Когда накануне прибытия герцогини дворецкий Логан пришёл в дом у озера, он застал Анету во дворе перед одним из фруктовых деревьев. Она рассматривала его с тревожным выражением, но, заметив гостя, тотчас просияла.
— Господин дворецкий, рада вас видеть.
«Как же ей удаётся каждый раз звучать так светло?»
Всякий раз, когда Логан видел улыбку Анеты, тяжесть на сердце словно уходила. И ему становилось чуть понятнее, почему Эстебан наведывается в этот дом при первой же возможности.
— Милорд послал меня передать вам подарок — в знак благодарности за вчерашнюю любезность.
Он протянул редкий и необычайно дорогой флакон чистой ароматической воды, достать который было нелегко даже столичным дамам. Его прислала в подарок одна из компаний, инвестором которой был Эстебан.
Стоило лишь взглянуть на флакон — и становилось ясно, что такие вещи не купить просто так. Стекло было тонким, округлым у основания, на горлышке — изящная золотая цепочка, словно ожерелье, а на её конце покачивался небольшой рубин. Золотая пробка, отполированная до блеска, завершала образ истинной роскоши.
Анета, кажется, мгновенно поняла ценность подарка; глаза её широко распахнулись.
— Вам не кажется, что это… немного чрезмерно?
— Этот аромат создан для дам. Милорд его не использует. Если им будет пользоваться мисс Анета, это послужит украшением и для самого флакона.
— Благодарю. Он действительно прекрасен.
Анета осторожно повернула флакон, изучая его со всех сторон, потом позвала Энджи, проходившую мимо, и передала ей аромат на хранение.
Логан выполнил поручение, но не спешил уходить. Он поднял взгляд к дереву, которое Анета разглядывала прежде.
— С этим деревом что-то не так?
— Ах… кажется, дерево заболело.
Оно было раскидистым, с крупной листвой. Среди ветвей висели круглые, ещё зелёные плоды. Анета указала на ближайший лист. На нём расползлись бурые пятна.
— Сначала я подумала, что это просто сезон плодоношения, но плоды почти не растут, а листья один за другим становятся вот такими. Думаю, это болезнь. В одной из книг я нашла название — пятнистость листьев.
Логан знал о садоводстве не больше обычного горожанина, но, как и Анета, посмотрел на дерево с тревогой.
— Что это за дерево?
— Инжир. В детстве я сидела здесь и ела его прямо с ветки, когда дерево щедро давало плоды. Инжир был таким мягким, сладким, чудесным…
Логан ел инжир лишь в пирогах да варенье, но свежий плод никогда не пробовал. Теперь его живо заинтересовал вкус.
— Я схожу в деревню и расспрошу знатоков. Заодно куплю всё, что нужно для ухода. Если дерево даст плоды, пришлю немного и в виллу.
— Буду вам очень благодарен. Ах да… если вы всё равно идёте в деревню, можно мне с вами? У меня тоже есть там дела.
Логан и сам собирался в деревню, как только передаст Анете аромат.
Он часто размышлял: найдётся ли в такой крохотной деревушке хоть что-нибудь, способное развлечь благородную даму? Но в преддверии приезда герцогини и мисс Серафины Уиллингтон ему и вовсе необходимо было разведать все места, куда можно будет отправлять гостей, чтобы они проводили как можно меньше времени в доме.
Эстебан был крайне недоволен их визитом и даже не пытался этого скрыть. Логан опасался, что после прибытия ситуация не улучшится. А потому следовало позаботиться, чтобы гостьи проводили дни в разъездах.
Сперва он намеревался вернуться на виллу и поехать в деревню на карете, но, раз уж составлял Анете компанию, решил идти пешком. Дорога по горному склону в парадных туфлях была не слишком удобна, но сносить мелкие неудобства становилось легче, когда рядом шла Анета — разговор с ней всегда был лёгок и приятен.
Стоило им войти в деревню, как каждый встречный приветствовал мисс Белл.
— Доброе утро, мисс. Погодка нынче что надо.
— Мисс Анета, платье на вас сегодня чудесное.
— Мисс Белл, рыба свежайшая, только что из воды.
— Мисс Анета… мисс… мисс.
На каждый оклик Анета отвечала своей ясной, тёплой улыбкой, спрашивала о делах, отпускала шутки — и от этой непринуждённости они оба то и дело сбавляли шаг. Но Логан и не думал торопить спутницу.
«Если бы только эта леди не была прежде замужем…»
Мысль вспыхнула неожиданно, почти возмутила его, но, появившись, не пожелала исчезнуть.
«Как прекрасно было бы, случись ей связать судьбу с милордом…»
В сущности — так и было.
Логан не хотел этого признавать. Даже ненавидел саму мысль. Но, прослужив Эстебану столько лет, он не мог не знать, что творится в сердце молодого господина. Оно без остатка принадлежало Анете.
Пускай сам Эстебан ещё не осознавал этого, но любой, кто знал его достаточно близко, видел ясно: место в сердце Эстебана занято.
То, что Анета происходила из скромного рода виконтов Белл, пусть и небогатого, но вполне почтенного, не было бедой. Сложность, да, но решаемая.
А вот её прошлое… статус разведённой… было препятствием, которое нельзя обойти.
«Если бы только молодой герцог не был именно герцогом… тогда всё было бы проще…»
Пока Логан тонул в тревожных мыслях, Анета остановилась у лавки сельхозинвентаря, долго обсуждала с хозяином, мессиром Эмметом, недуг инжира и купила всё, что требовалось для лечения.
Пока они выходили, Логан невольно вздохнул, перехватывая из её рук тяжёлый мешок, который Анета несла так, будто и не замечала веса.
Она повернулась к нему:
— Вы чем-то обеспокоены, господин Логан?
— Я?.. Ах, ну… это…
«Милорд видит только вас. Но вы — разведённая женщина».
Сказать такое вслух он, разумеется, не мог. Поэтому, поколебавшись, выбрал другую правду.
— Завтра прибывает герцогиня. Я беспокоюсь о приготовлениях.
— Герцогиня? Разве это не матушка мессира Эстебана? Что же может тревожить вас в визите матери молодого герцога?
Логан на мгновение замешкался, затем произнёс:
— Её будет сопровождать невеста милорда. Мисс Серафина, дочь маркиза Уиллингтона.
Одновременно он внимательно следил за выражением Анеты. Чувства Эстебана он знал слишком хорошо, но вот чувства Анеты к Эстебану оставались для дворецкого загадкой.
Стоило бы её глазам дрогнуть или лицу померкнуть — и это означало бы, что она отвечает молодому герцогу взаимностью. Но, вопреки его тревоге, Анета не проявила ни малейшего смятения. Лишь слегка склонила голову.
— Разве это не замечательно, что приезжает его невеста? Мессир Эстебан ведь так тщательно выстроил эту виллу. Будет здорово, если мисс тоже порадуется красотам здешних мест. Ах, только… дом у озера, наверное, портит вид из её окон, перекрывая достойный пейзаж?
Глядя на то, как мисс Белл насупилась — да ещё в шутливой манере, — Логан испытал почти удар.
«Да не может быть! Эта леди не питает ни тени интереса к моему господину!»
Раз уж молодого герцога постигла безнадёжная любовь, Логану самому становилось горько.
«Ну что же в нём такого плохого?!»
— Если милорд женится на мисс Уиллингтон, — продолжил Логан, — то покинет виллу. Они будут жить в столице.
— Вот как. Тогда здесь станет немного пустовато. Ну, да ничего. Это ведь всего лишь вилла: наверняка пара будет приезжать время от времени. В следующий раз, возможно, уже с малышами. Детям озеро Элгрин придётся как нельзя кстати.
И Анета, не ограничившись сказанным, ещё и улыбнулась, представив ребёнка, который родится у Эстебана и Серафины.
«Милорд… боюсь, вам остаётся только признать простую истину: эта любовь безнадёжна».
В какой-то момент Логан уже откровенно жалел Эстебана.
— Ах, если вы тревожитесь о том, что герцогиня и мисс Уиллингтон заскучают здесь, я могла бы посоветовать несколько мест. Или… они могут навестить и мой дом.
Увидев, с какой искренней живостью Анета рассуждает о том, как приятно будет пригласить в гости Серафину — возможно, будущую супругу Эстебана, — Логан окончательно утратил надежду на успех чувств своего господина.
И хотя это и к лучшему, Логан слишком любил Эстебана, чтобы не горевать о том, что первая любовь молодого герцога закончится столь печально. Он вновь тяжело вздохнул, позволяя себе бессмысленную мысль:
«Если бы только эта леди не была прежде замужем…»
***
Эрик появился на вилле с бутылью отменного вина.
— Похоже, слух о том, что я твой друг, дошёл до всей знати Наса. Видимо, преподносить тебе подарки прямо в руки сочли слишком смелым, вот и являются ко мне в контору под видом мелких вопросов — а уходят, оставив дары.
Это вино было одним из таких даров: напиток с юга королевства Баландье, привезённый из Порт-Руаля, прославленного на всю страну своими погребами. Стоило лишь откупорить бутылку, как воздух наполнился густым фруктовым ароматом.
Эрик разлил вино по бокалам и сказал:
— Как бы то ни было, герцог сделал смелый шаг. Решил отправить сюда Серафину.
Герцогиня и Серафина ехали в Нас поездом, а Эрик, хорошо знакомый и с герцогиней, и с самой Серафиной, вызвался сопровождать их до деревни Элгрин.
— Жить здесь ей будет трудно. Она боится насекомых.
Летом их становилось особенно много. Само по себе стрекотание под окнами приятно, но порой служанки визжали так, будто натолкнулись на страшное чудовище, — стоило им обнаружить в доме мерзкую многоножку или огромного паука.
Недавно садовник Шарль, собираясь с господином на прогулку, даже предупредил Эстебана с серьёзнейшим видом:
— Милорд, берегитесь змей. Их точно нужно остерегаться.