Перепутье ностальгии и любви

Рейфгард замер на мгновение, глядя в глаза Морнвии. В её взгляде читались и надежда, и лёгкая тревога — словно она сама до конца не верила, что решилась произнести эти слова вслух. Ветер играл прядями её волос, а закатное солнце окрашивало небо в оттенки розового и золотого.

— Морнвия… — тихо начал он, но она поспешно перебила:

— Если ты не готов, просто скажи. Я пойму. Правда.

Рейфгард улыбнулся — впервые за все дни после реинкарнации улыбка вышла искренней, без тени напряжения. Он сделал шаг вперёд и осторожно взял её за руки.

— Да, я согласен. С радостью.

Лицо Морнвии озарилось такой светлой радостью, что у Рейфгарда защемило сердце. Она рассмеялась, чуть не подпрыгнув на месте, а затем порывисто обняла его. Он на мгновение растерялся, но тут же ответил на объятие, осторожно прижимая её к себе.

— Тогда чего ждём? — весело воскликнула Морнвия, отстраняясь. — Пойдём к «Птицам свободы»! Сегодня мы полетим над Вельмириндом!

Они направились к широкой террасе на краю парящей обители. Там, на специально оборудованной площадке, величественно расправляли крылья огромные «Птицы свободы» — грациозные создания с размахом крыльев в несколько метров, покрытые серебристо‑белым оперением, которое переливалось в лучах солнца.

Рейфгард устроился позади Морнвии, обхватив её за талию — осторожно, помня о свежих ранах, но с готовностью защищать в полёте.

— Готова? — спросил он.

— Всегда готова! — ответила она и хлопнула птицу по шее.

«Птица свободы» сделала несколько широких шагов по террасе, оттолкнулась мощными лапами — и вот они уже в воздухе. Ветер ударил в лицо, зашумели крылья, а под ними развернулась захватывающая панорама: парящая обитель Вельмиринд с её изящными мостами, висячими садами и сверкающими шпилями, окружённая облаками и бескрайними просторами внизу.

Морнвия запрокинула голову, смеясь от восторга. Рейфгард почувствовал, как напряжение последних дней покидает его. Он крепче прижал её к себе и тоже рассмеялся — впервые за долгое время по‑настоящему свободно.

Они кружили над Вельмириндом, птицы то взмывали к самым облакам, то снижались почти к крышам башен. Солнце клонилось к закату, окрашивая всё вокруг в тёплые оттенки, а в душе Рейфгарда рождалось новое чувство — не только любви, но и надежды на будущее.

Проведя таким образом 4 дня вместе с Морнвией в Вельмиринде, Рейфгард решил, что не сможет взять Морнвию с собой в Йорнхейм, ибо это будет очень опасно для неё. Он очень хотел остаться с ней в Вельмиринде на ещё несколько дней, но его сердце кричало ему, что затягивать с путешествием больше нельзя.

«Ну же, Рейфгард, возьми себя в руки и скажи это».

Долго мучаясь такими мыслями, гуляющий в красивом и ярком из‑за сильно светящегося солнца парке, Рейфгард решил признаться:

— Морнвия, к сожалению, скоро мне придётся уехать отсюда, но не переживай, я быстро вернусь! — сказал печальный и любящий Розелиер, от прошлой жизни которого остались лишь воспоминания.

— Погоди, ты сейчас серьёзно?! Если ты шутишь, то это вообще не смешно! Прекращай!

— Я серьёзно…

— Ч‑что… Куда? Нет, зачем вообще…?

— Я не хотел тебе говорить об этом, но на самом деле я пришёл в Вельмиринд не из‑за каких‑то туристических целей, как я говорил ранее, а из‑за того, что я направляюсь в самый конец страны — Йорнхейм. Мне предстоит там одно очень важное дело, о котором я, к сожалению, тоже не могу рассказать… Но не расстраивайся, я мигом вернусь!

Пустив слезу по щеке, Морнвия собралась с силами и ответила:

— Х‑хорошо… Если тебе это так важно, то с радостью. Только прошу тебя… Берегись там и не вступай ни с кем в драку… Пожалуйста…

Рейфгард посмотрел на светловолосую Морнвию и слегка обнял её, пытаясь успокоить.

— Спасибо большое, что поняла. Я буду скучать по тебе, Морнвия.

— Я… Т‑тоже… Рейфгард.

— Ладно, мне нужно идти. Прости, что это было так внезапно… Я не хотел портить тебе настроение ранее.

— Я понимаю, пока…

— Удачи.

Спустя 10 минут уже сидевший на «Птице свободы» Рейфгард дал сигнал птице, после чего полетел в сторону своей родины — Оракулума. Вспоминая все счастливые моменты в Вельмиринде, Рейфгард понял, что хочет осмотреть Вельмиринд в последний за долгое время раз. Осматривая в последний раз магические башни, кузницы, аптеки и прочее, он увидел знакомый силуэт с длинными светлыми волосами и милым лицом.

— Мо‑Морнвия!?

Неслышащая своего парня, Морнвия высоко помахала ему, зная, что не будет видеть его в течение долгого времени.

— Походу, она не слышит меня…

Как только Рейфгард собирался помахать ей в ответ, он увидел следующую картину: Морнвия обернулась налево, после чего резко упала назад, но на этот раз имея стрелу в своей голове.

— Ч‑что за…

Передвинув взгляд чуть вправо, Рейфгард увидел, как какой‑то человек с одеждой, похожей на одежду Ауревьела, спрятал арбалет под верхнюю одежду и быстрым шагом стал уходить с места происшествия.

— НЕЕТ! МОРНВИЯ!

Впав в ужас, он резко откинулся в сторону Вельмиринда, тем самым чуть не упав несколько километров вниз.

— Чёрт возьми! Опять эти грёбаные Фреторианны! Точно, 800 метров… Ксиви! Почему ты не предупредил меня!?

— К тебе никакой угрозы не имелось, только к Морнвии Фонестье.

— Дерьмо! Я обязан…

— Бесполезно. К сожалению, ты уже ничего не сможешь сделать. Она уже, скорее всего, мертва, к тому же ты никак не сможешь туда добраться…

После услышанного темноволосый парень просто сидел обездвиженно с пустыми и отчаянными глазами.

— Фреторианны… Только попробуйте попасться мне на глаза…

В отличие от ожиданий Рейфгарда, его родина — Оракулум — встретила его в худшем состоянии из всех возможных: глаза Рейфгарда были наполнены пустотой и грустью, а сердце разрывалось в клочья от злости. Пройдя несколько шагов, сопровождая на себе взгляды напуганных детей, что играли и бегали, Рейфгард был «одарён» своей родиной. Неподалёку от себя он увидел, как два человека, одетые в многослойные одежды из парчи и высокие воротники, в стиле одежды Ауревьела и Фреторианна, что застрелил Морнвию, вымогали из беззащитной женщины деньги.

— Грёбаные… Ублюдки..!

Вшух.

Рейфгард метнулся с невообразимой скоростью в сторону Фреторианнов, достав подаренный Морнвией меч из ножен.

Плеск.

Не прошло и секунды, как Рейфгард срубил голову с плеч члена отряда зловещих Фреторианнов.

— Ч‑что за…

Увидев картину перед собой, его черноволосый соратник упал на землю от ужаса и испуга и пытался умолить парня о пощаде.

— П‑прошу! Не делайте этого, у меня есть любимая жена и дети, что ждут меня дома! У‑умоляю…

Замахнувшийся на захлёбывавшегося от страха 30‑летнего мужчину, Рейфгард на секунду замер. Впервые за долгое время, узнав себя в нём, Рейфгард вспомнил глубокие воспоминания о своей первой жизни: единственное, что заставляло его улыбаться и радоваться жизни после трагичной потери близких людей, — были его жена и дети. На миг в голове Рейфгарда промелькнули радостные воспоминания, как он весело проводил время со своей семьёй.

«Ч‑Что я творю… Чёрт, нужно прийти в себя…»

Опустив меч и вновь обретя тот жизненный блеск в глазах, Рейфгард остановился.

— П‑простите… Я…

Не успел он договорить, как мужчина уже убежал.

Провожая взглядом убегающий силуэт, Рейфгард медленно перевёл взгляд на большое, насыщенное зелёным цветом дерево, а после — на саму улицу Оракулума — Лириэнт. Под светом яркого солнца Лириэнт сиял красотою, словно звёзды в небе; его величественную красоту дополняли каменные здания, деревянные лавочки и различные экстерьеры. Придя в себя, Рейфгард ощутил, будто только оказался в Оракулуме. Любуясь улицей своего любимого города, он внезапно вспомнил, как в детстве гулял тут с друзьями, а потом получал ругания в свою сторону от родителей из‑за того, что не послушал их и забрёл так далеко без взрослых.

— Эх, интересно, как вы сейчас поживаете… Сарн, Квеллиа…

Вспоминая златовласого парнишку и кудрявую девочку, что до переезда были его лучшими друзьями, Рейфгард осознал, что уже дошёл до того самого места, с которого всё это началось — Улица Принца Феликса.

— Это место также пустует… Как и в прошлой жизни… Но, несмотря на этот факт, это место всё равно остаётся чрезмерно красивым, по крайней мере для меня.

Через 20 минут ходьбы и любования родным городом Рейфгард остановился и задумался:

«Так, я сейчас нахожусь на крайней улице Оракулума — Заркавх. Чтобы дойти до Фэй‑Шалла через Имперскую дорогу, нужно будет обойти пару улиц, что займёт уйму времени…»

После недолгих раздумий в голове Розелиера вновь проскочило воспоминание.

— Резиденция Воркариона… Точно! Когда мне было 6 лет, мой отец рассказывал о древнем Воркарионе — Руфиунз, что царил этой страной ещё до начала нынешней эпохи, чья резиденция с «Великим Деревом Альменсульд» находится на окраине Оракулума… Сколько помню себя маленьким — всегда мечтал там побывать! Получается, обрезав свой путь через Резиденцию, я смогу намного быстрее добраться до Фэй‑Шалла. Хоть и придётся потом пройти через горные перевалы, но для такого, как я, это не окажется проблемой.

Потратив пару минут на ходьбу по земле в сторону резиденции Руфиунза, длинноволосый парень дошёл до желаемого места, тем самым воплощая в реальность свою детскую мечту.