Первоначальной целью Ильи, пусть и являются массовые убийства, но никак не пытки. Он даже и не думал кого-то пытать, даже не вспоминал, что это, чисто физически, можно сделать. "Это... Это получилось само собой..." – внушал он сам себе. Так или иначе это сделал именно Илья. Больше некому было вонзить в голову своему противнику, появившееся из неоткуда лезвие. Владелец своего оружия, при лишении кого-то жизни несёт ответственность только за самого себя, но никак не за своё оружие. Оставшиеся пешки с радостью воспользовались временной уязвимостью, в голову Ильи впились две кинетические пули от винтовки. Он тут же упал замертво. Ещё 8 человек вышли из своих укрытий, и подошли ближе. Их оружия направлены на тело Ильи, в любой момент каждый из них готов выстрелить. Охранники медленно подходят к нему, чуть приседая, и постоянно смотря в прицел.
Глаза Ильи закатились, что означает смерть. Действительно – никто бы не смог выжить от двух выстрелов в голову. Никто... кроме него. Как уже было известно ранее, отныне он бессмертен. Левой рукой Илья взмахнул, и мгновенно рядом лежавший пистолет-пулемёт оказался у него в руке. Он взмахнул ещё раз, попутно сжимая спусковой крючок. В этот же момент все 8 были поражены одной, но точной очередью. Кое-кто вскрикнул от боли, попытался совершить ответный выстрел, дабы хоть унести врага с собой в загробный мир. Но все, кто пытался – обязательно промахивались. А Илья тем временем встал, полностью исцеленный. Без единой царапины.
На конце причала находится несколько человек. Один из них – важнейшая личность. Это Иван. Иван Бабушкин, носящий не настоящую фамилию, а что-то вроде позывного. Гладко уложены на бок русые его волосы, дорогой пиджак цвета охры блестит на солнце. А сам пиджак расстёгнутый, одет на голый торс. Этот человек управляет примерно половиной всей существующей группировки. Иван контролирует логистику, качество поставляемого товара.
Он прогуливается в дальней стороне причала, близ здания, откуда стартуют корабли. Под руку у Ивана гуляет женщина, также роскошно одетая. Открыто одетая. Но она не главная, более того – она почти никто здесь. И при этом, эта дама почему-то гуляет с Иваном Бабушкиным, и обсуждает с ним как личные, так и вопросы, касающиеся всей деятельности Стариков.
– Мы определено будем расширяться на всю планету... – сказал Иван, вздохнув.
– Рискованно, дорогой! Рискованно! – возразила его спутница. – Если ты прогоришь, то придётся долги возвращать не только одному городку!!
– Хочешь сказать, что ты сомневаешься во всех нас? – с негодованием спросил он, вглядываясь в бескрайнее море. Неподалёку зашумел двигатель морского корабля.
– Нет-нет, что ты! – сказала девушка, смотря на Ивана растерянным взглядом. – Я просто волнуюсь о нашем состоянии.
– Тебе незачем волноваться. – сурово ответил Иван Бабушкин. – Ты ничем здесь не управляешь, поэтому и волноваться нечего.
– А хотелось бы управлять...
– Ты не слишком подходишь на эту роль, знаешь... Нужно быть рассудительным, как я, и при этом сохранять свою великую харизму. Как это делаю я.
– Хочешь сказать, мы друг на друга не похожи?.. – девушка отпустила руку Ивана, и посмотрела на него ещё более растерянно.
– Ну... хер его знает. – пожал плечами Иван.
– Какой же ты придурок! – выплеснула она, разводя руками. Кажется, её крик был слышен на весь Технопанк. – Долбаёб! Просто, блять, придурок!
Иван Бабушкин застыл на месте. Затем, он повернулся в её сторону.
– ... Да ты чё, охуела?!?! – яростным тоном возразил Иван Бабушкин. Он в одно мгновение сделался невероятно взбешённым.
Но на этом он не остановился. Иван Бабушкин сделал ещё нечто большее, чем просто ответить грубиянке. Движение его было настолько быстрым, что никто из окружающих не смог его заметить. В том числе и девушка, не заметила, как осталась без головы... Иван Бабушкин лишь одним лёгким ударом в лицо, снёс ей голову без следа. Тело ещё некоторое время находилось в нетронутом положении, и только спустя несколько секунд из шеи взмыл вверх фонтан крови. И красиво одетое тело молодой дамы, рухнуло на прогретый солнцем асфальт. Иван Бабушкин без сожаления, и тем более без каких-либо угрызений совести посмотрел на труп своей уже бывшей женщины, а затем поправил воротник пиджака. "За борт." – сказал он. В этот же миг, трое охранников на всех парах подбежали, оперативно подхватили тело и выкинули его в море. Прогремел всплеск, и она, очередная жертва, ушла на дно морское.
Спустя полминуты, пожаловал Илья. Он дошел до конца причала.
– О, так это был ты... – сказал Иван Бабушкин, когда один из охраны указал на него.
Илья вышел из скопления контейнеров, дальше их уже нет. Просто пустой участок площади, на котором Иван и прогуливался.
– Да-да, я отсюда слышал какие-то выстрелы, крики... Думал, опять эти олухи что-то не поделили. – слегка смеясь сказал Иван Бабушкин.
Илья же продолжал молчать и смотреть ему в глаза. В правой руке у него был обрезанный двуствольный дробовик. На плече висит сумка с непростыми, а взрывными патронами.
– Похоже, ты серьезно настроен. – продолжал говорить Иван, как будто ему ничего не угрожает. – Скажи, кто послал тебя сюда?
Илья молчит.
–... Ты не похож на человека, который может кого-то убить... – задумался Иван. Его охрана нацелилась на Илью, но всё же предпочла держаться на расстоянии. Они были также прекрасно оборудованы, как тот злобный охранник, которого Илья убил мучительно.
Илья долго молчал. И наконец, заговорил.
– Скажи, что ты делаешь с полученными деньгами?
Иван посмотрел на него, как на идиота.
– Я? Во-первых, я их перенаправляю в общую казну. – ответил он. – А во-вторых, уж точно не на благотворительность, ха-ха!!
– А мог бы на благотворительность. – Илье было не до насмешек. – Мог бы просто отдать честь Всевысшему. Это не стоит ни копейки.
– Богу что-ли? – переспросил Иван, всё ещё насмехаясь. – А какому именно?
– Единственному. – ответил Илья, и сделал шаг вперёд. – Который дал мне силу спасения. Благодаря которому я всё ещё жив. Все остальные могут быть близки к богу, но они не боги.
– Как я погляжу, на тебе действительно нет ни ранки. – признал Иван. – Но это не отменяет того факта, что ты несёшь какой-то бред.
– Если ты не веруешь, тогда посмотрим, к чему приведут наши пути. – сказал Илья. Он приподнял дробовик над собой.
Двое элитных охранников обнажили электрические мечи, и бросились на Илью. Хоть их оборудование не предназначено для быстрых перемещений, они всё же двигаются так, что оставляют после рывков небольшие звуковые волны. Один из них приблизился достаточно. Он замахнулся, но Илья не думал бежать. Он присел, клинок пронесся над головой. Илья совершил небольшой взмах рукой, но не для удара: приставив дробовик к груди охранника, он тут же выстрелил. Под дулом показалась объёмная вспышка, одновременно прогремел и выстрел, и взрыв, совершенный от этого выстрела. Обоих отбросило в разные стороны, охраннику чудом не оторвало левую руку, но теперь в его груди вмятина, которая ещё и искрит, полыхает огнём.
Второй словно ждал Илью сзади: схватив его тяжёлой рукой, другой вонзил Илье в живот электрический кинжал. Иван стоит в стороне, изредка кидает взгляды на развернувшуюся битву. Его глаза холодны, ведь он знал, что этого стоило ожидать. Прошла секунда. Илья не двигается, клинок всё ещё находится у него в области живота, на одежде – большое красное пятно, которое медленно увеличивается. Прошла вторая секунда, Илья всё ещё не дышит и не шевелится, так и находится спереди элитного бойца. Сам он уже начинает медленно вынимать кинжал из живота Ильи, думая, что всё кончено.
Очевидно, что это не может закончиться прямо сейчас.
Как раз тот момент, когда охранник стал вынимать лезвие – есть его конечная точка. Он расслабился, и это стоило ему жизни: Илья приставил к его подбородку двуствольный дробовик.
–... Ты попался... – прогремел второй взрыв. Охранника подбросило вверх, его челюсть разлетелась на мелкие, металлические части.
Затем он упал прямо на железные прутья, граничащие с морем. Его тело повисло на них. Из оставшейся части головы стекает кровь. Совсем не трудно догадаться, что Илья нанёс ему смертельное ранение в живую плоть. К тому же – в голову. Последний телохранитель в это время уже успел подняться. Внизу, между ним и Ильёй разбросаны в хаотичном порядке несколько едва видимых нитей, очень тонких. Но опасных. Сам же Илья в этот момент вновь исцелился, посмотрел в глаза телохранителю. Тот, тяжело дыша, тоже смотрит в глаза Илье. Нити, что разбросаны между ними – это имплант «SPI-C8U», новейшая разработка конструкторов СШГА. Имплант небольших размеров, крепится внизу запястья. Незаметно для остальных выпускает тонкие нити, созданные из алмаза. Опасны они тем, что при контакте посылают мощнейшие электромагнитные импульсы, приводящие к коллапсу техники. И пусть у Ильи имплантов не так много – он в первую очередь рискует собственными костями, если наступит на нити. Тем не менее он спокойно перезарядил дробовик. Телохранитель ухмыльнулся, после чего прыгнул. Под ним появились трещины на асфальте, когда он оторвался от него. Держа клинок в руке, охранник спланировал в воздухе, целясь точно на Илью. Взяв меч в обе руки, телохранитель с ошеломительной скоростью рванул вниз с высоты более чем 20 метров над землёй. Илья же, без лишних колебаний выпустил вверх сразу два выстрела. Тяжёлое, состоящее из железа тело с грохотом рухнуло на асфальт, на этом месте теперь глубокая впадина. Когда осела пыль, Илья, находящийся в этот момент примерно в 5-ти метрах от падения, вновь перезарядил дробовик. Охранник с тяжестью встал, но теперь у него нет одной руки, – её оторвало выстрелом. Одним. А второй чудом задел область спинного мозга, поэтому большинство систем и имплантов перестали функционировать. Это сыграло Илье на руку, и недолго думая он поразил последнего телохранителя в голову, попутно лишив его остальных имплантов, которые могли бы ещё быть опасными. Уж в этом Илья знает толк.
Какая ирония: теперь он лишает людей их смертоносных орудий, вместо того, чтобы устанавливать их. Больше никого не осталось на этом причале. Никого, кроме Ивана Бабушкина.
– Эх... Ерунда. – сказал он, когда Илья разобрался с последним. – От них всё равно толку было не шибко много.
Они пересеклись взглядами.
–... При этом, затраты на обслуживание каждой детальки, что находится у них в тушах выходят довольно большие. – добавил Иван.
Он прятал левую руку в своем толстом пиджаке. Как раз после этой фразы, Иван взмахнул ею, и на палящем солнце заблестели несколько стволов портативного пулемета. В воздухе снова поднялся шум выстрелов, пороховой дым. Илья тут же отскочил в сторону и укрылся за ближайшим железным контейнером. Увидев это, Иван перестал стрелять, однако из запястья той же руки появилась небольшая одноствольная пушка. Вспыхнув, небольшая ракета влетела в контейнер, за которым прятался Илья. Прогрохотал взрыв, охваченные огнем куски металла разлетелись в стороны. Он решил зайти слева, сразу же после взрыва. Илья смог приблизиться к своей цели на 5 метров, и как только это произошло – он тут же направил на Ивана Бабушкина дробовик. Выстрел. Затем ещё. И все мимо. К несчастью, – Иван смог избежать выстрелов с помощью своей чистейшей реакции. Без каких-либо имплантов, без средств. Просто двигая телом и ногами. Иван моментально перехватил дробовик Ильи так, что тот сам этого не сразу смог осознать. Спустя мгновение дробовик уже был в руке у Ивана. Илья добровольно отпустил его, ведь если бы он попытался сопротивляться – лишился бы руки.
У Ильи тем временем перехватило дыхание. Иван был всего в пару метрах от него, но он ничего не собирается делать. Впрочем, он, вероятнее всего и не сможет. Сзади Ильи – море. Он отцепил сумку с оставшимися патронами, и швырнул её за борт. "Неплохой ход." – сказал Иван Бабушкин, швырнув пустой дробовик в сторону. Он поднял правую руку максимально вверх. Она испустила несколько маленьких искр, после чего вокруг Ивана Бабушкина образовалось небольшое поле. Илья мгновенным шагом пытается сбежать... но поздно. Он попадает под действие «GAZAU1A», и с невероятной силой падает наземь. Вернее, его прижимает к асфальту с помощью гравитационного притяжения, которое создало это поле. Давление настолько сильное, что пробивает Илье череп.
–... Ах-х-х-р-гх...– стонет он.
– Это одна из моих любимых комбинаций... – прерывая, будто намеренно игнорируя стон говорит Иван.
Он становится к Илье так, что истекающая кровью голова его, лежит у ног Ивана. Беспомощно лежит. И вдруг – гравитационное поле пропадает. Давление прекращается, притяжения больше нет. Это прекрасный шанс для Ильи увеличить дистанцию и вылечить голову. Из трещины наверное скоро все мозги вытекут. Но... Илья этого не делает. Не успевает.
Иван Бабушкин заносит свою кибернетическую правую руку, сжатую в кулак. Заносит так, что собирает пыль с асфальта, – настолько низко. Тяжёлым, но верным движением, он взмывает ею вверх, выполняя массивный апперкот. Который проходится прямо по голове Ильи, огромной силой подбрасывая его в воздух.
– Я доставлю тебя к луне. – мрачным тоном сказал Иван Бабушкин. Он смотрит, как Илью окружает несколько колец, появившихся будто из неоткуда. Эти кольца излучают фиолетовый свет.
Частицы антигравитации, что попали в тело Ильи после удара, медленно поднимают его в воздух. Так он уже поднялся почти на 20 метров, тело почти не может двигаться и справляться с такой силой. Однако, Илье удается восстановить ранения, пусть его всё равно уже через несколько секунд притянет обратно к земле. Создаваемое притяжение превышает обычную гравитацию планеты в 20 раз.
И Илья со свистом влетает в асфальт. Вокруг поднимается крупное облако пыли, которое вскоре оседает, показывая ещё более крупный кратер. Ещё бы чуть-чуть – и получилась сквозная дыра через причал. Иван Бабушкин, наблюдая за всем этим, ждал пока Илья встанет. Он знал, что встанет. Встанет, и будет целым, и невредимым.
Спустя некоторое время Илья всё же встаёт, и медленно, покачиваясь, идёт на Ивана. В руках у Ильи нет ничего, даже того самого странного копья, что он смог создавать ранее. Беспомощность, да и только. Правда, сам же Иван никак не намерен ждать, пока его оппонент соберётся с силами и найдет способ выжить в ближайшие минуты. Сжав кулак левой руки, Иван активирует механизм. Из тыльной стороны вылез настоящий клинок, по форме напоминающий коготь кровожадного зверя: ему не нужны лишние игры с честью, чтобы противник смог сражаться дальше и не оставаться безоружным. Ему только нужно, чтобы он просто встал. Клинок длинный, берет своё широкое начало с локтя, по самый конец запястья. А само острие где-то 40 сантиметров в длину.
Иван рывком подобрался ближе к Илье, и взмахом клинок пронёсся у того над головой. Но руки у Ивана быстрые... и ловкие. Он замахнулся справа, желая зацепить кончиком лезвия голову Ильи, но промахнулся. Всё, что мог делать Илья в тот момент – уклоняться. Пока что. Иван продолжал махать левой рукой, большое лезвие из-под руки его свистело, с ошеломительной силой разрубало воздух. Всё это было лишь игрой. Отвлекающим манёвром, чтобы внезапно ударить правой Илье в солнечное сплетение. Его отбросило к толстым железным прутьям с такой силой, что они погнулись под его телом. Изо рта Ильи вырвался кашель, смешанный с кровью. Так или иначе он смог устоять на ногах.
В этот момент, Иван пронзил его механическим лезвием насквозь. "Ты умрёшь как самонадеянный, глупый верующий..." – низким и хриплым тоном сказал он Илье, который уже к тому моменту склонил голову и согнулся, беспрерывно кашляя сгустками крови. Его тело так отчаянно хочет упасть и закончить свои страдания, но не может. Его держит лезвие, и кое-что ещё. Из неизвестного, непостижимого, но катастрофически буйственного источника он берет силы вновь, хватает Ивана за лицо. Тот от неожиданности дрогнул, и действительно ему хотелось отойти назад, но не мог: лезвие всё ещё впитывало кровь внутри тела Ильи. Сам же Илья, похоже, пробудил НОВУЮ способность, находясь на грани смерти. Коснувшись головы Ивана, он перестроил то, что у него внутри – расположение костей. Одним касанием, он будто вывернул их наизнанку, и череп Ивана "раскрылся" одним движением. Толстые части костей вышли наружу, пробивая плоть, лобная кость вывернулась в противоположную сторону, и сломалась пополам от собственного давления. Иван пытается что-то сделать, но ничего не выходит: всё тело шокировано. Он пытается что-то произнести, но ничего не выходит: абсолютно вся голова настолько изуродована, что вот-вот вовсе взорвётся, словно воздушный шар. Отовсюду сочится кровь так, как сжимают губку, впитавшую ранее воду.
Илья смог встать в полный рост, а затем с трудом, но сломал длинное механическое лезвие пополам, даруя себе хоть какую-то свободу. Илья сразу же рухнул наземь, исцелился, и снова встал, уже как новенький. А Иван тем временем всё дёргался в разные стороны, не имея возможности ни упасть замертво, ни как-либо помочь самому себе и продолжить бой. "Интересно, что же я всё-таки сделал?.." – подумал Илья про себя. Он посмотрел на свою ладонь, которой он коснулся Ивана ранее. Безусловно, – Илья сумел провести небольшую операцию, не используя при этом приборов, и более того – предварительно не вскрывая. Одним лишь касанием изменил строение черепа в голове.
Иван сумел повернуть голову в сторону Ильи. Он посмотрел своими пустыми глазницами в живые глаза Ильи, будто бы намекая на продолжение этого побоища. Так и случилось.
Очевидно, что это не может закончиться прямо сейчас.
Черного цвета материя внезапно вышла из тела Ивана, на секунду застыла в воздухе, а потом покрыла его шею, плечи и грудь. На ней появилось множество коротких белых полосок, вертикально расположенных. Изуродованная голова настолько, что её сложно назвать не то что головой, а хоть чем-то похожим на орган, также покрылась черной материей с белыми полосами. На макушке Ивана будто выросли 4 небольших рога. Они выросли по разные стороны друг от друга так, что смотрят на все 4 стороны света. Рога покрылись как кость белым материалом, какого нет в природе. Илья смотрел на это превращение, и не понимал одного: почему они оба все ещё стоят на ногах?
Глаза Ивана Бабушкина, принявшего совершенно новую форму, стали излучать небольшое красное свечение. Зрачки полностью пропали, и похоже, голова восстановилась.
– «Barotrauma»²... – произнёс Иван. Его голос слышится теперь более зловещим, словно пронизывающим само пространство вокруг.
"Откуда?!.." – подумал Илья. Он точно не ожидал того, что Иван внезапно станет ничем иным, как монстром пустоты. Или же... он этого ожидал? Илья точно знал, что такое могло произойти. Но, пока что он не может признать факт того, что это случилось так... рано. Полная регенерация головы, покрывающая всю верхнюю часть тела тёмная материя с белыми полосами, 4 небольших рога на голове, образующих корону. И ужасающие, пустые глаза. Всё это в совокупности создаёт картину тревоги, которая отбивает желание сражаться дальше, и при этом увеличивает желание сбежать, сделать что угодно, лишь бы не продолжать бороться.
– Что это за форма? – Иван Бабушкин спросил. Кажется, он спрашивал не конкретно Илью, а будто самого себя.
Но никто не ответил.
–... Вернее сказать, что это за состояние?.. – Иван посмотрел на свои руки, а затем на Илью.
– Войти в Раш. – ответил Илья.
И Иван сказал: "Пора это всё... заканчивать...", а после – его левая ладонь внезапно сжалась. Но не просто сжалась, а превратилась в шарообразный объект, словно сделанный из неизвестной жидкости, которой предварительно стала его ладонь. Этот шар, затем, приобрёл глубокий синий цвет, но тут же стал прозрачным. В некоторых точках на поверхности появились выступы, похожие на шипы. Объект стал похожим на круглую морскую мину. Однако, при этом он является частично прозрачным, как воздушный шар. Воздушный шар в форме морской мины. "Интересно, правда?" – сказал Иван, и этот воздушный шарик в форме морской мины оторвался от всей его руки, медленно взмывая вверх.
Илья внимательно следит за ней. Сквозь этот воздушный шарик просачивается солнечный свет, когда он всё также медленно и плавно перемещается по воздуху. Небо сложно разглядеть через него, ведь оно сливается с синим цветом. Этот точно не состоит из резины, как остальные воздушные шарики, ведь это было бы слишком просто и даже смешно для способности. Для одной из самых уникальных способностей на несколько тысяч альтернативных вселенных, а может быть даже для миров и повыше.
Морская мина в виде воздушного шарика начала планировать в сторону Ильи. Сквозь него он видит главную башню в конце порта, и как высоко в чистом небе пролетают несколько чаек.
– Ты видел, как я расправился с той женщиной? – спросил Иван. Казалось бы, что он, что Илья смогли немного расслабиться на фоне полёта удивительной морской мины.
– Да. – ответил Илья, отводя взгляд от воздушной мины.
– Я ненавижу, когда люди недооценивают что-либо во мне. – грозно сказал Иван. – Когда люди недооценивают, они проявляют своё легкомыслие. После осознания этого, люди жалеют, пытаются всё исправить...
– И чё дальше? – спросил Илья.
– А вот я... А вот я ошибок не прощаю. – сказал Иван Бабушкин.
К этому моменту, воздушный шарик в виде морской мины уже был совсем рядом с Ильёй. Он, конечно же, держал её в поле зрения, даже во время разговора внимательно следил. Внутри самой мины появился силуэт чьих-то пальцев, а затем появилась и сама ладонь. Это была левая ладонь Ивана Бабушкина. Кажется, что пальцы шевелятся по своей воле. Тем временем, воздушный шар в форме морской мины, ещё и с рукой Ивана внутри, левитирует в воздухе в двух-трёх метрах от Ильи. Хаотичное движение пальцев резко прервалось: указательный и средний палец легли друг на друга как крест, между ними появилась маленькая вспышка ярко-желтого света. Едва Илья смог увидеть её и осознать, что всё это время готовилась внезапная атака, как вспышка произвела мощнейший энергетический поток. Он мгновенно пробил асфальт, вокруг дыры образовались многочисленные трещины, так как ударная волна заставила морскую воду с огромной силою подняться. Илья смог чудом остаться невредимым, отскочив вправо. Тяжело дыша, он заметил, как воздушная мина оставалась на месте, и в ней всё ещё была левая рука Ивана. Которого, к слову, уже не было на своём месте. Он стоял на тонких металлических прутьях, которые служили преградой между территорией причала и бескрайним морем. Никак не поддерживая равновесие, ни на что не опираясь, Иван смотрел в испуганное лицо Ильи, про себя насмехавшись. Тот обернулся, и отскочил назад. Иван стоял у него почти что за спиной.
– Что это было?! – гневным тоном спросил Илья. В его гневе слышен страх.
– Я на своём веку повстречал не мало "злодеев"... – говорил Иван. – Убийц, желавших возмездия, террористов, что отстаивают честь своего рода или галактики, и просто конченных.
Он грациозно спустился с ограды. Воздушная мина всё ещё летала в воздухе, Илья был за ней и видел её.
–... Почти все любили выебываться своей силой. Их целью прежде всего являлась слава, а не то, что было ранее. – продолжал Иван. – Но я не такой...
Его вторая рука полностью исчезла и превратилась в такой же воздушный шар в форме морской мины. Илья увидел это.
"Сам всё должен понять..." – шепотом сказал Иван, его слова едва не растворялись в шуме моря и ветра. Вторая воздушная мина оказалась намного быстрее первой. Настолько быстрее, что появилась прямо над головой Ильи. Из неё, также, как и в первый раз, появилась рука Ивана. На ней, как уже известно, был имплант, способный создавать гравитационное поле.
Поле появилось. Илья понял это, и попытался сбежать из зоны действия. Его почти придавило к земле, можно сказать, что и вовсе придавило. Но Илья оказался быстрее, и давление не успело усилиться до максимального значения. Тем временем, левая рука произвела поток энергетических частиц снова. Услышав вспышку, Илья заранее присел, выстрел пронёсся над ним. Самое время подумать о контратаке.
Первая мина лопнула, левая ладонь мгновенно появилась у своего владельца. Илья умудрился материализовать своё белое лезвие. Запрыгнув на контейнер, он планировал дождаться, пока сам Иван сделает следующий шаг, а уже затем попытаться контратаковать. Ждать пришлось недолго – воздушная мина с правой рукой внутри на всей скорости полетела прямо на него. За метр до столкновения, из оболочки морской мины высунулась рука Ивана. В изогнутом положении. Рука проносится мимо челюсти Ильи, пытаясь совершить тот смертоносный апперкот второй раз. "Он может превращать свои конечности в эти странной формы воздушные шары..!" – подумал про себя Илья, когда приводил свой небольшой план в действие. Он рывком спрыгнул вниз с металлического контейнера, замахнулся правой рукой. Белое лезвие должно вонзиться в шею Ивану Бабушкину. Илья, вкладывая всю свою мощь и скорость, совершает движение рукой вперёд. В этот момент, Иван успевает превратить один из пальцев левой руки в воздушную мину, по размерам ничуть не отличавшуюся от предыдущих. На этот раз, внутри синего воздушного шара оказалось множество энергетических частиц красного цвета. Он направил мину прямо на несущееся остриё. Столкновение привело к резкому и массивному взрыву. Илью отбросило за край.
Он зацепился за холодный металл на ограждении одной рукой. Второй руки нет. Кровь вязким ручьем стекает в глубокое море, образуя большое алое пятно. Илья хотел бы застрять в этом положении, в этом моменте навечно. Без одной руки, весь в крови и глубоких ранениях. Вымотанный, испуганный, но при этом пытающийся побороть и отвергнуть испуг. Илья испуган тем, что его настигает страх, или испуган тем, что у него получается отвергать свой страх? На этот вопрос знает ответ лишь Всевысший, ради которого Илья задаётся этим вопросом.
Илья хотел бы застрять в этом положении, в этом моменте навечно. Он не имеет желания прыгнуть в море и сдаться. И не имеет желания подняться, продолжая бой. Илья хотел бы вечность висеть так, над пропастью, в которой уже есть часть его самого. Море принимает Илью. А Илья принять море не может, потому что его может принять эта битва. Битва с Иваном принимает Илью. А Илья принять битву не может, потому что море принимает его. Так, он желает оставаться в состоянии между зверством, и поражением. И то и то – есть измена самому себе.
Тем не менее пальцы обычного человека на сегодняшний день ещё не достигли возможности подолгу держаться за что-то.
Иван Бабушкин не спешит заканчивать это. Он стоит, и смотрит издалека. Уже знает, чем это закончится.
Какая часть человеческого тела имеет наибольшее количество энергии?.. Очевидно, что душа, хотя она не является его частью. Конечно, все зависит от того, о какой энергии идёт речь. В душе есть только духовная энергия, и никакой больше. А изначально речь шла о той энергии, что также называют выносливостью. Так какая же часть тела имеет больше всего энергии, что затем преобразуется выносливостью другими частями?
Это мозг. Он содержит в себе мысли, которые преобразуют всю энергию тела в последующие действия прочих конечностей, суставов и мышц. Мысли двигают потоки энергии в те части тела, в которых задумывается изначальное действие. Так устроено каждое существо в рамках метавселенных. Во время критического момента, человеческий организм способен машинально забрать часть энергии из мозга, и перенаправить её в несколько частей тела. Таким образом, эти части тела кратковременно получат невероятное, можно сказать даже ЗАПРЕДЕЛЬНОЕ количество выносливости и силы. Естественно, это понесёт свои последствия.
Этим решил воспользоваться Илья.
Одной рукой, он совершает мощный рывок вверх и подтягивается, не имея какой-либо точки опоры при этом. Мощь мышц была настолько большой сейчас, что некая часть металлической ограды осталась у него в левой руке. После того как Илья вновь оказался на причале, у него закружилась голова и помутнело сознание. Частично исцелиться он всё же успел. Эта плата за намеренное перенапряжение продлилась не долго, но Иван уже успел выполнить кое-что.
Илья, исцеляясь, смотрел на множество воздушных мин, плавно левитирующих около Ивана. Однако, все конечности были на месте.
– Пора бы уже перестать скрывать истинную человеческую натуру. – сказал он, когда Илья исцелился полностью. Это тоже стоило ему сил.
Призвав белое лезвие, Илья вновь бросился в атаку. По его плану, нужно разрубить каждую мину, ведь другого способа узнать, какое свойство находится в каждой нет. Разрубив первую, в организм моментально попал смертельный яд, разрушающий клетки. Исцеляющие способности Ильи смогли его вывести в ту же секунду.
Каждая воздушная мина – это преграда, чтобы держать его на расстоянии. Это и есть первоначальный план Ивана: вымотать непреодолимой способностью, а затем уничтожить с помощью «Имплозии» – сильнейшего на данный момент свойства, которое только может даровать надувной морской мине Иван. Несколько мин содержат в себе большое количество духовной энергии, высвобождение которой приводит к взрыву. Илья, разрубив их лезвием, тотчас же кидается в сторону. В конце концов причал понемногу усеивается плотными духовными частицами, которые остались после взрыва. Мощные хлопки приглушают волны прибоя, и это место уже сложно назвать Причалом №12.
Воздушные мины постепенно уменьшаются в количестве. Илья уничтожает очередную мину – и ничего. Ничего не происходит. Она просто лопается. Будь это токсин, Илья сразу почувствовал лечение. А случилось вот что: Иван оказался за спиной. Сам юноша не заметил этого, и не понял. Иван взмахнул рукой, и боковой стороной ладони рубанул ему по плечу. Зазвенели трещащие кости, вверх брызнула кровь. Илья, будучи шокированным, ничего не смог сделать в первые мгновения. Иван вытащил свою руку, оставив плечо кровоточить. Илья стоял на месте ещё секунду. Ещё секунду. А затем – внезапный разворот лицом к Ивану, совершенный через невероятную силу. Заставив ноги хоть как-то двигаться, а корпус поворачиваться, Илья совершил толчок ладонью в грудь Ивану. Случилась яркая вспышка, левая рука, которой Илья толкнул Ивана Бабушкина покрылась множеством электрических разрядов. "Ч-что?!" – успел крикнуть Иван до того, когда был оглушён. Илья произвел мощный разряд током, тем самым буквально перезапустив сердце: разряд остановил его на секунду, а затем запустил заново, но в более медленном темпе. Это позволяет Илье оглушить своего противника на несколько секунд. За это время он восстанавливает раненое плечо и бьёт Ивана по голове 2 раза. Тот, едва не упав, наконец пришел в себя. "Сердце... будто бы остановилось!!" – думал Иван. Его зловещие глаза горят кроваво-красным светом, а изо рта идёт пар, – он тяжело дышит.
Материализовав белое лезвие вновь, Илья со всех сил бросился на Ивана. Увидев это, Иван призвал воздушную мину. Он парировал атаку миной уже во второй раз, но теперь взрыва не прогремело. Вместо этого Илью с силой отбросило в сторону. Его тело влетело прямиком в несколько бомб, неподвижно стоявших, словно специально были заготовлены для этого. Всего Илья своим телом активировал 4 воздушные мины: первая вызвала широкий огненный столп, высотой не менее двухсот метров. Вторая – просто взорвалась, ничего такого. Третья мина сколлапсировала в совсем небольшую гравитационную аномалию, которая искривила пространство вокруг. Четвертая воздушная мина произвела серию рассекающих ударов, исполненных прямо в воздухе. В итоге Илья упал обратно на асфальт, незначительные участки его одежды ещё немного горели, но скоро потухли на ветру. Его тело покрыто глубокими порезами и надрывами. Силы на лечение кончаются. А Иван тем временем медленно подходит к нему.
Рядом лежал двуствольный дробовик. Но патроны от него Илья лично выбросил за борт. Судя по всему, он приписал себе приговор.
– Наивный, отчаянно хватающийся за любую возможность выбраться живым... – холодным голосом говорит Иван. Его пальцы слегка дрожат.
Илья ещё не до конца исцелился. Он тяжело дышит, и дыхание перехватывает каждую секунду, пока Иван находится так близко.
–... Будь твой бог так милостив – он бы не стал рисковать твоей, ещё молодой жизнью. – сурово продолжал он.
Иван наступил ногой на левую сторону груди Ильи. Именно это место больше всего пострадало от последнего взрыва мины. Излечить не успел. От этого движения, из раны снова начала течь кровь, которая ранее еле-еле успела перестать. Сам Илья невольно закричал от адской боли, сжигающей все внутренности: начиная от волокон и мышц, и заканчивая костями и органами. Жуткое, и в то же время жалкое зрелище.
– Ты хоть понимаешь, насколько ты тронутый?.. – спросил Иван, не обращая внимания на жалобный крик.
Илья пытался махать руками, но это не имело абсолютно никакого результата. Он словно медленно увядает, его тело постепенно настигает паралич. И руки отчаянно бросают попытки "быть живыми" хоть ещё немного.
Иван, держа ногу на том же месте, стал рассказывать Илье о том, что будет дальше. Он рассказал ему, как хочет охватить несколько галактик в своем бизнесе. Как хочет наконец найти ту, которая подарит прекрасную семью. Ту, которая прекрасно его поймет, и главное – будет верить. В светлое будущее бизнеса имплантов, в самого Ивана. Она не будет сомневаться абсолютно ни в чем. И именно тот факт, что сомнения будут отброшены, а страха больше не будет – и сделает Ивана счастливым. Лишь одного человека без сомнений ему будет с лихвой достаточно. А затем... Затем Иван, будучи совсем старым, сядет где-нибудь под пальмой в Технопанке, и уйдет. Уйдет он в то, во что верит – в ничто.
К небольшому сожалению для самого Ивана, он не заметил, как среди рассказа Илья взял в руку какой-то предмет. Лишь спустя небольшое время, он ощутил на своей челюсти прикосновение холодного металла. Единственное, что успел Иван перед характерным щелчком – замолчать.
...Прогремел выстрел...
Иван отлетел, и врезался в металлический контейнер, против его почти насквозь. У него отсутствовала примерно одна треть всей головы. Всей левой щеки не было вообще, как и той же части нижней челюсти. Оттуда вытекает много крови, несколько небольших потоков сначала соединялись в одну кровавую реку, а потом снова разделялись. Оставшаяся нижняя челюсть Ивана отвисла. Левый глаз был также поврежден от выстрела. Он схватился руками за истекающую кровью свою голову, пытаясь вправить остатки челюсти обратно. Но это лишь ухудшало положение, ведь сама челюсть и так висела всего на нескольких волокнах его плоти. И тут Иван начал непроизвольно постанывать. Не от боли, а от собственной ошибки. Он кажется понял, что она дорого будет ему стоить. Очень дорого.
Этот последний патрон... хранился в кармане брюк Ильи. Он хотел унести как можно больше патронов с собой, когда подбирал этот дробовик с поверженного охранника. Один из них по чистой случайности не поместился в сумку, и Илья не долго думая решил положить его к себе в карман. Всего лишь один патрон позволил с ног на голову перевернуть исход беспощадной битвы.
В воздухе осталось ещё несколько бомб. Все они начали взрываться, образуя целый огненный вихрь. Илья уворачивался и лечился на ходу. Однако, полностью вылечить раны не удалось: не хватает больше сил. Между тем Иван Бабушкин, отталкивая обломки контейнера, выбрался. Из его головы все ещё течет кровь, но сейчас это не волнует. Он хочет быстрее закончить с Ильёй, который доказал, что является опасным противником. Прошло несколько секунд, и в воздухе больше не осталось бомб, – все они взорвались. Илью не задело в этот раз и кажется, его реакция только становится лучше, что не скажешь о выносливости.
– И-им... Им... – Иван пытается выговорить что-то. Он встретился взглядом с Ильёй.
–... Имвпловзия..! – он снова попытался сказать. Получилось невнятно.
Иван немного подхватил отвисшую, кровоточащую челюсть рукой.
– ИМПЛОЗИЯ..!!! – у него наконец получилось это сказать.
Он показал пальцем на Илью. Прямо в двух метрах от него появилась новый воздушный объект, всё также в форме морской мины. На этот раз она была полностью фиолетовой, но все такой же прозрачной. Внутри что-то находится, похожее на человеческий череп, охваченный небольшим белым огоньком. "Только не это..." – подумал Илья. В любом случае этого стоило ожидать.
– Бомба активируется автоматически... – теперь уже внятно говорил Иван. – Как бы ты не старался, ты не сможешь этого остановить.
– Почему же? – спросил Илья. – Что будет, если я успею убить тебя?..
– Ничего. Ничего не будет. – отвечает Иван. Наконец разговор стал серьезным. – Ведь бомба... она была активирована 3 года назад.
–... Что? – переспросил Илья.
– Ты не ослышался. Имплозия – это особенная бомба. Она способна преодолевать само время. Способность я применяю только сейчас, но... бомба начала активацию примерно 3 года назад. Её нельзя как-либо остановить, откатить, или что-то ещё.
– Этого не может быть.
– Может. Имплозию возможно остановить, лишь откатив само время на 3 года назад. На это ты не способен, юноша.
Илья слушал, и не верил тому, что происходит. Ему оставалось принять неизбежное действие последней, и сильнейшей бомбы Ивана.
Воздушная бомба начала издавать белое, чистое сияние. Кажется, что оболочка раскалывается, и сквозь трещины просачивается неизвестное. Огромная сила вырывается на свободу.
Из точки, из самого эпицентра, где находится бомба, начал медленно появляться шар. Этот шар фиолетового цвета, и он такой же прозрачный, как материал самой воздушной бомбы. Это похоже на барьер. "Зона действия?!.." – думает Илья. И правильно думает. Бомба выпускает фиолетовый барьер, который постепенно расширяется, охватывая близ стоящие объекты. И с ними ничего не происходит. Фиолетовая зона расширяется все быстрее и быстрее, в конечном счёте она менее чем за секунду покрыла больше половины территории причала. Зона охватила как самого Ивана, так и вскоре Илью.
– Что теперь будет? – взволнованно спросил Илья. – Ты ведь тоже в радиусе действия.
– Мы не умрем. – спокойно ответил Иван.
Будет кое-что хуже.
Имплозия действительно не убивает. Не взрывает, не вызывает сильнейший яд, не сжигает. Она вообще имеет лишь одно свойство. И это свойство – цикл. Бесконечная петля.
Всё, что попадает в радиус Имплозии непременно запечатывается в пространстве и времени. Нет возможности двигаться, нет возможности избежать этого. Нет НИЧЕГО. Просто пустота, существующая внутри тех, кто попадает. Пустота охватывает их как снаружи, так и внутри. Кто попадет в Имплозию не будет являться жертвой. Ему выпадет возможность существовать, и не существовать в этом мире одновременно. Он навсегда застынет на одном месте, а воздействие извне всегда будет приводить к искажению реальности в небольшом радиусе от него. С ним останутся лишь его мысли, самые лучшие мысли из всех, что когда-либо были.
Все, кто попадают в радиус действия Имплозии – навсегда останутся в одном состоянии: между жизнью, и смертью.
Радиус действия достиг около километра. "Что ты будешь делать теперь?" – поинтересовался Иван.
– Для начала, я должен завершить начатое. – ответил Илья. С этими словами он бросился в атаку.
– Ты не понимаешь что делаешь! – кричал Иван, уворачиваясь и отражая удары. Но сам он не атаковал.
Илья продолжает атаковать.
– Конец неизбежен. – говорил Иван как можно громче.
Илья продолжает атаковать. Скорость ударов и взмахов белым лезвием увеличивается. А огонь в его глазах не тухнет.
– Если ты застрянешь здесь навсегда, то зачем все это? – продолжает Иван. Он не пытается атаковать.
Илья продолжает атаковать. Лезвие свистит около головы Ивана.
– Имей хотя бы уважение к своему противнику!! – кричит он.
Илья продолжает атаковать. Имплозия вот-вот произведет свой "взрыв".
– Честь всегда выше решимости. – сказал Иван, тяжело дыша. Он упал на одно колено.
В этот момент, Илья вонзил лезвие прямо ему в сердце.
– Чт..! – Ивана прервала невыносимая, поистине ужасающая боль. Боль, скопившаяся в одной точке – в сердце. Словно его что-то защемило, и постепенно, мучительно надавливает на клапаны, разрывая их.
Но никакой крови на самом деле нет. Ни крови, ни всеобщего урона. Лезвие действительно пронзило сердце насквозь, но никак не повредило его. "А... Архгл... Ах..." – задыхается Иван, из последних сил хватаясь обеими руками за белоснежное лезвие, которое Илья отпустил. Иван упал на оба колена, и вот-вот свалится совсем. Монструозная агония, словно плотная жидкость разливается по его телу, которое в итоге не выдерживает и отказывает. Сердце бьётся настолько быстро, что начинает рваться само по себе.
– Ты... – мямлил Иван, задыхаясь. – Ты хоть понимаешь...
– Я тронутый. – перебил его Илья. Он смотрел на него сверху вниз.
– Д-да... Тебе уже ничто не поможет. Ничто и никто тебя не изменит. Ты станешь никем. ТЫ УЖЕ ЕСТЬ НИЧТО. АБСОЛЮТНОЕ НИЧЕГО. НИ ЧЕЛОВЕК, НИ МОНСТР. ПРОСТО НИКТО! ПРОСТО...
Сердце Ивана наконец остановилось. Он упал лицом на асфальт.
Барьер, созданный Имплозией, начал немного сужаться перед истинной активацией. Скоро всё, что находилось в нем, бесконечно будет пребывать в одной конкретной точке пространства и времени.
За мгновение до "взрыва", Илья поднял голову вверх. Он смотрит на небо.
– На всё воля твоя.
Зона Имплозии резко расширилась и озарилась огромной вспышкой. Вокруг прогремел ошеломительный грохот. Кажется так, будто его услышала вся планета. Илья закрыл глаза. Стало сначала невыносимо ярко, а затем совсем темно.
После грохота ничего не последовало. Ни разрушений, ни смерти.
Ничего не произошло.
Но Илье захотелось открыть глаза. Он не знает, почему это желание возникло и до конца хотел убедить себя, что это будет теперь невозможно сделать. И всё же, он попытался напрячь веки и открыть свои глаза.
... И у него получилось...
Илья увидел небо. Голубое, чистое небо. Где-то в высоте пролетело несколько чаек. Илья, сам того не осознавая, огляделся вокруг: всё тот же Причал №12. Лежат двое охранников. Где-то около главной башни стоят морские корабли, а на самой – космические. Рядом лежит тело Ивана. Илья осторожно сделал шаг в сторону.
– Что произошло..? – спросил он сам себя вслух. – Я... Я же не должен двигаться... Почему я всё ещё способен что-то делать?!..
–... Потому что ты наконец пробудился. – сказал кто-то.
Этот кто-то – и есть Всевысший.
Илья обернулся. Сзади него стоит полностью тёмный высокий силуэт. Его белые светящиеся глаза были устремлены прямо на Илью – творение своё.
–... Боже..? – обратился Илья.
– Ты искренне поверил. – говорил Джонибек. – Во тьме нашел ты путь, победив и отвергнув зло ради Всевысшего. Зло пыталось сломить душу твою, но не получилось. Всё потому, что ты достиг истины.
– Истина в вере, ведь так?.. – спросил Илья, глядя изумленными глазами на манифестацию Джонибека.
– Истина в пробуждении. А пробуждение есть вера. А вера есть бог, а бог есть всё и вся. – ответил Джонибек.
Он протянул ему свою темную руку. На Илью снизошло божье озарение.
– Ты достоин истины. Отныне, творение моё пробужденное, имя тебе Спартт, гласящее о твоей силе во имя Лорда Тьмы. – сказал ему Джонибек.
Илья, носящий теперь имя Спартт, ухватился за его руку. Ощущения от руки Всевысшего невозможно ничем передать, кроме самой веры.
– Отныне, творение моё пробужденное, являешься ты апостолом. Из всех возможных близких к Всевысшему. Ты доказал свое достоинство, душу полностью отдав богу и пробудив её.
Так Спартт, ранее называемый Ильёй, стал апостолом Всевысшего. Его душа наконец совершила снисхождение своё.
Он завершил пробуждение.
Конец 69 главы.
² – читается как "Баротравма".