Вскоре прошла неделя.
Ло Ёнсу сражался на одной из небольших арен с внутренним учеником Ло Ченгом, пока за ним пристально следили четыре мастера клана, разбирая каждое его движение.
Ёнсу был пятнадцати летним жёлтоглазым юнцом без каких либо выдающихся навыков или талантов, разве что кроме острого ума, за который его часто хвалили, его тело было абсолютно среднего для мастера телосложения, как у его отца.
Такие волосы были традицией мастеров и многих знатных особ, ведь за длинными волосами трудно и дорого ухаживать, потому их длина говорила о статусе и бережливости хозяина, хотя это был вовсе не обязательный атрибут. Ими вполне спокойно жертвовали ради удобства или нежелания тратить время.
Но и во внешности Ёнсу было нечто выделяющееся. Это его бледная кожа и длинные волосы глубокого чёрного цвета, которыми его род был неплохо известен. С рождения его кожа была бледного цвета, контрастируя с чёрными волосами, словно символ Инь и Ян.
После дня смерти трёх старейшин, тот день прозвали "Днём взрыва", и дело было не только во взрыва трёх поместий.
В тот день, весь клан буквально взорвался.
Паника охватила всех. И без того немногочисленные жители жилых районов, торговцы, ремесленники и даже ученики стали покидать некогда тёплое место, что только сильнее ударило по экономике клана.
Глава Ло пытался это подавить, списав всё на нападение вражеской страны и скрыть виновника, но у него не удалось. Трудно скрыть летающую золотую фигуру, которая то и дело попадалась на глаза всем на протяжении тридцати лет.
Хотя он скрыл факт возможного геноцида, но виновника узнали сразу.
Остаётся только одно. Учить своего сына пока есть время.
С того самого дня, отец приставил к Ёнсу четырёх мастеров клана Ло, которые десятилетиями обучали воинов, но вся их методика обучения подходила для обучения множества лиц одновременно, и плохо работала для личного обучения. Все что они делали на протяжении недели, так это проводили стандартные усиленные ежедневные тренировки и заставляли спарринговаться до потери сознания, паралельно тыкая носом в его ошибки, будто это заставит его расти над собой.
Ученик с которым он чаще всего спаринговался, Ло Ченг – юная восходящая звезда клана, всего к 20 годам достигший сферы Закалки Тела, что не сравнится с Сонха, но также было крайне выдающиеся.
— Кажется я снова победил, младший брат.
Сказал он, протягивая руку побеждённому сопернику.
Но тот этого не заметил и остался лежать.
После очередного поражения, Ёнсу упал от нехватки сил, он чувствовал будто сейчас умрет от жажды и голода, прочувствовав на себе силу ученика такого уровня он понял, почему их называют будущим мечом клана.
Но было и нечто другое.
Ужас.
Ужас от созерцания той катастрофы, убившей сразу трёх старейшин, дым охвативший небо и пыль, охватившую землю.
— Поскорее бы уже пришёл дядя, будет хоть один хороший момент за эту неделю. Как меня уже достали эти старикашки... — сказал про себя Ёнсу не заметив, какими громкими были его слова.
— Как ты нас назвал наглец? Неужели после тренировки у тебя ещё остались силы нести подобную чушь? Видимо она была недостаточно интенсивной. — разозлившись на слова ученика ответил главный из мастеров, собираясь проучить его.
После слов мастера, Ло Ёнсу мгновенно встал с пола и исполнил идеальный поклон.
— П-прошу прощения, этот ученик вёл себя неподобающе и просит прощения — в ужасе сказал Ёнсу, боясь продолжения "тренировки".
Как вдруг из далека послышался твердый мужской голос, так хорошо знакомый Ёнсу.
— Вы этому учили его всю неделю? Целовать ваши сапоги? Если так, то я не удивлён, почему наш клан пребывает в таком положении.
Услышав знакомый голос, все четыре мастера повернулись к источнику звука.
Пришедший мужчина был крайне высокого роста и величественно крупного телосложения, с уверенным шагом. На лице была козлиная черная борода и тонкие свисающие с лица усы, а чёрные волосы были собраны в пучок на затылке, обнажая лоб.
Но сильнее всего выделялась одежда мужчины, он был одет в хорошо сделанную пятнисто белую меховую одежду, явно не предназначенную для здешнего климата.
Взглянув на мужчину, Ёнсу сразу понял.
— Дядя Гуо! Ты пришел!
Ёнсу мгновенно бросилс, к нему в объятия.
— Тебя не было 2 месяца, это дольше чем ты мне обещал и что это за одежда на тебе?
Посмеявшись над тёплым приветствием, Гуо ответил.
— Работа по поимке зверя немного затянулась, но в итоге я его сразил, а спасённые жители деревни, в подарок сделали из его шкуры эту тёплую одежду, они и для тебя такую же сделали.
В следующую секунду Гуо достал из корзины ещё один комплект одежды, состоящий из меховой шапки, накидки и штанов, и всё было из меха побеждённого барса, затем он накинул его на руки Ёнсу.
— Не потеряй, тебе это пригодится.
Ёнсу обрадовавшись своему подарку уже хотел пойти в свою комнату, чтобы его примерить.
В то же время его учителя и Ченг, убиравший деревянную реплику дадао, подошли к Мастеру Гуо, дабы поприветствовать его, но не успев сказать и слова, получили ответ.
— Можете быть свободны, теперь я лично займусь обучением своего племянника.
Учителя уже знали о намерениях мастера ещё до его прибытия, от главы Ло, потому без лишних вопросов поклонились мастеру и отошли.
Сам же мастер Ло Гуо обратился к стоявшему рядом Ёнсу.
— Отец ведь уже сказал тебе, что происходит?
— Да, я знаю что от меня требуется, но я не понимаю как такому как я достичь таких высот за такой короткий промежуток времени, к тому же моя соперница ведь не будет сидет сложа руки эти пятнадцать лет, а также будет становиться сильнее и совершенствоваться даже быстрее чем я?
Дядя, подумав над словами племянника, ответил.
— Я знаю, сейчас ты скорее всего не видишь и шанса на свой успех, ты боишься грядущих трудностей и рисков так сильно, что не можешь заставить себя рости, я тоже был в такой ситуации, но чем больше я старался пробить эту стену, тем больше понимал, "я смогу это сделать" и заставлял себя продолжать снова и снова, пока не пробил преграду и не понял, все мои страдания были не зря.
— Потом ты обернешся назад и поймёшь, вся эта ситуация была лишь очередной преградой, что ты когда то пробил, потому я спрошу тебя, ты готов вместе со мной, начать свой путь настоящего мастера боевых искусств и преодолеть эту преграду длинной во всю твою, уже прожитую жизнь?
Ло Ёнсу воодушевившись словами своего близкого дяди, заменившего ему никогда не замечающего его и вечно работающего отца, ответил с высоко поднятой головой.
— Да дядя Гуо, я пройду этот путь с тобой!
«Нет! Я не готов! Я не хочу принимать участие в ваших политических играх! Во что ты меня втянул, отец?»
— Кха-ха-ха, Приятно такое слышать. Уже вечер, лучше иди поспи перед завтрашней тренировкой.
Сдерживая грусть, Ёнсу пошел пошёл принимать ванну, а потом в свою комнату в павильоне внутреннего двора.
Закончив принимать ванну, он пошёл в комнату, зайдя в неё он, как обычно, увидел небольшой письменный стол перед окном с лежащим на нем принадлежностями и кистями. Рисование было его любимым делом, которым он занимался в свободное время, затем он взглянул на деревянную кровать в правом дальнем углу, книжный шкаф, который хранил в себе всего пару книг в левой части стены, корзину для одежды, в которую он сложил свой подарок, а в завершение коврик для медитации по центру комнаты, которым он почти не пользовался.
Подойдя к столику, он посмотрел на незаконченную картину, на которой была исписана лишь левая часть полотна, но и та была далека от завершения, в остальном были лишь начертания оставленные чёрной краской.
Ёнсу не смог закончить картину, ведь именно в тот день, отец приставил к нему мастеров, заставлявших тренироваться до изнеможения до поздней ночи.
Он свернул картину и убрал её в упаковку из толстого, обтёсанного бамбукового стебля и закрыл крышкой из такого же материала, затем он лег на кровать с тяжким грузом на душе.
Он понимал.
Скорее всего этой картине не суждено быть законченной.
Чем больше он размышлял, тем сильнее смыкались его веки и тем быстрее он засыпал.