Глава 106
Как уже говорилось, этот скрытый этап полностью отличался от испытаний, которые до сих пор они преодолевали грубой силой.
Им нужно было шаг за шагом собирать подсказки и связывать их между собой, думая так, словно они решали головоломку.
Совсем как в детективной игре.
Первым делом Гунтер напомнил членам отряда об их главном приоритете.
■■■.
Они должны были найти Кейт времён её службы горничной.
Тогда она ещё не была монстром.
Поворотный момент, когда она пожрёт свою госпожу и превратится во тьму семьи Белламор.
Начало этого, без сомнений, должно было быть связано со священником, который, как говорили, прибудет завтра.
До того момента они должны были первыми выйти с ней на контакт и не дать инциденту даже начаться.
Предотвратить трагедию Моретии.
Скорее всего, именно это и было истинным условием очистки этого этапа.
Проблема была в способе.
— Я понимаю, о чём ты, но… у нас же буквально вообще нет зацепок?
Левейн произнёс это со вздохом в голосе.
Они даже не знали, под каким именем Кейт жила, когда была служанкой.
■■■.
Каждый раз, когда Моретия или главная служанка произносили это имя, звук искажался, смешивался с шумом и становился совершенно неразборчивым.
Её внешность, возраст, характер и место работы — всё было неизвестно.
Особняк был огромен, словно лабиринт, и одних только служанок здесь были десятки.
А самое решающее — члены отряда были заперты в роли «новых служанок» и даже свободно двигаться не могли.
Как им в таком случае найти её до наступления завтрашнего дня?
Сегодняшний день уже почти закончился.
— Такое чувство, всё запутано всерьёз…
В тот миг, когда их накрыло отчаяние.
Члены отряда инстинктивно первым делом проверили выражение лица Гунтера.
Глаза Тарши засверкали.
— Ого, неужели?
— Да. Способ есть.
И снова этот этап развивался в форме детективной игры.
Подсказки уже были даны.
— Помните тот кроваво-красный сад, который мы видели раньше?
— Ага, и что?
— Там каждый из нас встретил «другую версию Моретии». И немного с ней поговорил.
— В-верно? А потом нас внезапно втянуло в эту иллюзию.
Гунтер легко кивнул.
— Моя проклинала какую-то служанку. Говорила, что та уродливая и ленивая.
Выражения членов отряда стали странными.
— Я тоже слышал, как она проклинала служанку, но подробности были другими.
Бинго.
Гунтер тут же спросил:
— Насколько другими?
— Она сказала, что у той служанки ужасная клептомания.
— Я слышал, что она одержима мужчинами.
— О-она сказала, что для служанки та ни в одном деле не хороша.
— А моя сказала, что она прожорливая.
Гунтер аккуратно подвёл итог:
— Уродливая и ленивая, страдает клептоманией, одержима мужчинами, прожорлива, а хорошо у неё получается только «одно» дело.
Вывод был прост.
— Сколько бы служанок ни было в этом особняке, такую можно вычислить. Мы просто работаем как обычно, возвращаемся в комнаты и ищем старшую служанку, которая подходит под эти условия.
— …
Члены отряда несколько мгновений молча смотрели друг на друга, а потом разразились восторженными криками и растрепали Гунтеру волосы.
— Вау, ты безумно умный…!
— Это же просто сумасшествие, серьёзно!
— Ах… единственный мозг 4-го отряда.
— Гунтер, ты гениальная служанка?
Их шум продолжался до тех пор, пока главная служанка снова не появилась во флигеле.
— Ик.
В одно мгновение члены отряда разбежались обратно по назначенным местам.
Гунтер схватил швабру и тут же опустился на пол.
Но главная служанка почему-то не ушла, а вместо этого внимательно оглядела их чёрными как смоль глазами.
— Тарша! Блан! Гунтра! Вы трое, сюда.
……?
— Гунтра, ты что, оглохла?
Гунтер не мог поверить, что этим непотребным именем зовут его, и только когда Тарша рядом прыснула от смеха, он осознал жестокую реальность.
Но призыву главной служанки противиться было нельзя.
Гунтер — нет, Гунтра — поволок своё дрожащее от унижения тело и встал перед главной служанкой.
— Вы ведь знаете, что завтра прибывают очень важные гости?
— …Да.
— Вы трое будете прислуживать на банкете в главном здании.
Гунтер оглянулся на тех двоих, которых не позвали.
— Прошу прощения? Почему только мы трое…?
— Ты спрашиваешь, не понимая почему? Когда прислуживают хорошенькие, это выглядит приятнее.
Стараясь изо всех сил не обращать внимания на смех Левейна и Фалько за спиной, Гунтер выдавил пересохшую улыбку.
— …Главная служанка.
— Что такое, Гунтра?
Для «новой служанки» задавать вопросы главной служанке было естественно.
Сражаясь со стыдом, Гунтер сделал то, что должен был сделать.
Собрать подсказки.
— Тот человек тоже будет в главном здании?
— Тот человек?
— Одна из старших служанок… ну, вы понимаете. Другие служанки предупредили меня быть осторожнее.
Служаночьи сплетни.
Он подготовил правдоподобное обоснование — такое, которое не выглядело бы странным, даже если новая служанка знает об■■■.
— …Быть осторожнее?
Выражение главной служанки стало жёстче.
Но это было не недовольство, направленное на Гунтера.
— Не говори, что ты имеешь в виду■■■?
— Да! Кажется, имя точно было таким… Мне немного страшно с ней столкнуться…
— Об этом можешь не беспокоиться. Она всё время торчит на кухне. Ничего, кроме готовки, делать не умеет…
Они узнали место работы.
Глаза Гунтера вспыхнули, и он попытался задать ещё один вопрос.
— Хватит пустой болтовни. Быстро заканчивай работу, пока день не кончился.
— Можно спросить ещё только одно…
— Гунтра.
— …Да.
— Служанка должна быть усердной и задавать мало вопросов. Не порть сегодняшнее хорошее впечатление бесполезными словами.
Под строгим взглядом главной служанки Гунтер наконец отступил.
Главная служанка ушла, и Гунтер вернулся к членам отряда.
— …Для начала все заткнулись.
— Гунтра, служанка должна говорить мило.
— Почему такое лицо, Гунтра? Всё же прошло довольно хорошо.
— Ага, ты даже зацепки получила. Расслабь лицо, Гунтра.
— Хе, хехе. Гунтра. Имя миленькое.
Члены отряда выглядели крайне довольными результатами, которых их командир добился, сыграв семнадцатилетнюю служанку.
Разумеется, Гунтер всё равно стукнул каждого смеющегося члена отряда, но настроение у него было неплохим.
Они получили даже дополнительные подсказки; найти■■■теперь было лишь вопросом времени.
Как раз когда он с лёгким сердцем заканчивал оставшиеся мелкие поручения.
Динь!
Раздался колокол, возвещающий конец дня в особняке.
Один раз, второй, третий.
Тяжёлый, глубокий звон просачивался к ним через стены и пол.
С каждым величественным ударом на них накатывало волнами необъяснимое чувство освобождения и облегчения.
Остальные члены отряда чувствовали то же самое.
Они опустили плечи и поплелись обратно в комнаты.
Казалось, есть что-то, что им нужно сделать, но после такого изнурительного дня им не хотелось думать ни о чём сложном.
— Фух, как же вымотало…
Возможно, в знак заботы о трудолюбивых новых служанках комната была наполнена тёплым жаром камина.
Когда Гунтер лёг на аккуратно приготовленную постель, сквозь щель в двери просочился тихий, нежный шёпот.
— Спи спокойно, Гунтра. Увидимся завтра.
Голос был таким ласковым, что звучал скорее не как человеческое приветствие, а как заклинание, которое прошептал сам особняк.
Так сознание Гунтера тихо погрузилось в глубокую темноту.
.
.
.
Динь!
[Система] День особняка завершён.
[Система] «Обязательные условия» не выполнены.
[Система] Скорость ассимиляции стремительно растёт.
[Система] Голод и безумие стучатся в дверь особняка.
* * *
— Ах, хорошо поспала.
Гунтер проснулся чуть раньше назначенного времени.
Сегодня был день, когда им предстояло прислуживать на банкете в главном здании.
С тех пор как они вошли в особняк, прошло совсем немного времени, но им уже поручили довольно важную задачу.
Я должна справиться хорошо. Иначе жизнь в особняке совсем развалится! Прямо как у той странной служанки!
Гунтер направился к главному зданию вместе с Таршей и Блан, которые заметно нервничали.
Двое, которые не могли пойти с ними, провожали их взглядами, полными сожаления.
— Все на месте?
Резкий голос главной служанки прозвенел в воздухе.
Все служанки, назначенные готовить банкет, разом склонили головы.
— Сегодня в главном здании будут весьма почётные гости. Вы ведь помните, что я всегда подчёркиваю? Держитесь подобающе и говорите как можно меньше! Никогда не забывайте: настроение гостей — это достоинство хозяина…
Наставление главной служанки продолжалось довольно долго.
И тут внезапно особняк пришёл в движение.
— Говорят, гости прибыли!
— Что, уже?
Любопытство взяло верх, и служанки столпились у окон.
Главная служанка строго их не остановила.
Гунтер тоже с любопытством посмотрел на процессию, входящую через главные ворота особняка.
— Это гости из далёкой Церкви, да?
— Боже, они все священники?
— Тогда к ним даже прикоснуться нельзя. Какая жалость, я хотела оставить хорошие воспоминания.
Среди озорных шуток старших служанок Гунтер тоже внимательно наблюдал за прибывшими.
И священники, и защищавшие их паладины — и внешностью, и манерами — вполне могли заставить служанок поднять шум.
Особенно мужчина, стоявший впереди всех: он был ослепительно красив.
Чистое, изящное белое облачение священника, а на груди и на знамени — вышитая эмблема в форме древесных корней.
Кажется, говорили, что они служат «Богу Изобилия»?
Но что-то было странно.
Зрелище должно было быть священным и благородным.
И всё же Гунтер ощущал необъяснимое беспокойство и слабую тошноту.
Наверное, дело было в чрезмерном напряжении.
— Хорошо, все. Насмотрелись — возвращайтесь на свои места.
После слов главной служанки все неохотно отвернулись.
Гунтер бросил последний взгляд на спины священнослужителей и тихо повернулся.
У Тарши и Блан почему-то было такое же выражение.
.
.
.
Банкет прошёл великолепно.
Леди Моретия, которую называли «Цветком Белламора», появилась лично, а священники и паладины, приглашённые как почётные гости, демонстрировали безупречные манеры.
В обмене любезностями и смехе банкетный зал сиял ярко.
— За вечную дружбу между Королевством Альянса и Церковью Лутиена!
Однако в середине случилась одна маленькая помеха.
— Ты! Я же велела тебе оставаться на кухне!
— П-п-простите…
Проблемную служанку поймали, когда она подглядывала за почётными гостями через щель в двери.
Главная служанка выглядела готовой сурово её отчитать, но священники лишь покачали головами с мягкими улыбками.
Самым удивительным было достоинство мужчины, который, по-видимому, был главой священнослужителей.
— Всё в порядке. Свет и изобилие пребывают и с этим ребёнком.
При этих словах проблемная служанка покраснела и поспешно спряталась.
Атмосфера особняка снова успокоилась, и группа Гунтера закончила прислуживать без ошибок.
Благодаря этому они как новые служанки произвели довольно хорошее впечатление.
Гунтер был доволен.
[Система] Второй день особняка завершён.
[Система] Обязательные условия не выполнены.
[Система] Шкала голода повышается.
После этого, в течение следующих нескольких дней, пока почётные гости оставались в особняке, та «проблемная служанка» снова и снова устраивала мелкие неприятности и получала выговоры.
Но Гунтер больше не обращал на неё внимания.
Не связываться с ней было самым безопасным вариантом.
[Система] Четвёртый день особняка завершён.
[Система] Обязательные условия не выполнены.
[Система] Шкала голода повышается.
Гунтер идеально приспособился к жизни в особняке.
Подчиняться приказам, выполнять порученные дела и верно проживать каждый день.
Какие бы трудности ни выпадали на долю нарушительницы спокойствия, это уже не имело особого значения.
…Но он был немного голоден.
Нет, очень голоден.
[Система] Последний день особняка наступил.
[Система] Голод и безумие переступили порог особняка.
.
.
.
А потом… что произошло?
Гунтер так и не узнал.
[Система] Вы умерли.
[Система] Подсчёт записей смерти.
[Система] 18/100