Суббота, 22 декабря 1990 года.
Хогвартс встретил меня тишиной, но не совсем привычной тишиной, что бывает поздней ночью, когда все спят, или ранним утром — нет, это было совсем другое. Просто безмолвие почти пустого замка, из которого уехала большая часть учащихся на зимние каникулы.
Почти все ученики разъехались буквально утром. А те, кто остались, либо хотели провести зимние каникулы в кругу друзей, либо им просто не хотелось возвращаться, может не было места, куда можно было вернуться. Я же был в Хогвартсе, так как у меня были экзамены.
Забавно. Я провёл в Хогвартсе два с половиной года, и, вернувшись в замок на пару часов, так и хотелось пойти в гостиную Слизерина. Ноги так и норовили унести куда-то — к Выручай-комнате, к Дуэльному клубу, к тем местам, где я провёл столько времени за последние годы… было хорошо.
Привык. Чёрт возьми, я привык к этому распорядку дня.
Вот только я знал, что это была лишь ностальгия. А ностальгия — опасное чувство. Особенно для того, кто строит планы на десятилетия вперёд. Я тряхнул головой и сосредоточился. Пора было заниматься делом.
Я уже больше трёх часов торчал в пустых классах, доказывая преподавателям, что достоин четвёртого курса. Пришлось за последние пару дней перечитать все учебники третьего курса — точнее, самое важное из них, потому что программу я всегда старался опережать. Конспекты, заметки, собственные исследования — всё пошло в ход ради высокой оценки.
Предмет за предметом я сдавал на «Превосходно». Проблемы возникли в момент сдачи трансфигурации.
Макгонагалл сидела за своим столом с таким видом, будто я явился отнимать у неё последние крохи достоинства. Теоретическая часть прошла без сучка без задоринки — я отвечал чётко, ещё и с примерами и цитатами из учебников, которые она явно даже не ожидала услышать.
Практическая была ещё легче, но потом она начала от себя задавать вопросы и давать практические задачи с общей формулировкой, которые больше проверяли то, правильно ли я понял запросы Макгонагалл.
— Хорошо, мистер Малфой, — сказала она наконец. — Но я не уверена, что это тянет на «Превосходно».
Я посмотрел ей прямо в глаза.
— Профессор, если кто-то до меня сдавал экзамены третьего курса лучше, чем я сейчас, вы можете смело ставить мне «Тролль». Я приму такой вердикт.
Она поджала губы. Но она умела держать себя в руках.
— В самом деле, не стоит делать исключений. «Превосходно», мистер Малфой, — отчеканила она. — Но запомните: я ставлю эту оценку вопреки своему желанию, а не благодаря ему.
— Спасибо, профессор, — ответил я с лёгким поклоном. — Я это запомню.
Зельеварение оказалось не легче, но тут скорее сложность была в практике, а не в отношении преподавателя к моей персоне.
Тест я написал идеально — Снейп, проверявший мою работу прямо при мне, не нашёл ни одной ошибки. А вот с варкой пришлось повозиться. Надо было сварить три разных зелья с третьего курса, без рецепта.
Первое зелье вышло комковатым. Второе — слишком жидким. Третье, получилось сносно. Я выдохнул и посмотрел на профессора.
Снейп изучал содержимое котла с таким видом, будто вопрос стоял: оставить меня в живых или казнить на месте.
— Мистер Малфой, — произнёс он наконец, — ваши зелья получились не такими насыщенными, как могли бы быть. Учитывая, что вы готовили в идеальных условиях, без спешки и давления… результат мог бы быть лучше.
Я молчал. Возражать было бесполезно.
— Однако, — продолжил Снейп, и в его голосе проскользнула та особенная ирония, которую я научился распознавать, — учитывая весь контекст ситуации, вашу раннюю сдачу материала и… скажем так, специфические обстоятельства, при которых вы покидаете школу… я, скрипя сердцем, ставлю вам «Превосходно».
Он посмотрел на меня поверх котла.
— Но оценка эта, мягко говоря, с натяжкой. Запомните это.
— Я запомню, профессор, — ответил я. — И благодарю вас. К слову, отец хотел бы с вами поговорить, когда будет меня забирать. Думаю, он хотел бы пригласить вас на ужин сегодня вечером.
Снейп кивнул и повернулся спиной ко мне, тем самым давая понять, что разговор окончен. После него последовали древние руны… экзамены по факультативам я тоже сдавал. Так по очереди и проходили все предметы, иногда заставляя меня стараться и много думать, а иногда легко сдавать даже не напрягаясь.
Последним же экзаменом был самый важный лично для меня предмет — заклинания. Профессор Флитвик, несмотря на отсутствие большей части учеников, сегодня проводил собрание Дуэльного Клуба, так что его экзамен был поставлен последним.
Вообще весь этот процесс сдачи экзаменов был сделан так чтобы я никак не встретился с другими учениками, да и в целом меня везде сопровождали.
Так вот, маленький профессор восседал на своей неизменной стопке книг за рабочим столом, и его глаза блестели огоньком, который появлялся у него только при разговоре о любимом предмете.
Вопросы были явно не из учебника, но Флитвик и так знал, что я материал знаю, так почему бы не проверить меня по полной.
Эти вопросы сыпались один за другим — Флитвик гнал по программе третьего курса с такой скоростью, что любой другой ученик давно бы запутался. Вопросы были как о заклинаниях, так и о различных принципах чароплётства, разборе модификаций, принципах срабатывания заклинаний и не только.
— Блестяще! — Воскликнул профессор, когда я закончил отвечать на очередной каверзный вопрос о тонкостях применения Акцио в реальных условиях. — Абсолютно блестяще! Устную часть вы сдали легко, впрочем, иного от вас я и не ожидал. Переходим к практике.
Для практики, мы переместились в центр кабинета, где было достаточно места для колдовства. Флитвик взмахнул палочкой, и деревянный манекен выскочил из ниши.
— Все заклинания третьего курса, мистер Малфой. По порядку, и пожалуйста — без словесной формулы, если можно. Я хочу увидеть ваш уровень невербальной магии.
Я кивнул и начал.
Заклинаний за год мы, как и раньше, проходили не слишком много, но много и не надо было — а то даже больше десятка заклинаний в год у многих вызывает путаницу в дальнейшем. Хотя, казалось бы…
Первым заклятием я продемонстрировал Акцио — манящие чары, а потом Депульсо, как заклятие противоположное Акцио… ну не совсем, но так говорят. Потом я показал заклятие Флагрейт — помечающие чары. Мобилиус — чары перемещения. Ещё там веселящие чары, заклятие, которое клонило в сон. Речь о Дормео. И, наоборот, Аннимозус, который помогал пробудиться, или пробуждать.
Я даже стирание надписей через заклятие Облитеро продемонстрировал, не говоря уже об Апарекиуме — заклятии проявления. Ну и так… по мелочи — Ферво — чары кипения. Эморбилас — замораживающие чары, но работающие не так, как изученные на других курсах. Ну и напоследок Диффиндо и Риддикулус.
Диффиндо — прорезало лист пергамента идеально ровно.
— Великолепно, — выдохнул Флитвик. — Просто великолепно. Мистер Малфой, я видел много талантливых учеников, но чтобы третьекурсник так свободно владел невербальной магией…
Я остановился, чувствуя лёгкую испарину на лбу. Два десятка заклинаний без слов, одно за другим — особенно после скольких часов экзаменов… это требовало концентрации.
— Благодарю, профессор, — ответил я с лёгким поклоном.
— Остался последний пункт, — Флитвик понизил голос и заговорщицки подмигнул. — Бомбарда. Хочу посмотреть, как вы управляете взрывными заклинаниями, которые предназначены для изучения на более старших курсах, но вы…
Я нахмурился.
— Профессор, это небезопасно. В кабинете…
— Всё хорошо, мистер Малфой, — перебил моё перебивание сам Флитвик с лёгкой улыбкой. — Я же не просто так профессор заклинаний, верно? Покажите, на что способны.
Я кивнул, поднял палочку и чётко произнёс:
— Бомбарда!
В тот же миг, когда заклятие должно было взорвать манекен к чертям, Флитвик завершил круговое движение палочкой. Воздух вокруг взрывного заклинания будто сгустился, обернув его прозрачным коконом — и взрыв хлопнул внутри этой сферы, даже не коснувшись мишени. Манекен остался стоять невредимым.
Я замер, глядя на то, как заклинание просто исчезло, не оставив следа.
— Впечатляет, — выдохнул я искренне.
— О, пустяки, — отмахнулся Флитвик, но в его голосе слышалась гордость. — Простая техника гашения, ничего сложного. Но для неё нужна реакция и техника, которую нарабатывают годами. У вас, кстати, с реакцией всё в порядке. Я заметил это ещё на вашей дуэли.
Он сделал паузу, и его лицо стало серьёзнее.
— Мистер Малфой, экзамен вы, понятное дело, сдали блестяще. «Превосходно» — это даже не обсуждается. Но сейчас я хотел бы поговорить с вами не как экзаменатор, а как… скажем так, старший коллега. Вы позволите?
Я кивнул, заинтригованный.
— Я наблюдал за вами с вашего поступления, — начал Флитвик, складывая руки на груди. — На дуэлях, на тренировках, даже просто на занятиях. У вас невероятный талант. Вот только талант — это лишь необходимое условие, но не достаточное. Путь профессионального заклинателя крайне тернист, а дуэлянта ещё и опасен. А я заметил, что вы стремитесь к обоим этим путям, как в целом и я в своё время.
Он вздохнул, и в его глазах мелькнула тень далёких воспоминаний.
— Я видел, немало волшебников, которые умирали даже на официальных турнирах. Самые разные люди — молодые и старые, опытные и не очень. Среди профессионалов гораздо меньше ограничений, а уровень мастерства кратно выше. Одно неверное движение, одна ошибка в расчётах — и всё.
Флитвик посмотрел мне прямо в глаза.
— Я не отговариваю вас, заметьте. Я просто хочу, чтобы вы понимали: это не игра. Это смертельно серьёзно. Если вы готовы к этому пути — продолжайте. Но если у вас есть хоть тень сомнения, подумайте дважды.
Я молчал, давая ему высказаться.
— Если вы всё же решите двигаться в этом направлении, — продолжил Флитвик, — до окончания школы обязательно поучаствуйте в юниорских турнирах. Там вы познакомитесь с будущими звёздами дуэльного мира, обрастёте связями и поймёте, ваше это или нет. Юниорская лига — отличное место для набора опыта.
— Я запомню, профессор, — ответил я.
— И ещё, — Флитвик поднял палец. — Продолжайте тренироваться физически. Многие волшебники пренебрегают этим, считая, что магия решает всё. Но в дуэли, особенно в затяжной, физическая форма очень важна. Она не заменит мастерства, но может дать преимущество, которое решит исход поединка.
Я кивнул.
— Профессор, это ценные советы. Но я бы хотел задать вопрос сверх этих знаний, что вы мне передали. — сказал я. — По поводу создания собственных заклинаний. Что вы могли бы порекомендовать к прочтению?
Флитвик оживился.
— О! Прекрасный вопрос! — Он подпрыгнул на своих книгах и начал загибать пальцы. — Во-первых, «Основы конструирования заклинаний» Ливана Крогера. Это хорошая база для начала. Во-вторых, «Теория магических потоков и их модификация» от Мирабель Вентурай — очень сложная для новичков, но крайне полезная книга. И в-третьих…
Он хитро прищурился.
— «Практическое руководство по созданию заклинаний для продвинутых» Вольфганга Штайнера. Моего давнего товарища из Австрии. Он немного эксцентричен и книги его такие же, но как специалист — гений. Книга не для новичков, но вы, я думаю, справитесь через год или два.
— Благодарю, профессор, — искренне сказал я. — Я обязательно их найду.
— Только будьте осторожны, — предупредил Флитвик. — Создание заклинаний — это как игра с огнём. В прямом смысле иногда. Не торопитесь и проверяйте всё на безопасных мишенях, на каждом этапе, ну и консультируйтесь со специалистами.
Он помолчал, а потом добавил совсем другим тоном — тихим, почти задушевным:
— Помните дуэли — прекрасная вещь, — Флитвик посмотрел мне прямо в глаза. — Но они, как и некоторые заклинания, не прощают игр. Я заметил, что на дуэлях вы постоянно сдерживаетесь. Это видно, ведь у вас есть свой стиль, он уже прослеживается, но каждый раз вы будто ставите себе ограничитель.
Он сделал паузу.
— Я не знаю, с чем это связано, но то, что вы можете себя контролировать, говорит мне, что я не ошибся в вас. А этот инцидент был не по вашей вине.
Я молчал, не зная, что ответить.
— Ладно, — Флитвик вдруг хлопнул в ладоши, и серьёзное выражение исчезло с его лица, сменившись привычной улыбкой. — Заболтал я вас совсем. Идите уже, мистер Малфой. Экзамен сдан, оценка поставлена, советы розданы. Остальное — в ваших руках.
В конце он лишь протянул мне ладонь. Я пожал его руку — маленькую, но твёрдую, с неожиданно сильной хваткой.
— Спасибо, профессор, — сказал я. — За всё.
— Удачи вам, мистер Малфой, — ответил Флитвик. — Где бы вы ни оказались и чем бы ни занялись — удачи.
***
Я сидел на холодной каменной скамье напротив двери, за которой решалась моя судьба.
Коридор был пуст и тих — только редкие портреты на стенах. Где-то далеко мерно тикали часы, отсчитывая минуты этого бесконечного ожидания.
Пятнадцать минут. Всего пятнадцать минут, а казалось — вечность.
Я прокручивал в голове слова Флитвика. Не экзаменационные вопросы — о них я уже успел забыть, — а то, что он говорил после. Он дал мне хорошие советы и пищу для размышления.
Я усмехнулся про себя. Профессор Флитвик даже не представлял, какой совет он мне дал. Он думал, что просто даёт советы перспективному ученику, который, возможно, свяжет жизнь с профессиональными дуэлями. А на самом деле он указал мне ещё и дорогу к тем людям, которые мне нужны.
Юниорские соревнования Европы по дуэлям — это не просто соревнования. Там собираются самые талантливые молодые волшебники со всей Европы. Те, кто потом станут чемпионами, авторами новых заклинаний, преподавателями, исследователями. Те, кто априори выше других волшебников, а зачастую и сильнее.
Именно там я найду костяк для своего ЧВМК. Людей с большим потенциалом, которых потом можно будет развить, направить и использовать. А на этот костяк уже наберутся среднячки — те, кого подтянут умельцы, создавая живую, структуру.
Под это дело, даже не помня, я уже многих подначивал к идее пойти ко мне на службу после школы. В основном речь о Меруле, но в целом много кто есть на примете, кого я хотел взять в свою самую глобальную идею в жизни.
Дверь скрипнула, вырывая меня из размышлений.
— Мистер Малфой, — сухо произнёс профессор Снейп, выглядывая в коридор. — Вас ждут.
Я поднялся, поправил мантию и шагнул внутрь.
В кабинете собрались все, кто принимал у меня экзамены. Дамблдор во главе стола, как всегда, с лёгкой, нарочито доброй улыбкой на лице встречал меня.
— Мистер Малфой, — начал Дамблдор, и его голос, как всегда, звучал мягко и обволакивающе. — Мы рассмотрели результаты ваших экзаменов, обсудили с преподавателями ваши успехи и…
Он сделал паузу, и я заметил, как хитро блеснули его глаза за полумесяцами очков.
— …и пришли к единогласному решению.
Я затаил дыхание. Хотя, честно говоря, исход был предрешён. Но ритуал есть ритуал.
— Третий курс Хогвартса засчитан вам как пройденный, — торжественно объявил Дамблдор. — Поздравляю, мистер Малфой. Вы официально переведены на четвёртый курс.
Флитвик захлопал в ладоши. Макгонагалл сдержанно кивнула. Снейп даже не шелохнулся, но я видел, как в уголках его губ дрогнуло нечто, отдалённо напоминающее одобрение.
— Благодарю вас, профессор Дамблдор, — ответил я с лёгким поклоном. — Благодарю всех преподавателей.
— Формальности будут улажены в ближайшие дни, — продолжил Дамблдор. — Документы отправят в Шармбатон или Дурмстранг, где вы продолжите обучение целый год. Программа обмена, как мы и договаривались.
Я кивнул, скрывая усмешку.
Программа обмена. Конечно... пусть думают так.
— Мистер Малфой, — сказал Дамблдор. — Наслаждайтесь каникулами. Думаю, вы их заслужили.
После этих слов мне не оставалось ничего, кроме как после возвращения домой первым же делом пойти за подарками на Йоль, а ещё готовиться к приёму в Министерстве.