Все оставшиеся поединки турнира затянулись и были вынужденно перенесены на следующий день. Участников оказалось слишком много, а сама арена «Сакрального Оазиса» к концу первого дня представляла собой жалкое зрелище: изрытая глубокими воронками, оплавленная магическим пламенем и залитая застывшей коркой магической крови, она просто не успевала восстанавливаться. Техники-артефакторы всю ночь латали защитные барьеры, но воздух всё равно дрожал от остаточного напряжения.
В этот решающий день прошли финальные сорок семь боев. И каждый из них, без исключения, превратился в личную, хладнокровную экзекуцию Курода Тоджи над остальными претендентами. Стадион больше не кричал — он стонал. Гул толпы превратился в сплошную стену звука, которая вибрировала в грудных клетках зрителей, заставляя их сердца биться в ритме шагов Тоджи.
Он не просто побеждал — он издевался над самой концепцией «смертельной битвы». К середине дня, когда солнце замерло в зените, Тоджи стало настолько невыносимо скучно, что он начал развлекать публику, придумывая себе абсурдные, почти самоубийственные ограничения.
Первые десять раундов он провел с наглухо завязанной черной повязкой на глазах. Для него мир перестал быть набором картинок — он превратился в переплетение маны и вибраций. Он «видел», как его противники потеют, как учащается их пульс, как формируются их заклинания за секунду до того, как они сорвутся с пальцев. Тоджи скользил между огненными шарами и ледяными пиками с грацией призрака, нанося точные, короткие удары в жизненно важные точки, едва противник раскрывался.
Следующие пять боев он сражался с туго перевязанными ногами. Теперь он не мог бегать, но это лишь сделало его опаснее. Прыгая по арене как неуловимая, стремительная тень, он использовал инерцию собственного тела, чтобы наносить сокрушительные удары только руками. Звук ломающихся костей под его кулаками разносился по трибунам в полной тишине — зрители боялись даже дышать.
Но апогеем его наглости стали раунды, где он полностью заблокировал собственные магические каналы веревками подавления. Он добровольно отказался от магии, полагаясь исключительно на грубую физическую силу и звериные рефлексы. Противники, вооруженные легендарными мечами и заклинаниями высшего круга, падали один за другим. Они выглядели жалко: магистры стихий, мастера клинка — никто из них так и не сумел даже коснуться края его одежды, испачканной пылью арены.
Тоджи стал настоящей «системной ошибкой» турнира. В VIP-ложах творился настоящий ад. Букмекеры рвали на себе волосы и ломали дорогую мебель: Тоджи стал безжалостным палачом для всех тщательно выверенных прогнозов. Коэффициенты лопались один за другим. Те же немногие безумцы и счастливчики, кто рискнул поставить на него в самом начале, к вечеру превратились в обладателей состояний, способных купить небольшое княжество.
Гул стадиона достиг своего пика, превратившись в неистовый рев, когда на песок вышел окончательно изможденный ведущий. Его синий официальный костюм промок от пота и помялся, а голос, пропущенный через десятки усиливающих кристаллов, окончательно охрип.
— И нашим... АБСОЛЮТНЫМ победителем становится... КУРОДА ТОДЖИ! — заорал он, вкладывая в этот крик последние силы. — Именно он забирает главный приз этой арены — тринадцатый артефакт, легендарный ЛУК ГОРА!
Тоджи вышел вперед. Золотое сияние артефакта било в глаза, его мощь ощущалась как жар от кузнечного горна.
— Да-да, прекрасно, — саркастично бросил он, принимая тяжелое оружие. Лук был сделан из неизвестного металла, который на ощупь казался теплым и живым. Лицо Тоджи при этом выражало лишь легкую, скучающую усталость. Было полное ощущение, что он не древний артефакт выиграл, а просто сходил в лавку за хлебом и теперь хочет поскорее вернуться домой.
Когда он покинул пределы арены и вышел в главный зал, его тут же поглотила волна людей. Толпа была сумасшедшей: аристократы, наемники, простые работяги — все кричали, тянули руки за автографами или пытались хотя бы коснуться его плаща. В воздухе пахло обожанием и страхом. Но Тоджи, не проронив ни слова и не удостоив никого даже взглядом, молча прокладывал себе путь сквозь этот живой щит. Наконец, в конце коридора он заметил знакомую фигуру.
— Рё, — окликнул он друга, когда им удалось выбраться на свежий воздух.
— О, Тоджи! Ты это видел?! Весь стадион просто в экстазе!
— Рё, ты знаешь, что ты топографический кретин? — беззлобно подколол его Тоджи, пытаясь избавиться от звона в ушах.
— Ну прости, я же не специально! — тут же запричитал Рё, активно размахивая руками. — Зато посмотри, что у меня! Я забрал Полумесяц Хонсу, прикончив его владельца в честном (ну, почти) бою, а в качестве главного приза мне достался Кровавый шар Шезму! Смотри, как он пульсирует!
Тоджи на мгновение замер, внимательно разглядывая кроваво-красную сферу в руках друга. Он почувствовал исходящую от неё тяжелую, тягучую энергию.
— Это же где я так лоханулся? — проворчал он, искренне недоумевая. — Надо было с тобой идти, там артефакты явно поинтереснее. А у меня только ядовитый посох Серкета да этот лук... и всё.
Рё едва не подпрыгнул на месте, его лицо покраснело от возмущения.
— Ты чё выпендриваешься, а?! У тебя, бл#ть, Катана Высшего в личном распоряжении! Да твой один этот клинок еб#т все мои артефакты вместе взятые на раз-два, с#ка! Ты вообще понимаешь, какого уровня эта железка?!
— Матов поменьше гни, — осадил его Тоджи, хотя в уголках его губ на мгновение промелькнула тень довольной улыбки. Приятно было осознавать, что у него всё же есть козырь, способный напугать даже бога.
— Ты сейчас говоришь точь-в-точь как моя мама, — фыркнул Рё,. — Она тоже так вечно зудела, а потом еще и подзатыльник давала для закрепления материала.
— Так я тоже могу. Если попросишь.
— Не надо, пожалуйста! — Рё шутливо прикрыл голову руками, отшатываясь.
— Да и не собирался я, так... чисто припугнуть, чтобы ты не расслаблялся.
Они вернулись в общежитие за полночь. Усталость навалилась свинцовым грузом — не столько физическая, сколько ментальная. Оба провалились в сон, едва их головы коснулись подушек. Но покой в жизни Тоджи никогда не длился долго.
На следующее утро, когда за окном едва начало сереть, а на часах было ровно 6:00, Тоджи уже стоял над кроватью друга. В его глазах не было ни следа сна.
— Просыпайся, ёпта! Всю жизнь проспишь! — он бесцеремонно схватил край одеяла и дернул его на себя.
— А? Что?.. — Рё заворочался, пытаясь спрятать лицо в подушку. — Тоджи, уйди... Еще ночь...
— Х#й через плечо! Вставай давай, солнце уже почти встало!
Рё с огромным трудом сфокусировал взгляд на светящихся цифрах будильника.
— Шесть? Ты издеваешься? Серьезно?! Тоджи, ты реально маньяк, тебе лечиться надо...
— Серьезней некуда. Нам еще к парам готовиться, — Тоджи уже вовсю гремел чайником.
— Аргх... когда-нибудь я тебя придушу во сне...
Прошел час в суматошных сборах. К семи утра, когда город Мори только начинал просыпаться, они уже шагали в сторону колледжа. Последовавшие семь часов учебы тянулись невыносимо долго. После того как ты сражался с полубогами и мастерами меча, лекции по классической литературе и базовой теории магии казались пресными и бессмысленными. Тоджи сидел на задней парте, подперев голову рукой, и смотрел в окно, слушая, как преподаватель монотонно бубнит про основы медитации.
В 14:30 друзья наконец покинули душные аудитории и направились к общежитию. Воздух был по-осеннему свежим, но Тоджи не чувствовал облегчения.
— Давай в магазин зайдем, Тоджи! Купим чего-нибудь вкусного, — Рё с надеждой посмотрел на вывеску небольшого минимаркета.
— Ну пошли, транжира. Опять все деньги на ерунду спустишь.
— Я не транжира! Я же на свои деньги всё покупаю.
— Да-да, — хмыкнул Тоджи. — А кто мне в конце месяца будет ныть, что у него «денег нет даже на доширак»? А?! Было такое?
— Не будет в этот раз, обещаю!
— Ладно-ладно. Но учти: если что — я твоей маме позвоню и пожалуюсь, что её сын — профессиональный уничтожитель бюджета.
Внезапно Тоджи замолчал на полуслове. Его лицо мгновенно преобразилось, став жестким и хищным. Взгляд стал острым, как бритва. Рё тоже почувствовал это — воздух вокруг них вдруг стал плотным и тяжелым, как кисель. Это было не просто давление, это был колоссальный объем чужеродной энергии. Уровень маны в атмосфере подскочил до таких значений, каких в их тихом городке Мори никогда не фиксировали приборами. Птицы, секунду назад щебетавшие в кронах деревьев, разом замолкли. Улица подозрительно опустела, словно люди инстинктивно почувствовали беду и попрятались по домам.
— Рё, — почти не шевеля губами, шепнул Тоджи. — Чувствуешь? Чей-то очень пристальный взгляд... аж насквозь прожигает, как лазер. На улице ни души, а мана просто зашкаливает. Не нравится мне это затишье.
— Я чувствую, — так же тихо ответил Рё, ощущая, как ледяные мурашки пробегают по позвоночнику. — Аж волосы дыбом встали. Что это за хрень, Тоджи? Это не человек...
— Веди себя естественно, не дергайся. Не вызывай подозрений раньше времени. Я попытаюсь отследить источник.
— Окей...
Тоджи слегка прикрыл глаза, расширяя свое восприятие до максимума. Магические токи пульсировали в пространстве, и вскоре он нащупал «аномалию». Источник находился справа сзади, скрытый за искусно сплетенной пеленой невидимости, которая буквально искрилась от мощи.
Не теряя ни доли секунды, Тоджи сорвался с места. Его скорость была запредельной — для любого стороннего наблюдателя он просто растворился в воздухе, оставив после себя лишь резкий хлопок и небольшое облако пыли. В прыжке он мгновенно материализовал Катану Высшего.
— Катана Полного Поглощения! — выдохнул он.
Лезвие, черное как сама пустота, рассекло воздух. Невидимость врага лопнула со звуком разбитого стекла, и из пустоты проявилось существо. Оно выглядело как кошмарное воплощение божественного совершенства: кожа существа имела бледный, почти фарфоровый оттенок с тонкими золотистыми прожилками, а глаза напоминали две бездонные черные дыры, внутри которых медленно вращались туманности. За его спиной мерно подрагивали три пары тонких, прозрачных крыльев, похожих на лезвия из застывшего эфира. От него исходил резкий запах озона, жженой стали и древности.
— Кто ты такой?! — выкрикнул Тоджи, перехватывая рукоять поудобнее.
— Я — полубог, сын Эхоса и Эхори. Мое имя Эхор, — существо смотрело на Тоджи с такой высоты своего величия, что воздух вокруг него казался замороженным. — Зря ты не добил того несчастного слабака на арене... Теперь он станет твоей тенью. Он будет мстить долго и мучительно.
— Тот мусор со смертельных боев? — Тоджи презрительно усмехнулся, хотя внутри него всё напряглось. — Плевать. Один раз не добил — во второй прикончу окончательно. Вместе с тобой.
Эхор, не желая продолжать диалог, рванул вперед. Он двигался плавно, оставляя за собой шлейф божественного света, который ослеплял. Но Тоджи был быстрее. Катана Высшего словно сама знала, куда бить. Одним коротким, почти незаметным движением он отсек Эхору правую руку, а вторым, разворотным — снес голову. Катана жадно, с каким-то утробным гулом впитала всю божественную суть полубога, оставляя на асфальте лишь пустую, безжизненную оболочку.
— Теперь ты лишь бездыханное тело, из которого даже кровь не течет, — констатировал Тоджи, глядя на то, как багровая жидкость мгновенно испаряется под действием его клинка. Он коснулся ладонью останков. — Anteverus.
Тело Эхора тут же начало распадаться на мельчайшие золотистые частицы, исчезая в пространстве, словно его здесь никогда и не было.
Рё подбежал к нему, тяжело дыша. Его лицо было бледнее, чем кожа полубога.
— Тоджи... что это, мать твою, сейчас было?! Ты понимаешь, ЧТО ты сделал?! Как ты его убил?! Он же... он же полубог!
— А... это? — Тоджи обернулся, его взгляд снова стал скучающим. — Это был сын богини нашего мира. Просто очередной заносчивый парень. Не забывай, Рё, я давно уже не обычный человек. И это уже... а, точно, я же тебе не рассказал... — он тяжело вздохнул через стиснутые зубы.
— Что ты мне не рассказал?! Тоджи, не пугай меня!
— Ну, на тех боях, когда я сражался с Хикари... Ну, с тем парнем с посохом... Короче, я там своего первого полубога завалил. Прямо на арене.
Рё на мгновение лишился дара речи. Он просто стоял с открытым ртом, глядя на Тоджи как на инопланетянина. Затем он начал неистово жестикулировать, не в силах подобрать слова.
— Что, бл#ть?! И ты... ты просто забыл сказать мне об этом?! ОБ ЭТОМ?! Ты убил божественную сущность, поглотил её силу и просто пошел спать?! Ты хоть понимаешь, насколько это ненормально?!
— Хех, ну да? — Тоджи пожал плечами, чувствуя, как внутри него начинает нарастать странный гул. — Да всё, успокойся. Живой же я. Пошли уже, а то в магазине всё разберут.
Спустя тридцать минут они дошли до перекрестка и разошлись в разные стороны. Была ли на то веская причина, или они просто слишком устали друг от друга — никто не знал. Тоджи шел один по безлюдному переулку, и с каждым шагом ему становилось всё труднее дышать.
— Фух... голова просто раскалывается, — прошептал он, хватаясь за виски. Стены домов поплыли, а небо стало стремительно темнеть. — Рё ушел... я хер пойми куда забрел... что за...
Мир вокруг окончательно потерял четкость. Последнее, что почувствовал Курода Тоджи — это жесткий, холодный асфальт, который на мгновение показался ему мягким, как перина. Победитель богов и абсолютный чемпион арены рухнул без сознания, оставшись лежать в тени длинных вечерних теней.
Продолжение следует…………