Глава 6.

Понедельник миновал, сегодня вторник.

Вчера во время обеда Хиираги-сан почему-то казалась не такой жизнерадостной, как обычно. Вроде бы мы общались как всегда, но меня не покидало тягостное чувство, будто между нами возникло какое-то недопонимание.

Поскольку причина мне неизвестна, я ничего не могу исправить. Остается лишь спросить ее саму, но как раз это сделать почему-то невероятно трудно. Полный тупик.

И что же делать? Вот бы в такие моменты решения приходили сами собой.

— Янаги-кун, ты о чем-то задумался?

Звонкий голос Татибаны-сан коснулся моих ушей . Она слегка склонила голову набок, совсем как какой-то милый зверек.

— Да так. Человеческие отношения — сложная штука, ведь в них нет единственно правильного ответа.

— То, что ты не убегаешь от проблем, а пытаешься в них разобраться, достойно уважения.

— Думаешь? Спасибо.

Слова Татибаны-сан почему-то легко и естественно находили отклик в моей душе. "Раз с ней так просто общаться, стоило больше разговаривать с ней еще в младшей школе".

— Кстати, Янаги-кун, ты сам готовишь себе бэнто?

— Ага.

Родители всегда пропадали на работе, и, чтобы не обременять их, еще в средней школе я начал готовить сам. Более того, когда они возвращаются с землистым цветом лица, я собираю обед и для них. В такие дни они часто забывают поесть на работе, а мне совсем не хочется, чтобы они свалились от истощения. Да и если бэнто приготовил собственный сын, они съедят его, какими бы занятыми ни были.

— Понятно... Слушай, а не хочешь поменяться чем-нибудь из еды?

Ее голос слегка дрожал. "Вряд ли из-за такого стоит так сильно волноваться".

— Конечно, давай. Что бы тебе хотелось?

— Салат с макаронами.

— Ого, решила отказаться от жареного?

— Взамен дам тебе мини-котлетку.

— И как ты догадалась, что я хочу именно ее?

— В младших классах, когда на обед давали котлеты, ты всегда так радовался.

— Ты и такое замечала?

— Прости. Это, наверное, жутко выглядит, да?

— Да нет.

"В те времена я сильно выделялся. Ничего удивительного, что за мной наблюдали".

Я потянулся палочками к коробочке Татибаны-сан и подцепил мини-котлетку.

— Тогда и я.

Татибана-сан тоже робко протянула свои палочки. Я приподнял свое бэнто, чтобы ей было удобнее.

Мы одновременно откусили. Мясо оказалось очень плотным, а вытекший из него сок — потрясающе вкусным.

— М-м! Как вкусно!

— Твой салат с макаронами тоже отличный, Янаги-кун. С такой приятной кислинкой.

— Я стараюсь следить за здоровьем, поэтому тщательно подбираю специи.

"Какая ностальгия — меняться едой. Не делал этого со времен младшей школы".

— Хочешь еще одну котлетку?

Татибана-сан зажала котлетку палочками и поднесла прямо к моим губам.

— А, эм...

"Разве не так обычно делают парочки, говоря при этом «скажи а-а»?"

"Или я слишком много об этом думаю? Может, это в порядке вещей?"

Пока я сидел как вкопанный, до Татибаны-сан, кажется, тоже дошло, и она ахнула.

— Н-нет, прости! Я совсем не это имела в виду! Просто как-то само вышло, по привычке, как с младшим братиком в детстве...

— У тебя, оказывается, есть младший брат, Татибана-сан. Все в порядке, я не придал этому значения.

"Слава богу, с моим восприятием все в порядке. А то я уж было подумал, что Татибана-сан — невероятно смелая девушка".

После этого мы с Татибаной-сан ели в молчании. С виду она кажется тихой и спокойной, но, похоже, способна на весьма неожиданные слова и поступки. Она полна загадок.

— Послушай, Янаги-кун. Если ты не против... есть одно место, куда я хотела бы сходить с тобой.

"Ну вот. Снова такое внезапное предложение".

"Хиираги-сан недавно спрашивала, не встречаюсь ли я с Татибаной-сан, и не в моем ли она вкусе. Из-за всего этого я невольно напрягся: неужели она зовет меня на свидание?!"

— Смотря куда.

— В эти выходные в Нагое пройдет аниме-фестиваль... не составишь мне компанию? Вообще я собиралась пойти с братом, но у него, кажется, появились дела с друзьями.

— А?! Тот самый фестиваль?! Пойду! Конечно, я хочу пойти!

Вырвалось на одних рефлексах. Это же главное событие года: билеты разыгрываются в лотерею, там заранее покажут часть первой серии летнего аниме, приедут известные косплееры и стримеры, да еще и эксклюзивный мерч продавать будут! Не фестиваль, а мечта!

"К сожалению, мне с лотереей не повезло. А там ведь раскроют информацию о втором сезоне моего любимого аниме... Я был готов ползти туда на коленях, лишь бы попасть".

— Правда? Мы будем там только вдвоем, тебя это устроит?

"Почему-то Татибана-сан решила уточнить этот момент. Что ее так беспокоит?"

— Разумеется, только вдвоем. Количество билетов ведь строго ограничено лотереей. Ты же выиграла парный билет, так?

— Так-то оно так, но не совсем... Впрочем, раз уж мы идем вместе, об этом можно не волноваться. Буду рассчитывать на тебя, Янаги-кун.

— И я на тебя. Спасибо, что пригласила. Я безумно хотел туда попасть, так что просто счастлив.

— Ты ведь тоже очень ждешь второй сезон, да? Давай в тот день зависнем у их стенда.

— Так и поступим. Только надо встретиться пораньше, чтобы урвать мерч. Лотерея лотереей, а билеты все равно раскупят, так что все может разлететься вмиг.

— У этого аниме куча безумных фанатов. Я вот хочу заполучить фигурки в костюмах горничной и дворецкого.

— Да, это классный вариант. Редкий шанс увидеть их в такой одежде, которую они в жизни бы не надели. А я бы все-таки выбрал версию в купальниках.

— Согласна, у них отличный дизайн. Очень милые.

— Вот-вот!

"И такие разговоры мы сможем вести весь день напролет. Надо же, я отправлюсь на долгожданный фестиваль с Татибаной-сан, с которой у нас столько общих интересов".

"Спасибо судьбе за такую удачу. Теперь я просто не могу дождаться выходных".

До самого конца обеденного перерыва мы с Татибаной-сан увлеченно обсуждали наши планы на фестиваль.

Всю оставшуюся неделю я ходил окрыленный, и вот наступила пятница. Завтра — день долгожданного аниме-фестиваля. Сейчас мне море по колено.

— Янаги-кун, ты сегодня подозрительно в хорошем настроении? — окликнула меня Хиираги-сан, сидевшая немного поодаль.

Между нами все еще чувствовалась легкая неловкость, но общаться мы могли более-менее нормально.

— Да так, случилось кое-что хорошее.

— Хм. Понятно.

"Но все равно что-то было не так. Пожалуй, сейчас между нами даже больше напряжения, чем сразу после нашей встречи. Будь все как раньше, Хиираги-сан обязательно расспросила бы, что именно случилось, или я бы сам пустился в долгие рассказы".

"Сегодня я спрошу у нее напрямую. Узнаю, почему возникла эта стена отчуждения, и что она обо мне думает. Иначе мы не просто не сдвинемся с мертвой точки, а станем еще дальше друг от друга, и ни о каком возвращении к отношениям друзей детства речи уже не пойдет".

— Эм... — сказали мы в один голос.

"Надо же было заговорить одновременно. Уступлю ей".

— Говори первой. У меня ничего такого важного.

— Правда? Тогда я начну. У тебя есть планы на завтра и послезавтра? Я подумала, не сходить ли нам куда-нибудь.

Для обычно бойкой Хиираги-сан эти слова прозвучали как-то неуверенно.

"У меня перед глазами невольно всплыл вчерашний образ Татибаны-сан. Бывают же совпадения. Два дня подряд меня расспрашивают о планах на выходные".

"Аниме-фестиваль длится два дня. Программа в эти дни отличается, и мы с Татибаной-сан договорились пойти на оба".

— Прости, я бы с радостью, но на завтра и послезавтра у меня уже есть планы.

Услышав это, Хиираги-сан тут же натянула дежурную улыбку.

— П-понятно. Вот как. Планы с друзьями?

— Ага. Вчера как раз позвали.

— Только не говори, что с... Татибаной-сан?

"Температура в комнате словно резко упала. Я что, очутился в зоне вечной мерзлоты?"

"Мне было слишком страшно заглянуть Хиираги-сан в глаза. Казалось, там сейчас разверзлась черная дыра".

"Татибана-сан — мой друг. Нет ничего странного в том, чтобы гулять с друзьями. Я мог бы просто сказать ей правду, но..."

— Нет. Я иду с Вакудой.

"Проблема заключалась в том, что Хиираги-сан и Татибана-сан, кажется, не ладят. А Хиираги-сан с самого детства ненавидела, когда я общался с теми, кто ей не нравится. Если я сейчас упомяну Татибану-сан, это приведет к окончательному разрыву. Прости, Вакуда, что приплел тебя сюда".

— А, с Вакудой-куном. Неудачно вышло. Ну, ничего не поделаешь. Хорошо вам провести время!

"Глядя на ее вымученную улыбку, я почувствовал укол совести. Особенно из-за того, что соврал".

"Но сказать: «Не заставляй себя улыбаться» — у меня язык не повернулся".

"Мы столько лет провели бок о бок, что я без труда мог отличить искреннюю улыбку от фальшивой. И Хиираги-сан, скорее всего, прекрасно понимает, что ее притворство на меня не действует".

"Но она все равно продолжает улыбаться... из заботы обо мне".

"Так нельзя оставлять. Я должен сделать первый шаг".

— На этой неделе я занят, а что насчет следующей?

— Н-на следующей! Секундочку...

Хиираги-сан поспешно вытащила смартфон и впилась взглядом в экран. Наверняка открыла приложение с календарем.

— Следующая неделя свободна!

— Тогда давай перенесем на следующую?

— Угу! Какое облегчение.

Хиираги-сан заметно расслабилась, и ее улыбка вновь стала естественной.

— Я тоже рад. Тем более мне как раз нужно было кое-что обсудить с тобой в спокойной обстановке.

"Если мы куда-нибудь сходим, обязательно подвернется момент для откровенного разговора".

— Т-т-т-т-так вот оно что. Обсудить. Кое-что обсудить, значит. Это что-то важное... для нас двоих?

"Надо же, она и сама все понимает. Ну еще бы. Мы оба чувствовали эту неловкость. Тогда будет проще".

— Именно. Потому что я считаю, что мы не можем и дальше продолжать в том же духе.

— ! Ты прав. Я... я тоже морально подготовлюсь.

"Разговаривать по душам оказалось на удивление трудно. И я прекрасно понимал, почему к этому нужно морально готовиться".

— И я подготовлюсь. Давай будем честны друг с другом.

"Я до сих пор не до конца понимал причину нашего разлада. Но, скорее всего, дело в моем поведении".

"В моем вечном страхе перед чужим мнением и неуверенности в себе".

"Это отличная возможность наконец-то разобраться в себе".

"Думаю, Хиираги-сан я смогу все рассказать. Смогу рассказать, что произошло в средней школе".

Оставшуюся часть перерыва Хиираги-сан просидела в приподнятом настроении. Я был искренне рад, что она сама дала мне повод для встречи.

"Надо бы и мне собраться с мыслями. Время до следующей недели еще есть".

Дорога от Хамамацу до Нагои занимает не так уж много времени. В выходные дни билеты на электрички и синкансэны между Тоёхаси и Нагоей сильно дешевеют, поэтому, сделав пересадку в Тоёхаси, можно неплохо сэкономить.

Поскольку мы с Татибаной-сан жили довольно далеко друг от друга, из-за расписания автобусов мы договорились встретиться прямо на станции Тоёхаси, чтобы оттуда поехать в Нагою.

Я стоял прямо у выхода с турникетов на станции Тоёхаси и рассматривал выставочные стенды, когда из-за спины послышался робкий голос:

— Заждался?

— Да нет, я только приш...

Я так и не договорил. Ведь, обернувшись, я не сразу осознал, что передо мной стоит Татибана-сан.

Во-первых, прическа. Это был не ее привычный хвост. Черные шелковистые пряди теперь спадали с двух сторон. Мощность возросла вдвое. Проще говоря, она сделала два хвостика.

Впечатление менялось кардинально. На смену привычной холодной элегантности пришла очаровательная детская невинность.

А усиливал этот эффект ее наряд.

Это называется «готическая лолита»? Или «сладкая лолита»? Я не слишком разбираюсь в этих тонкостях, но ее платье было ослепительно-белым, с бесконечным множеством рюшей и оборок. Дай ей в руки кружевной зонтик в том же стиле, и она запросто сойдет за героиню какого-нибудь аниме про сражения с суперсилами.

— ...Эм.

— Д-да?

Татибана-сан сделала неуверенный шаг навстречу. Поскольку она была ниже меня ростом, на меня обрушился абсолютно идеальный взгляд исподлобья.

И хотя она сама подошла ближе, в ее глазах читалась явная тревога.

— Я думала надеть что-то более неприметное, но в итоге пришла в том, что мне нравится. Обычно такая одежда отпугивает людей... но я подумала, что Янаги-куна это, наверное, не смутит.

Она все ниже и ниже опускала голову. Пока ее взгляд окончательно не уперся в землю, я поспешно выпалил:

— Ни капельки не смущает! Нисколечко! Я говорю абсолютно серьезно. Тебе очень идет, и выглядит так круто, словно ты владеешь какой-то суперсилой. Тут столько мелких деталей, что можно разглядывать бесконечно.

— П-правда? Тогда хорошо. Какое облегчение. Хе-хе.

Мне казалось, что я сморозил какую-то глупость, но Татибана-сан улыбнулась и, похоже, успокоилась.

— Скоро наша электричка, пора идти.

До сих пор время, проведенное с Татибаной-сан, было исключительно спокойным, а на душе царил штиль. (За исключением той игры в слова с признаниями).

Но сегодня что-то изменилось. Может, мне так кажется только из-за ее нового образа?

— Угу, пошли.

«А? Разве ее голос не звучит выше, чем обычно? Обычно она лишь слегка улыбается, а сегодня прямо-таки сияет, да? И ведет себя как-то более женственно? Или мне мерещится? Ах, как же я жалею о нехватке опыта в такие моменты».

«Точно, мы ведь виделись с Татибаной-сан только в школе. Просто это наша первая встреча за ее пределами, вот все и кажется в новинку. Наверняка дело в этом. Ощущение чего-то особенного? Такое бывает независимо от пола, наверное».

Чувствуя легкую неловкость от того, насколько Татибана-сан отличалась от себя обычной, мы вдвоем зашли в вагон.

Впрочем, мне стало немного спокойнее. Мы выехали за пределы префектуры, так что шанс встретить одноклассников был близок к нулю. К тому же, с такой сменой имиджа никто бы ни за что не догадался, что девушка рядом со мной — Татибана-сан.

— П-прости, Янаги-кун. От меня не пахнет потом?

— Вообще никаких проблем. Никаких проблем. Даже наоборот... нет, забудь. Все отлично.

Вагон был забит битком — сплошь люди, едущие на тот же фестиваль, что и мы. Татибана-сан маленькая и невысокая, ее запросто могли раздавить в такой толпе. Я рефлекторно попытался ее защитить, и в результате нас плотно прижало друг к другу.

Нас разделяло такое крошечное расстояние, что мы могли слышать стук сердец друг друга. Личное пространство исчезло без следа, уступив место какому-то кристально чистому миру. «Что я вообще несу?»

Все дело в позе. Со стороны, наверное, кажется, что мы обнимаемся.

А главное — ощущения. Эта мягкость... это из-за ткани платья, или же...

Время, которое мы должны были провести, мирно покачиваясь в вагоне и обсуждая аниме, превратилось в отчаянные попытки отвлечься от бешеного стука собственного сердца.

Беспечно наслаждаться фестивалем с подругой по интересам. Вот каким должен был стать этот день, но я уже предчувствовал бурю.

Впрочем, эта непередаваемая атмосфера рассеялась без следа, стоило нам войти в павильон.

В ушах гремят опенинги из аниме. Перед глазами — любимые персонажи. А каждый прохожий — твой единомышленник.

«Все-таки фестивали — это круто. Тебя окружает то, что ты любишь, и фанаты, которые разделяют твою страсть. Чувствуешь какое-то невероятное единение».

Сразу после входа мы с Татибаной-сан отправились на самый увлекательный шопинг в мире. Вперед, в великое плавание! Иными словами, за покупкой мерча. У стенда с эксклюзивными товарами уже выстроилась очередь, и мы пристроились в самый конец.

Когда рядом друг со схожими интересами, даже само ожидание приносит радость.

Закупившись мерчем, мы с головой окунулись в развлечения.

В средней школе я ходил на такие мероприятия один. Но сейчас...

— Ого-го! Впервые вижу фигурку в натуральную величину, вот это да!

— И не говори! Даже текстура совсем другая. Завидую взрослым, которые могут себе такое позволить.

— Думаю, даже для взрослого цена кусается. Вот бы стать таким взрослым, который может покупать подобные вещи.

— Понимаю. Будь такая дома, каждый день был бы счастливым.

— Если подумать об этом с такой стороны, то цена вполне оправдана.

Какое же удовольствие приносят такие простые разговоры! Когда тебе отвечают на то, о чем ты обычно бормочешь про себя. Испытав такое, даже страшно подумать, что, пойдя куда-то в одиночестве, я буду чувствовать пустоту.

Именно так было в средней школе. Меня вечно преследовало смутное чувство одиночества...

«Наверное, тогда я был белой вороной, но если подумать... возможно, все дело в том, что в младших классах Хиираги-сан всегда была рядом. Я постоянно был с кем-то, поэтому одиночество ощущалось так остро».

«В старшей школе мне больше не нужно испытывать это одиночество. Все благодаря Хиираги-сан и Татибане-сан».

Я всем сердцем осознал, как сильно хочу беречь отношения с ними обеими.

Обойдя весь фестиваль, мы решили пообедать.

— Так вот что значит "фестивальная наценка".

— Для старшеклассников дороговато. Но к еде дают мерч, так что я довольна.

— Это да. Таким костером даже пользоваться жалко. Повешу в комнате.

Я взял в руки костер, который шел в комплекте с напитком. Ценная вещь, между прочим, с новым дизайном.

— Я тоже повешу. Так и хочется собрать всю коллекцию, но нужно держать себя в руках.

— Еще большие траты мы точно не потянем. Ну, мне достался любимый персонаж, так что я счастлив. Обожаю иллюстрации со знаменитыми цитатами из сюжета — сразу вспоминаешь ту самую сцену. «И все же, я хочу оставаться собой!»

На мою посредственную пародию Татибана-сан отреагировала восхищенным «О-о!» и легонько похлопала в ладоши. Какая же она хорошая!

— Музыка, которая играет в такие моменты, или вот такой мерч... это так здорово, сразу погружаешься в атмосферу произведения... «Я отдам тебе всю себя».

— Ого! П-потрясающе! Очень похоже!

— Правда?

Голос Татибаны-сан звучал настолько похоже, что у меня пульс подскочил. Надо же, она умеет так мастерски менять голос.

— А другие реплики сможешь?

— У-угу. Попробую.

Я попросил ее воспроизвести еще несколько известных фраз, и каждая прозвучала невероятно похоже.

«Плохо дело. Если она продолжит в том же духе, я просто не смогу оторваться».

— Спасибо, что показала. Это и правда круто. Если бы ты начала стримить, точно бы добилась успеха.

— С моим-то характером это просто невозможно. Мне вполне достаточно того, что меня слушает Янаги-кун.

Сегодня я то и дело открываю для себя новые стороны Татибаны-сан. Все-таки выбираться куда-то с друзьями очень важно.

— Не слишком ли это круто, что такое представление достается только мне?

— Почему бы и нет? Янаги-кун — мой единственный друг. И слушать это больше некому.

— Какая-то невероятная роскошь. При таком высоком качестве я бы хотел слушать это каждый день.

— Если мы поженимся, сможешь слушать каждый день.

— А?

— Ой.

«Ч-что произошло за эту долю секунды? Поженимся. Поженимся?!»

— К-как необычно слышать от Татибаны-сан такие шуточки~

От волнения у меня даже интонация в конце подскочила. Это ведь точно шутка, да?!

— Что-то я совсем не то ляпнула. Прости.

— Ага, мы словно с ходу взлетели со взлетной полосы.

— Что это за сравнение такое?

Видимо, мое нелепое сравнение показалось ей смешным, и она звонко рассмеялась.

Атмосфера чуть было не стала такой же странной, как часто бывает с Хиираги-сан. Чуть не попался. Никак не ожидал, что такое может произойти и с Татибаной-сан.

«Может, из-за расспросов Хиираги-сан я тоже начал воспринимать Татибану-сан как девушку?»

«Этого не может быть. Даже если бы и так...»

В моей голове вдруг возник образ надутой Хиираги-сан, сверлящей меня осуждающим взглядом.

Именно так она меня и останавливает.

После обеда мы отправились на главное для меня событие сегодняшнего дня — ток-шоу с создателями аниме.

Сидя рядом с Татибаной-сан, я упоенно слушал режиссера, автора оригинала, аниматоров и сэйю. То и дело звучали закулисные истории, которые можно услышать только здесь — я был просто вне себя от восторга.

— Да уж, было здорово. Никогда бы не подумал, что та сцена — сплошная импровизация.

— А то выражение лица и фраза, ставшие известным мемом, оказывается, были добавлены по пьяни режиссером и автором... даже не знаю, стоило мне это слышать или нет.

— Зато сколько впечатлений!

Но так беззаботно обмениваться мнениями мы могли лишь поначалу.

Сразу после ток-шоу, похоже, намечалась открытая запись радиопрограммы с участием сэйю. Большинство зрителей двинулось туда, и нас мгновенно захлестнуло людское море.

«Татибана-сан такая невысокая, стоит только отвести взгляд — и я сразу потеряю ее из виду».

— Янаги... кун.

Татибана-сан, видимо, и сама это понимала. Прежде чем ее унесла толпа, она протянула ко мне руку. Поняв ее без слов, я потянулся в ответ. Нам удалось сцепить руки. Теперь я мог вести ее за собой.

Подстраиваясь под шаг Татибаны-сан, я прокладывал путь сквозь толпу.

Когда основная масса людей прошла, мы наконец добрались до места, где можно было перевести дух.

Такие же, как и мы, не пожелавшие идти на радио после ток-шоу, тяжело дыша, рассаживались по скамейкам или приваливались к стенам.

— Ну и толпа. Хорошо, что мы не потерялись. Ты не ушиблась?

— Угу. Я в порядке, благодаря Янаги-куну.

Раскрасневшаяся от жары Татибана-сан посмотрела на меня снизу вверх.

«Стоп, у Татибаны-сан всегда было такое лицо? Какое-то... завораживающее, что ли... к ней словно магнитом тянет...»

— Янаги-кун?

Я услышал голос, которого здесь просто не могло быть.

Я резко, до хруста в шее, обернулся.

Позади стояла Хиираги-сан, приоткрыв рот от удивления.

— Хиираги-сан? Что ты здесь делаешь?

— Ты говорил, что тебе нравится это аниме, вот я и решила посмотреть. И сама втянулась. Поэтому подумала: а не пойти ли нам на фестиваль вместе? Но раз с тобой пойти не вышло, я пригласила подругу. Сейчас мы с ней разделились, правда.

Она сделала паузу, бросила короткое «Но важнее другое», и ледяным тоном произнесла:

— Ты сказал, что у тебя планы с Вакудой-куном. Так почему ты здесь с Фуукой-тян?

«Точно. Я соврал, решив, что Хиираги-сан обидится, если узнает, что я иду с Татибаной-сан».

«Соврал, уверенный, что правда никогда не всплывет. Хиираги-сан ведь не увлекается подобным и ни за что не пришла бы на фестиваль. Кто же знал, что мы столкнемся здесь вот так».

Глядя на лицо Хиираги-сан, искаженное от боли, я горько пожалел о своей лжи. Не стоило врать, нужно было все рассказать честно.

— Это... прости. Я думал, тебе будет неприятно, если я скажу, что иду с Татибаной-сан.

— Может, и было бы, но когда мне врут, мне еще неприятнее.

— Ты права. Мне очень жаль.

— Я тоже виновата, так что проехали. Это ведь из-за того, что я вечно донимала тебя расспросами о ваших отношениях с Фуукой-тян и злилась по пустякам. Но бог с ним... что это такое?

Взгляд Хиираги-сан вонзился в мои руки.

Мы с Татибаной-сан одновременно отпустили друг друга. Мы все это время держались за руки.

— Понимаешь, тут была такая толпа... мы держались за руки просто для того, чтобы не потеряться.

Но мои слова, казалось, так и не достигли Хиираги-сан.

Она опустила голову и дрожала, крепко сжав кулаки.

— А со мной... ты за руку не держался...

— Хиираги-сан?

Это готовое вот-вот расплакаться лицо со сведенными бровями показалось мне до боли знакомым.

«Точно. Такое же лицо у нее было тогда, в больничной палате».

Как только эта мысль промелькнула у меня в голове, губы Хиираги-сан дрогнули.

— ...Ненавижу тебя!

«Точно такой же тон, как и тогда».

«Я снова услышал это. Снова заставил ее это сказать».

Я не мог броситься вдогонку за убегающей Хиираги-сан. Как и тогда, мои ноги словно окаменели, отказываясь повиноваться.

«Я виноват в том, что солгал. Поэтому неудивительно, что она сказала, что ненавидит меня».

«Но мне кажется, что настоящая причина не в этом».

«А ведь я думал, что больше никогда в жизни не хочу слышать эти слова».

«Впрочем, это закономерно. Я ведь даже в первый раз так и не понял, почему она это сказала. А раз не понял причину — не смог ничего исправить и снова совершил ту же ошибку».

«Наверняка где-то возникло недопонимание. Какая-то трещина. Нельзя было откладывать все до следующей недели. Надо было сразу же обсудить это напряжение, расставить все точки над «i»».

Когда оцепенение наконец спало, я заметил, что на том месте, где стояла Хиираги-сан, валяется старый брелок.

Я поднял его и осмотрел: шнурок просто перетерся от времени.

«Это ведь тот маленький брелок в виде дельфина, который я когда-то подарил Хиираги-сан на день рождения. Кажется, мы ходили в океанариум, она сказала, что ей нравятся дельфины, и я его купил. Надо же, она до сих пор им пользовалась...»

Я глубоко засунул брелок в карман.

— Янаги-кун. Пора возвращаться. Мы ведь почти все обошли.

— Да. Давай.

Деликатность Татибаны-сан, которая не стала ни о чем расспрашивать, тронула меня до глубины души.

В голове было абсолютно пусто, я не мог собрать мысли в кучу, поэтому ее предложение пришлось как нельзя кстати. Похоже, Татибана-сан специально шла немного впереди, а я просто следовал за ней, пока мы не дошли до станции.

Миновало воскресенье, настал понедельник.

В воскресенье я так и не смог пойти на фестиваль — все мысли были заняты Хиираги-сан. Я ужасно подвел Татибану-сан.

Я зашел в класс, мучительно соображая, как теперь говорить с Хиираги-сан. Из-за этих раздумий я едва не опоздал.

Едва переступив порог, я стал искать ее взглядом.

Хиираги-сан не было.

Усевшись на свое место, я прислушался к разговорам одноклассников.

Как и ожидалось, до меня долетели новости о Хиираги-сан.

Говорили, что она слегла с простудой и высокой температурой. Сама Хиираги-сан мне ничего не написала. Что ж, вполне естественно.

«Ведь она снова меня возненавидела».

— Эй, Янаги~, с Хиираги-сан все в порядке~?

Окликнул меня сзади Вакуда. «Мне бы тоже хотелось это знать».

— Понятия не имею.

— Это еще почему? Вы же друзья детства, разве нет?

«Друзья детства, значит».

— А что вообще значит быть друзьями детства? Где проходит эта грань? В младшей школе мы определенно могли так называться. Но потом мы долго не виделись, встретились снова, оба повзрослели... Во многом изменились. Могу ли я и сейчас с уверенностью называть нас друзьями детства?

— Ты чего несешь, Янаги? Зачем все так усложнять? Если вы с Хиираги-сан оба считаете себя друзьями детства, значит, так оно и есть.

«Считает ли Хиираги-сан меня своим другом детства до сих пор?»

— Наверное, ты прав. Спасибо.

— Какой-то ты кислый~. Все-таки скучаешь без Хиираги-сан? Так и быть, составлю тебе компанию за обедом.

— Прости, спасибо за предложение, но сегодня я хотел пообедать один. Нужно кое-о-чем подумать.

— Какой же ты нелюдимый~. Ну и ладно, предавайся своим страданиям, юноша!

Вакуда жизнерадостно рассмеялся. Услышав его смех, я почувствовал, что мне стало немного легче. «Спасибо тебе, Вакуда».

Как только начался обеденный перерыв, я взял бэнто и направился в спортзал.

Сегодня я сидел один на том самом месте, где мы всегда сидели вдвоем.

Хиираги-сан не было рядом. От одного этого я чувствовал какую-то зияющую пустоту. Вот насколько она стала частью моей повседневной жизни.

Со дня фестиваля я не переставал думать о брошенном мне «Ненавижу!».

Тогда, в больничной палате, я так и не понял причины. Неужели в этот раз причина та же?

Или она злится просто потому, что я предпочел провести время с Татибаной-сан, а ложь — это лишь дополнение?

Мне кажется, всё не так просто. Но других зацепок у меня не было.

«Где же я оступился? Ведь мы так успешно налаживали наши отношения...»

Даже когда прозвенел предупредительный звонок, в голову так и не пришло ни одной идеи, как исправить положение.

Следующий день. Вторник.

Хиираги-сан снова не пришла. Я подумывал опять пообедать в одиночестве, как вчера, но ноги по привычке сами понесли меня в клубную комнату.

Открыв дверь, я увидел Татибану-сан, как обычно. Необычным было лишь то, что она уже начала есть.

— Янаги-кун. Ты... пришел.

— Ну конечно. Мы ведь всегда здесь обедаем.

— Это да, но...

— Еще раз извини, что не смог пойти в воскресенье.

— Ничего страшного. После такого вполне естественно, что ты не смог. Давай не будем зацикливаться на грустном, это лишь вгоняет в тоску. Лучше обсудим субботний фестиваль?

— Спасибо. Ну, давай обсудим.

Я занял свое привычное место и открыл бэнто.

Ковыряясь в еде, мы с Татибаной-сан вспоминали субботний фестиваль.

Обсуждали купленный мерч, делились впечатлениями от ток-шоу и рассматривали сделанные фотографии. В эти минуты я смог забыть обо всем и с головой погрузиться в мир своих увлечений.

Но под конец разговора образ Хиираги-сан все равно всплыл в памяти.

В последнее время после обеда мы обычно играли в настольные игры, но, убрав коробочку из-под бэнто, Татибана-сан выпрямилась и откашлялась.

— Янаги-кун. Тебе ведь нужно о чем-то поговорить, верно?

«Она видит меня насквозь. Ну да, Татибана-сан ведь тоже была там».

Более того, она присутствовала в обоих случаях: и в больнице, и на фестивале. Хотя мы тогда не особо общались, Татибана-сан знала нас с Хиираги-сан еще в младшей школе.

«Стоп, а что, если разговор с Татибаной-сан поможет мне во всем разобраться?»

— Да. На самом деле, так и есть. Я хотел попросить у тебя совета.

— Насчет Хинаты-тян?

— Верно.

— Я так и думала. Ты совсем не изменился.

Татибана-сан мягко улыбнулась, словно предавшись ностальгии.

— Ты, оказывается, с самого детства за нами наблюдала.

— Угу. Я ведь уже говорила: я восхищалась жизнерадостным Янаги-куном. А Хината-тян всегда была рядом, так что, конечно, я замечала и ее.

— Тогда, возможно, ты сможешь мне что-то подсказать.

— Рассказывай.

— Дело в том, что Хиираги-сан сказала, что ненавидит меня...

— То, что ты соврал про поход на фестиваль с Вакудой-куном, тут, скорее всего, ни при чем.

— Думаешь? Я, конечно, виноват, что обманул, но мне тоже кажется, что причина кроется не только в этом.

— А зачем ты вообще соврал?

— Помнишь, когда Хиираги-сан зашла в клубную комнату, пока мы играли в настолку? Обстановка тогда накалилась, вот я и подумал, что вы с ней не ладите. Решил, что если назову твое имя, Хиираги-сан обидится...

Татибана-сан картинно схватилась за голову.

— Мы с Хинатой-тян вовсе не в плохих отношениях. Но то, что она бы надулась, услышав мое имя — это правда. Сложная ситуация.

— А? Так вы не в ссоре? Тогда почему Хиираги-сан так злится?

— Твое непонимание и привело к этому инциденту со словом «ненавижу». Это касается как фестиваля на прошлой неделе, так и случая в больнице в младших классах.

— Значит, у этих двух событий одна и та же причина?

Татибана-сан прищурилась и тяжело вздохнула. «Э, что за реакция? Впервые вижу ее такой».

— Что за очевидные вопросы? Несомненно.

— Значит, ты и правда все поняла?! Объясни мне, пожалуйста!

Я подался вперед, нависая над столом, но Татибана-сан ответила мне совершенно спокойным взглядом.

— Ты действительно ничего не понимаешь, да?

— Да. Ни малейшего понятия.

— А я понимаю. В общих чертах.

— Хоть в общих, неважно! Мне нужна хоть какая-то зацепка!

— Но я тоже не могу быть уверена на сто процентов, поэтому хочу послушать тебя.

— Меня?

— Да. У тебя есть какие-нибудь догадки? Подойдет любая мелочь. И для начала, может, сядешь нормально?

Осознав, что всё ещё нависаю над столом, я поспешно опустился на стул.

«Раньше я всегда успокаивал запаниковавшую Татибану-сан, а теперь мы поменялись ролями».

— Догадки, значит...

— Подожди минутку.

Татибана-сан проворно выскользнула из комнаты и вернулась минут через пять.

— Держи.

Она протянула мне лимонный чай из автомата.

— Я отдам деньги.

— Я угощаю. В благодарность за то, что сходил со мной на фестиваль. Спасибо за чудесно проведенное время.

— Раз так, с благодарностью принимаю.

Чтобы не отвергать ее заботу, я послушно взял напиток.

— Ты ведь любишь лимонный чай? Видела, как ты покупал его в автомате.

Ее простая забота согрела душу. «Когда всё разрешится, нужно будет как-то отблагодарить Татибану-сан».

Я тут же отвинтил крышечку и сделал глоток. Вкус лимонного чая с легкой сладостью живительной влагой разлился по телу.

— Наверное, я всю жизнь буду помнить вкус этого чая.

— Ой, ну ты преувеличиваешь.

Улыбка Татибаны-сан тоже согрела мне сердце. После короткого чаепития мы вернулись к главной теме.

— Кажется, у меня есть одна догадка.

— Рассказывай.

— Немного стыдно об этом говорить, но... мы с Хиираги-сан пытались вернуть наши прежние близкие отношения. За время разлуки мы оба изменились, между нами возникла некая дистанция. И вот, увидев, как я сближаюсь с тобой, она, возможно, разозлилась или... приревновала... Да, я понимаю, что это звучит самонадеянно! Но в прошлом уже было нечто подобное, вот я и подумал, что, может быть...

«Какое же у меня самомнение. Кошмар, от стыда даже глаза поднять не могу».

— Не убегай.

— Д-да.

Ее твердый голос заставил меня вскинуть подбородок. У Татибаны-сан было о-очень странное выражение лица. Словно она изо всех сил сдерживалась, чтобы не рассмеяться над чем-то нелепым.

— Можно ли считать это частичным попаданием?..

— М? Что ты сказала?

— Ничего. Что-нибудь еще? Подойдет любая мелочь, любая деталь.

«Мелочь, деталь, значит».

Чтобы оправдать старания Татибаны-сан, я изо всех сил начал прокручивать воспоминания.

Зацепка, скорее всего, кроется в дне фестиваля. Воспоминания о нем еще свежи, и именно тогда прозвучали те решающие слова. Я общался с Хиираги-сан совсем недолго. Было ли в те мгновения что-то особенное?

Эмоции Хиираги-сан всегда читались по лицу. А теперь, когда она повзрослела, и подавно. И в особенности — глаза. Глаза говорят больше, чем слова.

Тот пронзительный взгляд перед тем, как она это выпалила.

— Наверное, не стоило мне держаться с тобой за руки.

— Э-э?

— Понимаешь, когда мы с Хиираги-сан как-то ходили гулять, мы чуть не взялись за руки.

— А?! В-вот как.

Татибана-сан вмиг растеряла всю свою серьезность и начала смущенно бегать глазами, но я не обратил на это внимания, ведь мы говорили о важном.

— Да. Но я отказался, решив, что для нашего возраста держаться за руки — это как-то странно, будь мы хоть друзья детства, хоть просто друзья. А тут, пусть и из-за толпы, она увидела меня за руку с тобой... Может, поэтому и разозлилась?

— Думаю, твое чутье тебя не подводит. Но позволь кое-что уточнить. Если бы в той толпе на фестивале рядом с тобой оказалась Хината-тян, ты бы взял ее за руку так же, как меня?

— Ну разумеется...

— Разумеется?

— ...Не знаю. Может, я бы снова инстинктивно отдернул руку, как в тот раз.

— Что ты имеешь в виду?

— Я... слишком сильно парюсь о том, что подумают другие. Хиираги-сан очень популярна, и если кто-то увидит, что мы держимся за руки, это привлечет лишнее внимание, я стану белой вороной... Стоит мне об этом подумать, как я тут же начинаю сторониться ее. ...Ты, наверное, разочарована? Прежний я о таком бы даже не задумался.

— Вовсе не разочарована. Думаю, каждый в той или иной степени испытывает нечто подобное. Я тебя прекрасно понимаю.

Татибана-сан произнесла это без малейшей запинки. Со взглядом, полным искреннего сочувствия.

Возможно, из-за того, что я никогда никому об этом не рассказывал, тяжелый камень, намертво прилипший к моему сердцу, вдруг сорвался вниз — я и сам этому удивился.

— Но я ведь произвожу совсем другое впечатление по сравнению с тем, каким был раньше? У меня даже характер так изменился, будто я стал совершенно другим человеком.

— Хм-м, конечно, в чем-то ты изменился, но Янаги-кун остается Янаги-куном. Твое радостное лицо, когда мы болтаем или играем в настолки, — оно ничуть не изменилось.

— Это потому, что мы с тобой наедине. В классе я веду себя куда более скованно.

— Думаешь? Довольно давно, помнится, вы с Хинатой-тян обедали во внутреннем дворе. Тогда все смотрели на вас с таким умилением. Разве твои одноклассники не реагируют так же? Как они реагируют, когда вы с Хинатой-тян разговариваете в классе?

— Это...

Я попытался вспомнить. Вакуда — не в счет, но с какими лицами смотрели остальные... я вспомнить не мог.

«А, вот оно что... Так вот в чем дело. Это я сам отказывался смотреть по сторонам. Я просто вбил себе это в голову. Не обращал внимания на реакцию окружающих и сам все за всех решил. Я вбил себе в голову, что если буду общаться с Хиираги-сан, то стану изгоем».

— И потом, даже если ты станешь белой вороной. Неужели ты начнешь холодно относиться к Хинате-тян? Даже если вы будете общаться только там, где вас никто не видит, однажды об этом все равно могут узнать. И тогда будет только хуже, разве нет?

— Ну...

— Что для тебя важнее всего, Янаги-кун?

«Что для меня важнее всего. Жить спокойной, неприметной школьной жизнью, не выделяясь из толпы. Или вернуть прежние отношения друзей детства с Хиираги-сан».

До сих пор я думал, что совместить эти две вещи никак не получится. Возможно, я ошибался. Но если бы мне пришлось выбирать что-то одно...

Первым делом в памяти всплыла детская улыбка Хиираги-сан.

— Кажется, я понял, что для меня самое важное.

Услышав мои слова, Татибана-сан вдруг резко опустила голову.

— Э-эх, вот я и доигралась. А ведь знала же. Нет-нет, все еще нормально.

— Что случилось?

Татибана-сан подняла голову и лучезарно улыбнулась.

— Ничего. Тогда спрошу еще раз. Если бы на фестивале рядом была Хината-тян, ты бы взял ее за руку так же, как меня?

Отбросив все надуманные ограничения, как бы я поступил в той ситуации? Я уже собирался ответить «Да, так же взял бы за руку», но осекся.

Нужно хорошенько это представить. Если бы тогда, в той самой ситуации... Хиираги-сан протянула мне руку. Я бы подумал, что такое уже бывало в прошлом, и тоже протянул бы руку в ответ. И в этот момент посмотрел бы на ее лицо. На ее облик, который сохранил черты из младшей школы, но при этом так сильно изменился. К которому я все никак не мог привыкнуть, отчего сердце вдруг забилось бы быстрее...

— Наверное, я бы инстинктивно схватил ее за запястье.

Услышав это, Татибана-сан поспешно опустила взгляд и прикоснулась рукой к своему хвосту.

— Вот как. Понятно. Да... Подожди немного. Дай мне глубоко вздохнуть.

— ? А, ага.

Прижав руку к груди, Татибана-сан несколько раз глубоко вздохнула.

— Прости. Все в порядке. Давай продолжим. Причина, по которой ты схватил бы ее за запястье... нет, давай зайдем с другой стороны. Почему ты тогда смог взять меня за руку? Кто я для тебя, Янаги-кун?

Я не понял сути вопроса, но глаза Татибаны-сан были настолько серьезными, что я ответил предельно честно:

— С тобой я чувствую себя спокойно. Рядом с тобой я расслабляюсь, отдыхаю душой. Пусть в детстве мы почти не общались, ты для меня как старая знакомая — с самого начала было чувство близости, с тобой легко общаться. У нас общие интересы, и я очень ценю тебя как друга.

— ...Угу. Спасибо. И я тоже. Ты не смог взяться за руки с Хиираги-сан, но смог со мной, потому что для тебя я — просто друг.

Татибана-сан произнесла это с улыбкой.

— Но я думаю, что к Хиираги-сан отношусь так же.

— Правда? Просто как к другу?

«Она мне не просто друг. Она больше, чем друг. Она — моя подруга детства».

Хотя сейчас наши отношения, возможно, и не позволяют с гордостью назвать нас друзьями детства. Но если не друг детства, то кто тогда для меня Хиираги-сан?

«Она хорошо меня знает. Она популярна и пользуется всеобщим уважением, она много трудилась, чтобы стать лучше в учебе и спорте. Она приложила усилия к своей внешности и стала ослепительно красивой. Раньше я вел ее за собой, а теперь она ведет меня. В отличие от меня — некогда жизнерадостного, но теперь замкнутого — она стала очень светлым человеком и освещает мне путь. Раньше я вообще не задумывался о таких вещах, но теперь, когда она стала такой женственной, я невольно воспринимаю ее как девушку. То мы прекрасно ладим, то отдаляемся друг от друга — этот резкий контраст сбивает меня с толку. Я ей не пара, но она шагает со мной рядом, всем своим видом показывая, что это не имеет значения. Она всегда дарит мне улыбку, прекрасную, словно распустившийся цветок».

То, что я только начал осознавать, превратилось в абсолютную уверенность.

«Такую Хиираги-сан я, несомненно...»

Наконец-то я понял, к чему был вопрос Татибаны-сан. Всё оказалось предельно просто.

«Татибана-сан — друг, поэтому мое сердце не начинает бешено колотиться, если мы держимся за руки. Но возьми я за руку Хиираги-сан, то непременно начал бы переживать: не вспотели ли у меня ладони? Не услышит ли она, как в груди набатом стучит сердце?»

Это и есть ответ.

— Ты ведь уже всё понял, да? Сразу после уроков отправляйся проведать Хинату-тян.

От голоса Татибаны-сан волна мыслей мгновенно отступила, и всё в голове прояснилось.

Первым, что обрело четкость в этом расплывчатом мире, стала хрупкая, едва уловимая улыбка Татибаны-сан.

— Так и сделаю. Татибана-сан, огромное тебе спасибо, что выслушала и помогла разобраться. Я даже не знаю, как выразить всю свою благодарность.

— Не за что. Это то, что я должна была сделать... то, что могла сделать только я.

— Я просто не знаю, как тебя отблагодарить за такую искреннюю поддержку.

— Говорю же, перестань. Мы ведь друзья, так что не бери в голову. Буду рада и дальше с тобой общаться.

— Взаимно. До конца обеденного перерыва еще есть время, но я, пожалуй, пойду в класс пораньше.

— Тебе ведь еще надо морально подготовиться и всё такое. Удачи.

— Я пошел.

Подхватив свою коробочку с бэнто, я быстрым шагом направился к двери.

Перед самым выходом из клубной комнаты я обернулся и слегка поклонился Татибане-сан.

«Кажется, я наконец-то осознал свои истинные чувства».

Осталось лишь рассказать ей обо всем лично.

[От лица Фууки]

Проводив Янаги-куна, я почувствовала, как внутреннее напряжение отпускает, и тяжело откинулась на спинку стула. Казалось, еще немного — и я просто растаю и стеку на пол.

«Я ведь с самого начала знала, что всё так закончится. С самого первого дня».

Я с детства была застенчивой, и друзей у меня совсем не было. Из тех детей, что всегда играют в одиночестве где-нибудь в уголке.

Насколько я могла судить, Хината-тян была точно такой же.

Но между мной и Хинатой-тян было одно решающее отличие.

Рядом с ней был Янаги-кун.

Только рядом со своим другом детства, Янаги-куном, на лице Хинаты-тян расцветала очаровательная улыбка.

Сначала я просто наблюдала за Хинатой-тян, интересуясь девочкой, которая была так похожа на меня и в то же время совершенно другой. Но постепенно я начала обращать внимание и на Янаги-куна.

До младших классов Янаги-кун, как мне кажется, тоже не особо тянулся к другим детям, совсем как мы с Хинатой-тян.

Они всегда играли только вдвоем.

Но в старших классах начальной школы, когда у всех начали появляться смартфоны, Янаги-кун изменился.

У него смартфона не было, из-за чего ему, видимо, стало сложнее влиться в компанию мальчишек.

И тогда Янаги-кун изменил ситуацию собственными силами.

Он увлек весь класс настольными играми, которые так любил. Игры стали мостиком для общения.

Глядя, как Янаги-кун становится всё более открытым и жизнерадостным, я была просто поражена.

Он с легкостью совершил то, что мне было не по плечу. Он сам проложил себе путь.

В то время Янаги-кун казался мне настоящим героем.

Пусть и не каждый раз, но он и меня звал играть. И я была этому безумно рада.

«Наверное, Янаги-кун даже не догадывается, насколько я была счастлива, когда мы снова встретились в старшей школе, и он опять позвал меня играть».

Я невольно встала и достала с полки одну из настольных игр.

«Игра в слова с признаниями».

При одном воспоминании о ней по телу разливается жар.

«А я ведь тогда очень старалась».

«Но Янаги-кун, конечно же, ничего не понял. Не понял, что я вложила в эти слова свои настоящие чувства».

Я уже и не помню, когда именно влюбилась в него.

Янаги-кун был добр ко мне еще до того, как стал всеобщим любимцем. Он заботился обо мне, хотя я была такой незаметной.

«Я до сих пор помню, как ты заметил, что я терпеть не могу брокколи, и без лишних слов тайком съедал её за меня».

Когда нас распределили в разные классы, я частенько бегала посмотреть на него. Стоило немалых трудов сделать так, чтобы он меня не заметил.

Наша встреча в старшей школе стала для меня настоящим шоком. Я и мечтать не смела, что мы снова увидимся.

Когда я узнала, что Хината-тян учится с Янаги-куном в одном классе, мои чувства вернулись в то же русло, что и в младшей школе.

«Пока рядом Хината-тян, мои чувства никогда не достигнут Янаги-куна».

Пусть Янаги-кун до сих пор и не осознавал собственных чувств, любому было ясно как день — они любят друг друга. У меня не было ни единого шанса вклиниться между ними.

«Я ведь прекрасно это понимала».

И всё же, даже понимая это, мне захотелось попытаться.

Я строила из себя взрослую и думала, что давно спрятала эти чувства, но из-за нашей новой встречи они снова вырвались из коробки с игрушками.

«Для себя самой я очень даже неплохо постаралась. Отважно бросилась в бой, в котором не могла победить».

«Мне тоже хотелось бы... хоть разок назвать его Сэй-куном».

«И чтобы он снова назвал меня Фуука-тян».

— Ну конечно, это невозможно-о-о...

Я уткнулась лицом в стол. Прохладная поверхность приятно холодила кожу.

«Вот бы стол заодно остудил и мои чувства».

Когда поверхность стола нагрелась от моего дыхания, я подняла голову и увидела лимонный чай, который забыл Янаги-кун.

Поддавшись внезапному порыву, я взяла бутылку.

На дне еще немного оставалось.

«Почему бы и нет? В конце концов, я же его и купила».

«К тому же... я смогла проводить Янаги-куна с улыбкой. Я заслужила».

Я прикоснулась губами к горлышку.

Кисло-сладкий вкус.

«Где-то я слышала, что первый поцелуй на вкус как лимон. Интересно, это правда? Неужели у него такой вкус?»

Янаги-кун, конечно, преувеличивал, когда говорил, что на всю жизнь запомнит вкус этого чая.

«Но и я, наверное, никогда не забуду вкус этого лимонного чая».

Допив всё до капли, я подошла к распахнутой двери клубной комнаты.

«Всё-таки я немножко навредничала».

Я могла бы выложить ему всё как на духу, но в итоге ограничилась лишь подсказками.

«Хотя бы в этом я хотела проявить гордость».

Если бы Янаги-кун так ничего и не понял, возможно, у меня появился бы крохотный шанс на победу. Но, кажется, исход всё равно был предрешен. Именно поэтому я позволила себе этот каприз. Если бы у них всё пошло наперекосяк из-за того, что я не дала ему ответ, на душе остался бы скверный осадок.

Я закрыла дверь. Из-за того, что я стояла слишком близко, порыв воздуха колыхнул мою челку.

«Интересно, изменилось бы что-нибудь, если бы я тогда заговорила с ним?»

В день церемонии поступления я сразу заметила Янаги-куна. Он вернулся сюда. Мы снова будем учиться в одной школе. Не веря своему счастью, я всю церемонию наблюдала издали за его повзрослевшей спиной.

Мне так хотелось найти повод для общения. Но мы оказались в разных классах, да и клубы у нас были разные.

Специально прийти в чужой класс, чтобы заговорить с Янаги-куном... Такое мне было явно не по силам.

«Но если бы нам удалось остаться наедине, возможно, я смогла бы к нему подойти».

С этой мыслью я пришла в школу пораньше и устроила засаду возле ворот, спрятавшись в укрытии.

Я надеялась перехватить Янаги-куна до того, как он войдет в здание школы и зайдет в класс. Мне казалось, что так у меня получится создать ту самую ситуацию «один на один».

В тот день Янаги-кун едва не опоздал. Он прибежал в самую последнюю секунду, и я, отчаянно желая его спасти, схватила забытый кем-то неподалеку мяч и швырнула его прямо к учителю. Едва увернувшись от мяча, учитель пришел в ярость и начал искать хулигана.

Благодаря этой суматохе Янаги-кун избежал записи об опоздании.

«А что, если бы я заговорила с ним тогда, перед самым входом в школу?»

«Если бы подошла и сказала: "Тот мяч бросила я"?»

«Изменилось бы хоть что-нибудь?»

«Может, всё сложилось именно так, потому что мне не хватило смелости сделать первый шаг?»

Хотя нет, вряд ли. Ведь именно благодаря тем сожалениям я смогла проявить такую инициативу в отношениях с Янаги-куном, о которой раньше и подумать не могла.

День, когда мы впервые столкнулись в клубной комнате. Момент, когда Янаги-кун сам заговорил со мной. Тот бешеный стук сердца эхом отдается во мне до сих пор.

«Ну, значит, начну всё с чистого листа».

«Прогуляю-ка я следующие уроки и пойду в додзё махать мечом».

Спрятав пустую бутылку в сумку, я потянулась за своим мечом для иайдо и тренировочной формой.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6