О чём думает Химуро-сан?

~Школьные годы~

Наконец-то наступил настоящий сезон дождей.

К счастью, утром дождя не было, но небо изо дня в день затягивали густые облака. Настолько, что мне уже приходилось напрягать память, пытаясь вспомнить, когда я в последний раз видел солнце. Согласно прогнозу погоды, дождь должен был начаться примерно к окончанию занятий.

Удручает.

Если уж собираешься идти, так иди. А если нет, то не надо. Определись уже наконец! Дорогое солнышко, знаешь ли, даже нерешительности должен быть предел.

Возможно, всему виной глобальное потепление, но, несмотря на то что на дворе стояла лишь середина июня, температура уже достигала летних значений. А если добавить к этому дожди, то влажность, разумеется, тоже повышалась.

И что же получалось в итоге?

Уровень дискомфорта просто зашкаливал. Даже когда я ничего не делал, пот лился с меня ручьём. Хуже того, одежда прилипала к телу.

Отвратительное ощущение.

— Хааа... Хуже некуда.

Похоже, от затянувшейся духоты даже обычно невозмутимая Химуро-сан начала сдавать.

— ...Серьёзно, какая же мерзкая влажность. Вот поэтому я и ненавижу сезон дождей.

Пробормотав это, она обессиленно уронила голову на парту.

Впрочем, моё положение было ничуть не лучше. Не в силах терпеть стекающий по телу пот, я снял пиджак и принялся отчаянно обмахиваться пластиковым планшетом для письма, пытаясь хоть немного избавиться от скопившегося под одеждой жара.

— Почему нам не разрешают включать кондиционер, если он прямо здесь? Какая бессмыслица.

— Может, беспокоятся о счетах за электричество? Если включить кондиционеры во всех классах, расходы наверняка будут астрономическими.

— Но если кто-нибудь из-за такой экономии получит тепловой удар, какой в этом смысл? В такую влажную погоду пот испаряется хуже, поэтому тепло накапливается в организме, а риск теплового удара, наоборот, возрастает. Простым обмахиванием планшетом тут не обойтись.

— Ого... Не знал.

Я невольно восхитился этим небольшим объяснением Химуро-сан.

До сих пор мне казалось, что тепловой удар можно получить только в разгар лета, но, оказывается, подобное случается и в сезон дождей. Если так, то причин включить кондиционер становилось ещё больше.

Может, стоит напрямую обратиться к учителям?

— С другой стороны, некоторые люди не любят холодный воздух от кондиционера, а тем, кто сидит прямо под ним, может стать настолько холодно, что они не смогут сосредоточиться на уроках... Сложная проблема.

— И правда... Если из-за кондиционера кто-нибудь простудится, это тоже будет противоречить самой цели его использования.

— Поэтому, учитывая всё вышесказанное, сегодня у меня совершенно нет настроения поддерживать твои разговоры. Извини.

Вот оно что.

Получается, то, что выглядело обычной непринуждённой беседой, на самом деле было её способом заранее пресечь любую тему, которую я собирался поднять. Если это действительно так, мне даже хотелось похвалить её за столь продуманную тактику.

К несчастью для Химуро-сан, одного этого было недостаточно, чтобы заставить меня отступить.

К тому же в последнее время, даже когда она жаловалась подобным образом, всё обычно заканчивалось тем, что мы продолжали разговаривать.

Наши отношения стали несравнимо лучше, чем в те времена, когда после нашей катастрофической первой встречи она долгое время относилась ко мне с холодностью абсолютного нуля.

Конечно, со мной она всё ещё держалась довольно холодно, но мы уже проделали огромный путь.

Вероятно, главную роль в этом сыграли брелок, которым хвасталась моя младшая сестра, и одна определённая книга, которую мне одолжил Сомэмия-кун и название которой лучше лишний раз не произносить.

Обе эти вещи заставили меня пережить и рай, и ад, но одновременно подарили возможность начать разговаривать с Химуро-сан.

Воспользовавшись этими возможностями, я продолжал постепенно сближаться с ней. И сегодня тоже подготовил новую тему для разговора.

— Кстати, Химуро-сан. Ты слышала о приложении для анализа мыслей, которое в последнее время набирает популярность?

— Эй, ты вообще меня слушал? Я ведь сказала, что сегодня не собираюсь поддерживать твои разговоры, разве нет?

— Вчера наткнулся на него, когда лазил по интернету.

— Опять тратишь время на бесполезные вещи...

"Лучше бы потратил это время на учёбу", — добавила она с видом ворчливой матери и устало вздохнула.

Для человека, который только что заявил, что не собирается поддерживать беседу, она на удивление внимательно меня слушала.

Какая же она всё-таки добрая.

— Пока что о нём говорят лишь в небольшом уголке интернета, но, если ответить на несколько вопросов, приложение определит, о чём ты чаще всего думаешь. Поначалу я тоже сомневался, но результаты оказались поразительно точными!

— Не может существовать настолько ненаучная вещь, которая действительно работала бы.

— Понимаю, звучит глупо. Но попробуй хотя бы один раз! Нужно всего лишь ответить на несколько вопросов!

— Пожалуйста!

Я сложил ладони перед собой и склонил голову, умоляя её согласиться. Химуро-сан снова тяжело вздохнула и выпрямилась.

— Хааа... Ладно. Раз уж ты так настаиваешь, так и быть, подыграю тебе.

Ответила она довольно резко, но я мысленно вскинул кулак в победном жесте, достал смартфон и немедленно запустил приложение.

— Итак, я буду зачитывать вопросы, а ты, Химуро-сан, отвечай "да" или "нет". Хорошо?

— ...Не зазнавайся. Я уже сказала, что соглашусь, так что просто начинай. Всё равно это наверняка окажется пустой тратой времени...

Наверное, ожидать от неё восторженного "Конечно!" было бы слишком самонадеянно.

Криво улыбнувшись, я поспешил перейти к вопросам, пока настроение Химуро-сан не успело перемениться так же внезапно, как погода в горах.

Всего вопросов было десять. Она отвечала на каждый быстро, практически не задумываясь, поэтому мы справились с ними без особых затруднений.

Через несколько минут на экране моего смартфона появились вещи, о которых Химуро-сан якобы думала чаще всего.

— Ну что, Сакураги-кун? Ты выяснил, о чём я думаю?

— А... Да, вроде того.

Судя по насмешливому тону, Химуро-сан была уверена, что результат окажется совершенно неправильным. Однако именно я теперь не знал, что сказать о появившемся на экране.

Всего там было семь слов. Как и следовало ожидать, наиболее заметным оказалось слово "Холод".

Очень в духе Химуро-сан. Следом шёл "Лёд", что тоже вполне ей подходило.

В конце концов, окружающие называли её Ледяной принцессой, а значение этого слова было довольно близко к холоду.

Дальше следовали "Строгость" и "Одиночество".

Под одиночеством, наверное, подразумевалось пребывание в одиночестве или изоляции от окружающих. Но неужели ей действительно нравилось быть одной?

Со строгостью всё было понятно и без объяснений. Химуро-сан требовательно относилась как к себе, так и к окружающим.

А вот слово "Сладости" стало для меня неожиданностью.

Неужели Химуро-сан любила сладкое?

Иногда во время перемен я видел, как другие девушки ели в классе разные лакомства. Может, втайне она им завидовала?

— Серьёзно, какая нелепость. Не может же подобная ерунда выдавать правильные результаты, правда?

— А-ха-ха... Да уж. Не может... наверное.

— И ещё, сразу предупреждаю. Сегодня я сделала для тебя исключение и согласилась подыграть, но второго раза не будет. Даже если принесёшь какие-нибудь психологические тесты или что-то подобное, я точно не стану их проходить. Имей это в виду.

С этими словами Химуро-сан достала из сумки книгу и принялась перелистывать страницы, словно объявляя наш разговор оконченным.

Я криво улыбнулся и снова посмотрел на результаты диагностики, всё ещё отображавшиеся на смартфоне. Меня особенно заинтересовали два последних слова.

Там было написано "Любовь", а рядом с ней находилось слово "Желание".

Желание? Какое именно желание? Чего же так сильно желала Химуро-сан?

Разумеется, спросить её об этом напрямую я не мог. И в то время я совершенно не представлял, что на самом деле означали эти два слова.

Я всё ещё размышлял о неожиданных результатах приложения для анализа мыслей Химуро-сан, когда каким-то образом пережил оставшиеся уроки и дождался окончания занятий.

Поскольку ни в каких кружках я не состоял, то быстро собирал вещи, собираясь отправиться домой. И тут заметил, что сидевшая рядом Химуро-сан понуро смотрит в окно.

— Хуже некуда... Ну почему именно сейчас пошёл дождь...?

Утром, когда мы шли в школу, дождя не было. Более того, днём солнце даже ненадолго выглядывало из-за облаков. Однако теперь небо снова оказалось затянуто густыми мрачными тучами.

— Ну, сейчас же сезон дождей. Ничего не поделаешь.

— Но утром ведь дождя не было... Почему он обязательно должен был начаться именно тогда, когда пора возвращаться домой?!

— Вообще-то прогноз погоды предупреждал, что вечером будет дождь.

Нельзя терять бдительность. Никогда.

Я благоразумно оставил эту мысль при себе, понимая, что, произнеси я её вслух, Химуро-сан наверняка одарила бы меня испепеляющим взглядом.

Поэтому лишь неловко улыбнулся.

— Хааа... Вот поэтому я и ненавижу сезон дождей...

Химуро-сан тяжело вздохнула.

Неужели она забыла зонтик? Не может быть.

Я осторожно спросил:

— Химуро-сан... Только не говори, что ты не взяла с собой зонтик?

— ...Именно так. У меня его нет. Я вышла из дома, не посмотрев прогноз погоды, увидела, что дождя нет, и подумала: "Как здорово! Сумка будет легче. Может, сегодня меня ждёт хороший день". Поэтому и оставила зонтик дома. Есть какие-то проблемы?

Какое давление!

Мне показалось, будто я был боксёром, который нанёс противнику лёгкий удар, а в ответ получил сокрушительную комбинацию из десяти ударов и теперь находился в одном шаге от нокаута.

— Интересно, когда закончится этот дождь... Ну, наверное, через часик перестанет, правда?

— Согласно прогнозу, он будет идти до самого вечера, a если посмотреть на карту дождевых облаков... Ого. Они практически не двигаются. Похоже, никуда уходить не собираются.

На экране моего смартфона отображался прогноз, полностью уничтоживший надежды Химуро-сан. Сам того не желая, я фактически вынес ей смертный приговор.

Она поникла ещё сильнее и издала такой глубокий вздох, словно боксёр, который после полного поражения превратился в белый пепел.

— Он действительно не закончится до самого вечера? Там не написано, во сколько именно дождь прекратится?

— Ну... Почасовой прогноз показывает, что он будет идти до восьми вечера, а вероятность осадков составляет восемьдесят процентов, так что...

— То есть надежды практически нет. Хааа... Как же мне сегодня не везёт.

— Наверное, это наказание за то, что слишком рано обрадовалась, — пробормотала Химуро-сан, насмехаясь над собственной неудачей.

Отчасти мне казалось, что она слишком драматизирует ситуацию из-за забытого зонтика. Однако бесконечно ждать в школе она тоже не могла.

Ведь существовало определённое время, до которого ученики обязаны были покинуть школьное здание. К тому же позволять девушке возвращаться домой одной после наступления темноты было бы явно небезопасно.

— Вот поэтому я и ненавижу сезон дождей...!

Она снова повторила те же самые слова. Однако на этот раз они прозвучали скорее как проклятие, наполненное искренним негодованием.

Для убедительности она даже топнула ногой.

Мягко говоря, это выглядело мило.

Но если бы я произнёс подобное вслух, меня наверняка отругали бы, поэтому я оставил свои мысли при себе.

Впрочем, сейчас речь не об этом.

На самом деле мне пришёл в голову один-единственный способ выбраться из сложившейся ситуации. Это был план с большим риском, но и с потенциально огромной наградой.

Настоящий обоюдоострый меч. Если всё получится — меня ждёт рай.

А если провалюсь... Хотя, если подумать, что мне вообще терять?

Как говорится, отступив, получишь одно, а шагнув вперёд — два.

Я глубоко вдохнул и произнёс:

— Эм... Химуро-сан. Можно кое-что предложить?

— ...Что именно?

— Если хочешь, может, пойдём до станции вместе?

С этими словами я достал из сумки складной зонтик и показал его ей. В отличие от Химуро-сан, я заранее подготовился к дождю.

Правда, теперь, когда ситуация сложилась подобным образом, я втайне пожалел, что не взял обычный большой зонтик.

— С чего это ты вдруг такое предлагаешь?

Её реакция оказалась именно такой, какой я и ожидал.

Впрочем, она могла сразу же отвергнуть предложение, поэтому сам факт того, что разговор продолжался, уже можно было считать маленькой победой.

Настоящая битва начиналась только сейчас. Я постарался успокоить бешено колотящееся сердце и как можно спокойнее продолжил:

— Ну... Ты ведь не можешь бесконечно сидеть здесь и ждать, пока закончится дождь, правда? Вот я и подумал, что, если ты не против, мы могли бы вместе дойти до станции...

— Под "вместе" ты подразумеваешь, что мы будем идти домой под одним зонтиком, верно? Нет уж, спасибо. Может ты, хотя бы немного лучше скрывал бы свои тайные намерения?

— А-ха-ха... Если скажу, что у меня совсем нет никаких скрытых намерений, то совру. Но прежде всего я просто хочу помочь тебе, ведь ты оказалась в затруднительном положении, Химуро-сан.

— ......

Всё-таки она мне откажет, да?

Моя чрезмерная честность снова сыграла против меня.

Зачем я вообще признался, что у меня есть скрытые намерения?

Следовало просто промолчать. Но я не хотел ей лгать.

И то, что мне действительно хотелось пройтись домой рядом с Химуро-сан, тоже было чистой правдой...

— ...Ладно, хорошо.

— ...А?

Химуро-сан тихо пробормотала эти слова.

Я не сразу понял, что именно она сказала, поэтому из моего рта вырвалось растерянное:

— Э?

— Я сказала "хорошо", разве нет? Это о-о-очень раздражает, но только на этот раз я приму твоё предложение. В отчаянной ситуации приходится прибегать к отчаянным мерам. Однако взамен, если попытаешься сделать что-нибудь странное, я тебе этого не прощу. Понял?

Неужели я сплю?

Мне не просто предстояло идти домой вместе с Химуро-сан.

Мы действительно будем находиться под одним зонтиком! Только бы теперь дождь не превратился в снег.

Хотя... в таком случае это тоже было бы по-своему необычно, так что я бы, пожалуй, даже не возражал.

— Эй, чего ты там замечтался? Только не говори, что пошутил или теперь решил забрать своё предложение обратно? Ты просто хотел меня подразнить?

— Конечно нет! Я просто удивился! Совсем не ожидал, что ты согласишься!

Я был уверен, что она либо сразу откажет, либо уничтожит меня одним презрительным взглядом.

Поэтому её неожиданное согласие ошеломило меня едва ли не сильнее, чем возможный отказ.

— Ну правда... Давай уже пойдём. Я хочу поскорее вернуться домой. Если продолжишь витать в облаках, я просто заберу этот зонтик и воспользуюсь им сама, понял?

— Прости! Тогда немедленно отправляемся!

Химуро-сан закинула сумку на плечо и направилась к выходу из класса, a я поспешил следом, пока она не успела оставить меня позади.

~Десять лет спустя~

То, что большую часть времени я работал из дома, вовсе не означало, что мне никогда не приходилось появляться в офисе.

Когда начинался новый проект, необходимо было присутствовать на первом совещании. Кроме того, иногда требовалось лично проводить заключительные проверки уже выполненной работы.

Но главная причина заключалась в политике нашей компании: президент хотел хотя бы раз в месяц видеть лица всех сотрудников.

Конечно, работать дома в одиночестве было совсем неплохо. Отчасти и по той эгоистичной причине, что я мог проводить перерывы вместе с Куру-тян и Хару.

Однако иногда выбраться из дома и поработать в окружении коллег тоже было приятным разнообразием.

— Хааа... Не могу поверить, что такое произошло...

Было немного за шесть вечера. Закончив работу вовремя, я вышел из офиса и собирался отправиться домой, но...

Какой сюрприз!

На улице шёл дождь.

— Но ведь прогноз обещал ясную погоду на весь день... Вероятность осадков составляла ноль процентов. Почему же...?

Если бы это был обычный внезапный ливень, я мог бы немного подождать, пока он закончится. К несчастью, судя по карте дождевых облаков, осадки должны были продолжаться ещё несколько часов.

Можно было смириться с тем, что промокнешь до нитки, и побежать домой. Или остаться в офисе, пока дождь не закончится.

Разумнее было бы выбрать второй вариант, но...

— Я ведь уже написал Куру-тян, что возвращаюсь домой...

Если после этого я задержусь, она наверняка надуется. К тому же сегодня она и без того была немного недовольна тем, что мне пришлось уйти на работу.

Поэтому на моё сообщение об окончании рабочего дня она ответила с необычайным энтузиазмом.

— Не хочется заставлять их приезжать за мной... Конечно, жалко тратить деньги, но, наверное, придётся добежать до магазина и купить прозрачный зонтик.

Ничего не поделаешь.

Придётся считать это необходимыми расходами ради возможности вернуться к Куру-тян и Хару хотя бы на минуту раньше.

— Дорогой──!

— Ладно, побежали!.. Стоп, а? Мне только что послышался знакомый голос...?

В тот самый момент, когда я приготовился бежать, до меня донёсся слабый голос моей любимой жены.

Неужели я настолько сильно хотел поскорее их увидеть, что у меня уже начались слуховые галлюцинации?

Покачав головой, чтобы избавиться от глупых мыслей, я сделал шаг вперёд.

И тут...

— Папааа!

— ...Так мне не показалось?!

На этот раз вслед за голосом Куру-тян раздался голос Хару. Причём гораздо громче и отчётливее. Это определённо не было галлюцинацией.

Но почему я слышу голоса двух людей, которые сейчас должны находиться дома?

Ответ на этот вопрос появился практически сразу.

— Прости, что заставила ждать, дорогой!

— Папа, молодец! Хорошо поработал!

— Куру-тян! И Хару тоже...?!

Куру-тян направлялась ко мне под чёрным зонтиком.

Рядом с ней радостно махала рукой Хару, полностью экипированная для дождливой погоды: у неё были собственный зонтик, дождевик и резиновые сапоги.

Почему они обе проделали весь путь до моего офиса?

Конечно, я был счастлив, что они специально приехали встретить меня. Однако, если бы мы разминулись по дороге, всё могло закончиться довольно неприятной ситуацией.

— Фу-фу-фу. Дорогой, у тебя на лице прямо написано, что ты совершенно не понимаешь, почему мы здесь оказались.

— Ну... Да, в общем-то.

— Разве это не очевидно?! Дождь начался ещё до того, как ты отправил сообщение "Я возвращаюсь домой", a твой зонтик остался дома! Я посмотрела карту дождевых облаков и почасовой прогноз, поняла, что дождь в ближайшее время не закончится, и решила приехать за тобой!

Закончив объяснение, Куру-тян гордо выпятила грудь и самодовольно хмыкнула. Чёрный зонтик, который она держала, действительно был тем самым, которым я обычно пользовался.

Однако тут возникала одна небольшая проблема.

— Эм... Куру-тян, а где твой собственный зонтик?

— ...А?

— Нет, я понимаю, что сам виноват, потому что вышел из дома без зонтика. И я очень рад, что ты приехала меня встретить. Ты меня действительно выручила. Но... Мне кажется или для тебя самой зонтика нет, Куру-тян?

Это была простейшая арифметика. Один зонтик. Два человека, которым он необходим.

Что-то здесь не сходилось. Вот уж действительно нелепая ситуация.

Получалось, что человек, приехавший на помощь, сам теперь нуждался в спасении.

— ......Хи-хи.

— Не думай, что сможешь выкрутиться, просто состроив милую мордашку!

Моя жена игриво высунула язык, словно говоря: "Ой, ошибочка".

А я не удержался и тут же высказал своё возмущение.

— Всё хорошо, дорогой. Если мы с тобой пойдём под одним зонтиком, никаких проблем не будет!

— Ну, это правда, но...

— Или что? Хочешь сказать, тебе неприятно идти со мной под одним зонтиком?

— Даже в мыслях такого не было! Пожалуйста, окажи мне честь разделить с тобой этот зонтик!

Я всего лишь задал вполне естественный вопрос.

Но стоило Куру-тян направить на меня взгляд, холодный как абсолютный ноль, как я немедленно склонил голову и принялся умолять её.

Очень хотелось верить, что укоризненный взгляд Хару, наблюдавшей за нами, мне просто почудился.

— Ура! Тогда давай скорее домой! А по дороге ещё заглянем за продуктами к ужину!

— ...Хорошо. Хару, здесь опасно, поэтому папа понесёт тебя на руках. Иди сюда.

— Хорошо!

— Кх?!

Практически одновременно с тем, как Куру-тян издала какой-то сдавленный возглас, Хару закрыла зонтик и обхватила мои ноги.

Хару уже давно перестала быть младенцем, поэтому теперь, когда я поднимал её на руки, её вес ощущался довольно заметно.

Но ведь это лишь доказывало, насколько она выросла. И от этой мысли мне становилось радостно.

— ...Я тоже хочу, чтобы меня понесли на ручках.

— Мам...?

— Ну всё! Давайте вернёмся домой, пока дождь не усилился!

Сделаю вид, что ничего не слышал.

Если я проявлю хотя бы малейший интерес, кто знает, что ещё скажет Куру-тян. Поэтому я отвернулся.

Однако жена тут же схватила меня за лицо и повернула обратно к себе.

— Когда вернёмся домой, меня тоже понесёшь на ручках, хорошо, дорогой?

— ...Да.

Куру-тян приблизила ко мне своё улыбающееся лицо, a мне оставалось только кивнуть.

За всё время нашего знакомства мне ещё ни разу не удавалось противостоять давлению, скрывавшемуся за этой улыбкой.

— Ты обещал! Будешь носить меня на руках, пока я сама не останусь довольна! Понял?

— Пожалуйста, будь ко мне снисходительна...

На её лице уже расплылась совершенно счастливая улыбка, поэтому, скорее всего, мои слова даже не достигли её ушей.

Когда мы наконец отправились домой, я мысленно вознёс молитву: "пожалуйста, пусть сегодня мне удастся лечь спать пораньше."

— Му-фу-фу. Я всегда ненавидела дождь, но вот так идти с тобой под одним зонтиком мне очень нравится.

— Ну, время от времени прогуляться подобным образом действительно совсем неплохо.

Мы с Куру-тян медленно шли, тесно прижавшись друг к другу плечами. Казалось бы, такая мелочь.

Однако вся накопившаяся за рабочий день усталость куда-то исчезла. Несмотря на мрачное небо, моё настроение становилось всё лучше, а сердце наполнялось чистым счастьем.

И теперь спрашивать, почему она приехала за мной, не взяв собственный зонтик, было бы совершенно бессмысленно.

— Сзади, сзади...

Хару, которую я по-прежнему держал на руках, что-то тихо прошептала мне на ухо. Но из-за шума дождя я не смог как следует её расслышать.

Сзади? Там есть зонтик?

Получается, Куру-тян всё-таки взяла ещё один зонтик и где-то его спрятала?

— ───♪♪♪

Однако, увидев, как Куру-тян счастливо напевает себе под нос, я вдруг понял, что это совершенно неважно.

В конце концов, я и сам был счастлив, что могу идти под одним зонтиком с любимым человеком.

— Слушай, Куру-тян. А что у нас сегодня на ужин?

— Фу-фу-фу! Рада, что ты спросил! Сегодня на ужин будет твоё любимое блюдо — карри!

— Ура! Фирменное карри Куру-тян! Именно этого мне сейчас и хотелось!

— Я уже всё подготовила. Осталось только добавить заправку для карри, так что можешь предвкушать! По дороге домой нам нужно лишь заглянуть в супермаркет за салатом, и ужин будет идеальным.

Как и следовало ожидать от Куру-тян, она всё делала быстро. Если бы мы сейчас не находились на улице и мои руки не были заняты, я бы непременно крепко её обнял.

— Папа, Хару тоже хочет награду.

— М? Награду?

— Награду за то, что Хару вместе с мамой приехала встретить папу. Можно?

Конечно, я был очень рад, что она полностью оделась для дождливой погоды и проделала весь этот путь ради меня.

Хотя, если подумать, мы ведь пока не могли оставлять Хару дома одну, так что особого выбора у неё и не было.

— Награду, значит... И чего же ты хочешь?

— Эм... Я хочу "Шоко-эгг", специальное издание "Делюкс".

— ...Что?

Я совершенно не понял, о чём просит Хару. Более того, я даже не знал, можно ли купить подобную вещь в обычном супермаркете.

Поэтому лишь растерянно уставился на неё.

— Нет, Хару-тян. Я ведь только вчера покупала тебе сладости, разве нет?

Куру-тян немедленно отвергла просьбу нашей очаровательной дочери.

А, вот оно что.

Слова "специальное издание Делюкс" меня немного запутали, но теперь я вспомнил, что Хару начала название со слова "Шоко".

Значит, речь шла о сладости.

— А, сладости... Думаю, не получится.

Если Куру-тян сказала "нет", я не мог просто взять и купить это дочери. Может, стоит предложить ей что-нибудь другое, не связанное со сладостями...

— Папааа... Ну купи мне, пожа-а-алуйста...

— Кх...!

Хару посмотрела на меня умоляющими глазами, в которых уже блестели слёзы, и заговорила ещё более сладким голосом, чем обычно.

При том, что в повседневной жизни она вела себя гораздо взрослее своего возраста, хотя только недавно начала ходить в детский сад, подобные редкие проявления детской непосредственности буквально сокрушали мою решимость.

— Л-ладно, хорошо... Но только одну штуку, понялa...?

— Ура! Папа, я тебя люблю!

— Дорогой!!

Хару крепко обняла меня, а Куру-тян сердито повысила голос. Стоило порадовать одну, как другая тут же начинала злиться.

Никакой возможности победить.

Продолжая вот так весело болтать, мы втроём отправились домой под дождём. В школьные годы прогулка под одним зонтиком была для меня прекрасным воспоминанием.

Но теперь, когда мы шли втроём, всей семьёй, разговаривали и смеялись, это тоже было по-своему замечательно. После того как мы насладились фирменным карри Куру-тян, я устроился перед телевизором и рассеянно смотрел на экран.

На моих коленях сидела Хару, счастливо обнимавшая коробочку с "Шоко-эгг Делюкс".

И тут Куру-тян неожиданно заговорила о кое-чём, что вызвало у меня ностальгию.

— Слушай, дорогой. Помнишь то приложение для анализа мыслей, которое мы когда-то проходили?

Куру-тян плюхнулась на диван прямо рядом со мной.

Увидев это, сидевшая у меня на коленях Хару немедленно перебралась на противоположную сторону и спряталась, словно пытаясь защитить коробочку со сладостью.

В конце концов, я не смог устоять перед её мольбами и, кое-как успокоив возражавшую Куру-тян, всё-таки купил дочери обещанную награду.

Теперь же Хару, похоже, опасалась, что мама может её конфисковать. Поэтому крепко прижимала коробочку к себе и ни за что не хотела выпускать её из рук.

— Всё хорошо, Хару. Эта сладость принадлежит тебе. Никто её у тебя не отнимет.

— ...Правда?

— Правда. Если будешь хорошо себя вести, никто ничего не заберёт. Верно, Куру-тян?

— Именно так. Если не будешь привередничать и отказываться есть болгарский перец, а также засиживаться допоздна, я ничего у тебя не заберу.

Куру-тян вздохнула. Она старалась не слишком баловать Хару. Хотя на самом деле сама довольно сильно её баловала.

Судя по всему, она до сих пор была недовольна тем, что я купил дочери сладость.

— ...Я пойду чистить зубы!

Хару мгновенно вскочила с дивана и поспешила в ванную.

Иногда она засиживалась допоздна вместе со мной и Куру-тян, но теперь хотя бы какое-то время наверняка будет ложиться спать пораньше, a вот с её привередливостью в еде придётся разбираться уже завтра.

— Нельзя покупать Хару сладости каждый раз, когда она просит. Если вырастет избалованной, потом будут большие проблемы.

— Знаю, знаю. В следующий раз буду осторожнее. Но вообще-то мы говорили о приложении для анализа мыслей, верно? Конечно, я его помню. Это ведь то самое приложение, которое я предложил тебе пройти ещё в старшей школе, Куру-тян?

— Да, именно оно! Представляешь, сегодня я узнала, что у него, оказывается, вышла новая версия!

Никогда бы не подумал, что приложение, появившееся больше десяти лет назад, получит новую версию.

Ведь тогда оно так и не стало по-настоящему популярным, не привлекло широкого внимания и незаметно затерялось в бескрайних просторах интернета.

Возможно, всё это время разработчики продолжали выпускать небольшие обновления, просто я ничего об этом не знал.

— Раз уж появилась такая возможность, почему бы нам не попробовать ещё раз? Ведь только ты знаешь мои результаты того времени. Сможешь сказать, насколько я изменилась?

Мы проходили тот тест всего один раз, но я до сих пор помнил результаты. Если не ошибаюсь, тогда там было очень много слов "Холод" и "Лёд".

Интересно, что покажет приложение теперь?

Мне и самому стало любопытно.

— Да, давай. Мне тоже интересно узнать, насколько ты изменилась со школьных времён, Куру-тян. Тогда попробуем прямо сейчас.

Я немедленно нашёл приложение на смартфоне, установил и запустил его. Теперь вопросов стало гораздо больше, а сама диагностика разделялась на пять уровней.

Вероятно, точность результатов тоже значительно повысилась. Хотя, с другой стороны, прошло уже больше десяти лет.

Было бы странно, если бы за это время приложение совершенно не изменилось.

— Уфу-фу! Хорошо! Я готова в любой момент! Давай начинать!

Её энтузиазм немного сбил меня с толку. Ведь в школьные годы она реагировала на подобные предложения совершенно иначе.

Однако я всё равно приступил к диагностике, как делал это тогда. Спустя тридцать минут к нам присоединилась Хару, закончившая чистить зубы.

В итоге мы втроём смеялись и болтали на протяжении всего теста. Это оказалось немного утомительно, но очень весело.

Ну а теперь посмотрим на результат...

— Это... довольно впечатляюще.

— Ну как?! Какие результаты?! Рассказывай!

Куру-тян с широченной улыбкой смотрела на меня. Пока я размышлял, как лучше ей ответить, Хару забралась мне на плечо и тоже заглянула в экран смартфона.

— ...Ого.

Даже ребёнок смог бы понять получившийся результат. Мне оставалось только криво улыбнуться.

То, что теперь показывал экран, было полной противоположностью тому, что я видел десять лет назад.

В самом центре огромными буквами располагалось слово "Счастье". Вокруг него находились "Любовь" и "Нежность", а внутри них — "Муж", "Дочь" и "Дом".

Это меня искренне обрадовало. Ведь результат подтверждал, насколько Куру-тян дорожила мной и Хару.

Нашей семьёй. Однако дальше начиналось кое-что проблематичное.

"Секс", "Этти" и "Дети".

А следом... "Желание".

Результат настолько отличался от того, каким он был в школьные годы, что я мысленно схватился за голову. Но главная проблема заключалась в другом.

Я совершенно не представлял, как должен ей об этом рассказать. Не мог поверить, что мысли Куру-тян настолько сильно окрасились в розовый цвет.

Хотя, если подумать, в этом был определённый смысл. Куру-тян выросла в большой семье и постоянно говорила, что хочет ещё детей.

Причём столько, чтобы можно было собрать целую футбольную команду. Поэтому назвать результат совершенно бессмысленным я тоже не мог.

Просто хотелось бы, чтобы она хотя бы немного лучше скрывала подобные желания.

— Дорогой, ну как я выгляжу сейчас?! Покажи, покажи!

— Эм-м... И что же мне теперь делать...?

Интересно, как Куру-тян отреагирует, когда увидит это? Одна часть меня хотела узнать ответ.

Другая совершенно не желала его знать. Ведь вполне возможно, что она облизнёт губы и сегодня ночью снова не позволит мне заснуть.

При мысли об этом вторая часть меня становилась гораздо настойчивее. Настоящая Куру-тян Шрёдингера.

— ...Вот что получилось.

После долгих внутренних мучений я всё-таки решил показать ей экран.

И вовсе не потому, что она настойчиво приближала своё лицо к моему, пока я наконец не сдался.

Совсем не поэтому.

— Уфу-фу. Раньше мне казалось, что весь этот анализ мыслей, полная ерунда, но, оказывается, недооценивать его не стоит. Практически всё правильно!

— В-вот как... Даже не знаю, что на это ответить.

Мне бы хотелось, чтобы ты хотя бы не признавала это настолько открыто. Мысленно пробормотав это, я неловко улыбнулся.

Я надеялся, что она проявит хоть немного скромности или смущения, или хотя бы слегка станет отрицать результат, заявив, что подобного просто не может быть.

Но ничего такого не произошло.

— Помнишь, ты ведь тогда говорил? Что, когда вас двое, счастье становится вдвое больше. В то время мне это казалось странным, но теперь я понимаю.

Куру-тян сказала, что теперь, когда нас стало трое, счастья тоже стало втрое больше.

А огромное слово "Счастье", расположившееся в центре результатов анализа, было тому доказательством.

— Поэтому, если бы нас стало десять, думаю, счастья было бы в десять раз больше...

Куру-тян обвила руками мою шею. Её глаза слегка увлажнились, а выражение лица приобрело соблазнительный оттенок.

Она облизнула губы, приблизилась к моему уху и прошептала:

— Поэтому, дорогой... Фу-фу. Тебе лучше приготовиться...

По её голосу было совершенно ясно, что она твёрдо намерена воплотить эту цель в жизнь, а я чувствовал себя лягушкой, оказавшейся перед змеёй.

Впрочем, теперь становилось понятно, почему слова "Дети" и "Желание" так отчётливо проявились в её мыслях.

И тут мне пришёл в голову ещё один вопрос.

— Слушай, Куру-тян. Вообще-то, когда мы проходили анализ мыслей в старшей школе, там тоже было слово "Желание", но...

— Э? Правда?

В отличие от сегодняшнего дня, тогда я так и не показал Куру-тян результаты анализа и даже ничего ей о них не рассказал.

К тому же в те времена мы ещё не были настолько близки, чтобы я мог спросить, что именно означало это слово.

— ...Так чего же ты тогда желала, Куру-тян?

— Чего я хотела в старшей школе...? Наверное... Думаю...

— М? Чего именно?

Куру-тян замялась. Она вдруг слегка смутилась.

Всё то соблазнительное настроение, которое окружало её ещё мгновение назад, бесследно исчезло. Теперь она выглядела почти как юная девушка, впервые познавшая любовь.

— Э-эм, понимаешь...? Наверное, в старшей школе я хотела обрести друзей и... любовь.

— ...Друзей и любовь?

— Я очень много времени проводила одна. По правде говоря, мне было немного одиноко.

— Я даже не знал...

— Как раз тогда, когда мне окончательно надоело одиночество, ты и Масиро-сан начали со мной разговаривать. Вы стали моими друзьями, и я перестала чувствовать себя одинокой. Но потом...

Произнеся это, Куру-тян придвинулась ко мне и нежно положила голову на моё плечо.

— После того как ты обрела друзей... Чего тебе захотелось дальше?

— Уфу-фу-фу. Ну, кто знает? Кстати говоря, всё, чего я когда-либо желала, я уже получила.

— ...Вот как.

Почувствовав, как мои щёки начинают теплеть, я нежно погладил Куру-тян по голове. Её мягкие, шелковистые чёрные волосы приятно скользили между моими пальцами.

Это невероятно успокаивало. Наверное, я мог бы провести так целые часы.

— М-мама, можно мне посмотреть телевизор?

Словно возвращая нас к действительности, Хару потянула Куру-тян за рукав.

Мне, должно быть, только показалось, что в её голосе проскользнули лёгкие нотки недовольства.

— Кхм! Можно, но обязательно ложись спать пораньше, хорошо?

Куру-тян прочистила горло, снова выпрямилась, удалила результаты диагностики, словно объявляя эту тему закрытой, и вернула мне смартфон.

— А-а-а... Начиная с завтрашнего дня всю неделю будут идти дожди.

Когда я включил телевизор, там как раз показывали прогноз погоды. На экране напротив каждого дня недели красовались значки зонтиков.

Увидев это, Хару поникла. Для ребёнка невозможность играть на улице действительно была тяжёлым испытанием.

— Дождливые дни немного угнетают, правда? Влажно, бельё нельзя вывесить сушиться на улицу. Но...

Похоже, Куру-тян уже окончательно вернулась к своему привычному состоянию. Произнося эти слова, она уютно прижалась ко мне и обвила обеими руками мою руку.

Её глаза слегка увлажнились, а щёки приобрели соблазнительный румянец.

Она облизнула губы и прошептала:

— Впрочем, это тоже не так уж плохо... Ведь мы можем целыми днями сидеть дома и миловаться друг с другом.

— ...Вообще-то завтра мне тоже нужно работать, поэтому, пожалуйста, будь ко мне снисходительна, хорошо?

— Фу-фу. Я постараюсь.

К несчастью, Куру-тян, чьи мысли теперь были полностью окрашены в розовый цвет, совершенно не собиралась проявлять милосердие.

Скажу лишь, что в итоге меня выжали как лимон.

Из-за этого работа на следующий день превратилась в настоящее испытание.