Глава
17. «Последняя милость.»
Слушать, как человек с улыбкой извергает
богохульства – никогда не сопровождалось приятными чувствами. Это было просто
мерзко. Одна из бровей Патриции взлетела вверх от проявления подобной
безнаказанности.
– О, я назвала вас по имени. Вы не возражаете? Я всё
равно никому не расскажу, что здесь произошло, – ухмыльнулась Розамунд.
– Ха! Твоя наглость так велика, что я могла бы
поучиться ей. Я хотела жить спокойной жизнью. Если ты не прикоснёшься ко мне, я
не прикоснусь к тебе. Я смогла пообещать это, однако… – Патриция смерила
Розамунд убийственным взглядом. Девушка была не в настроении прощать, да и план
Розамунд по разрушению отношений с послами сильно разозлил её. – Из-за того,
что ты первой прикоснулась ко мне, ты не оставила мне выбора, но! Это первый и
последний раз, когда я прощаю твою ошибку. Если это случится снова, кто знает,
что я сделаю.
– Я так напугана, – насмешливо протянула Розамунд.
«И
правда женщина, которая губит лучших,» – подумала
Патриция.
– Несмотря на то, что ничего не доставило бы мне
большего удовольствия, чем оглашение на весь мир сегодняшних событий, чтобы
похоронить тебя, подобное привело бы лишь к хаосу. Поэтому лишь в этот раз я
отпущу тебя, Розамунд. Во второй раз подобного снисхождения не будет.
«Раскрыть
злодеяние Розамунд всему миру легко и какой бы благосклонностью не обладала
фаворитка, у неё не хватит власти снять с себя это обвинение. Вот только это
сможет решить лишь внутренние проблемы, оставив потенциал для внешних. Наиболее
желательный исход – это что ничего не произойдёт, однако нельзя отрицать
возможность того, что Империя Криста может обидеться и использовать случившееся
в своих интересах. Всегда можно воспользоваться неразумной властью, использовав
лишь небольшой правдоподобный предлог. Империя Криста – не маленькая страна, а
достаточно большая и сравнимая по силе с нашей Империей Мавинос. Я не знаю,
какой огонь вернётся обратно к нам, поэтому, к моему огорчению, я вынуждена
оставить произошедшее внутренним делом.»
– Ах-ах, будьте чуткой, Ваше Величество. Вы такая
страшная, что в итоге я могу обмочиться.
– Прекрати болтать, я ведь могу впасть в ярость и
схватить тебя за волосы.
– Ахах, будьте чуткой и к этому тоже, – Розамунд не
отказалась от своей грубости и с гордостью смотрела на Патрицию.
Она же не позволила себя запугать, поэтому не
отводила взгляда:
– Интересно, откуда в тебе такая уверенность, – сухо
усмехнулась Патриция. – Ты думаешь, что я никому не расскажу про это?
– Естественно, нет, Ваше Величество. У вас не хватит
на это мужества, – протянула Розамунд.
Розамунд была уверена в себе по нескольким причинам.
Во-первых, в итоге говядина не была заменена на свинину, как планировалось,
во-вторых, не было никаких реальных доказательств участия Розамунд и Глары в
этом, лишь знание Патриции об этом. Случившееся же можно было полностью
разрешить, лишь если бы Розамунд и Глара сознались, однако Глара была столь
предана Розамунд, что не открыла бы рот, даже если бы её начали пытать. А
в-третьих, помимо всего прочего, существовал риск, что эта история будет
услышана послами Кристы. Если бы это случилось, то мог произойти дипломатический
скандал, о котором так беспокоилась Патриция. Девушка понимала это лучше, чем
кто-либо другой, однако решила ещё сильнее надавить на Розамунд:
– Если ты согрешила, то признайся, а если нет, то
молчи. Но это в первый раз, поэтому нет причин создавать тебе трудности.
– Разве вы не пообещали Его Величеству? Вы сказали,
что не прикоснётесь ко мне.
– Тогда ты первой не провоцируй меня. Я не обещала
быть глупой.
– Нет ни одного примера, когда фаворитка управляла
Империей, однако были случаи, когда Император танцевал на ладони фаворитки.
Ваше Величество, вам не кажется, что это одно и тоже?
Патриция, увидев самодовольное лицо Розамунд,
потеряла дар речи, не в силах поверить в подобную дерзость.
– Ты уверена в себе, Розамунд. Я ненавижу это в
тебе, – на лице Патриции появилась улыбка и, наклонившись, она прошептала на
ухо фаворитке: – Всё равно спасибо за подарок, Розамунд. Я обещаю. Это был
последний раз, когда я проявила милосердие.
На лице Розамунд появилась очаровательная улыбка,
которая никак не вязалась с ядовитым блеском в её глазах:
– Могу ли я верить в это, Ваше Величество? – сладко
протянула она.
«Розамунд
действительно сумасшедшая,» – Патриция ощутила, как
от такого безумного поведения у неё перехватило дыхание. «Я ожидала этого, но,
столкнувшись лицом к лицу, справиться с этим не так легко. Но, по крайней мере,
сейчас у меня есть преимущество, и я не могу позволить себе выглядеть слабой.»
В это же мгновение Розамунд мысленно насмехалась над
Патрицией.
«Если
Королева хочет мира, то должна просто отказаться от трона и исчезнуть. Пока я
не стану Королевой, я никогда не смягчусь, даже если это станет вопросом
выживания для меня и Патриции. Я уверена, что в итоге сяду на трон.»
Патриция огляделась по сторонам:
– Ах, я слишком долго отсутствовала, мне пора. Леди
ждут меня, – уголки губ Патриции приподнялись в лёгкой улыбке, а голос
смягчился. – Перестаньте сердиться и возвращайтесь к нам. Если мы сейчас не
съедим бифштекс, он остынет.
А затем всё также улыбаясь, Патриция прошла мимо
Розамунд. Едва Королева скрылась из виду, как Розамунд закричала:
– Аааа! – её гнев кипел, и она топнула ногой, словно
не могла себя контролировать. – Чёрт подери, как она смеет?!
«Она
обращалась со мной даже не как с проституткой, а как с дерзким ребёнком,
которого она заставляет идти в школу! Я не смирюсь с тем, что меня обыграла эта
юная Королева!» – щека женщины так покраснела от
пощёчин, что она прикусила губу от боли.
Глара, которая всё это время с побледневшим лицом
наблюдала за происходящим в стороне, наконец заговорила обеспокоенным голосом:
– Миледи, вы тяжело ранены. Вам следует вернуться во
дворец Бэйн...
Шлёп!
Ответом Розамунд была резкая пощёчина для Глары.
Глара оступилась и осторожно обхватила щёку ладонью:
– Мне очень жаль, Миледи. Это всё моя вина.
– Из-за тебя… – прорычала Розамунд.
«Не
могу поверить, что эта юная Королева смогла предпринять такую эффективную
контратаку против меня, человека, который крайне опытен в дворцовых интригах!»
– В этот раз она проявила милосердие, однако в
следующий раз ударит в ответ?! Ах! С нетерпением жду этого. Насколько сильной
она может быть, если выросла под защитой, словно растение в теплице?
Розамунд вернулась во дворец Бэйн, не в силах
сдержать свою холодную ярость. В таком состоянии она не могла смеяться и
болтать в присутствии леди. И самое главное, она не могла вернуться назад,
после того как её поймали. Розамунд вернулась в свою комнату, ломая голову над
тем, как отомстить Патриции.
***
Тем временем Люцио был занят, приветствуя и
развлекая послов. Иногда он беспокоился, хорошо ли работает Патриция… в конце
концов, от её работы зависела судьба Империи. Но мужчина утешал себя мыслю о
том, что герцогиня Эфриней никогда не отнесётся легкомысленно к воспитанию
Королевы.
Когда приём закончился, и послы разошлись по своим
комнатам, Люцио вернулся в свою комнату в Центральном дворце и принял ванну.
После этого, он направился прямиком в комнаты Розамунд и наткнулся на зрелище,
которое никак не ожидал увидеть.
– Что случилось? – напряжённым голосом спросил
Люцио.
Розамунд, с красной щекой и слезами на глазах,
мгновенно подбежала к нему, словно бы ждала его.
– Ууу, Ваше Величество…
– Я спросил, что случилось. Кто ударил тебя?
– Ууу…
Поскольку Розамунд, не отвечала, продолжая плакать,
Люцио сорвался:
– Скажи мне, Роза. Кто сделал это с тобой? Это была
Королева? – настаивал он.
– … – женщина молча кивнула.
Огромный гнев захлестнул Люцио, пересилив его
прежнюю усталость. Он мог стерпеть многое, но только не то, что Королева
прикоснулась к Розамунд.
– Почему Королева ударила тебя? – спросил он, изо
всех сил сдерживая кипящий гнев. – На то была причина?
– … – Розамунд ничего не ответила.
«Как
бы я ни оправдывалась, Люцио не простит мне этого, лучше молчать.»
Однако молчание Розамунд лишь усилило гнев Люцио.
– Ты же не хочешь, чтобы я пошёл к Королеве и
спросил её, правда, Роза? Продолжай и скажи причину.
– Я… я не могу, – Розамунд впервые вела себя так,
словно подверглась какой-то серьёзной несправедливости. Она опустила взгляд,
словно невинное дитя, и Люцио решил сменить тактику и нежностью попытался
вытянуть из неё правду:
– Скажи мне, Роза. Неужели ты думаешь, что я сделаю
тоже, что сделала с тобой Королева?
– Я не могу…
«Если
я расскажу тебе, что случилось, то в итоге признаюсь, что сама была виновата во
всём…» – Розамунд отвела взгляд от своего
любовника.
У Люцио остался лишь один выход. Он отстранился от
Розамунд, и она с недоумением посмотрела на него:
– Ваше Величество?..
– Если ты не говоришь мне, у меня не останется
выбора.
– …
– На твоей щеке глубокая рана. Глара, хорошо
позаботься о своей хозяйке.
– Да, Ваше Величество. Не волнуйтесь, – тихо
ответила Глара, склонившись в поклоне.
Люцио бросил последний взгляд на щёку Розамунд и
покинул комнату. Когда он ушёл, Розамунд выдохнула, она даже не заметила, как
задержала дыхание.
____________________________________
Перевод с анг.: Delightful_Witch
Редактура: Black_Pearl