Получив свободный день, Ёнсу решил сходить на средний двор клана Ло, который являлся центром его торговли, в нем располагалось большее количество лавок и торговых мест.
Придя туда, несколько лавочников уже стало подзывать его к себе и предлагать скидки.
Ёнсу был частым гостем здесь и большинство присутствующих уже знало его в лицо ещё с детских годов, когда дядя или сестра водили его по этим местам.
Потому он никогда не боялся ходить здесь одон и даже иногда сбегал сюда во время тренировок.
— Рад вас видеть, господин Шенг, мне три рисовых шарика и лунный пряник и одну сливу — сказал он одному из знающих его лавочников.
Поскольку Ёнсу был членом главной семьи, с карманными деньгами у него не было проблем, к тому же расходовал он их в меру, потому смог скопить немало бронзовых и серебряных цяней.
Поблагодарив лавочника, Ёнсу отошёл от лавки отправившись в сторону кузнеца.
Зайдя в неё, он увидел бородатого мужчину, который просто сидел в деревянном кресле ожидая посетителей.
— Давно не виделись, господин Пак Чон
Услышав знакомый голос, кузнец встал с кресла и поприветствовал покупателя.
— Действительно! Давно, ты не заходил в эту лавку. Как ты там поживаешь во внутреннем дворе? — заинтересовано спросил Пак Чон.
Услышав вопрос, Ёнсу рассказал кузнецу всё что случилось, рассказал и про расторжение помолвки сестры и про срок в 15 лет, в ответ услышав сожаление.
— Да... ситуация плачевная, а я уже думал это место сможет встать с колен и мне не придётся уезжать отсюда. Ещё и эти взрывы недавно...
— Что? Господин Чон, вы собираетесь уезжать? Но... почему?
— Это мечто давно в упадке, вести торговлю становится всё тяжелее, посетителей всё меньше, окупать вложения всё труднее, многие лавочники продают всё и уезжают, наверняка ты заметил, что многих торговцев, которых ты знал, давно уже здесь нет. Поскольку я кузнец, то мог продержаться подольше, я надеялся, что присоединения клана Ло к секте Моён улучшит положение, но похоже надежды были тщетны. Я не смогу продержаться долго, мне придётся продать эту лавку, а возможно и съехать в другую провинцию.
Услышав кузнеца, Ёнсу охватила грусть.
«Действительно, с каждым моим посещением среднего двора, тех кого я знал всё убавлялось и убавлялось, сейчас это место совсем не тот центр торговли, что был раньше, многие лавки пустуют, а людей на улице всё меньше.»
Прервав размышления посетителя, кузнец задал вопрос со смягчённой улыбкой.
— Зачем явился сюда? Не думаю что ради выслушивания жалоб старого кузнеца.
— Ах да... я пришёл сделать заказ, но перед этим примите мой приветственный подарок — Ёнсу протянул кузнецу лунный пряник, купленный ранее.
Взяв пряник из рук, лицо Пак Чона улыбалось ещё сильнее, было видно, ему нравилось это угощение.
— Откуда ты узнал, что я люблю эти пряники?
Он уже уплетал пряник за обе щеки.
— Когда я пришёл к вам в прошлый раз, вы не успели доесть пряник и убрали его под стол.
— Какой внимательный юнец! Так какой всё таки заказ?
— Мне нужны железные нарукавники для рукопашных боевых искусств.
Кузнеца удивил этот заказ.
— Я конечно не воин, но разве ты не используешь меч? Не думаю что резкая смена основного оружия пойдёт тебе на пользу.
Ёнсу стал протирать затылок, пытаясь придумать ответ.
— В любом случае, это очень недешёвая работа, делать нарукавники для всей руки, включая пальцы очень трудно, тебе это обойдется минимум в пятьдесят серебряных цяней.
— Не волнуйтесь, господин Чон, денег мне хватит, прошу, возьмите метки с моей руки.
Измерив руку молодого мастера, кузнец пообещал выполнить заказ через месяц и отпустил Ёнсу из лавки.
— До встречи Ёнсу, надеюсь все твои планы сбудутся.
— И вам того же, господин Чон.
Идя по пустующей улице, Ёнсу вспоминал каждое здание, где были его любимые лавки со сладостями, заведения с приветливыми хозяевами, просто склады с продуктами, гостиницы с балконом на втором этаже, трактиры постоянно полные пьяниц, готовых завязать драку в любой момент. Всё это было было родным для него, но теперь от этого почти ничего не осталось, что вызывало грустный поток мыслей.
Он никогда не представлял что его жизнь так повернётся, он думал что навсегда останется на уровне простого внутреннего ученика, потом отец заставит его заключить расчетный брак с дочкой, какого нибудь главы более низшего клана или богатого купца.
— Кто же знал, что всё так обернётся?
«Это... пугает.»
С такими тяжёлыми мыслями, Ёнсу дошёл обратно до внутреннего двора. Оглядевшись он увидел учеников, тренирующихся на площадке, кто-то делал упражнения, кто-то тренировался с оружием, а кто-то изучал какую-то технику.
Внутренние ученики, являлись сильнейшей боевой единицей клана, они имели право брать заказы на устранение духовных зверей и Призрачных духов, изучать любые техники библиотеки и даже могли брать травы и прочие ингредиенты для эликсиров и джинданей из хранилищ, хоть и с позволения старших учителей или мастеров.
Разумеется, чтобы стать внутренним учеником, нужны талант и выдающиеся навыки, также все внутренние ученики должны сменить свою фамилию на имя клана "Ло", потому все они имели одинаковую фамилию, но если ты проявишь особые умения даже среди внутренних учеников, то сможешь стать учеником одного из старейшин, что гарантирует высокое положение.
В среднем дворе также есть ученики, однако они не идут ни в какое сравнение с внутренними и в будущем могли надеятся разве что на место лидера отряда во время какого-нибудь конфликта. Они не имеют права ходить на миссии меньше чем в пять человек, а изучать техники можно лишь с позволения старших и то, лишь низшие и базовые для любого мастера.
Внешний двор представляет собой множество жилых кварталов и фермерские поля. Внешние ученики являлись, больше рабочими, чем учениками, на них была вся тяжёлая работа, большинство из них даже не станут учениками среднего двора, а лишь останутся рабочими, в лучшем случае станут лавочниками, торговцами или купцами.
Глядя на тренировку внутренних учеников, Ёнсу начал задумываться о том как ему изучить четвертый и пятый акт речного меча.
«Должно быть что-то, что поможет изучить технику быстрее. Изучать её своей ци трудно. Ощущения, будто пытаешься слепить из слишком мокрой глины шедевр искусства. Если мне не удаётся используя свою ци, то...
Хотя... у меня есть ещё половина ци столетнего женьшеня, если буду задействовать её при изучении, может она поможет изучить её быстрее.
Рискованно, но почему бы не попробовать.»
Ёнсу пошёл в комнату для медитации, ключ от которой отдал ему дядя, чтобы самостоятельно продолжать заниматься медитацией.
Сняв с себя верхнюю одежду и встав в стойку, он достал меч и начал вливать в него ци методом третьего акта речного меча, но в этот раз он не просто начал изучать четвёртый акт, он параллельно своей ци, использовал женьшень, что было очень рискованно, ведь если результат будет плачевным, то ци женьшеня потратиться в пустую.
Тем не менее, он продолжал.
Вскоре на телу начал стекать пот, а лицо покраснело от температуры.
— Ж-жарко! Этот женьшень!.. Они... Все такие горячие?
Ци женьшеня сильно нагревала тело, но она отличалась от собственной ци Ёнсу.
Если раньше изучение, можно было сравнить с лепкой чашки из грязи, то теперь это больше похоже на настоящую леску на гончарном круге из качественной глины.
Эффективность была кратно выше.
Спустя пару десятков попыток, Ёнсу смог изучить четвёртый акт речного меча.
— Наконец-то... получилось! — пытался говорить Ёнсу несмотря на отдышку.
Без энергии женьшеня, ему бы понадобилась минимум тысяча попыток, каждая из которых будет причинять руке боль при неудаче, но в этот раз потребовался лишь десяток, что было невероятным результатом.
Остался последний, пятый акт.