Над ухом тридцатипятилетнего мужчины раздавалось громкое чавканье, на удивление, ничуть не мешающее ему спать.
– Деда-а-а! Деда!
Маленькие ручки стянули бежевое одеяло с молодого дедушки. Он с громким зевком почесал свою чёрную бородку и перевернулся на другой бок, не открывая глаз.
Дедушка услышал, как босые ножки убежали прочь и довольно ухмыльнулся, предвкушая мгновения возвращающегося сна... пока в него не прилетела двухсотлитровая бочка с водой, разбившаяся вдребезги.
– Господи, Си-Си, ну не в доме же!.. – хотел было возмутиться он, но, открыв глаза, обнаружил себя на заднем дворе, в обнимку с козлом, кой и жевал над ухом.
Солнце вдарило в глаза, и только сейчас дед осознал, как его припекло. Он погладил старенького бородатого копытного между рогов, наблюдая как тот жуёт его одеялко, и забрал порванную ткань, закинув в подмышку.
– Сколько мне ещё ждать?! Таверна открывается через полчаса, а я ещё даже не кушала! – хмурилась пятилетняя девочка, от чего две её жёлтые как пшено косички завертелись будто миксер.
– Полчаса?!
Промокший мужчина мгновенно вскочил, схватил внучку на плечо и вбежал в таверну. Усадив девочку за столик, он подскочил к плите, открыл стальные дверцы снизу и дважды коснулся красных магических камней, от чего те засветились.
Пока плита разогревалась, дедушка повернулся к ней спиной, вспоминая как оказался на заднем дворе:
«Так... Вчера был день рождения у Артэна, и мы неплохо посидели, да так, что я закрыл таверну уже на рассвете... Потом я, кажется, пошёл кормить Кеча, но видимо обратно я не дошёл..."
Раздался характерный щелчок нагретой плиты.
– Чего желает моя маленькая принцесса сегодня? – спросил он, открывая люк в погреб.
– Ну, деда Тордос! Я же просила не называть меня так, это смущает! – отвернулась девочка, надувая щеки, – я хочу котлеты с пюре.
«То-то сказки на ночь о принцессах – её любимые», – подумал он, уже собираясь спуститься, как вдруг входная дверь отворилась.
Внутрь зашла девушка, чей оттенок волос напоминал черно-багровую розу. Обычно таких как она называют главными красавицами деревни, но отсутствие мужа в двадцать пять при норме помолвки в четырнадцать отталкивало местных мужчин.
– Доброе утречко, сестричка Че-Че! – воскликнула Сирен, пожёвывая листик кислинки.
– Привет, Сирен. И вам здравствуйте, Тордос! – поздоровалась она, надевая фартук "Четыре козла" и заплетая волосы в косу.
– Утро доброе, Чебер. Ты завтракала? Могу и тебе что-нибудь сварганить, – предложил хозяин заведения, выглядывая из-за стойки.
– Правда?!.. – почти не вскрикнула она, но тут же приняла серьёзный вид, – кхм-кхм... Я была бы не против вашей яблочно-лимонной выжимки.
– Заказ принят.
Приготовив ребёнку долгожданный завтрак, Тордос взял яблоки и лимоны. Чебер подошла поближе, затаив дыхание, наблюдая багрово-карими глазами, как мускулистые руки, скрытые под слишком просторной рубахой, сжимают фрукты, выжимая сок в стакан. Она не могла оторвать глаз от его пальцев – длинных и крупных, в мелких шрамах. Каждый раз как Че-Че смотрела на них в груди что-то ёкало.
Вернули девушку в реальность холодные ладошки на её порозовевших щеках. Она и не заметила, как девочка, закончив трапезу, подставила сзади стул, взобралась на него и ухватила её за щёки.
– Ай-ай, больно, больно! – вскрикнула Чебер, и была совершенно права: девчонка была сильна не по годам, и ощущения были такие, будто тебя тискают руки закалённого в боях воина.
– Знаешь, в отличие от всей деревни, мой деда – тугодум и вряд ли поймёт, что ты в него втюрилась, если не скажешь ему сама, – прошептала девочка, хлопая голубыми глазками, как вдруг её, словно котёнка за шкирку, поднял Тордос.
«Всей деревни?..» – повторила про себя Чебер, поглаживая обиженные щёки.
– Что я тебе говорил о контакте с обычными людьми, Сирен? – пригрозил он.
– Да, да... Будто с маленькими котятками.
– Сходи-ка, переверни вывеску.
***
Таверна «Четыре козла» заметно отличалась от прочих заведений по свету – хотя бы тем, где находилась, кто её посещал и почему работала не круглосуточно, а с восьми до восьми.
Деревня Ракат затерялась в глуши, где редко что случалось, куда перебирались старики и старушки, желавшие мирно провести остаток лет. Однако со временем тихая жизнь стала привлекательной и для более молодых семей.
Внутри таверна пахла не хмелем и жареной пищей, а зачастую ягодами и фруктами вперемешку со свежим мучным. Запах не был стоячим благодаря вытяжке – явно не подстать сеттингу. Стены украшал узор витиеватых рогов, более похожих на распространяющиеся лианы с цветами на них. По площади стояли шесть деревянных столиков с пятью стульями к каждому.
Спустя пару часов в таверну нагрянули посетители среднего и пожилого возраста – на второй завтрак. Чебер с улыбкой сновала между столами, принимая заказы. Сирен занималась тем же, но куда более игриво, отчего то и дело забывала, что заказали гости, или съедала их заказ сама.
Пока молодой дедушка стоял у плиты, за барную стойку подсел Артэн – его старый приятель и вчерашний именинник, тёмный эльф.
– Неплохо вчера посидели... До сих пор уши закладывает от нашего ора-пения! – оживился он, поглаживая плюшевого козла на стойке. – Говорят, ночью была вспышка к северу от деревни, в лесу. Такая... ангельская. Не ты случайно? Просто сам не помню, как до дома добрался.
– Я не знаю, взяла ли водица своё, – признался дед, заглядывая в урну с пустым стеклянным бутыльком, – но если я вышел из таверны только под утро... вряд ли это был я.
Дверь в таверну вновь открылась, но посетители были весьма специфичными для здешних мест.
«Стандартная команда авантюристов: мечник-танк в сверкающих стальных доспехах, лучник в зелено-коричневом плаще с колчаном, целительница в забавной шапочке и... под серым балахоном, видимо, маг»
– Укажите место странникам! – воскликнул массивный мечник, правда, в полтора раза меньше Тордоса, нарушив повседневные тихие разговоры посетителей.
Чебер молча, без обычной приветливой улыбки, указала пальцем свободный столик. Трое, кроме мага, уселись, прислонив свои орудия к столу. Целительница звякала бубенчиками на зелёной шапке с жёлтым медицинским знаком.
– Ух, какая штучка! – не менее громко произнёс танк, пытаясь поцеловать руку работницы, но та резко её отдёрнула. – Ну, что ж... Принесите нам чего-нибудь куриного, да побольше!
Дедушка окинул их взглядом и заметил, что рядом с Артэном присела та, что была в сером в плаще.
– Скорость не стиль этой деревни, не так ли? – произнесла она довольно спокойно, указывая на напиток в меню, выгравированном на стене рядом с Тордосом, – мне, пожалуйста, «Слёзы святой девы», будьте так любезны. Он безалкогольный?
Хозяин смешал в высокий стакан газированную воду, прозрачный сок белого винограда, цветочный сироп бузины, завершая коктейль свежей мятой и кислинкой.
– В дневном меню нет алкогольных напитков, – уведомил Тордос, подавая коктейль.
– Эта маленькая девочка, что наворачивает круги по таверне... Кто она?
– Моя внучка.
– Надо же... А не слишком ли вы молоды, чтобы иметь внучку?
– Я плохо старюсь.
– Очевидно, – усмехнулась она, постукивая длинным ногтем по стакану, – а до этой деревни... вообще доходили слухи, что война между людьми и демонами завершилась?
– Конечно, мы не живём в вакууме, – съязвил Артэн, и женщина окинула его ледяным взглядом.
– Судя по тому, что здесь живёт тёмный эльф, один из обитавших на демонических землях, это место куда менее... консервативно, – допив стакан, на котором с треском появились трещины, женщина резко встала. – Это как раз и напрягает.
Она мгновенно схватила Тордоса за руку и швырнула его в его же меню. Мужчина пробил своим телом стену, минуя разлетающиеся щепки, и вылетел на улицу, слыша за спиной крики. Пролетая между соседскими домами, он умело маневрировал, чтобы их не задеть. Остановила его полёт кучка деревьев ближайшего леса, о которые он не сразу, но затормозил, повалив лиственницу. Дед отряхнулся от веток, листьев и корней, сбросив порванный фартук.
– Мать моя женщина!.. Ну, если не понравился напиток, могла бы для начала спросить жалобную книгу!
***
Пока хозяин отсутствовал, все обычные посетители поспешно покинули заведение, разбежавшись кто куда. На месте остались лишь не до конца осознавшая происходящее Чебер, Сирен и Артэн, которого уже держала за воротник женщина, скинувшая плащ.
Воительница была одета в серебряное платье, концы наряда напоминали лезвия клинков. На белоснежных волосах красовалась диадема того же стиля – за исключением нимба, укреплённого сверху.
В воздухе возникла дюжина святящихся кинжалов, направленных в эльфа.
– Демоническое отродье...
– Не трогай дядюшку Артэна, стальная баба! – воскликнула Си-Си, колотя кулачками по её ноге без видимого эффекта.
– Так это наша цель, святая дева?! Ну, и малышня! – спросил мечник, хватая девочку обеими руками.
Внучка Тордоса локтем ударила его по подбородку – и он буквально взлетел, коснувшись головой потолка, после чего рухнул на пол.
– С-с-с... Сильная малышня, – наконец, более тихо сказал он, не в силах подняться. Из таверны его выволокла верная команда.
– Бесполезные рекруты... – тяжело вздохнула святая дева, пронзая живот Артэна одним из парящих лезвий и отбрасывая эльфа прочь, – хотя бы добавили мне элемент неожиданности.
Она схватила малышку за руку и подняла перед собой.
– Нет союза видов отвратительнее, чем ангел и демон.
– Отпустите её немедленно! – со страха вооружившись шваброй воскликнула Чебер, – чем вам помешала эта маленькая девочка и её дедушка?!
– О, дорогая моя... Само по себе их существование непростительно. Особенно её деда.
Сирен укусила женщину за руку, и как только та ослабила хватку выскочила к Чебер.
– Беги, Си-Си! Она не должна тебя достать! – крикнула Чебер, прикрывая её спиной, хотя прекрасно знала, что противопоставить святой деве ей нечего.
– Знаешь ли ты, что следует за неповиновение Церкви пяти святых, девушка? – спросила стальная, наводя лезвия на неё, – кара Божья.
Сирен схватила Чебер за руку и бросилась прочь – так стремительно, что работница развеивалась в воздухе, будто флаг. Лезвия летели за ними, пока они не оторвались и не скрылись за повозкой.
Чебер пыталась отдышаться, как вдруг заметила, что Си-Си хныкает, достав из кармана фигурку и прижимая её к себе.
– Где... хнык... Где герой Содрот, когда он так нужен?
«Один из пяти легендарных святых, сражавшихся против сил демонов, – герой Содрот. Сирен рассказывала мне о нём. Он стал её любимцем из-за огромного молота и культовой стойки» – вспоминала Чебер, притягивая девочку к себе и нежно обнимая, – он обязательно придёт, чтобы спасти тебя.
В ту же секунду повозка взорвалась, отбросив девочек в стороны. Перед ними, в десяти метрах, стояли святая дева, лучник – который и выпустил взрывной снаряд, – целительница и оживший мечник.
– Говорить дважды не буду. Иди сюда, или мне придётся... – спокойно начала женщина, как вдруг в неё влетел деревянный стул, на удивление даже откинувший её назад.
– Ты мне.. ик... за весь ремонт заплатишь! – пошатываясь, воскликнул Тордос, выходя из переулка между домами с пустым пузырьком в руке и светящимися золотыми глазами.
Увидев Чебер с Сирен, он тут же направился к ним, обнимая обеих и поглаживая по головушкам.
– Девочки-девочки... Дедушка... ик... так волновался, что с вами что-то случится! – говорил он, прижимаясь бородатой щекой к щеке Си-Си.
– Деда, колешься!
– Так и знала... Ты! – вскрикнула святая дева, отправив в него парящий меч.
Мужчина легко поймал клинок рукой и обернулся к вторженцем.
– Валите-ка лучше отсюда подобру-поздорову... Ик... Сейчас полуденный тихий час, людей разбудите... И тебе, Си-Си, пора баиньки.
Святая дева тут же направила в мужчину целую очередь лезвий. Тордос поднял с земли лопату, выпавшую из взорванной повозки, и отразил все снаряды со звоном: один в перекладину забора, другой прямиком в небо, третий в мишень местных мальчишек посреди улицы и последний – случайно перенаправил промеж ног мечника – тот подскочил от неожиданности, оглядываясь на пролетевший между бёдер снаряд.
– А ты... ик... Молодец, святая! Знаешь, что я бывший танк и хожу медленно, поэтому и отшвырнула меня так далеко!.. Ха-ха!
Деве явно польстило, и она даже слегка улыбнулась – но в следующий миг мужчина уже оказался прямо перед её лицом. Вернее, он возвышался настолько, что она видела лишь его грудь.
– Только это миф, – серьёзно произнёс он, сворачивая её руки импровизационными наручниками-лопатой, будто прочным прутом, – а вот то, что в моих руках любой предмет становится оружием, – это не миф.
– Я достану тебя бывший геро... – хотела пригрозить дева, но мужчина взял один из её парящих мечей, свернул в трубочку и завязал ей рот.
Мечник попытался ударить деда, но клинок раскрошился о его кожу, словно как удар о скалу.
Тордос схватил его за плечо больше в поучительной манере, чем чтобы тот не сбежал.
– Дам тебе совет, мальчишка: покупай мечи только в кузни у Потса, если этот старик ещё жив... И заберите эту даму туда, откуда пришли, пока мне не пришлось применить силу.
«А ты разве не применял?..» – подумал танк, но понятливо кивнул, взвалил святую деву на плечо и бросился прочь – к лошадям.
Дед обернулся к застывшим девочкам и почесал бороду. Че-Че сидела на земле, вцепившись каменной хваткой в объятия Сирен – всё тело тряслось от избытка чувств. Си-Си же напротив намертво замерла с разинутым ртом.
– Мне кажется, вы ждёте некоторых объяснений, не так ли?.. Но это уже после моего полуденного тихого часа, – завершающе произнёс Тордос и свалился на спину, засыпая.