул, взял прислоненный к стене тяжелый полуторный меч и закрепил ножны на поясе. Отто хлопнул меня по плечу, и мы вместе шагнули в темный, уходящий вверх туннель, ведущий на арену.
Гул трибун нарастал с каждым шагом, превращаясь в оглушительный, первобытный рев. Сменив прохладную тень коридора на открытое пространство, я вышел на песок арены. Резкий, слепящий солнечный свет ударил по глазам, заставив меня инстинктивно приподнять руку и заслонить лицо ладонью.
Когда зрение привыкло, я опустил руку и осмотрелся. Арена оказалась еще больше, чем выглядела снаружи — огромное овальное поле, вымощенное толстыми каменными плитами и слегка присыпанное песком для сцепления.
В центре поля уже стоял мой противник. Это был настоящий гигант, огромный мужик, закованный в толстые, грубые железные доспехи, на которых виднелись вмятины от прошлых боев. В руках он держал чудовищных размеров двуручный меч, но самое пугающее было то, что он сжимал его рукоять одной рукой, будто это была обычная деревянная палка.
Над трибунами раздался усиленный магией, громоподобный голос оратора: — Дамы и господа! Мы начинаем отборочные бои Королевского Турнира! Справа от меня — наемник, не знающий жалости, сокрушитель черепов, Рорган! Слева — Кристофер, личный мечник Её Высочества! Прошу бойцов войти в белый круг!
Я перевел взгляд в центр арены. Прямо на каменных плитах белой краской был очерчен широкий круг — зона, где бойцы должны были встать в стартовую стойку для подготовки к бою.
Пока я размеренным шагом направлялся к этому кругу, мой взгляд невольно скользнул по центральной, самой роскошной ложе на трибунах. Там восседала королевская семья. Юмико сидела на самом краю кресла, её лицо было бледным, а пальцы нервно комкали край платья — она явно сильно переживала. Королева же, напротив, смотрела на арену с легким, игривым интересом, изящно обмахиваясь веером. А в центре, словно грозовая туча, возвышался Король. От него даже на таком расстоянии исходила тяжелая, гнетущая аура. Рядом с ним, неподвижный как статуя, стоял Азиэль. В его руках покоился массивный белый гримуар.
Я не стал придавать им значения. Сделав глубокий вдох, заполняя легкие горячим воздухом арены, я медленно выдохнул. Все посторонние мысли, гнев на Короля и присутствие мага испарились. Остался только бой.
Мы с Рорганом встали друг напротив друга внутри белого круга. Я положил правую ладонь на рукоять меча, слегка согнув колени и готовясь достать клинок в любую секунду. Мужик же лишь презрительно ухмыльнулся, легко взвалив свой чудовищный двуручник на бронированное плечо.
— Бой! — рявкнул оратор.
Рорган не стал медлить ни секунды. С утробным рыком он сделал рывок вперед и нанес чудовищной силы вертикальный взмах мечом. Я едва успел отпрыгнуть назад. Лезвие гиганта сокрушительно обрушилось на пол, вдребезги разбив каменную плитку арены. Во все стороны полетели осколки камня, а в воздух поднялось густое облако пыли. От места удара по земле пошел глубокий разрез.
«Вот это дурь... Сила у него просто нечеловеческая, — подумал я про себя, щурясь от пыли. — Надо провести пару финтов, чтобы изучить его скорость и реакцию».
Я выхватил свой полуторник и бросился в атаку, нанося серию быстрых, прощупывающих ударов. Рорган начал размахивать своим мечом, как лопастью мельницы. Улучив момент, я попытался заблокировать один из его боковых выпадов, подставив клинок под углом.
Это было ошибкой.
Удар был такой силы, словно в меня врезалась несущаяся повозка. Мой меч выдержал, но кинетическая энергия отбросила меня назад, как тряпичную куклу. Я пролетел несколько метров и с глухим стуком впечатался спиной в каменную стену ограждения арены.
Упав на колени, я зашелся кашлем и выплюнул на песок сгусток крови. Трибуны ахнули. Краем глаза я увидел, как в королевской ложе Юмико в ужасе вскочила с трона, прижав ладони к губам.
Рорган медленно, вразвалочку подходил ко мне, волоча свой огромный меч по камням и высекая искры. — И это всё? — пробасил он, его ухмылка стала еще шире. — Слишком легкий бой. Я думал, собачка принцессы умеет кусаться, а ты только скулить горазд.
«Была бы у меня сейчас моя рапира...» — яростно подумал я, стискивая зубы. — «Я бы изрезал эту тушу на ремни прямо на месте, он бы даже не понял, откуда пришла смерть».
Но тут же в голове всплыл холодный голос Отто: "Нельзя показывать свои козыри со старта. Одолей их базовыми навыками".
Мозг начал лихорадочный анализ. Эта гора мяса обладает бешеной, пробивной силой. При любом прямом блокировании я буду попросту задавлен и сломлен физически. А значит, нужно сделать упор не на силу, а на скорость.
Я медленно поднялся с колен. На моих губах остался яркий след крови, но я даже не стал его вытирать. Выпрямившись, я перехватил меч поудобнее и встал в атакующую стойку. Мой взгляд стал абсолютно пустым и холодным.
Рорган снова бросился в атаку, но в этот раз меня там уже не было.
Я начал перемещаться с максимальной скоростью, на которую только было способно мое тело, кружа вокруг мечника. Мой клинок мелькал, как серебряная молния. Рорган успел неуклюже заблокировать пару моих первых выпадов, но я не останавливался. Последующие удары посыпались градом. Я не пытался пробить его насквозь — я наносил быстрые, жалящие удары по стыкам его железной брони, оставляя глубокие царапины и выводя его из равновесия.
— Стой на месте, крыса! — взревел Рорган, в слепой ярости размахивая мечом, но рассекая лишь воздух. Он окончательно потерял меня из виду.
Воспользовавшись его замешательством, я оттолкнулся от земли и очутился прямо над ним. Сжав рукоять обеими руками, я обрушил меч сверху вниз в сокрушительной атаке. Рорган в последний момент вскинул свой двуручник над головой, горизонтально блокируя мой удар.
Лезвия с визгом столкнулись, но я и не думал давить. Вместо этого, используя инерцию своего падения, я поставил сапог прямо на широкое лезвие его меча и с силой оттолкнулся ногой, отпрыгнув далеко назад.
Как только моя нога коснулась каменного пола, я не потерял ни доли секунды. Мышцы сжались, как пружина, и я сделал мощнейший толчок, стремительно устремившись вперед. Скорость была такой, что Рорган, только-только опускающий свой меч после моего прыжка, просто не успел среагировать.
Мой клинок молниеносно пробил его раскрытую оборону и остановился в миллиметре от его неприкрытой шеи.
Рорган замер, тяжело дыша, с широко раскрытыми от шока глазами. Трибуны взорвались оглушительными овациями.
— Бой закончен! Победитель — Кристофер! — надрывался оратор.
Как только я опустил меч, на поле тут же выбежали лекари в светлых рясах, на ходу формируя заклинания, чтобы залечить ушибы и царапины гиганта. Ко мне подбежал молодой паренек-лекарь, взволнованно протягивая руки, от которых исходило мягкое зеленоватое свечение магии исцеления.
— Позвольте, господин, я залечу вашу спину! — быстро заговорил он.
— Всё в порядке. Оставь ману для тех, кому она нужнее, — спокойно ответил я, пряча меч в ножны.
Я легко коснулся рукой его головы, поблагодарив за заботу, и развернулся, чтобы уйти в зону отдыха. Перед тем как скрыться в тени подтрибунного помещения, я остановился и бросил короткий, пронзительный взгляд на королевскую ложу. Прямо в глаза Королю.
Я не улыбался. Но в моей голове отчетливо прозвучала мысль, адресованная монарху: «И как тебе такое... старик?»Я скрылся в прохладной тени туннеля, где меня уже поджидал наставник. Не успел я сделать и пары шагов навстречу, как в затылок прилетел увесистый, хлесткий удар.
— За что?! — я возмущенно потер ушибленное место, непонимающе глядя на Отто.
— Я что тебе говорил перед выходом? — прорычал он, гневно сверкнув глазами. — Использовать базовые навыки! А ты что устроил? Сделал упор на скорость! Да, ты держал в руках полуторник, но твоя стойка, работа ног, этот прыжок от клинка — это всё чистый стиль рапиры! Опытные мечники на трибунах могли в два счета догадаться, что тяжелый меч — не твое настоящее оружие. Не совершай таких детских ошибок, парень, если хочешь дожить до финала!
Я виновато опустил глаза. В пылу боя, когда в крови бурлил адреналин, тело само начало двигаться так, как привыкло за годы тренировок.
Отто тяжело вздохнул, и его лицо немного смягчилось. — Но в целом... вышло неплохо, — неохотно признал он. — Ты уложил эту гору мяса. Последующие сражения ты проведешь без моего участия. Моя работа в раздевалке закончена. Дальше я буду сидеть на трибуне вместе с другими мечниками королевства и наблюдать. Удачи, малой.
С этими словами он развернулся и зашагал по коридору, оставив меня одного.
Добравшись до своей личной зоны ожидания, я зашел внутрь и плотно закрыл за собой тяжелую дубовую дверь. Прислонившись к ней спиной, я медленно сполз на пол. Мои руки предательски дрожали. Я поднял ладони на уровень глаз, глядя на них так, словно видел впервые.
Кровь стучала в висках, а сердце билось где-то в горле. Я вспомнил тот финальный, молниеносный выпад, сразивший Роргана, и на губах сама собой расплылась улыбка. «Какое же это классное чувство...» — пронеслось в голове.
Тренировочные бои с Отто — это, конечно, здорово, они закалили мое тело и дух. Но то, что происходило там, на арене, под рев тысяч глоток — это было совершенно иное. Здесь на кону стояла жизнь, здесь не было права на ошибку. От этого захватывало дух так сильно, что хотелось смеяться.
В дверь раздался знакомый сухой стук. Я мгновенно поднялся на ноги, вернув лицу невозмутимое выражение, и открыл. На пороге снова стоял тот самый старик-распорядитель. Он молча всучил мне новый пергамент и растворился в тенях. Развернув свиток, я прочитал короткую строчку: «Следующий бой через 20 минут».
Немного передохнув и восстановив дыхание, я снова направился к выходу на арену. В этот раз я взошел на залитое солнцем поле битвы первым. Спустя пару минут из противоположного туннеля начал подниматься мой новый противник.
Это был щуплый парнишка лет двадцати, с растрепанными каштановыми волосами и цепким, колючим взглядом. На его поясе висели узкие, изящные ножны, в которых покоилась рапира. Мое истинное оружие.
— Дамы и господа! — вновь раздался голос оратора, перекрывая шум толпы. — Отборочные продолжаются! Справа — стремительный Леон, виртуоз тонкого клинка! Слева — Кристофер, победитель Роргана Сокрушителя! Бойцы, приготовьтесь к бою!
Мы сошлись у белого круга. Леон положил ладонь на эфес своей рапиры и самоуверенно усмехнулся. — Я наблюдал за твоим боем с Рорганом, — бросил он, прищурившись. — Был удивлен, что обычный мечник с тяжелым клинком способен так быстро двигаться. Но скажи мне... сможешь ли ты уследить за моей скоростью?
— Бой! — скомандовал оратор.
Слова еще не успели раствориться в воздухе, как Леон буквально растворился на месте, оставив после себя лишь облачко пыли. Мои инстинкты взвыли. Я резко крутнулся на пятках, вскидывая свой полуторный меч за спину.
Звон!
Тонкое лезвие рапиры Леона с искрами врезалось в мою широкую сталь. Он очутился прямо у меня за спиной, попытавшись нанести подлый колющий удар в затылок.
«Слишком читаемо», — хладнокровно подумал я. Для человека, чье основное оружие — рапира, его финты были предсказуемыми.
Поняв, что внезапная атака провалилась, парень недовольно цокнул языком, сделал быстрый шаг назад, разрывая дистанцию, и тут же перешел в наступление. Он провел невероятно быструю серию из восьми колющих выпадов. Его клинок превратился в сплошное серебряное марево.
Я успел отбить первые пять ударов, но тяжелый меч банально не поспевал за легкой рапирой. Вжик! Вжик! Вжик! Три удара всё же достигли цели. Острый кончик рапиры вспорол ткань моего черного костюма на плече, бедре и ребрах, оставив неглубокие, но саднящие царапины, из которых тут же проступила кровь.
Трибуны восторженно взревели, предвкушая зрелище. Леон довольно оскалился, готовясь к новому рывку.
Но он не знал одного. Он пытался удивить рапирой того, кто знал это оружие в совершенстве.
— Моя очередь, — тихо произнес я.
Леон снова сорвался с места, целясь мне прямо в грудь. Вместо того чтобы пытаться отбить его сверхбыстрый удар, я сделал то, чего он никак не ожидал — я шагнул ему навстречу. Сократив дистанцию до минимума, я нивелировал главное преимущество рапиры — её длину.
Я слегка провернул свой тяжелый меч, ловя его тонкое лезвие на массивную крестовину своей гарды. Раздался неприятный скрежет металла. Клинок Леона оказался намертво заблокирован. Парень расширил глаза от ужаса, попытавшись выдернуть оружие, но было поздно.
Используя рычаг, я с силой вывернул его рапиру в сторону, раскрывая его защиту, и одновременно нанес сокрушительный удар свободной левой рукой — основанием ладони прямо ему в челюсть.
Голова Леона дернулась назад, но я не дал ему упасть. Перехватив свой полуторник одной рукой, я сделал подсечку ногой и, когда он начал заваливаться на спину, приставил острие своего тяжелого меча точно к его кадыку. Бой занял меньше десяти секунд после его восьмикратного выпада.
На арене повисла гробовая тишина, которая спустя мгновение взорвалась безумными овациями.
— Победитель — Кристофер! — завопил оратор.
Я убрал меч от горла парня и с легким стуком вогнал его в ножны. — А ты неплохо сражаешься с рапирой, — искренне произнес я, глядя на лежащего Леона. — Я никогда раньше не видел выпад, состоящий сразу из восьми ударов. Отличная техника.
Леон, морщась от боли в челюсти и потирая подбородок, тяжело выдохнул. — Это... это была импровизация, — пробормотал он, глядя на меня со смесью шока и уважения. — Я использовал этот прием впервые. Когда ты с такой легкостью заблокировал мою первую атаку со спины, я спинным мозгом почувствовал смертельную опасность. Я понял, что если не превзойду свои собственные возможности прямо сейчас, то проиграю в ту же секунду.
Я понимающе кивнул. Чувство смертельной опасности — лучший учитель в бою.
Я протянул ему руку. Леон удивленно моргнул, но затем крепко ухватился за мое предплечье. Я одним рывком поднял его на ноги. Отряхнув пыль с колен, он коротко поклонился мне в знак уважения.
Не оборачиваясь на ликующую толпу и королевскую ложу, я развернулся и молча покинул поле боя, направляясь обратно в прохладную тишину подтрибунных помещений.Следующие три боя слились для меня в единую, изматывающую карусель из лязга стали, поднятого песка и рева толпы. Я строго следовал наставлениям Отто, ни на секунду не раскрывая свой истинный стиль и полагаясь исключительно на грубую силу и базовые стойки.
Мой третий противник, юркий наемник с парными топорами, попытался взять меня измором, но я просто сломал его оружие одним мощным рубящим ударом. Четвертым оказался закованный в глухую броню рыцарь со щитом, которого я вымотал постоянными тяжелыми атаками, пока он сам не рухнул от нехватки кислорода. Пятый бой завершился еще быстрее: здоровяк с алебардой слишком широко замахнулся, и я, сымитировав неуклюжий выпад, пробил его защиту эфесом меча.
Когда пятый противник капитулировал, трибуны скандировали мое имя. Но я чувствовал лишь тупую усталость в мышцах. Закинув тяжелый полуторник на плечо, я направился к выходу с арены, мечтая лишь о глотке воды и тишине своей комнаты.
Однако в полумраке каменного туннеля меня ждал сюрприз. У самого выхода, прислонившись спиной к влажной стене, стоял Азиэль. Его серебристые волосы мягко светились в неровном свете факела, а на губах играла тонкая, нечитаемая ухмылка.
— Это были прекрасные бои, Кристофер, — вкрадчиво произнес придворный маг, отталкиваясь от стены и преграждая мне путь. — Признаюсь, ты смог меня удивить. Столько силы в таком юном теле.
То самое первобытное, обжигающее чувство вновь шевельнулось в моей груди, но я усилием воли загнал его поглубже. Я устало кивнул. — Благодарю вас за эти слова, господин Азиэль. Но, с вашего позволения, я бы хотел вернуться к себе. Я изрядно вымотан и сейчас хотел бы просто отдохнуть.
— О, я не займу много твоего времени, — маг сделал плавный шаг навстречу, его голос зазвучал еще мягче, почти убаюкивающе. — Просто в последнее время меня не покидает мысль, что между нами возникло какое-то досадное недопонимание. Я маг, Кристофер, и я очень остро чувствую ауры людей. Всякий раз, когда мы оказываемся рядом, я ощущаю исходящее от тебя напряжение. Я бы не хотел, чтобы меч нашей принцессы считал меня своим врагом.
— Вам показалось. Всё в абсолютном порядке, — сухо ответил я, стараясь не смотреть ему прямо в глаза, чтобы он не прочитал там ложь.
— Рад это слышать, — Азиэль лучезарно улыбнулся. — И всё же, чтобы окончательно развеять все сомнения, я бы хотел пригласить тебя на личную встречу. После того как отборочные бои полностью завершатся, давай проведем время в королевском саду? Выпьем чаю, поговорим о всяком... о твоем прошлом, о будущем королевства. Узнаем друг друга получше.
Я замер, лихорадочно соображая. Зачем ему это? Человек, который сегодня утром смотрел на меня с нескрываемым презрением, теперь предлагает дружескую беседу в саду? Моя интуиция кричала об опасности. Но, с другой стороны, если я хочу понять, что он сделал с Королем и какую игру ведет, мне нужно подобраться к нему поближе. Отказываться было бы глупо.
— Хорошо, — я выдавил из себя вежливую полуулыбку. — Я согласен.
Азиэль заметно обрадовался, его глаза сверкнули в полутьме. — Прекрасно! Я пришлю тебе письмо чуть позже, с точным указанием времени и места нашей встречи. Отдыхай, герой.
Он грациозно отступил в сторону, позволяя мне пройти.
Добравшись до своей комнаты ожидания, я первым делом стянул кожаный доспех и выплеснул себе в лицо ледяную воду из кувшина. Капли стекали по подбородку, а в голове роились мысли. Зачем я ему сдался? Не пакостная ли это уловка, чтобы устранить меня до начала основной сетки турнира? Или он действительно просто пытается наладить контакт по просьбе Короля?
Мои размышления прервал громкий стук в дверь. Через секунду на пороге возник тот самый старик-распорядитель.
— Господин Кристофер, — проскрипел дед, заглядывая в комнату. — Я пришел сообщить, что вы официально прошли отборочный этап.
— Прошел? — я удивленно поднял бровь, вытирая лицо полотенцем. — Но постойте, по сетке у меня остался еще один, шестой бой.
— Боя не будет, — ответил старик. — У вашего предполагаемого противника в крови были обнаружены следы стимулирующих зелий и остаточное магическое воздействие на мышечные ткани. Это строжайше запрещено. Все мечники на Королевском Турнире обязаны добиваться победы исключительно своими физическими навыками и мастерством, не прибегая к магии. Он дисквалифицирован.
— Понимаю, — кивнул я. — Справедливо.
— Однако, — старик переступил с ноги на ногу, — в качестве стандартной процедуры проверки после такого инцидента, мы обязаны проверить и вас.
Из-за спины распорядителя бесшумно вынырнула светлая фигура Азиэля. — И я лично проведу эту проверку, как Верховный маг двора, — произнес он.
Вслед за магом в комнату протиснулся Отто, скрестив на груди свои могучие руки. — А я здесь в качестве официального свидетеля со стороны гильдии мечников, — хмуро пояснил наставник, буравя Азиэля недоверчивым взглядом. — Начинайте.
Азиэль подошел ко мне вплотную. От него пахло озоном и какими-то сладкими благовониями. Он поднял свою изящную, бледную ладонь и положил её мне прямо на центр груди. — Расслабься, — шепнул он.
От его руки исходило тепло, которое волнами начало проникать под кожу, расходясь по венам. Я вновь почувствовал то самое сопротивление внутри себя — моя кровь будто пыталась отторгнуть его магию, вскипая от гнева, но я стиснул зубы и заставил себя стоять неподвижно, не выдавая ни единой эмоции. Спустя мучительно долгую минуту свечение вокруг его руки погасло. Азиэль убрал ладонь и повернулся к старику.
— Он абсолютно чист. Никаких следов магии или усилителей, — констатировал маг.
— Утверждено! — торжественно произнес распорядитель, делая отметку в своем свитке. — Вы прошли отбор, Кристофер. Сам Королевский Турнир начнется ровно через месяц. Советую вам тщательно подготовиться. На главной арене будут присутствовать лучшие клинки королевства, включая Первого Мечника. Всем прошедшим участникам дается этот срок для восстановления и тренировок перед столкновением с элитой.
Поблагодарив старика, я быстро собрал свои вещи. Мы втроем покинули арену и вышли на залитую закатным солнцем площадь. Возле кованых ворот Азиэль остановился.
— Еще раз поздравляю с победой, Кристофер, — он слегка склонил голову. — А теперь мне пора откланяться. Мой долг — сопроводить королевскую семью обратно во дворец. До встречи.
Маг развернулся и легким шагом направился в сторону королевских шатров. Я смотрел ему вслед, и в моей душе зародилось сомнение. «Может, мое воображение просто разыгралось? — подумал я, переводя дух. — Он честно провел проверку, поздравил меня, хочет наладить отношения. Возможно, на деле Азиэль не такой уж и плохой, а странное поведение Короля не имеет к нему никакого отношения».
С этой умиротворяющей мыслью я повернулся к Отто, чтобы предложить вернуться в замок и как следует поужинать, как вдруг сзади раздался звонкий, запыхавшийся женский голос.
— Постойте! Господин Кристофер, погодите!
Я обернулся. К нам со всех ног бежала та самая девушка со стойки регистрации. Она задыхалась от бега, её щеки пылали, а шнуровка на блузке окончательно сдалась под натиском физики. Её выдающаяся грудь четвертого размера при каждом быстром шаге подпрыгивала и тряслась так неистово, что, казалось, вот-вот вырвется наружу во всей своей красе.
Увидев эту картину, я мгновенно залился краской. Кровь прилила к щекам, и я резко отвернул голову в сторону, уставившись на ближайшую кирпичную стену, лишь бы не пялиться на неё в открытую.
— Вы... фух... вы забыли свой выигрыш! — выдохнула девушка, наконец добежав до нас и уперев руки в колени, пытаясь отдышаться.
Я, всё еще не глядя на неё, непонимающе нахмурился. — Какой еще выигрыш? Участникам отборочных не платят.
Девушка выпрямилась, удивленно хлопая ресницами, а затем перевела взгляд на Отто и протянула ему тяжелый, звенящий мешочек. — Так вот же. Этот господин перед самым началом ваших боев сделал крупную ставку на вашу чистую победу во всех раундах. И сорвал очень хороший куш! Коэффициент был огромным, ведь вы были новичком.
Я медленно повернул голову к наставнику. Мой взгляд не сулил ему ничего хорошего. Отто, сжимая в руке мешочек с золотом, неловко кашлянул, но тут же расправил плечи.
— Чего ты так на меня смотришь? — возмутился он, пряча деньги за пояс. — Я старый вояка, Крис, у меня пенсия не за горами! Не каждый день выпадает такая прекрасная возможность подзаработать на верном деле. Я в тебе ни на секунду не сомневался!
Я тяжело вздохнул, потирая переносицу. — Раз так... тогда сорок процентов от выигрыша — мои.
— Чего-о-о?! — Отто поперхнулся воздухом, его глаза полезли на лоб. — Сорок процентов?! Это грабеж! Ставил-то я свои кровные!
— Если бы я не потел на арене, не глотал пыль и не подставлялся под мечи, твоего выигрыша не было бы вообще, — невозмутимо парировал я, скрестив руки на груди. — Пятьдесят процентов.
— Ладно, ладно! Сорок, так сорок! Демон с тобой, вымогатель малолетний, — заворчал Отто, явно не желая расставаться с половиной суммы.
Смирившись с потерей части куша, наставник вдруг приосанился, разгладил усы и, включив всё своё мужское обаяние, повернулся к тяжело дышащей девушке. — Раз уж мы теперь при деньгах... Милая леди, скажите, а какие у вас планы на этот прекрасный вечер? Не желаете ли составить компанию состоятельному рыцарю за кубком лучшего вина в столице?
Девушка мило улыбнулась, поправляя растрепавшиеся волосы. — Вы очень любезны, господин рыцарь. Но я замужем. Мой супруг, капитан городской стражи, ждет меня дома к ужину. Прошу прощения!
Она изящно поклонилась и легкой трусцой направилась обратно к регистрационным шатрам. Отто так и остался стоять с открытым ртом и протянутой рукой, провожая её ошарашенным взглядом.
Я не выдержал и тихо рассмеялся, похлопав своего грозного наставника по плечу. — Ну ничего, Отто. И такое бывает. Главное, что деньги у нас.
— Пошли уже, умник, — буркнул Отто, ссутулившись. — Пока я не передумал и не заставил тебя бежать до замка в полном доспехе.Пока мы с Отто неспешно шагали по мощеным улицам, направляясь к замку и предвкушая сытный ужин, далеко впереди, во главе пышной процессии, двигался королевский экипаж.
Копыта породистого белоснежного жеребца мерно цокали по брусчатке, высекая редкие искры. В седле, с идеальной, аристократичной осанкой, восседал Азиэль. Его белоснежная мантия слегка развевалась на вечернем ветру, придавая ему сходство с сошедшим с небес божеством. Толпа горожан, выстроившаяся вдоль дороги, благоговейно расступалась, ослепленная его фальшивым великолепием.
Маг натянул поводья, чуть замедляя ход коня, и бросил короткий взгляд через плечо. Туда, где на фоне громады арены растворялись в вечерней дымке две одинокие фигуры — рыцарь королевства Отто и его ученик Кристофер.
Тонкие губы Азиэля изогнулись в холодной, зловещей полуулыбке. Он снял с правой руки белоснежную перчатку и медленно поднял ладонь к лицу, внимательно рассматривая свои длинные, бледные пальцы.
Он всё еще чувствовал это. Фантомное, обжигающее покалывание на кончиках пальцев — эхо от прикосновения к груди юноши.
Во время проверки на арене он проник своим магическим восприятием сквозь плоть и кровь Кристофера. И то, что он там увидел, заставило его холодное сердце забиться быстрее. Глубоко внутри этого деревенского мальчишки, под маской усердного телохранителя, спала бездонная, первобытная бездна.
«Сомнений нет, — с ледяным торжеством подумал Азиэль, сжимая ладонь в кулак так сильно, что побелели костяшки. — Это и правда ты. Когда я влил в твое тело свою ману, твоя скрытая тьма инстинктивно вздыбилась, пытаясь разорвать, уничтожить мой свет. Эта пульсирующая, дикая ненависть... Ты именно тот сосуд, та самая аномалия, которую так отчаянно ищет Достопочтенная Святая».
Всё прошло просто идеально. Глупцы даже не поняли, как легко ими манипулировали.
Азиэль вспомнил события получасовой давности. Тот самый шестой противник Кристофера — грузный наемник с секирой, готовившийся к выходу на арену. Маг выследил его в темных подтрибунных коридорах. Всё, что потребовалось — это случайно пройти мимо, слегка задеть плечо наемника полой своей мантии и шепнуть одно короткое слово на древнем языке. Крошечная, невидимая глазу искра чужеродной маны и алхимического стимулятора мгновенно впиталась в кровоток воина.
А затем Азиэлю оставалось лишь разыграть спектакль. Он с самым озабоченным видом подошел к старику-распорядителю и, понизив голос, сообщил, что его «острые чувства Верховного мага» уловили странную, запрещенную ману, исходящую от участника, готовящегося к последнему бою. Старик тут же провел проверку, пришел в ужас от результатов и дисквалифицировал несчастного, который даже не понимал, что с ним произошло.
Эта маленькая, грязная интрига была необходима. Азиэлю нужен был легальный повод коснуться Кристофера, провести магическое сканирование на глазах у свидетеля Отто и не вызвать при этом никаких подозрений. И он получил то, что хотел. Мальчишка сам позволил ему заглянуть в свою душу, наивно полагая, что маг просто выполняет бюрократическую процедуру.
Азиэль вновь надел перчатку и плавно поправил поводья. Его ледяные, бесчеловечные глаза сверкнули в лучах уходящего солнца.
«Отдыхай, Кристофер. Тренируйся. Наслаждайся своей мнимой победой и готовься к Турниру, — мысленно произнес Азиэль, предвкушая грядущую кровавую игру. — Ты думаешь, что сражаешься за свободу и письма своей драгоценной матушки. Но на самом деле ты уже давно танцуешь на моих нитях и нитях достопочтенной Святой. И когда придет время... Свет Небес выжжет твою тьму дотла».
Королевская процессия скрылась за массивными воротами внутреннего двора, оставляя улицы столицы погружаться в сумерки. Отборочный день Турнира завершился, но настоящая война только приближалась...