Вокруг бушует море великого океана, разделяющего два огромных государства. Морские прибои шумят так сильно, будто в это время, в этом месте, больше никаких звуков не существует. Иногда перекликаются чайки. Похоже, этот причал – их любимое место, но не сказать, что рыбы здесь водится больше, нежели в остальных частях берега. На ветру покачиваются пальмы своей большой листвой. Активные морские волны с грохотом и брызгами всё бьются и бьются об волнорезы, словно пытаясь достать до берега, идут напролом, совершенно не замечая перед собой преграды, которая эти же волны рассеивает. Сейчас около 9-ти утра, солнце уже встало, но будто бы ещё не окончательно "взбодрилось", поэтому светит не так ярко, как обычно, светит в полдень.
В целом, можно было надеяться, что Илья сюда не придёт. Учитывая его прошлое, его характер и отношения насчёт цены человеческой жизни. Но он действительно смирился со своей участью. Он не из тех самых смертников, что настолько обиделись на свою скупую жизнь, и готовы выбежать под пули, лишь бы умереть. Однако, он, в данный момент, и не из тех, кто готов отчаянно бороться за свою жизнь, повышать себе цену. Илья смирился с абсолютно любым исходом событий, ведь пусть и неосознанно, он начинает верить в судьбу. И в бога. И пусть вера – есть где-то далеко, глубоко в душе являющееся маленькой частичкой света среди тьмы, она всё ещё остаётся верой в опору на высшую силу, словно на большую мужественную руку, указывающую верный путь и укрывающую от ужасов. Проще сказать, что Илье больше нечего делать: ему негде работать, негде жить, и судя по всему, уже некуда податься. Его больше никто не ждёт дома, больше нет ни единой души, которая незаметно для всех извергает счастье, когда Илья рядом. Вот, говорят, что у каждого человека, во всём его окружении есть тот человек, чьё сердце радуется его присутствию. И обычно, это невозможно как-либо вычислить, ибо это чувства. А чувства, особенно такого характера, во имя сохранения самообладания и холодного разума, следует скрывать. Итак, говорят, что у каждого человека, во всём его окружении есть тот человек, чьё сердце радуется его присутствию. К Илье это правило не относится.
Он вошёл через две широкие двери в небольшое здание. Через это здание идёт прямой путь к причалу, где находится большинство членов той самой группировки. Это место представляет собой большую площадь, которая разделена на специализирующиеся части: на первой, ближайшей ко входу, находится что-то вроде склада быстрого действия. Оттуда берутся большие металлические контейнеры, которые потом погружают на корабли. На второй части площади – несколько взлётных полос для космического судна. И наконец на третьей части находится выход к морю, с морскими судами. На каждой части площадки располагаются как минимум десятки «Старых». Суть в том, что сам Илья об этом не знает.
– У меня не получится... – вслух сказал Илья, когда вышел на первую часть площадки. Впереди стоят длинные металлические контейнеры. В шахматном порядке, в 3 ряда.
Илья вошёл изначально с поднятой в руках винтовкой. После сказанной им фразы, он опустил её, и стал держать только одной рукой. Его пустой взгляд устремлён в асфальт под ногами... Его безжизненные глаза хотят пустить слёзы, но у них не выходит. Потому что он мужчина, и рождён мужчиной. Зубы хотят стучать, но они стиснуты крепко. Весь организм Ильи хочет рычать от страха и бурлящего смятения, но что-то мешает высвободить весь страх наружу...
Вот из-за одного ближайшего контейнера медленно выходит человек. В его руках – четырёхствольный дробовик последнего поколения. Комплексный выстрел способен разрушить по крайней мере половину 9-ти этажного здания. Этот человек имеет в своей плоти множество имплантов, потому сложно увидеть настоящую кожу на его теле, не всматриваясь. Илья заметил его раньше. Глаза его наполнились сосудами, зубы теперь не были стиснуты. Всё тело Ильи в момент расслабилось, словно он изначально усердно готовился к этому. Судьба благосклонна, раз позволила ему заметить охранника раньше, чем охранник заметит его. А значит, последующие действия зависят лишь от самого Ильи. Выстрелить, или спрятаться? Поднять наконец оружие, или же отрубить себе руку, дабы стало больше толка от неё? Убежать, наплевав на всё, или же сделать ЭТО, не оглядываться? Илья напрягся. Он ощущает чьё-то присутствие, но это никак не связано с тем, что в 20-ти метрах от него стоит до костей имплантированный воин, с одним из сильнейших огнестрельных орудий в руках. Кажется, что этот кто-то, кто находится к Илье ещё ближе, – есть нечто потустороннее. Из мира, где нет страха и сомнений. Если же в этом мире, в коем пребывает Илья страхи стоят выше всех существ, то в том мире, откуда пришло это нечто, эти самые страхи уже давным-давно сброшены в бездну и похоронены. Забыты. И отвергнуты. Ощущение, что кто-то наблюдает не угасает. Словно этот кто-то шепчет Илье на ухо: "Самое время демонстрировать, ради чего тебя рожала твоя мать, что сейчас лежит в земле. Покажи, на что ты сможешь пойти."
И вот, прямо сейчас, имплантированный человек поднимает руки. Он уже начинает целиться прямо на незваного гостя. Илья внезапно, словно пробуждается в нём действие, поднимает правую руку. Илья нажимает на спусковой крючок своим указательным пальцем. Из дула дарованной самим богом винтовки, на свободу выходит ярко-голубая искра. Которая затем превращается в стремительный луч. Этот луч пронзил грудь охранника почти насквозь. Он приглушённо закряхтел от внезапной боли, не успевая произвести ответный выстрел оружие падает из рук. А сам он, пошатнувшись 2 раза, упал прямо на сзади стоящий контейнер.
Илья опустил руку обратно, его оружие тоже упало. Эту же правую руку охватила дрожь. Илья сделал шаг назад, но лишь один шаг. Второго шага не было. Из груди только что поражённого охранника хлынула кровь слабой струёй. Так как он упал на контейнер, и ударился головой, из затылка виднелись маленькие искры. Видимо, был поражён ещё и какой-то имплант, если не целая система. А у самого Ильи страшно побледнело лицо и руки, ноги подкосились и ослабли в несколько раз, сердце еле успевало биться настолько быстро, насколько требуется, чтобы поддерживать состояние страха.
Охранник умер от потери крови. В этот же момент, когда он перестал дёргаться и вообще подавать признаки жизни, у Ильи из левой ноздри потекла кровь. Кажется, он наконец понял, что сделал. Он убил человека, и на этот раз напрямую. Без всяких железок, без всяких препаратов, которые лишь дают отсрочку смерти. Без каких-либо инструментов, ставших основой хирургии в нынешнее время, без которых хирург бессилен в своей стихии. Илья использовал лишь один инструмент, который предназначен для такого рода использования. Теперь он связывает в своих руках жизнь и смерть, и решает, кому что выдать. Сомнительным является тот вариант, что кто-то здесь выживет. Казалось бы – это звучит глупо и тупо, глядя реакцию своего первого убийства напрямую.
Илья поднял винтовку с земли, оттряхнул её от пыли. На мгновение, море будто бы перестало шуметь, превращаясь в обычную, безжизненную лужу. Чайки замолкли и застыли на месте, словно их моментально заморозили до температуры абсолютного нуля. Пальмы перестали раскачиваться, ведь сам ветер утих, каждая молекула воздуха вокруг вошла в стагнацию. И всё это происходит лишь по одной причине: совершил убийство человек, который является убийцей уже несколько лет. Просто он либо сам этого не знал, либо делал вид, что не знал об этом.
Илья медленно подошёл к трупу. Может, в его планах было взять ещё одно оружие? Нет. Похоже, он просто смотрит уже мёртвому человеку в глаза. В его тусклые глазные яблоки, устремлённые куда-то в пустоту. Губы слегка приоткрыты, шея наклонена в сторону от удара об твёрдую поверхность контейнера.
В голове у Ильи сейчас обязательно должна быть одна из двух мыслей. Первая звучит так: "Боже... Боже мой... Что же я наделал??..." Вторая же звучит иначе: "Это было не так страшно, как мне изначально казалось..."
Вопреки этому, у Ильи в голове лишь надежда. Надежда на то, что этот выстрел, кроме него и находящихся рядом чаек, никто больше не слышал. Ни море, ни чайки, ни ветер, ни пальмы не застыли на месте. Ни само время не останавливалось. Но все они сохранят молчание. Море своими прибоями не расскажет другим о том, что это был за странный, глухой звук. Чайки не разболтают остальным о том, что они видели. Ветер и пальмы не разнесут слух о том, кто стрелял. А время не расскажет о том, когда начнётся настоящий хаос, и сколько он продлится. Илья огляделся вокруг, в мыслях убеждая себя в том, что его никто больше не слышал. Убедившись, он медленным шагом пошёл дальше. Он обошёл металлический контейнер, за которым было место преступления. Не последнего.
Встретив ещё одного человека, Илья тут же застрелил его. Он был повёрнут к нему боком, Илья не стал церемониться и ждать, пока за него это сделают высшие силы. И снова его руки задрожали, а оружие упало на пыльный, пропитанный морским воздухом асфальт. Из его носа опять пошла кровь. Со своего первого убийства на этом причале, Илья так её и не вытер, она уже свернулась. Этот второй человек был имплантирован меньшим количеством, чем первый. Илья поднял винтовку вновь, и пошёл дальше. Он обходит контейнеры с разных сторон, дабы его движения были непредсказуемыми. Он сторожит каждую сторону по несколько секунд, вслушиваясь в звуки. Среди шума прибоя, криков чаек и шелеста листвы пальм, Илья слышал звуки шагов, разговоры между охранниками. Словно подбирал нужные звуки из всей остальной массы, а затем производил общий анализ того, что происходит по ту сторону длинного контейнера. Море ведь тоже помогает ему, по-своему: прибой, чайки и ветер заглушают выстрелы, шаги и тяжкое дыхание. Быть может, нервная система Ильи не выдержала бы, будь он совершенно не готов к тому, что придётся убивать людей вот так... Но раз он пытается взять всё под свой контроль, значит, где-то в глубине разума, Илья всё же готовился к этому событию заранее.
Выстрел за выстрелом проносились в воздухе. Илья не стрелял очередями, иначе это было бы, вероятно, слишком громко. Он застрелил уже 8 человек, с одним из них возникла небольшая проблема, из-за которой Илья чуть не лишился своей правой ноги. Развидев Илью, этот засранец решил сразу пустить в ход «ALG-W83» – имплант дальнего действия, позволяющий выпускать небольшие снаряды, взрывающиеся при соприкосновении. Летят с предельной скоростью пули, а один взрыв способен отнять конечность. Так этой пушкой ещё и можно стрелять короткими очередями, по 3 снаряда. Илья вовремя среагировал, отскочив в сторону и уклонившись от взрывного снаряда. Но больше всего ему повезло именно в том, что этот снаряд потом улетел в море, поэтому взрыв под водой был едва заметным. На счету целых 8 человек, хотя, эта цифра ещё мала. Илья может убить больше. Сегодня он сделал большой шаг в своей жизни, став убийцей, собирателем человеческих жизней. А море всё ещё бушует.
Словно мелкая мышь он пробирается через грузовые контейнеры, внутри которых хранится оружие, и прочие припасы на все случаи жизни. Илья очень осторожен: планирует почти что каждый свой шаг, рассчитывая всё наперёд. Он вообразил, что у него есть способность видеть будущее, поэтому обдумывает все исходы событий. И лишь когда убедится, что это ему по силам, – действует. Незамедлительно, решительно. Кажется, будто бы навыки убивать у Ильи присутствовали с самого рождения. Или же, на фоне страха и сомнений, он быстро смирился с этим делом. Без какого-либо намёка на жалость, на причале было убито уже 15 человек. При необходимости Илья избавлялся от трупов, отдавая их на корм морским обитателям. Они почувствуют вкус убийства. Убийства ради Всевысшего. Ещё совсем чуть-чуть, и Илья дойдёт до середины площади, на которой и происходит вся мясорубка. С того момента количество охраны увеличится, как и их степень вооружения. Скоро в винтовке кончатся патроны, он будет проклинать того, кто дал ему это задание за непредусмотрительность.
Илья зашёл за угол очередного контейнера, держа винтовку поднятой. Указательный палец всегда находится на спусковом крючке, чтобы вовремя успеть произвести выстрел. За углом находятся двое, но вот проблема – они ждали прихода Ильи. Эти двое видели, как один из трупов выбрасывается в море с силой. Позабыв о бесшумности, Илья облажался.
Одного из них сразу же поразила энергетическая пуля, она угодила точно в шею. Солдат уронил свою пушку и упал на стальное ограждение, стоящее по краям причала. Тщетно пытался остановить бьющийся из горла ключ крови, схватившись обеими руками за дыру. Второй солдат открыл огонь из лёгкого одноствольного дробовика. Плотный залп картечи просвистел в воздухе, врезался в мягкую плоть правого бедра Ильи. От боли рука его дёрнулась, и винтовка выстрелила целой очередью. Очередь убила второго солдата, создав в его бронированном теле 6 новых глубоких отверстий. Его тело упало на труп товарища. Илья схватился левой рукой за раздробленное бедро, из которого сочились струйки крови, падали куски мяса и осколки кости. На этот раз, винтовку Илья из руки не выпустил. Он доковылял до следующего контейнера, чтобы укрыться за ним. Хочется дико кричать от мучительной боли. Хочется бросить всё и убежать. Хочется бросить всё это кровавое дело, и уйти жить как раньше. Хочется убить самого себя, и не продолжать. У Ильи на глазах навернулись слёзы, он несколько секунд смотрел на свою винтовку. Она кажется ему расплывчатой, из-за слёз.
... Но ведь в ней больше нет патронов. Похоже, не сегодня...
Илья закусил губы зубами от боли. Какую боль можно испытать, когда в кость на большой скорости вонзаются сотни металлических шаров? На открытую рану медленно кладут эти же самые шарики, только раскалённые до 400 градусов. И их суют в плоть всё дальше и дальше. Вот какую боль испытывает Илья сейчас.
Он разорвал брюки в области бедра, чтобы посмотреть степень тяжести ущерба. Удивлению не было предела: правое бедро абсолютно чистое. Без каких-либо травм, без ранений. Кость целая, кожа и плоть тоже. Бедро буквально не было ранено... Или всё же было?
–... Как?.. – про себя сказал он.
Что-то действительно случилось, верно? Солдат действительно выстрелил из дробовика, и попал Илье в правое бедро, выше колена примерно на 15 сантиметров. Тазобедренная кость была раздроблена настолько, что Илья не смог бы ходить. Но он смог доковылять до укрытия. Когда Илья увидел, что таинственным образом огневое ранение исчезло, кровь с одежды тоже бесследно пропала. Теперь всё действительно "чисто". Нет никаких следов ранения. Впрочем, не стоит тянуть резину. Он догадался, в чём дело, просто никак не может этого осознать.
"Я также наделю тебя особой силой. У тебя нет права на ошибку. Мы будем следить за тобой."
– Не может этого быть!.. – сказал Илья уже вслух, но затем вовремя закрыл рот рукой.
Сила, способная исцелять без мельчайших следов. И боль тоже моментально ушла. Нога абсолютно в порядке, функционирует также, как и минуту назад. Илья поднялся во весь рост. Взглянув на свои ладони, он осознал: он бессмертен.
Что и ожидалось – патроны закончились. Илья оставил винтовку на том же месте, где он убил двух охранников. Там же он окончательно оставил весь свой страх. То, что нужно было сделать с самого начала, он сделал в самый подходящий момент. Забегая вперёд можно с уверенностью сказать, что на этом месте Илье через несколько десятков лет будет возведён памятник.
Он подобрал четырёхствольный дробовик, и к нему ещё пачку с патронами. Теперь нет смысла прятаться, как и думать о последствиях. Сила, способная сделать тело бессмертным. Илья расстреливал всех, не заботясь о скрытности, или бесшумности. Всё это уже не важно. Сама судьба, когда он был на грани, встала на его сторону. Илья наконец доказал, что он этого достоин. За 20 секунд он уничтожил ещё 22 охранника. Пули летели в Илью со всех сторон. Они попадали во все возможные участки тела, но ему было всё равно. Даже адская боль не останавливает его теперь, ведь страха нет. Пулевой шторм проносится сквозь тело каждое мгновение, настоящее время Илью интересует теперь меньше, чем будущее. Спустя 20 секунд активной бойни близ конца причала, он выглядит как огрызок яблока, которого не раз посещали назойливые черви. Вокруг лежат тела членов банды в лужах крови, собственной, крови своих напарников и крови Ильи. На тех, кто погиб раньше всех уже начинают покушаться чайки. Мелкими группами они расселись по ближайшим контейнерам, и стали наблюдать за происходящим, словно оценивают сделанную Ильёй работу. Сам же Илья дрожащей рукой прикоснулся к своей груди. В тот же миг, абсолютно все его ранения исцелились, тело будто подменили на новое. Четырёхствольный дробовик был отброшен, и заменён на скорострельный пистолет-пулемёт, стреляющий кинетическими зарядами. И это ещё не конец.
Оставалось около десятка членов банды, караулящих причал. Они разбежались по остальной территории причала: забились в укромные углы, спрятались за различными преградами. Те, кому была слишком дорога жизнь, и кто ценит её больше, чем строгие правила, – вскрывали большие металлические контейнеры, что стоят по всему причалу в шахматном порядке. И забирались в них. Охранники заняли позиции для контратаки. Им любой ценой необходимо устранить Илью, но не из-за того, что он угрожает банде "Стариков". А из-за угрозы собственным жизням. Ведь каждый из них всех хотел жить. Каждый хотел продолжать жить в таком же весёлом темпе, состоящем из ежедневного грабежа складов других компаний, насилия в случае оказания сопротивления при том же самом грабеже и пьянствования. В обычный, ранее ничем не примечательный ясный день, к ним от отчаяния заявился гость. Этот гость преподал урок, как правильно жить, если ты член преступной группировки.
Илья пешим шагом пошёл дальше. Впереди виднеется ещё одно здание, по размерам намного шире, чем предыдущее. Это есть выход в море, и в то же время взлетная полоса. Здание построено так, что оно описывает полукруг. Под этим полукругом находятся корабли, а на крыше самого здания – длинная взлетная полоса, которая устремляется дальше причала.
В ребра Ильи внезапно вонзилась очередь. Звука выстрела не было – использовался глушитель, или же энергетические пули. Он незамедлительно направил оружие в ту сторону, откуда кто-то стрелял, а именно вправо. Не думая ни секунды, Илья ответил той же короткой очередью. Она пронеслась в воздухе, испугав небольшую стаю чаек, что сидела на контейнере рядом. После ответного удара, из-за контейнера выглянула чья-то металлическая рука. Она упала на асфальт, дёрнулась раз, и больше не двигалась. Так было, что контейнер, из-за которого стреляли в Илью, находится относительно него самого на северо-востоке. Кинетические пули пистолета-пулемета пробили металлический угол, убив очередного охранника. Сзади послышался тихий шаг. Всего один шаг. Илья невозмутимо сделал шаг в сторону, мимо его лица со свистом пронесся буйный клинок. Затем ещё раз, – охранник в ярости замахнулся над головой Ильи, но тот снова уклонился. Этого охранника можно действительно выделить из всех остальных: рост около 3-х метров, на теле живой плоти нет. Всё, что осталось – часть кожи груди, лица. Оставшиеся участки кожи – очень бледные, будто вот-вот отпадут сами по себе. Вглядываясь в эту незначительную бледность, которой когда-то было много, возникает ощущение отсутствия жизненной энергии у него. Его телом управляют сразу несколько имплантов. Душа давно покинула эту глупую тушу. Души тут больше нет, ей нет места. Правят механизмы, они же испускают дух.
– Ты сгоришь в аду!! – роботизированным голосом кричал этот охранник, промахиваясь снова. – Уебище! Подохнешь ты, блять!!!
А Илья в этот момент молчал. Молча он и продолжал уклоняться. Охранник, выведенный из себя, начал стрелять в него из портативной ракетницы, что находится у него на левом плече. Этот имплант носит название «ALT-92» – классика, среди военных подразделений. К слову, на правом у него DRGN-BN. Ракеты со скоростью звука полетели в Илью. Он же отпрыгнул влево, избегая взрыва. Ракеты унеслись вдаль, спустя секунду их уже вовсе не было видно на горизонте. Лишь след белого дыма оседает.
Использовав DRGN-BN, пребывающий в ярости имплантированный боец чуть не переплавил металлический контейнер с грузом. Плохая идея использовать его здесь. Между тем, Илья соизволил заговорить с ним.
– Я раньше работал хирургом в местной клинике, ты знал? – хладнокровно спросил он.
– Заткни своё тупое еблище..!! – зарычал охранник. Он выставил руку вперёд, снизу было небольшое дуло встроенного вооружения.
Из него мигом вылетела пуля. Но не простая, а со встроенным в неё датчиком, генерирующим маленький, но мощный электрический импульс. Илья схватил её двумя пальцами, прямо перед тем, как она попала бы ему в лоб. После соприкосновения, пуля разрушилась, оставив на месте себя шаровую молнию, размером теннисного мяча. Мощность такой молнии составляет порядка 7 гигаватт. Она показалась буквально на полсекунды, после чего испустила энергетический взрыв и исчезла. Илью отбросило к железному забору, за которым простиралось играющееся с самим собою море. Изо рта пошёл черный дым.
Охранник сделал несколько тяжёлых шагов к телу Ильи, которое неподвижно лежало, облокотившись на забор. Прозвучал щелчок – из левой ладони 3-х метрового охранника вылезли 6 стволов, длинною 20 сантиметров каждый. Они плотно прижаты друг к другу, что является подобием пулемёта. "Ты будешь гореть в жарком пламени, псина." – сказал он перед тем, как выстрелить... И промахнуться. Тяжёлая рука дрогнула, – по ней кто-то ударил, она сместилась и резкая очередь улетела прямо в небо, куда смотрела в тот момент рука.
Илья успел спасти жизнь самому себе, встав, и в сопровождении с быстрым рывком, ударив из-под низа по руке охранника своим НОВЫМ орудием: это было белоснежное лезвие. Оно не имеет рукояти, не имеет ни начала, ни конца. Это лезвие, с двумя острыми концами. Медленно и плавно, её тонкий и острый край будто бы волнистой формой переливается. Получается, это белое лезвие без рукояти, без начала и конца, волнистой по краям формы, словно язык огня. Этот таинственный предмет появился у Ильи абсолютно внезапно, но по воле его духа.
–... Что за херня?!?! – крикнул охранник, когда его попытка добить своего врага не удалась.
Не растерявшись, Илья решил вонзить это лезвие ему прямо в голову. Прямиком меж красных его глаз. Бронированный воин, потерпевший неудачу неоднократно, пошатнулся и попятился назад. Но вот чудо, и странность: нет ни крови, ни вытекающих наружу мозгов. Просто абсолютное ничего. Как будто в голове у охранника и не торчит ничего вовсе. Лезвие прошло насквозь, но с виду никаких повреждений нет.
– Сука... бля-я-ять... Ты ответишь за это всё!.. – яростно заявил он.
Увидев, что ничего не произошло, Илья растерялся. Охранник замахнулся своим мечом снова. Илья уклонился очень вовремя, и тому знак – порез от подбородка, до виска, на всю щеку.
Угнетённый своей собственной яростью, солдат хотел было замахнуться острым мечом снова. Но... он не смог. Почему-то. Почему-то он остановился на "полпути". Меч находится прямо над головой, он уже готов со свистом опустить его вниз по вертикали, однако словно мистическая сила сковывает его! Нет, это не чья-то невидимая рука... Это настоящий паралич. И после – оглушительный рёв, взывающий к адской боли.
– А-А-А-А-А-А-Р-Р-РА-АР-Р-Г-Х-Х!!! А-А-А-А!!!! – уже разрывал свою собственную глотку охранник. Он действительно внезапно, ни с того ни с сего почувствовал, и каждой молекулой тела ощутил колоссальную, адскую боль.
Всё его тело страшно задрожало, а потом пустилось в конвульсии. Меч выпал из рук, импланты стали искрить и отказывать в работе. Последнее – признак повреждения нервной системы. Эта боль сфокусировалась в одной точке, а затем распространилась равномерно по всему остальному телу. Боль, которую испытывает охранник уже несколько секунд – высшая в своей иерархии. Около 93% всех имплантов полностью отказали. Охранник уже сорвал голос, но всё равно продолжал пытаться кричать. Ему кажется, что он кричит и его слышит вся вселенная. Илья тем временем стоял на месте, и не знал что делать. Охранник молил о помощи и его, и бога. Его глаза тонут в собственных слезах, на лбу лопаются вены. А то самое лезвие всё ещё торчит. На мгновение Илья задумался о хоть минимальной помощи. Но затем, ему словно запретил кто-то, и напомнил, что этот человек (если его всё ещё можно назвать таковым) пытался его убить, а до этого убивал других, невинных людей. Илье, пожалуй, ещё предстоит учиться подавлять свою совесть, а в последствии вовсе от неё избавляться. Ведь чтобы от неё избавиться – необходимо вырасти.
Охранник несколько раз пытался покончить с собой. Но он всё никак не мог банально встать на ноги. Катаясь по асфальту от боли, и дёргаясь, он в конечном счёте скончался. Лезвие, что торчало у него в башке, теперь испарилось, а затем снова появилось у Ильи в руке. Илья посмотрел на него, а потом с его глаза упала слеза.
Конец 68 главы.