Вдалеке раздался отчаянный крик, и я уже машинально повернула в ту сторону, однако почти сразу заставила себя изменить направление и продолжила путь к улице Бейлонз.
— На помощь!
— Чудовище! Чудовище!
— Бегите!
Пробираясь навстречу плотному потоку убегающих людей, я чувствовала, как внутри всё сильнее нарастает необъяснимая тревога, будто впереди меня уже ждала какая-то трагедия, о которой я пока ничего не знала, но почему-то заранее ощущала её приближение.
Чуть дальше показалась перевёрнутая карета, запряжённой в неё лошади нигде не было видно, а несколько полицейских использовали опрокинутый экипаж как баррикаду, пытаясь хотя бы ненадолго задержать чудовищ и дать горожанам время убежать. Заметив нас, один из них тут же закричал:
— Туда нельзя! Там повсюду чудовища!
Я остановилась и почти сразу спросила:
— А улица Бейлонз? Что случилось с улицей Бейлонз?
— Не знаем! С той стороны всё кишит чудовищами, туда невозможно пробраться!
Бах!
Пока один полицейский стрелял, другой торопливо перезаряжал оружие. Один из мужчин, занятых перезарядкой, внезапно всмотрелся в нас внимательнее и, кажется, узнав Лиама, указал на него рукой.
— Подождите, вы ведь мистер Мур! Инспектор Джефферсон просил передать вам, чтобы вы немедленно укрылись в безопасном месте! Лучше всего в закрытом со всех сторон подвале, куда эти твари не смогут пробраться!
Бах!
Он снова выстрелил, однако отвага полицейских никак не вознаграждалась: пули не оставляли на коже чудовищ даже царапин.
Глядя, как сплющенные куски металла отскакивают от тел тварей и падают на землю, мужчины постепенно впадали в отчаяние.
Огнестрельное оружие считалось одним из самых смертоносных средств этой эпохи, но против существ, заполонивших Лондон, оказалось почти бесполезным, и даже попадание прямо в голову лишь сильнее разозлило одно из чудовищ. По всей видимости, против них годилось только оружие, наполненное магией, подобное тому, которым располагали мы.
Понимая, что полицейские лишь впустую расходуют патроны и рискуют погибнуть, я попыталась заставить их отступить вслед за горожанами.
— Сражаться бесполезно, немедленно уходите в укрытие! Нельзя оставаться здесь и пытаться их удержать!
— Но…
— Никаких «но», иначе вы все погибнете!
Они всё ещё колебались, не решаясь покинуть пост, когда когти одного из чудовищ внезапно сомкнулись на теле полицейского и с лёгкостью подняли его в воздух. Мужчина исчез в темноте, а над ночным городом разнёсся пронзительный крик, вслед за которым послышался влажный тяжёлый шлепок чего-то, рухнувшего на землю.
Только после этого оставшиеся полицейские окончательно отказались от сопротивления и бросились к ближайшему зданию, надеясь укрыться внутри.
— Что будем делать, Джейн?
Лиам поднял край плаща и принял на него очередной удар. В тот же миг ткань затвердела, превратившись в подобие щита и закрывая нас от нападения, а когти со звоном врезались в неё, отскочили и тут же ударили снова. Существо явно не собиралось отступать и намеревалось продолжать атаку до тех пор, пока не добьётся своего.
Я прекрасно понимала, что нам тоже необходимо как можно скорее найти укрытие.
— Не знаю… Пока мне кажется, что самое главное — добраться до безопасного места.
Я действительно ничего не знала: ни почему Чёрный король, если происходящее вообще было его рук делом, решил действовать настолько открыто и буквально растоптать Лондон, ни что нам делать сейчас, ни каким должен быть следующий шаг. Мне отчаянно хотелось просто опуститься на землю и хотя бы ненадолго передохнуть, а ещё лучше — один раз умереть и вернуться к жизни уже тогда, когда всё закончится.
Однако времени даже на жалобы не оставалось, и, если во мне ещё хватало сил ныть, значит, их следовало потратить на то, чтобы действовать.
Бах!
Очередной удар вновь отскочил от защиты.
Чудовище издало яростный рёв, и вскоре стало ясно, что этим криком оно, похоже, созвало своих сородичей. Один за другим гибриды окружили нас со всех сторон, сверкая глазами в красноватом свете пожаров, однако одновременно защита Лиама становилась только прочнее: ожерелье Люситы откликнулось и создало поверх плаща дополнительный барьер.
Теперь оставалось лишь надеяться, что он выдержит достаточно долго, чтобы мы успели добраться до укрытия.
Лиам посмотрел на меня с полным доверием. Обычно он тщательно зачёсывал волосы назад, однако сейчас чёлка упала на лоб и сделала его лицо заметно моложе.
— Всё хорошо, Джейн. Если не знаешь, как поступить, делай то, к чему лежит сердце.
Я уже собиралась ответить, когда краем глаза заметила что-то быстро приближающееся к нам издалека.
Вспыхнул яркий красный свет, и удары когтей, один за другим обрушивавшиеся на защиту, внезапно ослабли. Похожие на огромных летучих мышей существа начали разваливаться на части, будто кто-то невидимый рассекал их пополам прямо в воздухе.
То, что до этого заслоняло мне обзор, немного опустилось, и впереди проступил смутный силуэт.
— Леопард?
Перед нами действительно стоял крупный леопард с золотистой шерстью и яркими красными глазами.
Леопард посреди Лондона?
Однако с первого же взгляда становилось ясно, что это не обычное животное. Его тело казалось полупрозрачным и странно зыбким, будто было соткано из сгустившегося воздуха, поэтому он одновременно словно находился перед нами и в то же время не принадлежал этому миру.
Пока я растерянно смотрела на него с приоткрытым ртом, леопард вдруг заговорил, и сам факт этого показался почти менее удивительным, чем знакомый голос, донёсшийся из его пасти.
— Вот вы где.
Я замерла, потому что этот голос не слышала уже очень давно.
— Здравствуй, мисс Джейн. Приятно видеть тебя целой и невредимой.
— Неужели… Люсита?
Леопард прикрыл пасть передней лапой и тихо рассмеялся.
— Найти тебя удалось благодаря ожерелью. Молодец, хорошо, что вернулась. Как раз сейчас Лондон превратился в сплошные руины: химеры без разбора охотятся на людей и тащат их к алтарю, причём всё началось внезапно, совсем недавно.
Я нахмурилась, пытаясь уловить смысл услышанного.
— Химеры? Алтарь?
— Здесь это обсуждать не стоит. Вокруг слишком много посторонних ушей, поэтому давай быстро поговорим о самом главном и на этом закончим.
Посторонних ушей?
Я машинально огляделась, однако поблизости не заметила ни одного живого человека или существа. Впрочем, после всего произошедшего было вполне возможно, что я просто не способна увидеть тех, о ком говорила Люсита.
Она тем временем продолжила:
— Приходи в мой особняк. Кстати, у меня есть новость, которая тебя обрадует.
Я уже собиралась спросить, что именно она имеет в виду, когда пасть леопарда неожиданно раскрылась и вместо хрипловатого голоса Люситы оттуда донёсся совершенно другой — звонкий, ясный и до боли знакомый:
— Мисс!
В Лондоне было не так уж много людей, которые обращались ко мне подобным образом, поэтому я узнала говорившую мгновенно.
— Мэри?!
Это действительно была Мэри, а значит, она жива. Я совершенно не понимала, каким образом она оказалась рядом с Люситой, однако одного знакомого голоса оказалось достаточно, чтобы сковывавшее меня всё это время напряжение наконец немного ослабло и на лице невольно появилась улыбка.
— Мэри, вы целы? Нигде не ранены? А Джордж и миссис Мейер…
— Все целы! Вдруг к нам приходит Люсита и забирает нас сюда!
Узнав, что никто из обитателей дома на улице Бейлонз 13 не погиб, я почувствовала такое облегчение, что тяжесть, до этого сдавливавшая грудь, наконец немного отпустила. Если бы Люсита не успела так быстро добраться до них и вывести в безопасное место, мои худшие опасения вполне могли бы оправдаться.
Когда Мэри отошла, глаза леопарда вновь вспыхнули красным, и я, всё ещё не до конца придя в себя от радости, искренне произнесла:
— Спасибо, Люсита.
В ответ леопард лишь пожал плечами, будто речь шла о совершенно пустяковом деле, после чего невозмутимо спросил:
— Тогда встретимся в особняке?
— Скоро будем.
— Жду вас.
Леопард одним прыжком перемахнул через нас и, несмотря на огромные размеры, удивительно тихо приземлился на мостовую, а затем стремительно понёсся по охваченным пожаром лондонским улицам, пока через несколько мгновений окончательно не исчез из виду.
Вместе с Люситой будто ушла и значительная часть окружавшего нас переполоха, поэтому улица внезапно показалась почти безмолвной, а разбросанные повсюду тела нападавших чудовищ от этого выглядели ещё более жутко.
Я некоторое время стояла неподвижно, переполненная благодарностью и облегчением настолько, что даже не могла подобрать слов. В такие моменты особенно ясно понимаешь, насколько много могут значить полезные знакомства, а Люсита сейчас казалась мне едва ли не лучшим человеком на свете.
Лиам мягко потянул меня за собой, возвращая к действительности.
— Пойдём спасать моего шурина.
Стоило услышать это, как я сразу вспомнила, что расслабляться ещё слишком рано, ведь оставались люди, которых нам предстояло найти и вытащить из беды.
— Да, он наверняка держится.
Лиам, заметив моё беспокойство, чуть улыбнулся и попытался приободрить:
— Говорят, шурин способен голыми руками скрутить подозреваемого, так что с ним всё должно быть хорошо.
≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪
К счастью, до Халледена отсюда было всего около пяти минут быстрым шагом, тогда как до улицы Бейлонз пришлось бы добираться не меньше тринадцати. К тому же совсем рядом с Халледеном находился Уитмор-Гарденс, где стоял особняк Люситы, поэтому всё нужное оказалось гораздо ближе друг к другу, чем я предполагала.
Мы с Лиамом двинулись через центр города, стараясь держаться ближе к зданиям и пробираться между ними, потому что бежать по открытой улице, когда прямо над головой кружат подобные твари, было бы чистым безумием.
Пусть плащ Лиама и ожерелье Люситы действительно могли защитить нас от нападения, нарочно выставлять себя напоказ с молчаливым приглашением «Вот я, ешьте меня!» всё равно не хотелось.
Повсюду чернели следы пожаров, а дорогу то и дело преграждали обломки разрушенных зданий, поэтому было ясно, что Халледен тоже серьёзно пострадал. Людей на улицах почти не осталось, и, судя по пустующим домам и закрытым окнам, большинство жителей уже успело спрятаться внутри или укрыться в подвалах.
Не задерживаясь, мы направились прямо к дому номер двести семьдесят восемь на Минетт-авеню, а добравшись туда, я тут же схватилась за наглухо запертые чёрные железные ворота и принялась изо всех сил их трясти.
— Плурититас! Эй, вы там!
По сравнению с окружающими зданиями его особняк выглядел почти невредимым, хотя чудовища явно не утратили к нему интереса. Они кружили над крышей, выжидая удобный момент для нападения, однако почему-то не могли приблизиться, и я невольно подумала, что Плурититас наверняка заранее предпринял какие-то меры.
Не услышав ответа, я снова повысила голос:
— Эй, старик, вы живы?
После этого Лиам, до сих пор молча стоявший рядом, кашлянул и выступил вперёд. Одного взгляда на его лицо хватило, чтобы понять: ничего хорошего он не задумал.
— Ты что собираешься… А-а!
Бах!
Он с такой силой пнул ворота, что на толстом металле осталась глубокая вмятина, и я ошеломлённо уставилась сначала на неё, а затем на Лиама, совершенно не понимая, как человеческой ногой вообще можно так погнуть железо.
Оказывается, всё-таки можно.
Пока я растерянно переводила взгляд с искорёженных ворот на внутренний двор, двери особняка с тяжёлым скрипом начали медленно открываться, и на пороге появился уже знакомый дворецкий — тот самый автоматон, которого мы однажды умудрились отправить в полёт.
Над нами, в покрасневшем от пожаров небе, раздался резкий звериный крик, однако механический слуга даже не шелохнулся и с прежним невозмутимым видом произнёс:
— Хозяин ждёт вас.
Лиам посмотрел на него исподлобья и, явно всё ещё раздражённый, процедил сквозь зубы:
— Ну вот и отлично!