Та банкнота в сто лянов серебра на следующее утро всё ещё лежала на столе в Сыскном отделе.
Раньше, выходя из тюремной камеры, он при встрече с людьми из розыскной артели обязан был уступать дорогу.
Теперь же прислуга у ворот, едва увидев медный жетон на его поясе, лишь коротко подбоченилась и вскинула подбородок.
─ Стражник Лу, с добрым утром.
Всего три слова.
А звучат дорого.
Едва Лу Сяо вошёл в Сыскной отдел, как к нему подбежал Ши Лю с согнутой в руках старой саблей.
─ Твоя.
Ножны побелели от потёртостей, а у медной муфты-тунькоу не хватало уголка.
Когда Лу Сяо принимал её, его рука на мгновение замерла.
Всплыли воспоминания прежнего владельца тела.
Эта сабля называлась яньлиндо – «Гусиное перо».
Никакое не сокровище.
Просто казённая сабля, с которой его отец Лу Чэншань прослучил больше десяти лет. Три года назад отец погиб на дороге, преследуя беглеца, саблю принесли домой, а позже заложили в ломбард, чтобы расплатиться с долгами.
Лу Сяо обнажил клинок на половину ладони.
На лезвии виднелись три щербины.
Ши Лю сказал:
─ Вправду выкупил за двадцать два ляна? Я узнавал, за восемь лянов тебе бы продали совершенно новую.
─ Новая – это не эта.
Лу Сяо вогнал саблю обратно в ножны и повесил на пояс.
Хозяин банкноты Шэнь Ванцай почти не спал всю ночь и с самым рассветом уже поджидал у дверей Сыскного отдела.
─ Стражник Лу, прошлым вечером я не всё высказал толком, но я прошу не о поиске обычной вещицы, речь идет о спасении моего дела за полгода!
Толстый торговец был одет в мятый шелковый халат, а его лоб покрывал пот.
─ Я…
Толстый торговец вцепился в рукав Лу Сяо.
─ Стражник Лу, спасите!
─ Сначала отпусти рукав.
─ Не отпущу, вы должны мне помочь!
─ Будешь тянуть дальше – за треснувший рукав платить будешь сам.
Толстый торговец тут же разжал пальцы.
Его звали Шэнь Ванцай, он торговал в городе снадобьями.
Вчера вечером в его задний двор забрался вор. Серебра пропало всего с десяток лянов, но настоящей бедой стала главная счетоводная книга.
В той книге были записаны его долги перед несколькими аптекарскими лавками главного города округа, цены на товары и образцы личных печатей. А ровно через три дня предстояла выверка счетов.
Если вещь попадёт в руки конкурентов, его торговое дело за полгода подчистую пустят по ветру.
─ В уездный ямень заявляли? ─ спросил Лу Сяо.
─ Заявлял.
─ Тогда жди.
Лицо Шэнь Ванцая скривилось от досады.
─ Не могу я ждать! В розыскной артели сейчас дел выше крыши, кто знает, когда доберутся до меня. Я слышал, стражник Лу за три дня поймал двух преступников из государственного розыска…
С этими словами он достал из рукава банкноту.
─ Сто лянов.
Лу Сяо проглотил готовую сорваться фразу.
─ Как выглядит счетоводная книга?
В этот момент вошёл Хань Бяо. Увидев банкноту, он замер на месте.
─ Частный заказ?
─ Заявление подано, ─ ответил Лу Сяо. ─ Содействие в расследовании.
─ По делу из уездного яменя ты берёшь с человека сто лянов?
─ Благодарность за нахождение утраченного.
Хань Бяо долгим взглядом смотрел на него.
─ Если тебя потом отдадут под суд, я нисколько не удивлюсь.
Шэнь Ванцай поспешно вмешался:
─ Я сам отдаю, добровольно! Могу даже расписку написать!
Лу Сяо и вправду заставил его написать расписку.
Сто лянов – сумма немалая.
Но у этого дела была одна проблема.
Шэнь Ванцай заявил лишь об обычной краже.
Преступников из государственного розыска здесь не было.
Реестр поимки преступников в его голове молчал от начала и до конца.
Это означало, что сегодня искать человека и счетоводную книгу придётся исключительно своими силами.
На заднем дворе усадьбы Шэней беспорядка оказалось меньше, чем можно было подумать.
Замок был цел.
Дверной засов тоже невредим.
Разве что на подоконнике имелись два отпечатка обуви – один глубокий, другой едва видный.
Шэнь Ванцай ткнул пальцем в окно.
─ Точно отсюда пролез!
Лу Сяо ничего не ответил.
Хань Бяо подошёл, поглядел немного и провел пальцем по подоконнику.
─ Следы из сырой грязи, но во второй половине прошлой ночи дождя не было.
─ Дождь шёл в первой половине ночи! ─ возразил Шэнь Ванцай.
─ Двор у тебя вымощен синим кирпичом.
Шэнь Ванцай обомлел.
Лу Сяо подошёл к двери.
Дверной засов был отодвинут изнутри.
Он спросил:
─ Кто имеет доступ на задний двор?
Шэнь Ванцай тут же принялся перечислять имена.
Но Лу Сяо не стал ограничиваться его словами.
Он подозвал нескольких работников с заднего двора поодиночке и спрашивал их вовсе не об одном и том же. У одного он спросил, во сколько вчера заперли двери, у другого – пьёт ли обычно старик Чжоу, а третьего и вовсе спросил лишь о том, сколько кур осталось на кухне.
Один из недавних работников сказал, что старик Чжоу в час Сяй прошлым вечером всё ещё сидел в счетоводной лавке. Другой же утверждал, что в три четверти часа Сюй видел, как старик Чжоу с фонарём отправился домой.
Слова не сходились.
Шэнь Ванцай уже собрался вспылить на месте.
Хань Бяо остановил его.
─ Работникам свойственно путать время. Если ты сейчас начнёшь орать, даже тот, кто действительно что-то знает, больше ничего не скажет.
Лу Сяо расспросил старого слугу, стерегшего задние ворота.
Старик долго вспоминал и смог лишь припомнить, что вчера вечером приходил человек с корзиной снадобий – сказал, что принёс рябчик мутовчатый, заказанный хозяином Шэнем. Но Шэнь Ванцай, едва услышав это, замахал головой:
─ Я в эти дни вообще не заказывал никакой рябчик!
Корзину, оставленную носильщиком снадобий, работники уже забрали под сушёную траву. Лу Сяо отыскал её; ко дну корзины прилипли крошки синего воска.
Пока нельзя было сказать, что это такое.
Он не стал спешить с выводами и лишь велел Ши Лю завернуть находку.
И только после этого продолжил расспрос.
Шэнь Ванцай снова принялся перечислять имена.
Счетовод, работники, повар, двое грузчиков.
Лу Сяо перебил его:
─ Кто знал, что счетоводная книга представляет ценность?
─ Счетовод, старик Чжоу. Ну и я.
─ А где сам старик Чжоу?
─ Сегодня утром не пришёл.
Шэнь Ванцай договорил и сам застыл с открытым ртом.
Трое поспешили к дому старика Чжоу.
Дверь была заперта.
Соседи сказали, что он с узелком за спиной ушёл ещё до рассвета.
Первым делом они отправились к Восточным воротам.
Извозчик из артели муловых повозников действительно помнил старика Чжоу. Но когда Лу Сяо спросил о месте назначения, извозчик ответил, что старик Чжоу проехал меньше двух верст и сошёл возле чайного навеса за городской чертой.
─ Он сказал, что забыл взять дорожный вид и возвращается за ним.
Человек вовсе не поехал в городок Цинши.
Это было не бегство – он намеренно сделал так, чтобы все увидели, как он отправляется на восток.
Лу Сяо развернулся и пошёл обратно в город.
Ши Лю снова расспросил людей в переулке и быстро прибежал назад.
─ Видели, как он сел на муловую повозку у Восточных ворот и поехал в сторону городка Цинши.
Шэнь Ванцай от злости затопал ногами.
─ Точно этот старый пёс!
Однако Лу Сяо не стал устраивать погоню.
─ В его доме обыск проводили?
─ Сбежал ведь уже, что там обыскивать?
─ Вот именно потому, что сбежал слишком чисто, и надо обыскать.
В доме не нашлось ценных вещей.
Постель была аккуратно сложена.
Зато кадь для риса стояла полной, а у очага всё ещё размокала чашка с жёлтыми бобами.
Хань Бяо пнул ногой стойку для узлов.
─ Собираясь действительно пуститься в бега, не взять ни риса, ни сухого пайка, да ещё бросить бобы, простоявшие в воде всю ночь?
Шэнь Ванцай медленно закрыл рот.
Лу Сяо нащупал под кроватью деревянную шкатулку.
Счетоводной книги внутри не было.
Лежала лишь бракованная личная печать аптекарской лавки.
Да ещё пол-листа бумаги.
На бумаге была нарисована кривая лисья морда.
Хань Бяо, едва увидев её, тут же выругался.
─ Пестролицый лис.
─ Кто это?
─ Старый мошенник, явившийся из главного города округа. Кража печатей, подделка купчих, смена личины – за всё берется. В позапрошлом году выманил у помощника начальника уезда триста лянов, за него в списке государственного розыска назначено восемьдесят лянов, да так до сих пор и не поймали.
Лу Сяо положил синие крошки воска и бракованную личную печать рядом на стол. Цвет обеих вещей был одинаков – очевидно, они были сделаны из одной партии воска. Ключи дома Шэней подделали не по внезапному наущению: Пестролицый лис как минимум один раз выходил на разведку заранее.
Страница Реестра поимки преступников в голове Лу Сяо наконец перевернулась.
Не потому, что в комнате кто-то был.
А потому, что он вспомнил: в свитке государственного розыска, хранившемся в Сыскном отделе, действительно встречалось это имя.
У Шэнь Ванцая от тревоги пересохло в горле.
─ А что же старик Чжоу?
─ Возможно, и вправду сбежал, ─ сказал Лу Сяо. ─ А возможно, его намеренно отослали прочь.
─ Как же быть с моей счетоводной книгой?
─ Искать лиса.
Лу Сяо убрал пол-листа бумаги в мешок для вещественных доказательств.
Сто лянов благодарности.
Восемьдесят лянов награды за поимку по государственному розыску.
Да ещё Пестролицый лис, дарующий неизвестно какой навык.
Ему вдруг показалось, что дело хозяина Шэня обойдётся ему весьма выгодно.
Хань Бяо стоял рядом и предостерёг:
─ Не спеши считать деньги.
─ Это почему?
─ У Пестролицего лиса есть один бзик.
─ Какой бзик?
─ Больно уж он любит, чтобы схватили не того.