Ин Чанцин был крайне решительным человеком. Стоило ему ясно
проанализировать ситуацию, как он немедленно принял решение. Мужчина
повернулся к Хань Туну и сказал:
- Хань Тун, не борись с ними. Пойдем!
Пускай
Хань Тун был простым и честным, он не был тупым. Будучи окруженным
семнадцатью экспертами стадии Сяньтянь, он знал, что пускай те не могли
его убить, но и он не мог убить их. Он мог сдержать семнадцать экспертов
Сяньтянь, но это не означало, что у него была сила их одолеть
самостоятельно. Услышав слова Ин Чанцина, он без колебаний присоединился
к ним.
Видя, что Хань Тун с легкостью сбежал от семнадцати
экспертов Сяньтянь, Дун Вэйсьон сильно разозлился и даже начал
проклинать своих людей.
Хань Тун смог сдержать семнадцать из них
сам, но эти семнадцать не могли сдержать его от побега. Даже если бы они
хоть слегка заблокировали его, у мужчины появилось бы достаточно
возможностей убить Ин Чанцина, Лин Тянь-ер и Лин Юньджи с восьмью
подчиненными. Но сейчас уже было слишком поздно.
- Хань Тун,
возьми Инь Фэйюня! Тянь-ер, Юньджи, пойдем! - Ин Чанцин взревел. Хань
Тун также закричал и помчался к Инь Фэйюню так, словно никого вокруг не
было. Лин Юньджи и Лин Тянь-ер задействовали огневую мощь и
присоединились к атакам Ин Чанцина.
Дун Вэйсьон отдал приказ и
полностью проигнорировал Хань Туна. Он лишь созвал своих людей и окружил
Ин Чанцина. Он был достаточно умен, чтобы понимать, что даже если Хань
Тун хотел уйти, они не могли его остановить в любом случае. Раз так было
лучше применить все силы, чтобы сдержать Ин Чанцина.
Давление на
Ин Чанцина, Лин Тянь-ер и Лин Юньджи мигом возросло. Было нисколько
нелегко избавиться от преследования десятков экспертов Сяньтянь.
После нескольких попыток вырваться они оказались заблокированы Дун Вэйсьоном, и брови Ин Чанцина нахмурились.
Хань
Тун сейчас действовал намного ленивее. Он подоспел к Инь Фэйюню и
схватил его. Сейчас мужчина был тяжело ранен и погрузился в кому.
- Хань Тун, что ты там делаешь? Иди сюда и создай нам путь! - Стоило Ин Чанцину заприметить Хань Туна, как он сразу крикнул.
Хань Тун, неся Инь Фэйюня, поспешил к ним. По пути он лишь атаковал и не оборонялся, двигаясь, словно танк, пробегая по толпе.
-
Остановите этого ребенка, остановите его! - Его план однажды уже был
разрушен Хань Туном. Дун Вэйсьон разволновался и испытал ярость,
истерически закричав.
Видя, что его любимая была заточена во
вражеском окружении и пребывала в опасности, Хань Тун больше не стягивал
на себя врагов как раньше. Он сменил тактику и скрывался, где мог. Если
он не мог проскользнуть вперед, то делал это через силу. В то же время
юноша показывал таинственную технику передвижений, которая выглядела
очень живой. Его скорость в толпе не была нисколько замедленна.
Дун
Вэйсьон испытывал чувство того, что он сходит с ума. Он мог лишь
наблюдать за тем, как Хань Тун, словно никого вокруг не было, добирается
до Ин Чанцина.
- Хань тун, передай Инь Фэйюня Юньджи и постарайся изо всех сил открыть для нас путь!
-
Хорошо! Следуйте за мной! - Хань Тун качнул рукой и передал Инь Фэйюня
Лин Юньджи. Ин Чанцин и Лин Тянь-ер начали защищать их. Он следовал за
Хань Туном и мчался ко дворцу.
Смелость Хань Туна всецело
раскрылась в это время. С серией ревов, похожих на дикого тигра, он
направился вперед, не оборачиваясь. В этот момент от него исходила
словно божественная аура.
Семнадцать экспертов Сяньтянь уже
лицезрели ненормальность Хань Туна, но пришедшие недавно восьмеро
мастеров были безумны на этот счет и лишь бормотали:
- Он не человек, точно нет!
Голос
Дун Вэйсьона был грубым, но перед лицом Хань Туна так называемые
стратегии и тактики были бессмысленны. Даже с таким бременем, как
бессознательный Инь Фэйюнь, под руководством Хань Туна, четверо
прорвались из дворца и ушли.
Когда Хань Тун и другие полностью
пропали с их поля зрения, Дун Вэйсьон сильно стиснул кулаки так, что его
ногти были готовы впиться в плоть.
- Лорд, кто... Кто, черт побери, этот ребенок? Он ведь не культиватор? - Мастер Сяньтянь спросил у Дун Вэйсьона с испугом.
Услышав это, Дун Вэйсьон гневно взревел:
- Будь он культиватором, думаешь мы бы остались в живых?
Мастер Сяньтянь показал горечь и ответил:
- Если это не так, как он...
Не дожидаясь, пока он закончит свою речь, Дун Вэйсьон гневно перебил его и взревел:
-
Не спрашивай меня, я сам хочу знать! Передайте приказ закрыть ворота и
следить за всем вокруг! Даже если вам придется обыскать здесь все, я
хочу, чтобы вы нашли их для меня!
******
Ин Чанцин положил Инь Фэйюня на кровать в скромной резиденции имперского города Лююнь.
- Приемный отец, он не умрет? - Лин Тянь-ер нахмурилась и спросила.
Ин Чанцин покачал головой и ответил:
-
Он не умрет, но он серьезно ранен. У него уйдет минимум полгода на
восстановление. - Тогда Ин Чанцин вздохнул, вероятно чувствуя, что вещи
складывались не лучшим образом.
Недавно они захватили имперский
город Лююнь и схватили выживших из семьи Чу. Они были самодовольны и
видели свое будущее ярким. Кто бы подумал, что все так резко изменится, и
они станут бездомными псами.
Ин Чанцин посмотрел на Хань Туна с запутанным взглядом. Если бы не Хань Тун, мужчина боялся, что он бы сегодня погиб.
Хань
Тун посмотрел на Ин Чанцина и посмотрел на него с простой и честной
улыбкой. Он все ещё выглядел глуповато. Но на взгляд Ин Чанцина больше
он не испытывал отвращения. И наоборот он наполнился благодарностью и
стыдом. Стоило понимать, что пару часов назад он хотел его убить.
-
Хань Тун, это моя ошибка. Я молю тебя о прощении. - Выражение Ин
Чанцина стало серьезным и торжественным. Естественно он был искренен в
этот момент.
Ин Чанцин точно впервые разговаривал с Хань Туном
подобным образом. Юноша удивился и в то же время оказался застигнут
врасплох. Он замахал руками и неловко сказал:
- Все в порядке. Это не важно!
Ин
Чанцин пару раз посмеялся и захотел протереть себе глаза, потому что не
обнаружил огромной ценности Хань Туна и его потенциал ранее. Ему стоило
отнестись к нему лучше в прошлом.
- Приемный отец, каковы твои
планы теперь? - Пускай Одинокий Волк умер, но Гора Хэйцзинь теперь была
почти на одной стороне с Дун Вэйсьоном. Даже армия Янь Пина стала
принадлежать Дун Вэйсьону. В мгновение ока Ин Чанцин упал с небес
прямиком в ад и стал никем. Лин Тянь-ер волновалась, что Ин Чанцин не
сможет выдержать такой удар.
На самом деле по Ин Чанцину и впрямь
был нанесен большой удар. Стоило Лин Тянь-ер спросить это, как он
испытал одну лишь озадаченность. Он повернулся и посмотрел в окно на
широкий мир вокруг, почувствовав, что он потерял свою опору.