Как так вообще получилось, что я стала подругой героини и злодейки?
Ну, тут все было просто.
Хейзел по своей натуре была очень добрым человеком и легко могла находить общий язык с окружающими. Амалия была таким же человеком, поэтому они сблизились естественным образом, ведь люди со схожими интересами и личностями как правило притягиваются друг к другу.
Что касается того, как в нашу компанию попала будущая злодейка, то это была заслуга Хейзел. В отличии от Амалии, которая была популярна в приюте, Эрика, наоборот, считалась всеобщим изгоем. И причина тому была тривиальней некуда. У Эрики были красные глаза, которые считались символом дьявола, и были предвестником несчастий.
Очень банально, не так ли?
На самом деле, это был такой заезженный троп, что писателям в наше время было бы просто нелепо его использовать.
Но, так уж вышло, что и сам этот роман был не новым. На тот момент, когда я его прочитала, этому роману было уже несколько лет. Так что я не могла осуждать автора за его старомодность, ведь в то время эта тема все еще была нова и популярна.
Но, в любом случае, именно из-за своих красных глаз, и, вдобавок, нелюдимого характера, Эрика была изгоем в приюте.
Хейзел, по доброте своей душевной, решила протянуть ей руку помощи, и спасти от издевательств детей. Таким образом, Эрика и попала в нашу компанию, где мы стали дружить уже втроём. Проще говоря, Амалия и Эрика изначально стали дружить только по инициативе Хейзел.
Дружить с героиней и злодейкой было утомительно, но я держалась, так как знала что скоро умру.
- ...Хейзел, ты все еще не передумала? Ты действительно не собираешься сдавать королевский экзамен?
Прямо сейчас мы с героиней находились в небольшом швейном цехе, который был организован прямо при приюте. Или, честнее его можно было назвать подпольной мастерской. В любом случае, это было место, где мы с Амалией, а также еще десятком других детей работали.
Наша работа непосредственно заключалась в том, чтобы шить форму для рабочих фабрик, чтобы впоследствии руководство приюта продавало ее и получало за это деньги. Сами мы при этом не получали ни монеты. Руководство приюта называло это нашей платой за то, что мы получаем здесь еду и кров. Но в действительности это была лишь эксплуатация бесплатной рабочей силы.
Как я и говорю, мы здесь находимся в тюрьме.
- Нет, не передумала.
Я ответила небрежно, пока прошивала строчки на бесформенных серых рабочих штанах.
В комнате, где был очень сильный шум от швейных машинок, нам приходилось говорить громко, чтобы услышать друг друга.
Амалия слегка нахмурилась, когда услышала мои слова.
- Но почему ты так внезапно передумала? - переспросила она, - Мы ведь собирались сдавать его вместе! Или ты расстроена из-за того, что мы не смогли поступить в школу?
- Нет, дело не в этом. Я просто решила, что мне это не нужно.
- Не нужно? И почему же? Мы ведь мечтали, что вместе поступим в академию, разве нет?
Я тяжело вздохнула, отрезая нитку от слишком длинного шва.
- Если хочешь, поступай в академию, - я пожала плечами. - Но меня это больше не интересует. У меня другие цели.
Тема нашего разговора сейчас касалась поступления в имперскую академию.
Согласно законам империи Шелтон, каждый человек, независимо от его социального статуса, имел право на получение образования. Даже простолюдин мог попытаться сдать королевский экзамен, чтобы поступить в имперскую академию, высшее учебное заведение империи.
Это являлось несбыточной мечтой для многих простолюдинов, которые горели этой надеждой, чтобы попытаться изменить свою жизнь.
Хейзел и Амалия, которые имели схожие убеждения и цели, также мечтали об этом. Они вместе хотели поступить в имперскую академию и учиться там.
Мечтой настоящей Хейзел было стать учительницей, и поэтому ей нужен был диплом об окончании имперской академии, ведь это открыло бы для нее гораздо больше возможностей. В свою очередь мечтой Амалии было стать государственным служащим, чтобы когда-нибудь стать человеком, который сможет изменить жизни детей сирот к лучшему.
Тем не менее, проблема заключалась в том, что поступить в имперскую академию было невероятно тяжело.
Количество стипендиатов, которых академия принимает каждый год, крайне ограничено. И шанс того, что выберут именно тебя, близится к нулю. Именно по этой причине я решила, что нет необходимости столько стараться, если в конечном итоге это все равно с большей вероятностью окажется бессмысленным.
Кроме того, я даже не хочу становиться учительницей. Больше всего на свете я хочу просто лежать и ничего не делать. Но, чую, в этой жизни мне этого не светит...
- Другие цели? - Амалия нахмурилась, - Я никогда в это не поверю. Хейзел, ты ведь так мечтала стать учителем! Разве ты не помнишь? Ты даже хотела открыть свою школу, чтобы как можно больше детей из неблагополучных семей имели возможность получить образование. И теперь ты говоришь, что просто сменила цель?
- Ну... так бывает. Я просто поняла, что мои мечты не сопоставимы с реальностью. Ты хоть знаешь, сколько нужно денег, чтобы открыть свою школу? Откуда у меня такие деньги?
Амалия сначала посмотрела на меня удивленно, а затем усмехнулась.
- С этим не возникнет проблем, - уверенно заявила она, - В будущем я собираюсь стать государственным служащим, а значит, у меня будет много денег. Я обязательно заработаю достаточно, и открою для тебя школу!
Ах... как же трогательно слышать такие слова.
Тем более от дочери великого герцога, у которой итак деньги куры не клюют.
Амалия этого еще не знала, но, конечно, никакая должность госслужащего ей не светит.
Будущая герцогиня Сириникс и жена императора Шелтона, вот что ее ждет.
По сравнению с ней, счастливицей и дочерью сюжета, я не могла так бессмысленно разбрасываться своим временем и возможностями. Итак очевидно, что что бы я ни делала, я все равно проживу всю жизнь рабочим мулом. Вот почему я и говорю, что мне стоит поскорее умереть.
- Спасибо за твое предложение, но я все же откажусь.
Амалия, кажется, даже выглядела немного обиженной.
- Хейзел, так и скажи, что ты просто расстроилась из-за того, что мы не смогли поступить в школу! - заявила она, - Ты расстроена, и поэтому так себя ведёшь?
Ах да. То дело было две недели назад.
Хейзел и Амалия тогда пытались поступить в местную школу для детей простолюдинов, для того чтобы лучше подготовиться к сдаче королевского экзамена. Тем не менее, несмотря на то что они успешно сдали тестирование, но их все равно не взяли из-за нехватки мест. Вот так вот. Даже среди детей простолюдинов был большой ажиотаж в образовании.
К слову, произошло это как раз за день до того, как я переродилась в этом теле.
Другими словами, на следующий день после той провальной попытки поступления, я открыла глаза в теле Хейзел. По этой причине Амалия и Эрика считали мое внезапно изменившееся поведение не слишком странным, так как думали, что я просто была сильно расстроена из-за этого.
- Нет, я...
Тем не менее, я даже не успела ничего возразить. Все потому, что в нашу мастерскую неожиданно вошла одна из воспитателей приюта, миссис Лорен, и сообщила:
- Вы все, ненадолго прекратите работу и пройдите в общий зал! К нам прибыл жрец из центрального храма, так что вы все должны его поприветствовать.
Ну да, даже заключенные в тюрьме должны молиться богу.
Я не слишком удивилась, так как знала из содержания романа, что пока главная героиня жила в приюте, их время от времени навещали священники. Это была обычная практика, когда представители храма посещали подобные заведения нуждающихся, вроде приютов, больниц или тюрем.
Я также знала об этом и ещё по одной причине.
Дело в том, что третий лишний в любовном треугольнике между Амалией и вторым принцем был именно священник, и впервые встретились они еще тогда, когда героиня жила в приюте.
Но я не знала, действительно ли сегодня был тот самый день.