Мы с Изуку шли домой после всего, что произошло в торговом районе. Улицы уже опустели, только редкие прохожие бросали на нас любопытные взгляды. Я чувствовал усталость в ногах, но в голове всё ещё крутились моменты того боя — как Изуку бросился к Бакуго, как я управлял огнём, чтобы их спасти. Он шёл молча, но я видел в его глазах что-то новое — искру, которую я не мог до конца понять.
Вдруг за нашими спинами раздался знакомый резкий голос.
— Эй, Деку! Ты и твой братишка! — Это был Бакуго. Он догнал нас, его руки всё ещё слегка дымились от недавних взрывов. Его лицо было перекошено от злости, но в глазах мелькало что-то ещё. — Не думайте, что я вам обязан! Я бы и сам выбрался, ясно?! Это вы, никчёмные, влезли туда, где вам не место!
Изуку открыл рот, чтобы возразить, но Бакуго уже развернулся и пошёл прочь, не дав ему сказать ни слова. Я усмехнулся, глядя ему вслед.
— Всё тот же Кацу, — пробормотал я. — Гордость не даёт признать, что он был в шаге от смерти.
Изуку кивнул, и я заметил, как его плечи чуть расслабились. Но не успел я что-то добавить, как воздух вокруг нас изменился. Я обернулся и замер. Перед нами стоял Всемогущий — высокий, мощный, с той самой улыбкой, что я видел на экране сотни раз, когда мы с Изуку смотрели его видео в детстве.
— Юный Мидория, — начал он, и его голос звучал мягче, чем я ожидал. — Я пришёл поговорить с тобой.
Изуку уставился на него, его глаза расширились от удивления. Я посмотрел на брата, потом на Всемогущего, чувствуя, как внутри шевельнулось что-то странное. Почему герой номер один пришёл именно к нему? Я хлопнул Изуку по плечу, стараясь скрыть своё любопытство за привычной улыбкой.
— Изуку, — сказал я. — Ну, тогда я пойду первым. Не задерживайся.
Я бросил на Всемогущего короткий взгляд, пытаясь понять, что у него на уме, и пошёл дальше. Шаги Изуку и голос Всемогущего остались позади, а я всё думал: что такого он хочет сказать моему брату?
Когда я вошёл в дом, меня встретил звук тихих всхлипываний. Мама стояла у входа, её руки дрожали, а глаза были полны слёз. Она бросилась ко мне, едва я переступил порог, и крепко обняла.
— Изуя! — выдохнула она, её голос дрожал от эмоций. — Я видела репортаж… Ты… ты бросился туда, в огонь, к этому монстру! Как ты мог так рисковать собой? Я чуть не умерла от страха за вас обоих!
Я замер, сразу поняв, что она видела всё: как Изуку побежал к Бакуго, как я управлял огнём, чтобы остановить злодея. Её слёзы пропитали мою рубашку, и я почувствовал, как внутри что-то сжалось. Я мягко обнял её в ответ, стараясь успокоить.
— Мам, всё в порядке, — сказал я тихо. — Мы живы. Я не мог оставить Изуку одного там. Ты же знаешь, какой он.
Она отстранилась, вытирая слёзы, и посмотрела на меня с смесью гордости и ужаса.
— Вы оба… такие безрассудные, — прошептала она. — Но я так горжусь вами. Просто… обещай, что будете осторожнее. Я не переживу, если с вами что-то случится.
Я кивнул, чувствуя ком в горле. Видеть маму такой уязвимой было непривычно, но её слова задели меня сильнее, чем я ожидал.
Через некоторое время входная дверь снова открылась. Я обернулся и увидел Изуку. Он вбежал в дом, и на его лице было что-то странное — не просто усталость или страх, а какая-то искренняя, почти осязаемая надежда. Он бросился к маме, и она, всё ещё плача, обняла его так крепко, что он едва мог дышать.
— Изуку! — воскликнула она, её голос сорвался. — Ты зачем полез туда?! Ты чуть не погиб! Как ты мог быть таким безрассудным?!
Он попытался что-то сказать, но слёзы душили его. Вместо слов он просто обнял её в ответ, а я смотрел на него, пытаясь понять, что изменилось. Это чувство… оно было слишком сильным, слишком новым. Надежда? Решимость? Я не мог точно разобрать, но оно было связано с тем, что сказал ему Всемогущий. Что же он услышал там, на улице?
— Мам, всё хорошо, — вмешался я, положив руку ей на плечо. — Он жив, я жив. Мы справились. Не ругай его слишком сильно — он сделал то, что считал правильным.
Мама вздохнула, вытирая слёзы, и наконец отпустила Изуку, хоть и продолжала смотреть на него с тревогой.
— Вы оба… заставите меня поседеть раньше времени, — пробормотала она, но в её голосе уже было меньше страха.
Я взглянул на Изуку. Он стоял, опустив голову, но в его глазах горело что-то, чего я не видел раньше. Всемогущий… Что он сказал ему? Я хотел спросить, но решил подождать. Если это важно, он сам расскажет, когда будет готов.
Прошло два дня. Утро было тихим, но я спустился на кухню и увидел Изуку уже одетым, с бутылкой воды в руках. Он выглядел бодрым, хотя обычно вставал позже.
— Почему ты так рано встал? — спросил я, потирая сонные глаза.
Он повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнула та же решимость, что я видел два дня назад в торговом районе.
— Я буду тренироваться, — ответил он твёрдо.
Я приподнял бровь, скрестив руки.
— Надо было раньше начинать, — сказал я с лёгкой насмешкой. — Я же говорил тебе, что тело нужно тренировать, если хочешь чего-то добиться. — Я бросил взгляд в сторону, задумавшись, и добавил: — Тебе помочь.
— У меня уже есть тренер, — сказал Изуку, и его слова повисли в воздухе.
Я замер, удивлённо посмотрев на него.
— Тренер? — переспросил я. — Кто?
Он только улыбнулся, не вдаваясь в подробности. В его глазах горела та же решимость, что и два дня назад, и я это заметил. Кто бы это ни был, он явно вдохновил Изуку. Я не стал допытываться — если он так уверен, значит, у него есть план.
— Ладно, — сказал я, пожав плечами. — Докажи, что сможешь.
Через несколько дней я был на пробежке вокруг мусорного пляжа — места, которое давно стало местной свалкой. Свежий утренний воздух смешивался с запахом ржавчины и гниющих отходов, но я привык к этому. И тут я увидел его — Изуку. Он таскал старый холодильник, пыхтя от усилий, но не останавливаясь. А рядом с ним стоял… Всемогущий. С широкой улыбкой, он подбадривал Изуку, указывая, куда отнести очередной кусок хлама.
Я замедлил шаг, не веря своим глазам. Всемогущий? Тренирует Изуку? Я остановился, наблюдая издалека. Изуку выглядел измотанным, но в его движениях была какая-то новая сила, какой я раньше не замечал. Всемогущий что-то говорил ему, и он кивал, вытирая пот со лба.
Я задумался. Почему сам герой номер один тренирует моего младшего брата? Но потом вспомнил тот день в торговом районе — как Изуку бросился к Бакуго, как его глаза горели, несмотря на страх. Всемогущий, должно быть, увидел в нём то же, что видел я — искру, которая не гаснет. И если он решил тренировать Изуку, значит, он верит в него так же, как верю я.
Я не стал подходить. Секреты остаются секретами, пока не придёт время их раскрыть. Изуку сам расскажет, когда будет готов. Я развернулся и побежал дальше, оставив их вдвоём.
Прошло ещё немного времени. Однажды вечером Изуку постучал в мою комнату.
— Изуя, у тебя есть гантели или что-то для тренировок? — спросил он, заглядывая внутрь.
Я улыбнулся и без лишних слов достал из шкафа пару старых гантелей и резиновую ленту для упражнений.
— Держи, — сказал я, передавая их ему. — Используй с умом.
Он кивнул, поблагодарил и ушёл. А через пару дней, проходя мимо его комнаты, я заметил листок на столе. Любопытство взяло верх, и я заглянул. Это было расписание тренировок — тяжёлое, но чётко продуманное. Упражнения, время отдыха, даже список еды: белки, углеводы, овощи — всё расписано до мелочей. Я присвистнул. Это было серьёзно. Может, и тяжело для него, но с его упорством… он справится. Кто бы это ни составил — а я подозревал, кто — он знал, что делает.
До вступительных экзаменов в U.A. оставалось ещё время. Изуку тренировался, и я тоже не сидел на месте. Каждый день я выходил на пробежки, оттачивал свою причуду, учился лучше контролировать огонь. Мы оба шли к одной цели, пусть и разными путями. И я знал: он не отступит. Как и я.