Царство Снов, Ничейные Леса.
***
Маскировка существа лопнула, как стекло, раскрыв прячущийся под ней истинный лик обманщика. Бесформенную кучу ослепительного света и множества глаз. И все эти глаза смотрели точно на Люциуса.
Словно обезумев от яркого света и присутствия Сомнисца, тени затанцевали, пытаясь скрыться от ее сияния.
“Почему я так хочу спать?”
Тяжесть тела и невыносимая усталость охватили Люциуса когда его тело осветила блестящая фигура перед ним. Колени задрожали под его собственным весом, стойка пошатнулась, а хватка на ветке заметно ослабла. Замутненным взглядом, он взглянул на бесформенное существо перед ним и заговорил сдавленным голосом:
– Что… Что ты делаешь со мной?..
Словно высмеивая его вопрос, ожившее солнце промолчало и начало двигаться в его сторону. Изо всех сил борясь с чувством слабости, Люциус встряхнул головой и попятился назад.
–Не молчи, черт возьми! Твою мать, не приближайся ко мне!
По насмешке судьбы, его тело сдалось под влиянием ее ауры, ветка выскользнула из его рук, и он рухнул на спину. Не желая оставаться в милости неизвестного, он оперся на локти и попытался встать на ноги. Однако, его тщетная попытка закончилась провалом. Поддавшись свету раз, тело Люциуса больше не могло найти силы подняться.
От безысходности, он перевернулся на живот и, уподобившись червю, пополз прочь, отчаянно перебирая руками.
Наконец-то прервав молчание, Сомнисец заговорила:
– Дитя. Ты устал, верно?
Все тело ползущего мальчика мгновенно застыло от этого сладкого как мед голоса. И без того невыносимая усталость переросла в нечто большее, заставляя каждую частичку его бытия онеметь от истощения.
Вдруг, мягкое прикосновение охватило его плечо. Осторожный толчок за плечо заставил его перевернуться на спину.
– Мир жесток и беспощаден. Особенно с такими беззащитными детьми как ты.
С этими словами, оттенок ее сияния заметно изменился. Нежный, желтый свет заменил ослепляющий белый.
Медленно, Сомнисец вытянула несколько неестественно длинных рук и положила их на землю возле Люциуса. Неожиданно, вытянутые конечности начали пульсировать. Под влиянием ее сил, дышащая земля словно ожила и начала меняться. Гранулы черного грунта начали слипаться, окрашиваться и менять форму. Мягкая ткань, какой он не чувствовал ни разу в жизни, заменила землю под ним. Вырастая из ниоткуда, мягкая как облако подушка заставила его поднять голову, переводя взгляд Люциуса с беспросветного неба на существо перед ним.
– Вот так, все будет хорошо. Просто… расслабься.
Сильное желание спать затуманило разум ее рыжей добычи. Несмотря ни на что, он продолжает сопротивляться. Если его разум повторит судьбу его тела, то лишь богам известно, что станется с ним в это проклятом месте.
Вскоре, он заметил как ее рука мягко прижалась к его виску, и в этот момент он почувствовал себя открытым и слабым как не чувствовал никогда. Тварь вторгалась. Вторгалась в его разум, самые глубины его духовного сердца. Все годы жизни пролетают в его глазах, заставляя его проживать каждый момент его жизни заново.
– П-Перестань! – истошный крик сорвался с его губ.
– Не сопротивляйся. Это бессмысленно. Разве ты не видишь это? Твоя жизнь ужасна. Реальность болезненна и не стоит этого. Она не стоит борьбы и усердий. Просто позволь мне сделать тебе подарок.
Как только она сказала эти слова, мучительный поток воспоминаний сменился нечто другим. Мягче, теплее, приятнее.
Медленно, сознание Люциуса стало обрушиваться, постепенно утопая во сне. Как только это произошло, прозрачные нити начали произрастать из него и начали скручиваться вокруг светящейся руки Сомнисца.
***
???
Люциус снова оказался дома. Однако все было иначе.
Мешки с прелым сеном были заменены мягкими и уютными на вид кроватями, дряхлый обеденный стол теперь выглядел как новенький, и был покрыт белоснежной скатертью, вечно скрипящие деревянные стены сменились холодным камнем.
Люциус чувствовал себя как дома, который не принадлежал ему. Он чувствовал себя в раю.
Хромым шагом, он вышел на улицу и был, мягко говоря, озадачен увиденным.
Спелая и зеленая трава щекотала его босые ступни, мягкий бриз обдувал его лицо теплым воздухом. С чистого неба, свободного от облаков, солнце нежно согревало его лицо. Прищурившись от непривычно яркого света, он слегка огляделся. Толстые и искаженные стволы Темного Леса, в котором он прожил всю жизнь в деревне, обратились редкими, пышными деревьями.
Вдруг, удивительно знакомый, игривый голос окликнул его со спины:
– Эй! Вот ты где, чертенок рыжий. Наконец-то соизволил удостоить нас своим присутствием и проснуться?
Звонкий смех Валерии заставил Люциуса обернуться и с удивлением посмотреть на собственную мать.
Женщина перед ним выглядела совсем как его мать, и при этом, совершенно неузнаваемо. Обычно беспорядочные и грязные черные волосы, теперь были чистыми и ровно уложенными у нее за спиной, свисая до поясницы. Кожа лица была гладкой и ухоженной на вид, на ней даже не было ни одного признака долгого недоедания. Старые обноски в подобии платья домохозяйки, в которых она ходила годами и латала каждый раз, когда ткань была на грани, теперь отсутствовали на ее теле. Вместо них теперь была прочная и цельная ткань, которая плотно прилегала к ее изгибам, но не выделяла их слишком сильно, а юбка опускалась до голеней, свободно развеваясь на ветру.
Заметив выражение лица своего сына, ее губы изогнулись в ухмылке.
– Эй, Люци, – она повторно позвала его и дала ему легкий щелбан. – ты на что это уставился, хмм?
Вопросы. Бесчисленное количество вопросов, что заполняли его мысли, медленно затихали. Разум затуманивался все больше. С каждой секундой, все его беспокойства отходили на второй план.
С улыбкой, Люциус почесал затылок и ответил хриплым от молчания голосом:
– Да так, ничего. Ты опять испачкала свою одежду.
– Хах?
Игривое выражение лица Валерии сменилось раздражением, после того как она посмотрела вниз. Все это время, подол ее черной юбки был покрыт засохшей грязью и травой.
– Вот же… Ах, плевать. Отстираю когда будет время. Такая морока, что аж бесит.
– Так… Помощь с чем-нибудь нужна?
Рассматривая свою испачканную одежду, Валерия кивнула и пошла в сторону дома.
– Ага, помощь не помешает. Сбегай до лаборатории своего отца и позови его домой. Я пока приготовлю поесть.
С этими словами, прекрасная женщина скрылась из виду, попутно бормоча ругательства из-за испорченной одежды.
С улыбкой, Люциус дошел до места назначения. В тот момент когда он собирался открыть дверь, он уловил запах, который заставил его замереть. Отцовское предупреждение сразу всплыло в его памяти.
“Если во время моей работы в моем сарае ты почувствуешь запах прелого сена, ни в коем случае не входи, иначе умрешь страшной смертью.”
По спине парня пробежали мурашки от мысли войти внутрь. Не желая проверять на себе возможности яда отца, о котором он отказывается рассказывать подробнее, Люциус постучал в дверь и отошел на несколько шагов.
– Пап, выходи!
– Сейчас буду!
Через несколько секунд, дверь открылась и из нее вышел его отец, который не подвергался никаким заметным изменениям. За исключением одного, конечно же.
Он не выглядит усталым и отчаянным.
– Люциус? Чего это ты так уставился на меня?
– А-Ах? Да так, ничего. Просто поражаюсь тому, насколько силен твой иммунитет к ядам. Всего то…
Мальчик чувствовал это. Его голос начинает слабо дрожать. Эмоции, скапливающиеся как пузырь, грозятся лопнуть и хлынуть наружу.
Не сейчас. Не при нем или маме
– Пфф, ты льстишь мне, Люци… Ахем. Так зачем ты меня позвал?
– Мама обед готовит, сказала сходить за тобой.
– Обед? Тогда передай что я скоро буду. Мне еще надо отмыть руки от ядов.
– Ну уж нет, скажешь ей сам. – сказав это, Люциус повернулся лицом к лесу, пряча свое выражение лица от отца. Он теряет контроль. – Ты иди, я еще д-догоню, хочу немного погреться на солнце…
Аса не был дураком и не купился на его слова. Поняв, что его сыну нужно побыть одному, он лишь кивнул и пошел домой, украдкой оглядываясь на спину парня до тех пор, пока больше не мог его видеть.
Почувствовав что взгляд его отца исчез, Люциус наконец-то дал волю своим чувствам. Его губы растянулись в искренней улыбке. Глаза начали мутнеть, проливая слезы полные эмоций.
Счастье.
Облегчение.
Блаженство.
Быть может, все не так плохо
***
Царство Снов, Ничейные Леса.
Наслаждаясь исполнением своего долга как творец сладких снов, Сомнисец с трудом почувствовала, что что-то не так.
“Что происходит? Это… Это плохо. Я чувствую чужую ауру.”
Обеспокоенно, она распахнула все свои глаза, вглядываясь в окружающую её тьму.
“Неужели кто-то из Алетейрионов?”
От одной лишь мысли об этом, всё её тело замерцало. Невольно, она уставилась на одну из своих рук, понимая что ей придется сделать.
“Проклятие, я не хочу использовать эту магию. Фрагментирование души слишком болезненно и рискованно…”
Прервав её сомнения, один из глаз заметил стремительное движение нечто бесформенного и темного.
“Аргх, у меня нет выбора.”
Собравшись с силами, она схватилась за одну из своих рук, и с хрустом оторвала её. Рана, из которой должна была немедленно рекой хлынуть кровь, не упало ни единой капли.
Стараясь ни на что не отвлекаться, творец снов превратила оторванную руку в небольшую марионетку. “Хорошо, полпути уже пройдено…”
Приготовив себя к тому, что худшее впереди, грёзотворец вздрогнула и продолжила своё дело.
Несколько раз, всё тело Сомнисца испустило световой импульс, впитывая нечто в тело марионетки. Агонизирующее чувство пронзило всё её существо, заставив тело Сомнисца содрогнуться от боли.
Терпя мучения, Сомнисец наконец-то установила фрагмент своей души, которое должно работать как ядро марионетки. Мгновение спустя, существо проснулось в руках своего создателя и потянуло ручки в сторону спящего мальчика. От увиденного, мягкое чувство разлилось в центре Сомнисца и смягчило боль от того, что она оторвала часть себя.
Положив марионетку на грудь мальчика, Сомнисец наблюдала, как существо легло на грудь мальчика и сразу стало покрываться теми же нитями из его тела, которыми была покрыта её собственная рука.
“Так держать, малыш. Поддерживай его сон, а я пока разберусь с чужаком.”
Убедившись в том, что канальная связь между ними была установлена, Сомнисец отступила от бессознательного тела и обратила свой многоглазый взор в глубины окружающих их Ничейных Лесов. Она чувствовала это.
Алетейрион наблюдал за ней.
Спустя несколько секунд, которые казались вечностью, она снова увидела движение.
Всё её тело начало пульсировать и медленно уменьшаться в размерах, один из её глаз отделился от неё, превращаясь в маленькое подобие пылающего Солнца.
Сконцентрированный взгляд Сомнисца был направлен в сторону Ничейных Лесов, выглядывая любое движение. Попадание должно быть точным, потому что она не сможет использовать эту атаку дважды, не рискуя умереть от истощения.
И в этот момент, она заметила как скопление чёрного тумана мелькает между деревьями, кружа вокруг неё как стервятник.
“Попался, мучитель спящих!”
С этой мыслью, она прицелилась и выпустила свою атаку. Карликовое Солнце сплющилось и ринулось вперёд, превращаясь в широкий луч, уничтожающий всё на своём пути. Десятки кожаных деревьев пали жертвой её атаки, прежде чем достичь своей цели.
В момент столкновения, огромное облако пыли взмыло в воздух, сигнализируя о попадании.
Уверенная в своей легкой победе над тёмным врагом, Сомнисец воспользовалась остатком своего глаза, чтобы трансформировать его и сдуть пыль.
Что она увидела дальше, совсем не соответствовало её ожиданиям.
Окружённый десятками поваленных деревьев и реками струящейся крови, стояла фигура рыцаря, от тела которого исходила черная аура.
Луч карликового Солнца, которым она выстрелила в него, беспомощно кружил вокруг Алетейриона, управляемый пространством, которое он искажал.
От увиденного, неизмеримый страх взял в руки сердце творца снов.
Именно тогда Сомнисец поняла. Она столкнулась с тем, кто был старше её, опытнее её, могущественнее её.
Вдруг, из леса донёсся хриплый голос, что принадлежал Алетейриону:
– И это всё?
“Что за?!. Когда он успел?!”
Разочарованно помотав головой, рыцарь махнул рукой, направив луч Сомнисца в воздух.
Когда пустое небо было озарено ярким взрывом, бездонная пустота вместо глаз рыцаря показала, что она была направлена не на Сомнисца. Он также не смотрел на Люциуса. Нет, он смотрел на то, что было на груди мальчика.
Целью рыцаря была марионетка.
Шаг за шагом, Алетейрион начал неторопливо приближаться к ним, словно нечто неизбежное. Каждое движение было насмешкой над её талантом.
Она не может этого допустить. Одна только мысль о том, что мечта мальчика будет разрушена, что он станет жертвой этого монстра, разожгла в Сомнисце множество эмоций.
“Что мне делать?! Как я должна поступить? Этот выродок чёрных ублюдков… Он слишком силён для меня. Но я не могу убежать, иначе лишь Боги будут знать, что станет с этим мальчиком! Будь ты проклят, отродье кошмаров!”
Вырывая её из мыслей, Алетейрион остановился и заговорил:
– Знаешь, перед тем как мы начнём, я хочу чтобы ты рассказала мне, что сейчас происходит во сне мальчика.
Эта просьба действительно шокировала Сомнисца. Что за игру он задумал?
Дрожащим тоном, она ответила ему:
– Почему… Почему ты хочешь, чтобы я сделала это?
– Почему? Действительно, зачем мне это…
Насмешливо притворившись что задумался, рыцарь наклонил голову, и пустота его глазниц сверкнула.
– Я спрашиваю это, потому что хочу знать, какой ложью ты его кормишь. Каким ядом ты травишь его разум. А потом? Потом я решу, позволить ему гнить в твоём раю, или показать всё как есть.
Устав от высокомерных слов Алетейриона, Сомнисец сорвалась.
– Ложь?! Яд?!
Всё её бесформенное тело начало стягиваться в одной точке.
За считанные секунды, Сомнисец начала принимать единый образ. На сформировавшемся женственном лице был чётко написан гнев.
– Чёрный ублюдок! Ты и твой вид ничего не понимают! И никогда не поймёте!
Взмыв в воздух, Сомнисец взорвалась вспышкой света, в разы затмившей взрыв её Луча.
Когда ослепляющая белизна затухла, в небе возвышалась фигура белокрылого ангела. Всё её тело было закрыто в облегающих, золотых доспехах. В руке ангела сияло горящее копьё, постоянно подпитывалось её энергией.
– Я не позволю тебе совершить то, что бы ты не задумал, безумный Алетейрион.
Указав кончиком копья на чёрного рыцаря, стоящего на земле, ангел закричала.
– Ты не наложишь свои руки на этого мальчишку! И ты ни за что не прервёшь его сон!
Наблюдая за ней, парящей в пустом небе, Алетейрион лишь разочарованно покачал головой.
– Ах, всего лишь жалкая имитация. Даже не смогла воссоздать реальную ауру ангелов… Сплошное разочарование.
С этими словами, Алетейрион взмахнул руками, и из под земли начали вырастать каменные шипы, целящиеся в ангела.