Двести метров до истины
Глава 14 из 34
Настройки чтения
18px
1.8
1

Двести метров до истины

Глава 14

Двести метров до истины

Спуск продолжался. Группа Тоджи миновала экватор рудника, и окружающая обстановка начала меняться пугающим, почти инфернальным образом. Если верхние ярусы еще напоминали упорядоченный промышленный объект, то здесь, на глубине сотен метров, стены казались живыми — они сочились странной черной влагой, похожей на маслянистый пот самой земли. Воздух стал настолько плотным и вязким, что его, казалось, можно было резать ножом; каждый вдох давался с трудом, оставляя в легких тяжелый привкус озона и древнего тлена.

Отец Рен, шедший в середине колонны, постоянно оглядывался, его четки тихо постукивали. Его магическое орудие излучало ровный, теплый золотистый свет, но даже эта святая энергия едва разгоняла густеющий, противоестественный мрак, который словно впитывал в себя любое сияние.

— Тоджи-сан, вы заметили? — негромко произнес священник, стараясь, чтобы его голос не слишком гулко разносился по извилистым туннелям. — Чем ниже мы спускаемся, тем больше становится монстров, они буквально выходят из стен. Но при этом... посмотрите на индикаторы. Концентрация магических кристаллов в породе падает почти до нуля. Это противоречит всем законам геологии маны.

Тоджи, не оборачиваясь, лишь едва заметно кивнул. Его взгляд сквозь узкую сетку пепельной маски сканировал каждый темный угол, каждую трещину в своде, где могла затаиться смерть.

— Да, — лаконично подтвердил он. — Я обратил на это внимание еще пару уровней назад. Слишком стерильно для такого глубокого горизонта.

— Это не просто аномалия, это катастрофа, — продолжал Отец Рен, нахмурившись. — По всем официальным отчетам, этот рудник считался одним из богатейших в регионе. Здесь можно было вести добычу еще лет пятнадцать, не меньше. Но посмотрите на эти стены: они пусты. Это не работа шахтеров — здесь работало нечто иное, нечто жадное и бесконечно голодное.

— Вы думаете о том же, о чем и я, Отец Рен? — Тоджи остановился на долю секунды, прислушиваясь к едва уловимому скрежету в боковых ответвлениях, который был похож на шелест тысячи сухих крыльев.

— Боюсь, что да, — тяжело вздохнул отец Рен. — Во-первых, эти существа явно не принадлежат нашему измерению; их сигнатура искажена, она чужеродна самой структуре маны этого мира. А во-вторых... они не просто убивают ради еды. Они поглощают магические кристаллы в чистом виде. Впитывают их энергию напрямую, превращаясь из простых паразитов в нечто гораздо более опасное. Они буквально «съели» этот рудник, высосали его досуха, чтобы напитаться силой перед чем-то великим.

— Согласен, — Тоджи жестом приказал группе продолжать движение. — Это объясняет их невероятную скорость и устойчивость к стандартным заклинаниям. Они — живые аккумуляторы спрессованной, извращенной маны. Мы идем не просто в забой, мы идем в желудок чудовища.

Он обернулся к Шину, который шел чуть позади, лихорадочно вцепившись в свой измерительный прибор, экран которого то и дело вспыхивал помехами.

— Эй, Шин. Твоя шарманка еще работает? Сможешь просканировать, что нас ждет за следующим поворотом? Мне нужно знать плотность целей.

— Я... я попытаюсь, Тоджи-сан, — Шин задрожал, его пальцы путались в кнопках. — Но помехи здесь просто чудовищные. Пространство вокруг нас словно скручивается, оно стонет под тяжестью чего-то невообразимо массивного. Я не вижу конкретных форм, только... бездну.

Пока Шин возился с настройками, Отец Рен подошел ближе к Тоджи, его лицо выражало глубокую задумчивость.

— Тоджи-сан, пока у нас есть минута затишья... не сочтите за дерзость. Могли бы вы когда-нибудь научить меня создавать такие же чистые световые сферы? Мой «Свет веры» кажется блеклым огарком свечи по сравнению с тем ослепительным сиянием, что показали вы. Сколько бы я ни молился, сколько бы маны ни вкладывал в формулу, я не могу достичь такой абсолютной чистоты.

Тоджи на мгновение замер, и звук его механического дыхания стал чуть громче в тишине туннеля.

— Даже не знаю, что вам сказать, Отец Рен, — ответил он, и в его голосе промелькнула тень горькой иронии. — У меня они получаются как-то сами собой. Наверное, секрет не в молитвах или силе веры, а в том, чтобы просто не мешать энергии течь. Мана — это река, а мы лишь русло. Если русло пустое, воде ничто не мешает.

— Тоджи-сан! — Шин внезапно вскрикнул, подбегая к ним. Его лицо под очками было бледнее известки. — Прибор показывает... он показывает сгущение абсолютной, материальной темноты! С каждым метром к нижней точке показатели плотности материи растут по экспоненте. Такого просто не может быть в физическом мире! Либо мой прибор сошел с ума, либо мы заходим в область, где само понятие пространства перестает существовать.

В этот момент пол под ногами Шина вздулся, словно нарывающий нарыв. Без звука, без малейшего предупреждения из-под скальной породы вырвалась длинная когтистая лапа, покрытая шипами, а следом — уродливая голова твари с вертикальным разрезом пасти, из которой сочилась едкая слизь. Шин с воплем отскочил назад, теряя равновесие и роняя прибор.

Тоджи среагировал со скоростью, недоступной человеческому глазу. Он не стал тратить время на плетение заклинаний. Одним резким, мощным и почти небрежным движением он замахнулся и нанес сокрушительный удар кулаком с боку, прямо в череп монстра. Раздался тошнотворный хруст кости и хитина. Голова твари просто превратилась в черное месиво, разбрызганное в пол. Тело монстра конвульсивно дернулось и начало быстро распадаться, превращаясь в едкую серую пыль.

Тоджи лишь слегка встряхнул рукой. На его плотных черных перчатках не осталось ни капли органики — мана пустоты, окружавшая его кулак, аннигилировала грязь еще в момент удара.

— Ух... — Отец Рен с нескрываемым благоговением и страхом посмотрел на руку Тоджи. — Теперь я понимаю, Тоджи-сан, почему вы носите эти перчатки. Обычная кожа или даже магическая сталь вряд ли выдержали бы такой контакт с их сущностью. Вы бьете не плотью, вы бьете самой волей.

— Если кратко, то да, — бросил Тоджи, восстанавливая дыхание. — Это единственная причина. Не люблю оставлять следы там, где они не нужны.

Он снова повернулся к Шину, который пытался унять дрожь в коленях и судорожно подбирал свой сканер.

— Шин, завязывай с истерикой. Мы почти на месте. Сколько осталось до центрального узла нижней шахты?

— Двести метров, — выдавил Шин, вглядываясь в дрожащий экран. — Двести метров до точки невозврата. Дальше прибор показывает сплошное черное пятно.

— Рё! — Тоджи прикрикнул на напарника, который всё это время бесшумной тенью прикрывал их тыл. — Собирайся. Финишная прямая. Не расслабляйся, я чувствую, как они там скребутся.

— Всегда на взводе, — отозвался Рё. Его обычная расслабленность исчезла, уступив место хищной сосредоточенности. — Я чувствую этот холод, Тоджи. Он не от сквозняка.

— Отец Рен, — Тоджи посмотрел на священника. — Накладывайте благословение на Дайчи. Сейчас нам понадобится не просто танк, а живая крепость. Кенджи, приготовь стрелы с разрывным наконечником. Хакари... просто постарайся не поджарить нам спины в тесноте.

Священник кивнул и поднял руки. Над тяжелыми доспехами Дайчи засиял золотистый ореол, а по залу поплыл тихий шепот молитвы на древнем языке. Доспехи воина начали едва заметно гудеть, наливаясь мощью небесного покровительства, становясь непроницаемыми для обычной тьмы.

— Так, отряд, слушай мой последний приказ перед боем! — голос Тоджи прорезал густую тишину рудника, как стальной клинок. — Мы входим в Сердце. Там не будет времени на раздумья. Готовимся к полномасштабной резне. Впереди нас ждет то, ради чего мы спустились в этот ад, и поверьте, оно нам не обрадуется.

Когда они вошли в центральную каверну нижнего горизонта, даже Тоджи на секунду замер, пораженный масштабом запустения. Зал был колоссальных размеров, его своды терялись во тьме, а все стены были покрыты шевелящейся, пульсирующей черной массой, похожей на живой ковер из тел. В самом центре этого кошмара возвышался кристалл, но он был чужд всему, что маги знали о природе камней. Сотни, если не тысячи монстров, словно в безумном экстазе, бились о его поверхность, пытаясь прогрызть мерцающую преграду, защищавшую ядро.

Заметив свет и запах живой маны, вся эта черная лавина одновременно замерла. Тысячи пустых, светящихся белым глаз уставились на вошедших. В следующую секунду тишину разорвал ультразвуковой визг, от которого из ушей могла пойти кровь, и твари живым потоком ринулись в атаку.

— Держать строй! — проревел Тоджи, и его голос перекрыл шум битвы. — Не использовать заклинания с широким радиусом! Мы в замкнутом пространстве, один неверный удар — и свод похоронит нас здесь вместе с этими тварями!

Началась настоящая бойня. Дайчи стоял непоколебимой скалой, принимая на свой щит десятки ударов в секунду. Металл щита стонал под натиском когтей, но благословение Рена держало оборону. Кенджи выпускал стрелу за стрелой, каждая из которых превращала очередного прыгуна в облако пыли, но на место одного убитого вставали десять новых.

Тоджи и Рё двигались как два смертоносных призрака в самом эпицентре хаоса. Они не тратили ману зря, работая с хирургической точностью. Точечные вспышки прошивали ряды монстров насквозь. Тоджи вкладывал в удары не только магию, но и всю свою физическую ярость — каждый взмах его руки сеял смерть.

Однако численное превосходство врага было подавляющим. В какой-то момент Тоджи заметил, что Хакари, чья магия пламени была слишком опасна в этих узких проходах, оказался прижат к стене группой из пяти крупных особей. Твари начали окружать его, готовясь разорвать мага, чей посох бесполезно искрил. Хакари отчаянно отбивался, но в его глазах, отражающих черную чешую монстров, уже читался смертный приговор.

— Черт... вечно с вами одни проблемы, глаз да глаз нужен, — прошипел Тоджи сквозь зубы.

Он вскинул ладонь в сторону Хакари, даже не оборачиваясь до конца.

— Щит! — прозрачная, вибрирующая полусфера накрыла мага огня за миллисекунду до того, как когти тварей коснулись его горла.

Затем Тоджи глубоко вздохнул, и вся атмосфера в зале внезапно изменилась. Воздух вокруг него начал вибрировать с такой силой, что пыль на полу стала подниматься вверх, игнорируя гравитацию.

— Ал‘Нихилис!

Из его ладони вырвался ослепительный, кристально-белый луч колоссальной, первобытной мощи. Он не просто сжигал — он стирал саму концепцию существования монстров на своем пути, оставляя за собой лишь стерильный вакуум. Луч прошил плотную толпу монстров, словно раскаленная игла масло, врезался в дальнюю стену и пробил в ней ровную, огромную дыру, за которой послышался грохот обрушившихся скрытых залов.

«Черт, как же вы меня достали!» — ярость, которую Тоджи так долго подавлял, наконец вырвалась наружу. — «Хотя... их осталось не так много. Если я уничтожу всё это гнездо одним ударом, это можно будет списать на экстренный выброс маны. Вряд ли хоть кто-то успее тот что-то понять в таком хаосе».

Тоджи резко оттолкнулся от пола и, используя левитацию, взмыл под самый потолок каверны. Его черная роба развевалась, скрывая его лицо, а маска начала светиться тусклым, угрожающим светом.

— Великое очищение! — провозгласил он, и его голос эхом отозвался в каждом камне рудника.

Волна ослепительно-белого, абсолютного пламени разошлась от него концентрическими кругами во все стороны. Это не был огонь в привычном понимании — это была чистая, беспристрастная энергия аннигиляции. Каждая тварь, которой коснулось это сияние, мгновенно рассыпалась в серую пыль, не успев даже издать прощальный крик. Через несколько секунд в зале воцарилась противоестественная, звенящая тишина. Лишь пепел, похожий на серый снег, медленно оседал на пол, устилая всё вокруг мягким слоем смерти.

Тоджи плавно опустился на землю, его ноги коснулись пепла с едва слышным звуком. Он слегка пошатнулся, чувствуя, как магические каналы гудят от перенапряжения.

— Это было... относительно сложно, — произнес он вслух, поправляя маску для остальной команды, которая начала приходить в себя.

«Относительно боя с каким-нибудь захудалым полубогом — может быть, и да», — едко добавил он про себя, стирая невидимую пыль с рукава.

— Так, а теперь... — Тоджи медленно направился к центру зала, где пыль оседала медленнее всего. — Что это за штука, ради которой всё это затевалось?

Он остановился перед кристаллом, который так яростно пытались достать монстры. Это не был обычный мана-кристалл. Те были теплыми, живыми, пульсировали мягким голубым или зеленым светом, как неоновые вывески ночного города. А этот... он был массивным, угловатым, серо-черным, словно вытесанным из застывшего дыма или самой материи ночного кошмара. От него не исходило сияние, лишь едва заметное, болезненное мерцание в самой глубине камня. И от него веяло таким запредельным холодом, что иней мгновенно начал покрывать одежду магов, а их дыхание превращалось в ледяную крошку.

«Странно. От него веет не просто холодом, а абсолютной пустотой. Словно этот камень — дыра в ткани реальности. Ну, вблизи всё будет понятнее».

Тоджи сделал последний шаг и, повинуясь какому-то внутреннему зову, протянул руку, касаясь ладонью шершавой, ледяной поверхности камня.

В ту же секунду по залу прошла мощнейшая психическая волна, от которой содрогнулись сами стены. Дайчи, Шин, Кенджи, Хакари и даже старый Отец Рен рухнули на землю как подкошенные, их сознания были мгновенно выключены этой первобытной силой. Рё опустился на одно колено, его глаза закатились, лицо исказилось в гримасе боли; он остался в пограничном, полубессознательном состоянии, судорожно сжимая свой посох и пытаясь удержаться за реальность.

Температура в комнате упала до критической отметки. На стенах за доли секунды выросли причудливые ледяные цветы. Тоджи стоял абсолютно неподвижно перед темным монолитом. Его маска тускло мерцала в наступившем полумраке, отражая холодное сияние камня.

— Хах... понятно, — тихо, почти шепотом произнес он, не убирая руки от ледяной поверхности. — Значит, вот ты какой на самом деле.

«Холодный взгляд Смотрящего ничего не выражает».

Он стоял, чувствуя, как лед кристалла проникает сквозь перчатку, но не двигался. За его спиной, в паре метров, из самой густой тени начал медленно соткаться силуэт. Он не издавал звуков, не колебал воздух и не имел четких границ, оставаясь лишь пятном абсолютной тьмы на фоне серого пепла. Сущность не нападала, она просто была там, присутствуя в этом моменте времени.

Тоджи чувствовал, как нечто за его плечом начинает смотреть на него, оценивая, взвешивая его душу на невидимых весах, и этот взгляд был тяжелее всей горной породы над их головами.

Продолжение следует…………

назадназад
1 ... 12 13 14 15 16 ... 34
впередвперед