Кровавый взгляд в небо

Арена гудела от предвкушения. Тысячи зрителей замерли, глядя на песчаный круг, где должны были столкнуться два мастера, занимающие соседние строчки в рейтинге силы турнира.

Мельквира стояла спокойно, опустив обнажённый клинок к самой земле. Её темные волосы слегка колыхались от ветра, а ясный, отрешённый взгляд был устремлён куда-то сквозь соперника. Авентин же представлял собой жуткое, но завораживающее зрелище. Человеческое лицо с мертвенно-бледной кожей, что не встретишь у любого другого обычного человека. В руках он сжимал массивную боевую косу, чьё лезвие тускло отливало зеленью. Рядом с ним, отличающийся своим размером от остальных, застыл огромный изумрудный богомол.

— Битва начинается! — объявил комментатор.

Авентин не стал медлить. Его лицо, лишённое привычных человеческих эмоций, оставалось гордым, словно он надсмехается над соперником. Мужчина бросил короткий взгляд на своего питомца. В этот миг фасеточные глаза богомола вспыхнули алым — Повелитель Насекомых одним лишь мысленным приказом многократно увеличил скорость и мышечную массу своего подчинённого.

Богомол сорвался с места, превратившись в зелёную молнию. Одновременно с ним вперёд рванул и сам Нуврельн, раскручивая косу.

Мельквира сделала плавный шаг назад. Её меч взметнулся вверх, чертя идеальную дугу. Это было безупречное, эталонное владение оружием. Но богомол, вопреки ожиданиям, совершил неестественный, резкий рывок в воздухе, уклоняясь от лезвия в самый последний миллиметр. Тут же тяжёлая хитиновая лапа-серп врезалась Мельквире в левое плечо. Ткань одежды порвалась, брызнула кровь. От мощного удара девушку отбросило назад, но она удержала равновесие, заблокировав клинком сокрушительный выпад косы Авентина.

— Невероятное начало! — закричал комментатор, хватаясь за голову.

— Богомол Авентина демонстрирует чудовищную реакцию и силу! Но постойте... Мельквира Фелинси, известная как Созерцательница Небес, просто принимает удары? Почему она не использует никакие способности? Она полагается только на чистое фехтование? Против Повелителя Насекомых это кажется самоубийством!

Авентин не слушал крики с трибун. Его полуинсектоидный разум работал как швейцарские часы, просчитывая траектории. Снова атака. Скорость богомола была за гранью человеческого восприятия — он уклонялся от каждого идеального выпада Мельквиры, словно заранее знал, куда двинется её рука. Ещё один удар зазубренной лапы пришёлся девушке по бёдрам, оставив глубокий порез. Следом Авентин рассёк косой её предплечье. Мельквира тяжело задышала, её раны кровоточили, но лицо оставалось безмятежным. Она лишь крепче сжала рукоять меча.

— Вторая минута боя, а Созерцательница Небес уже вся в крови! — надрывался комментатор.

— Авентин и его питомец буквально разрывают её на части! Если так пойдет и дальше, семнадцатый номер рейтинга падет!

Однако внутри самого Авентина что-то едва заметно изменилось. Будучи наполовину инсектоидом, он обладал слабо развитыми, приглушёнными эмоциями. Ему были чужды ярость, азарт или жалость. Только холодный расчет: цель должна быть уничтожена. Но сейчас, глядя на истекающую кровью Мельквиру, он поймал себя на странной, несвойственной ему мысли.

«Зачем я это делаю?» — вяло пронеслось в его голове.

Он занёс косу для очередного удара, но его движение оказалось на долю секунды медленнее, чем прежде. Богомол, повинуясь воле хозяина, снова прыгнул на девушку, но Авентин забыл обновить ментальный приказ на ускорение. Идеальный клинок Мельквиры мелькнул в воздухе, и одна из лап богомола с глухим стуком отлетела в сторону. По колыхающейся трибуне пронёсся вздох.

— О! Смотрите! Авентин замедляется! — удивлённо выкрикнул комментатор, подаваясь вперёд.

— Неужели он устал? Но ведь прошло совсем немного времени! И посмотрите на его лицо... на нём читается какое-то... недоумение?

Авентин действительно был в замешательстве. С каждым новым ранением, которое они с богомолом наносили Мельквире, внутри него будто выкручивали регулятор воли. Желание победить, продвинуться в рейтинге, доказать свою силу — всё это таяло, как снег под солнцем. На смену им приходила тяжёлая, вязкая апатия. Какая разница, кто победит? Зачем вообще нужен этот турнир?

Это её способность, — наконец осознал полуинсектоид. Разум очистился от тумана на краткий миг.

— Каждое ранение, нанесённое ей, забирает мотивацию нападающего. Она специально пропускала удары!

Но осознание пришло слишком поздно. Мельквира сделала шаг вперёд. Теперь, когда Авентин атаковал без прежнего рвения, её идеальное владение мечом раскрылось в полной мере. Она больше не защищалась. Каждое её движение было наполнено абсолютной, математической точностью.

Богомол попытался защитить хозяина, но Авентин уже не мог заставить себя сосредоточиться и изменить характеристики слуги. Меч Созерцательницы Небес описал безупречную восьмёрку, начисто срезав крылья и оставшиеся боевые лапы огромного насекомого. Зелёный гигант с глухим стёком рухнул на песок.

Авентин поднял косу. Оружие казалось ему неподъёмным. Не физически — его мышцы были крепки, — а ментально. Ему просто больше не хотелось сражаться. Рука, державшая древко, дрожала от нахлынувшего безразличия.

Мельквира приблизилась. На её бледном лице не было торжества, только глубокое, тихое сочувствие. Её клинок скользнул по древку косы Авентина, мягким, но непреклонным движением выбивая оружие из его ослабевших пальцев. Тяжёлая коса с грохотом упала на землю. Через мгновение холодное остриё меча Мельквиры замерло в миллиметре от горла Повелителя Насекомых.

Авентин опустил голову и тихо произнёс:

— Я... сдаюсь.

Арена на мгновение затихла, переваривая увиденное, а затем взорвалась оглушительными криками.

— Невероятно! Потрясающе! — вопил в микрофон комментатор, срывая голос. — Какая глубокая, пугающая стратегия! Мельквира Фелинси использовала собственную кровь как приманку и оружие! Созерцательница Небес одерживает чистую победу и доказывает, что дух и воля могут сломить любого, даже самого хладнокровного противника! Победитель — Мельквира Фелинси!

Девушка плавно убрала меч в ножны, слегка поклонилась потерявшему всякий интерес к происходящему Авентину и медленно пошла прочь с арены, оставляя за собой цепочку алых капель на песке. Её взгляд снова был устремлён в небо.

Мельквира Фелинси и Нуврельн Авентин