Значит, первое, что я вижу после того, как согласился отпустить этого... По всей видимости стрелка вместо себя, — это...
— Твоя туша, истекающая у параши. Как будто бы со сквозными ранениями и в больницу пора съездить.
Пару секунд назад Джорно отвёл остальную, только что приплывшую часть банды до туалета, у раковины которого лежал Миста с отверстиями в теле, которых обычно не должно быть. Кровь уже успела натечь следом на полу и немножко смыться в раковине.
— Да ладно, Окуясу. Скажи мне то, о чём я не догадываюсь. Вон та херня в центре — мой пупок, а та хрень, которая чуть пониже — это дырка от пули. Я как никто другой знаю, что мне надо к доктору. А вы можете подлатать меня прежде, чем мы доберёмся до больницы?
— Я тебя понял. Сейчас всё сделаю.
Фуго вызвался помочь Мисте, хотя его метод лечения считается довольно сомнительным...
— Вот так-то лучше! С этого и следовало нача...
Щёлк!
— Ээээй! Какого хера ты делаешь?!
Этим методом лечения оказался... степлер. Обычный канцелярский степлер, который Фуго приставил к краям раны и нажал на него.
— Ты реально зашил его степлером. Не то чтобы у меня были варианты получше...
Например, Джорно мог бы что-нибудь с этим сделать, да? Он уж точно куда лучший медик, чем парень со степлером.
— Но, по-моему, он так и сдохнуть может.
— Раз других вариантов нет, значит, помогай с этим. Оберни его изолентой, когда я закончу.
Фуго использовал степлер и с другой стороны на отверстии Мисты. После этого Окуясу обмотал его торс в несколько слоёв.
Возможно, стоило сюда позвать и Джоске.
После того как сомнительное лечение Мисты подошло к концу, Буччеллати объявил следующее:
— Итак, бригада! Вы отлично поработали! Благодаря вам мы смогли добраться до Isola de Capri! Цуккеро и тот парень, с которым разобрался Миста, находятся в лодке, и они в отключке! Нам больше не стоит о них беспокоиться!
— Так чего мы ждём? Отведи нас туда, где ты сныкал пять лямов!
Наранча, как и остальные члены банды, уже давно хотели узнать о том, где Буччеллати спрятал пять миллионов долларов, но этот момент так и не настал.
— Хм. Мы не можем подождать ещё немного?
— Почему? Это где-то далеко?
— Тссс.
Буччеллати указал на двух людей в белой одежде, стоящих у входа. Одним из них был на вид пожилой и низкорослый парень, а второй — девушка, из шапки которой торчали несколько прядей розовых волос. С виду казалось, что это уборщики, но на самом деле это было совсем не так.
Окуясу первым подошёл к ним.
— Вы не могли бы немного подождать? Даже если вы уборщики, вам не стоит слышать те звуки из средней кабинки. Подождите ещё минут семь.
Окуясу изобразил неловкость, но эти два человека ему не поверили.
— Ваша фамилия Toilette?
— Нет, это туалет. Знаете... Такое место, куда иногда заходят посрать.
Что за мутные типы тут уборщиками притворяются? Для начала им стоит вмазать.
Девушка проигнорировала объяснение Окуясу.
— Если вас зовут Toilette, судя по этой вывеске, то это должен быть ваш дом, тогда вы имеете право просить нас прийти позже. Но если это не ваше имя, то вы не имеете такого права.
Она повернулась к нему спиной и пошла к туалету.
Ага, щас.
БВУУУМП!
Удар!
Возможно, будь на месте Окуясу кто-то другой, девушка успела бы среагировать и заблокировать удар, но после попадания его кулака по её затылку она уже лежала на бетонном полу возле туалета. Её шапка слетела, и розовые волосы рассыпались по полу.
— Так, а теперь второй.
Мне правда нужно ударить этого старика? Может, он просто так свалит?
— Стой! Окуясу! Эти двое, должно быть...
— А, ладно.
Я что, его — а точнее, уже нашему союзнику — втащил? Ну... Бывает. Ничего же страшного? Она точно живая.
— Хм. Неужто Буччеллати? Это же ты? Я прав? Бруно Буччеллати. Я прибыл, чтобы забрать пять миллионов!
Да, этот старик точно его знает. И он ещё лидер. Значит, я опять крупно лажанул. И чё теперь делать?
— Поклон! Все! Это Периколо, лидер Passione! Я связался с ним перед прибытием на остров! Он проделал весь этот путь, чтобы собрать с нас плату!
Группа Буччеллати поклонилась этому старику, после чего сам Буччеллати вышел вперёд.
— Я вам благодарен за то, что вы перенесли столь долгую поездку ради нас.
— Оу, не стоит. Я же и настоял, что сам приеду к вам. Вы можете поднять головы. Прошу прощения за недопонимание. И ты.
Старик, считающийся лидером, посмотрел на Окуясу.
— Не вини себя за то, что ты должен был сделать, не зная о том, кто мы. Осторожность — это правильно. И ты не убил моего друга. Вполне справляешься со своей работой, знаешь ли.
Окуясу кивнул старику, который смотрел уже на Буччеллати.
— Кроме того, Буччеллати. Когда я позвал тебя, я думал, ты тут будешь один. Вот уж не ожидал, что вся твоя бригада соберётся на острове.
— Но что это за маскировка? То есть... Почему вы одеты как уборщики?
— У нас есть на это причины, но о них я расскажу чуть позже. Сначала ты должен передать пять миллионов как взнос банде, не так ли?
— Да, они прямо здесь.
— Что?
— Чего?
— Что он сказал?
Миста, Фуго и Наранча удивились этому заявлению. Кто бы мог подумать, что...
Буччеллати спрятал деньги где-то в параше.
Сам Буччеллати подошёл к одному из писсуаров и расстегнул на нём молнию. Из отверстия начали выпадать итальянские лиры в банкнотах, золотые монеты и слитки, кольца, ожерелья и подобные им ценные вещи.
— Огоооооооооо!
— Чёрт, это безумие!
— Пожалуй, это и правда самое безопасное место, но каждый, кто сюда ссал, определённо подпортил себе карму!
Самое интересное высказывание оказалось у Мисты. Окуясу в то же время думал совсем о другом, и ему стало грустно.
Можно сказать, что в лотерею я давненько выигрывал. И там тоже было пять лямов... Но только йен, а не баксов. И мы сейчас отдаём их какому-то старику.
Сам старик уже оценивал предметы, выпавшие из писсуара.
— Хм... Это точно не подделка. Одно только колье может стоить шестьсот пятьдесят тысяч долларов, если брать в Bvlgari.
Он уже складывал все эти вещи в сумку, не забывая даже про бумажные итальянские лиры, хотя первым делом он складывал золотые слитки. Каждый слиток он взвешивал в руке, прежде чем опустить в сумку.
— Буччеллати... Я не стану спрашивать, откуда и каким образом ты сколотил себе такое состояние. Passione это не волнует, пока они получают деньги.
— А?
— Вы сразу их заберёте?
— Можно хоть пальцем дотронуться? Или хотя бы вдохнуть?
Запах мочи вдохнуть хочешь? Я понимаю, что Наранча так-то про золото спрашивает, но теперь это золотой цвет сразу в двух смыслах.
Старик Периколо взял сумку.
— Деньги — это символ. Доказательство вашего незаурядного ума и верности. Поздравляю, Буччеллати. Мы повышаем тебя до звания лидера! Вам перейдут все права на территории, принадлежавшие покойному Польпо, а это включает в себя управление бизнесом, контроль над ростовщиками, надзор над контрабандистами и власть над ресторанами и отелями в неапольском регионе! Пятьдесят процентов отходит банде, и пятьдесят — тебе. О, и кстати говоря... Это может быть неожиданностью, но раз ты занял место Польпо... Пока он жив, у него была обязанность, которую он не успел выполнить. И конечно, эта обязанность теперь переходит к тебе. Понимаешь?
— Обязанность, которую не выполнил Польпо?
Мы, конечно, сделаем вид, что послушаемся. Только вот мы же его и порешить собираемся. Ну... Мы с Джорно.
Окуясу уже знал, что они не очень-то активно будут исполнять эту обязанность, но, не подавая виду, продолжал слушать старика.
— Приказ напрямую от босса, Буччеллати. Но перед тем как выполнить его, он совершил суицид.
Да-да, именно суицид. Ммм, бананчики.
Все остальные были удивлены тем, что сам босс мафии дал этому жиробасу какой-то приказ.
— Что ты сказал?
— Прямой приказ?!
— Босс?!
— Но его же никто не видел!
В отличие от большей части банды Буччеллати, старик оставался спокойным. Он даже не повысил голос.
— Именно так, это приказ от босса. Я здесь также для того, чтобы передать его тебе, Буччеллати. Охраняйте дочь босса даже ценой своих жизней!
— Его дочь?!
— У босса есть дочь?!
Та девушка подозрительно молчит. Не похоже, чтобы старик нуждался в няньке, которая за ним ходит... Я вмазал дочери босса мафии?! Очень даже неплохо, но лучше бы что поинтереснее сделать... К примеру, увести её у него на глазах на белом лимузине. Да, точно.
Само высказывание вызвало у всех удивление, а у Джорно — смятение. Пока он думал о том, что собирается убить чьего-то отца, старик Периколо подошёл к тому, что казалось им завершением его объяснения.
— Миссия начинается сейчас! Я передаю её тебе, Буччеллати!
— Передаёте?
— Буччеллати... Не может быть. Он... В смысле... Она! Она и есть...
В этот момент Окуясу с непониманием посмотрел на Джорно, но лишь на секунду, пока он не пришёл к важному умозаключению.
Чего тут непонятного? Изначально с парнем её спутал, что ли? Это насколько женственно итальянские мужики должны... А, ну да. Тут даже в банде такие есть.
— Я в туалет. Нет возражений?
— Не.
— Иди, Триш.
Старик отпустил дочь босса, а Окуясу всё думал не о том, что вроде как должно быть поважнее его мыслей.
Значит, её зовут Триш. Слышь, а может, получится? Да, я выгляжу как гопарь... Но она-то вообще дочь босса мафии. И не дай бог он тоже будет выглядеть как стриптизёр. Тогда у меня вполне себе все шансы.
— Окуясу, ты слышишь меня?!
— Кхм. Да-да. Просто задумался о том, как мы будем её защищать.
Что удивительно, Буччеллати поверил этим словам.
— Это хорошо, но с этого момента нужно быть начеку. Наше задание началось!
Они продолжили смотреть на старика, ожидая от него подробных инструкций или хотя бы больше пояснений.
— Её зовут Триш Уна, и ей пятнадцать лет. Само собой, это фамилия её матери, а не босса, просто для справки. Сама Триш уже знает, что её преследуют, но она не видела своего отца — нашего босса — с самого рождения!
Старичок с косоглазием смотрел в оба на нового лидера.
— Буччеллати. Ты уже в курсе, что никто не знает, кто такой босс на самом деле? Даже я никогда не встречался с ним лично. И разумеется, у него было своё прошлое. Два месяца назад женщина по имени Донателла умерла от болезни в больнице небольшого города провинции Калабрия. За несколько дней до смерти она внезапно начала искать мужчину по имени Солидо Насо... Проще говоря, она думала: «Мне недолго осталось... Я хочу знать, что стало с мужчиной, с которым у меня когда-то давно была интрижка...». У неё была дочь, и женщина всё делала ради неё. Она хотела найти отца девочки, которую скоро оставит одну. Ей не удалось. И неудивительно. Человека по имени Насо никогда не существовало. Это было лишь вымышленное имя, которым однажды назвался босс. Он всегда был скрытным. Всегда использовал чужие имена и никогда никому не раскрывал свою личность. Я думаю, та женщина и не думала, что её любовник стал боссом мафии... Каждый день кто-то кого-то ищет... Как правило, никому до этого нет дела. Но наша банда всегда обращает внимание на людей, которые ищут Насо. Ведь уже сам по себе факт копания в прошлом босса — это объявление войны Passione. Тут некоторые уже начали шептаться... Мол, эта Донателла могла знать что-нибудь о боссе... У неё была дочь? Кто же тогда отец этой девочки? Может, она ребёнок босса? И так далее...
Согласен. Так далее мне неинтересно это слушать.
Окуясу продолжал слушать, пытаясь выловить из этого что-то действительно важное.
— Если бы босс отдал приказ на полчаса позже, Триш попала бы к ним в руки, и они бы, скорее всего, убили её, ведь их целью было бы заставить её говорить, думая, что она должна что-то о нём знать.
— И кто же эти «они» такие? Кто её преследует?
Ну нет. Дед, не произноси это!
— Предатели банды.
Это не совсем то, что я НЕ хотел слышать, но, по-моему, это одна дрисня.
— Я не знаю, сколько их, но они собираются свергнуть босса и взять контроль над его наркотрафиком.
О, так это мы... Какие ещё мы? Я сюда за своим рестиком пришёл.
— Как долго мы её должны охранять?
— Неделю. Может быть, и меньше. Пока мы говорим, босс выслеживает и избавляется от предателей.
Буччеллати продолжал получать информацию от старика, который её давал, пока остальные слушали.
— Вы упоминали, что приказ должен был поступить к Польпо? Значит ли это, что...
— Ваши враги — обладатели стендов? Разумная догадка. В конце концов, босс давал Польпо приказы только по такого рода вопросам. В любом случае у меня этого так называемого стенда нет, а значит, и делать мне тут нечего.
Так, может, он потому того жирного у себя и держал? Теперь я вспомнил, что мне ещё и стрелу найти желательно, хотя Джотаро-сан про это не говорил, пока я недавно не позвонил ему. И где-то здесь потерялся его друг-француз. Лучше бы я по поводу этого Польпо не звонил, на самом деле...
Пока Окуясу размышлял над перераспределением целей по важности, старик уже повернулся к ним спиной.
— Поскорее выбирайтесь с острова и найдите место, где её можно будет спрятать. Только мы с боссом знаем, что она с вами.
Скоро ещё и Фонд Спидвагона будет об этом знать, дедуль. Не беспокойся.
Сразу после того, как старик ушёл, к ним вернулась Триш. Теперь у неё была короткая, но крайне объёмная стрижка ярко-розового цвета, уложенная в крупные, густые пряди-вихри, а спереди вдоль лица спускались две длинные тонкие пряди. На девушке была надета короткая облегающая футболка красного цвета, поверх которой — открытый чёрный корсет.
Я, наверное, передумал.
— Извините.
О, хорошо, что она не ко мне обратилась.
Окуясу обрадовался тому, что в этом случае женское внимание перешло на Фуго.
— Ты мне?
— Ну да. Я же с тобой говорю. Мы будем вместе всё это время, да?
К сожалению, да.
— Да, так и есть. С этого момента мы будем охранять тебя даже ценой наших жизней.
— Хорошо.
Нехорошо это, Фуго. Не то чтобы я не делал то же самое за своих пацанов в Морио, но вот за неё точно не собираюсь. Да и с чего бы мне в целом умирать? Пусть все эти пользователи стендов окажутся такими же простыми, как до этого. Ага, надеюсь...
— Меня зовут Фуго. Это Наранча, Окуясу, Миста...
— Нет, Фуго, подожди. Я сейчас только с тобой говорю. Можно попросить тебя снять свой пиджак?
Считаешь, что лучше использовать его как сетку для лука? Согласен, но в ней нити ещё тоньше.
Жаль, что в этот момент никто не слышал мысли Окуясу, ибо он считал это лучшей шуткой за сегодняшний день. А Фуго продолжал вести диалог с Триш.
— Мой пиджак прямо тут? А зачем?
— Я прошу не для того, чтобы увидеть тебя голым.
Спасибо за пояснения, а то мы уж было подумали.
— Понял.
Триш взяла пиджак Фуго и вытерла об него руки. Затем она небрежно бросила его обратно.
Я не могу утверждать, заслужил ли он такой прикол, но поступок точно скотский.
Триш повернулась к ним спиной.
— У меня нет платка, так что сходите за ним в магазин. И заодно купите мне пару чулок с подвязками и помаду от Givenchy, цвет #2. Также не забудьте про свежий выпуск Vogue Italia. И минеральной воды, но только французской! Я лучше умру, чем выпью что-то ещё.
Ну не знаю. Абаккио очень понравился его же чай, который он не так давно предлагал.
С этими мыслями Окуясу повернул голову и посмотрел на Абаккио, который будто понял, о чём тот думает, и молча посмотрел на него в ответ с гневным взглядом. Триш продолжала говорить список своих требований, стоя спиной к ним.
— Отправляйтесь, как только закончите наслаждаться видом.
А я могу обратно домой отправиться? Лучше бы я согласился, когда Джозеф-сан предложил мне временно поработать сиделкой Шизуки.