Старый корпус, конец коридора на третьем этаже.
Двери музыкального класса были плотно закрыты, а звуки пианино изнутри становились всё яростнее, будто кто-то в безумии колотил по клавишам.
Сакура Ая замерла перед входом; её ноги налились свинцом.
Холод, просачивающийся сквозь дверную щель, сдавливал горло. Скрытые под шапкой ушки лихорадочно дергались, предчувствуя опасность, а бубенчик выдавал испуганную дробь: динь-динь-динь.
«Только не открывай… умоляю, не открывай…»
Но палец Хань Цюсюэ уже нажал кнопку взаимодействия.
Скри-и-ип…
Тяжёлая створка медленно отворилась.
В классе было темно, лишь кровавые лучи заката пробивались сквозь окна.
Огромный чёрный рояль стоял прямо напротив входа. Крышка была поднята, а клавиши бешено прыгали сами по себе, рождая какофонию звуков.
Над инструментом извивалась бесформенная тень – клубок из нотных листов, струн и гнилого мяса. Тонкие щупальца тянулись к клавишам, и каждое их движение высекало очередную безумную ноту.
[Затмение: Рояль (Ур. 5)]
— Гр-р-а-а-а!!
Заметив незваную гостью, монстр взвыл. Крышка рояля захлопнулась и тут же распахнулась вновь, напоминая пасть, утыканную клыками.
Ая едва не лишилась чувств от страха, но её тело уже начало действовать.
Хань Цюсюэ не спешил бросаться в ближний бой.
— Слишком тесно, повсюду парты и стулья, не развернуться, — рассудил он, оценивая обстановку.
Класс был забит хламом. Помимо рояля здесь были десятки складных стульев, железные пюпитры и красный огнетушитель в углу.
— Раз нет места для маневра – зачистим площадку.
Хань Цюсюэ заставил Аю схватить ближайший стул.
— Получай!
Ая взмахнула рукой, и стул с присвистом полетел вперёд, точно врезавшись в «морду» монстра – прямо по крышке рояля.
Бах!
Стул разлетелся в щепки.
Тварь опешила, музыка оборвалась.
Пользуясь станом врага, Хань Цюсюэ ворвался в класс.
Но вместо того чтобы атаковать монстра, он принялся… крушить всё остальное.
Он хватал пюпитры, стулья, даже метроном с учительского стола и с неистовством швырял их в противника.
— Получай! И это! И вот это!
Сакура Ая, обливаясь слезами, превратилась в машину разрушения.
«Это же школьное имущество… этот пюпитр совсем новый был…»
Она выла в душе, но её руки двигались всё быстрее и быстрее.
Монстр совершенно опешил от такого «артиллерийского обстрела». Его звуковая атака была сорвана, и ему оставалось лишь отбиваться щупальцами-струнами от летящего мусора.
— Гр-р-а!
Тварь впала в ярость. Она со всей силы ударила по клавишам, выпуская видимую глазом звуковую волну.
Летящие в воздухе стулья мгновенно разнесло в пыль.
— Звуковая волна? Массовая атака? — Хань Цюсюэ прищурился. Уклониться сложно, если только…
Его взгляд зацепился за красный баллон в углу.
— Есть идея.
Ая кувырком ушла от летящих струн и оказалась у стены.
Она схватила тяжёлый порошковый огнетушитель.
— Эта штука – лучший аргумент против таких «музыкантов», — усмехнулся Хань Цюсюэ.
Монстр снова распахнул крышку, готовя вторую волну.
В этот момент Ая, прижимая к себе огнетушитель, бросилась в атаку.
Она не стала его бросать. Она запрыгнула прямо на верхнюю крышку рояля и направила раструб в разверстую «пасть» твари.
Выдернула чеку, нажала на рычаг.
Пш-ш-ш-ш!!
Белый порошок густым облаком заполнил нутро инструмента.
Звуковая волна захлебнулась в этой сухой метели.
— Кха-кха… кха-кха! — (если бы монстр умел кашлять, он бы сделал именно так).
Яростная музыка сменилась глухими хлопками. Щупальца монстра забились в конвульсиях – порошок явно пришёлся ему не по вкусу.
— Пока тёпленький!
Хань Цюсюэ отшвырнул пустой баллон и выхватил посох.
Теперь это была не просто палка. После временного усиления на вершине посоха заискрилось наложенное на десять минут заклинание ветра.
— Цепная пила, запуск!
Вж-ж-ж-ж-ж!!
Навершие посоха завибрировало на высокой частоте, издавая звук, похожий на работу бензопилы.
Сакура Ая перехватила рукоять обеими руками и высоко занесла её над головой.
— Начнём физическую настройку инструмента.
Хрясь!
Посох с грохотом опустился на клавиши.
Они разлетелись веером, во все стороны брызнула щепа.
Бах! Бах! Бах!
Ая, словно обезумев, крошила дорогущий рояль с нечеловеческой жестокостью.
Каждый удар сопровождался воплем монстра и градом обломков.
Струны лопались, молоточки разлетались в пыль, ножки подламывались.
Это не походило на изгнание духа – это был снос незаконной постройки силами разъярённой бригады.
Ая зажмурилась, не в силах смотреть на это побоище. Она лишь чувствовала бешеную вибрацию посоха и слышала бесконечный треск.
«Простите… простите… господин Бетховен меня прикончит…»
Наконец, после последнего сокрушительного удара, рояль раскололся пополам.
Чёрная тень внутри него рассыпалась, превратившись в лужу тёмной жижи, растёкшейся среди порошка и обломков.
[Бой завершён]
[Получено опыта: 1500]
[Уровень повышен! Ур. 3 ↑↑]
Хань Цюсюэ с облегчением выдохнул и отложил геймпад.
— Фух, отличная разрядка. Только эффекты пыли слишком уж реалистичные, аж самому закашляться захотелось.
Музыкальный класс превратился в руины.
Всё было покрыто слоем белого порошка, завалено обломками дерева и кусками искореженного металла.
Ая стояла посреди этого хаоса, вся белая с головы до ног, будто снеговик, только что вылезший из мешка с мукой. В руках она всё ещё сжимала гудящий посох, а взгляд её был абсолютно пустым.
«Всё…»
«Конец…»
«Теперь, даже если я продам себя в рабство, мне не расплатиться за это…»
В этот миг за окном погас последний луч солнца, и старый корпус погрузился во тьму.
Ая вздрогнула.
Монстр был мёртв, но атмосфера вокруг стала ещё более зловещей.
«Господин… можно нам уже домой?», – взмолилась она в мыслях.
Хань Цюсюэ словно услышал её.
Он глянул на часы – пора было ужинать.
— Ладно, закругляемся. Эти ноты наверняка квестовые, заберу с собой.
Он заставил Аю подобрать трофеи и направиться к выходу с места преступления, которое она только что сотворила.
Позади остались лишь две половины рояля, безмолвно взывающие к небесам против жестокости «физического экзорциста».