Гридис едва успел ахнуть, когда Шедоу с лёгкостью подхватила его и, оттолкнувшись от земли, взлетела на крышу ближайшего здания. Мир качнулся, ветер резанул лицо, а затем ноги ощутили жёсткую черепицу.
— Ты хоть предупреждай… — пробормотал он, пытаясь восстановить равновесие.
Шедоу лишь хмыкнула, усаживаясь на край крыши и глядя вдаль. Город раскинулся перед ними — извилистые улицы, редкие огни, полупрозрачный туман, стелющийся над крышами.
Гридис сел рядом, поглядывая на неё.
— Так что… насчёт правды? — напомнил он осторожно.
Шедоу чуть вздрогнула, но быстро спрятала эмоцию. Она улыбнулась, но глаза её не светились обычной насмешкой.
— Знаешь… — тихо начала она. — Легенды всегда кажутся красивыми, пока ты не осознаёшь, что живёшь внутри одной из них.
Она провела пальцем по черепице, словно стирая пыль.
— Давным-давно была одна девушка. У неё была сила, дарованная не теми, кому стоит доверять. — Она посмотрела на ладонь, разжимая пальцы. — Её называли по-разному. Но имя, которое осталось… Шедоу.
Гридис почувствовал, как в груди что-то сжалось. В её голосе была лёгкость, но под ней скрывалось слишком многое.
— Тресдил… — тихо сказал он.
Шедоу чуть усмехнулась, но в глазах блеснуло что-то тёплое.
— Ты быстро схватываешь, братец. — Она подняла голову, глядя в ночное небо. — Я не помню, когда впервые осознала, что принадлежу не себе. Но если честно… уже не важно. Важно лишь то, что будет дальше.
Она вдруг сжала кулаки, но тут же расслабила пальцы. Гридис увидел, как её плечи дрогнули, как неуловимо изменилось дыхание. Её глаза продолжали смотреть вдаль, но пальцы, сжавшиеся на ткани её плаща, выдавали скрытые эмоции.
Шедоу привстала, собираясь что-то сказать, но Гридис резко сорвался с места и бросился к ней. Он почти врезался в неё, крепко обнял, уткнувшись лицом в её живот. Его плечи дрожали, а дыхание сбилось.
Она замерла. Сердце сжалось, странное тепло разлилось внутри. В груди вдруг стало тесно, даже немного больно. Губы дрогнули, но она сжала зубы, не давая эмоциям вырваться наружу.
— Ты чего… — её голос дрогнул, но она быстро натянула усмешку. — Снова разыгрываешь драму?
Гридис только сильнее сжал её талию.
— Я просто… здесь.
Шедоу вздохнула, прикрыв глаза, и провела рукой по его волосам. Пальцы её дрожали, но она не отстранилась. Вместо этого лишь чуть крепче сжала его плечо.
— Ты сейчас выглядишь, как щенок, потерявшийся в лесу.
Гридис молчал. Только его тепло и тихое дыхание говорили больше любых слов.
Шедоу улыбнулась сквозь влагу в глазах — и позволила себе замереть в этом моменте. Потом медленно подняла взгляд к горизонту, наблюдая, как редкие огни города мерцают в ночной тени. В её глазах плескалось что-то далёкое, будто она искала ответы в темноте.
Город окутала ночная тишина, но он не спал. Узкие улочки дышали влажным воздухом, смешанным с запахами древесной смолы, угля и пряных трав. Фонарщики лениво проходили вдоль главных дорог, ставя свои светильники на каменные подставки, а вдалеке слышался размеренный скрип телеги.
Гридис шагал рядом с Шедоу, грея руки в рукавах. Прохладный ветер тянул за собой отголоски чьих-то разговоров, пронзительное завывание кошки в переулке и далёкий звон кузницы, что, казалось, никогда не засыпала.
— Что-то мне подсказывает, что это место и ночью живёт своей жизнью, — пробормотал он.
Шедоу усмехнулась.
— Конечно. Думаешь, тени исчезают, когда заходит солнце?
Гридис покосился на неё.
— Ты сейчас намекаешь на что-то философское или просто паясничаешь?
Она лишь ухмыльнулась, но ничего не ответила.
Проходя мимо шумной таверны, Гридис поймал на себе несколько взглядов — одни любопытные, другие оценивающие, третьи, казалось, пытались что-то о нём вспомнить. Он поёжился.
— Знаешь, мне не нравится этот взгляд, когда тебя рассматривают, как новый товар на рынке.
Шедоу хмыкнула.
— Привыкай. Лесной мальчик с кистью, но без истории — это уже повод для внимания.
Гридис вздохнул.
— Как будто я сам знаю хоть что-то.
Они свернули в боковой переулок, где шум городской жизни стал приглушённым, оставляя только плеск воды где-то за углом и редкий стук дверей.
— Мы на месте, — сказала Шедоу, останавливаясь у низкого деревянного здания с покатыми крышами. Над входом висела древесная табличка с выжженной надписью, но буквы давно стерлись.
В окне горел тусклый свет, отбрасывая длинные тени на кривую мостовую.
— Миленькое местечко, — тихо усмехнулся Гридис.
Шедоу хлопнула его по плечу.
— Добро пожаловать в ночлежку. Надеюсь, ты не храпишь.
Она шагнула внутрь, а Гридис, закатив глаза, последовал за ней.
Ночлежка встретила их запахом древесного угля и лёгким шумом голосов из дальних комнат. Гридис с интересом рассматривал деревянные стены, пока Шедоу договаривалась с хозяином.
— Два клинга за ночь, — буркнул мужчина, осматривая их с прищуром.
Шедоу без лишних слов кинула на стойку пару монет, а Гридис, стоявший рядом, нахмурился.
— Это… много? — тихо спросил он.
Она лишь пожала плечами.
— Хватит, чтобы нас не вышвырнули на улицу, малыш.
Гридис нахмурился ещё сильнее.
— Да не малыш я!
Шедоу только хмыкнула и взяла ключи.
Комната оказалась маленькой, но уютной. Одна кровать, узкое окно, простая мебель.
Гридис моргнул.
— Эээ… А где вторая кровать?
Шедоу медленно обернулась, ухмылка её стала куда шире.
— Ага.
— Что «ага»?! — Гридис недоверчиво посмотрел на неё, потом на кровать. — Это же… одна!
— О, ты знаешь как считать, умничка.
— Я… я мальчик!
Шедоу театрально ахнула.
— Да ну?! А я-то думала, ты юный лорд.
Гридис фыркнул.
— Может, мне на полу спать?
Шедоу лениво упала на кровать, закинув руки за голову.
— Не кипятись, лялька. Я тебя не съем.
— Я не лялька!
— Конечно-конечно.
Гридис плюхнулся рядом, устало зарывшись лицом в подушку.
— Только не толкайся, — пробормотал он.
— Сама хотела сказать, — усмехнулась Шедоу.
Некоторое время они молчали.
— Знаешь, — вдруг сказала она, — у тебя странные эмоции.
Гридис приподнял голову.
— В каком смысле?
Шедоу подалась чуть ближе, вглядываясь в него с каким-то любопытством, словно изучая что-то невидимое.
— Обычные люди… их эмоции понятны. Радость — яркая, страх — дрожащий, злость — острая. А у тебя… — она прищурилась. — Как будто ветер. Всё в движении, всё меняется.
Гридис не знал, что ответить.
— Это плохо?
— Это необычно.
Она легла на спину, заложив руки за голову.
— Но, возможно, именно поэтому мне интересно наблюдать за тобой.
Он переваривал её слова, пока усталость не пересилила. Глаза начали слипаться.
— Завтра… ещё поговорим, — пробормотал он.
Шедоу усмехнулась, наблюдая, как он медленно погружается в сон.
— Конечно, малыш.
И только когда его дыхание стало ровным, она вытянула руку вверх, разглядывая пальцы в свете фонаря за окном. Провела ладонью по запястью, медленно скользнула взглядом к кольцу Тресдила.
— …Как ветер, — пробормотала она себе под нос и улыбнулась.
Затем закрыла глаза.