Вороватые руки

Мальдос сидел, подперев голову рукой. Его взгляд скользил по виноградинам, величиной с картошку.

— У них что, — пробубнил юноша, — здесь все такое?

Перед ним стоял бокал с вином. Туземцы заметили, что гость ходит без питья и, возмущенно крича, всучили ему в руки подарок.

Мальдос заметил, что толпа обтекала ковер, на котором он сидел. Юноша не понял, почему, поэтому в нем разыгралось любопытство. Вот Мальдос и расположился поудобнее, чтобы посмотреть, что же будет дальше.

Гарри в то же время обливали вином изо всех чар. Длинноносый медик часто жаловался, что попадает в неприятности из-за характера Мальдоса, но переводчик считал, что тому виной сам Гарри и его легкомыслие. Переводчик так размышлял и не заметил, что сзади к нему приблизился белый подол чьего-то одеяния. Мгновением позднее раздался окутывающий голос:

— Я вижу вы совсем не пьете вино, а ведь традиции Выши говорят, что это признак уважения к хозяевам дома.

Слова произнесли на чистом языке Севера, без единой запинки, так что Мальдос чуть опешил прежде чем механически соврать:

— К сожалению, меня мутит от вина, так что я не могу его попробовать.

Юноша обернулся и снизу вверх посмотрел на человека в белой тунике и пончо, расшитом разноцветными нитями. «Туземец?» — лишь такой вывод приходил на ум из-за внешности незнакомца. Однако, Мальдос колебался, вспоминая его речь.

Три золотые сережки зазвенели, когда человек, скользнув по Мальдосу взглядом, сел по другую сторону от подноса с виноградом. Мальдос засмотрелся на продолговатые надрезы под глазами незнакомца — по два с каждой стороны — и на золотые колечки, прокалывающие концы пунктирных бровей.

Этот человек не смотрел — он пронзал глазами. «Что с его зрачками? — задумался Мальдос. — Почему они такие маленькие?»

— Вы столь напряжены на нашем празднике, — заговорил вновь незнакомец, — что это можно счесть за оскорбление.

Мальдос сглотнул. Юноша присмотрелся и заметил, что туземец тускло улыбался. Изгиб его тонких губ был так же мимолетен, как и туманная дымка на фоне ярко сияющего неба.

— Я… всегда такой. Не обращайте внимания.

Они немного помолчали, а потом Мальдос спросил:

— Вы ведь тот советник, что учил короля говорить по-северному?

Туземец сорвал с тяжелой ветки виноградину. Он некоторое время изучал свое отражение в блестящей кожуре.

— Так он упоминал обо мне.

Советник произнес это без удовольствия, а потом обратил внимание на пальцы юноши, сорвавшие виноград вслед за ним.

— Откуда вы знаете наш язык? — поинтересовался Мальдос.

— Выучил, — лаконично ответил туземец.

Его голова слегка наклонилась, наблюдая за тем, как Мальдос подносит ко рту ягоду.

— А вы откуда знаете наш? — произнес советник прежде чем юноша успел полакомиться.

Мальдос замер, как кролик при виде хищника, и уставился на туземца. Потом юноша ответил:

— Я его не знаю.

— Правда?

Мальдос кивнул и добавил:

— У него самое нелепое произношение из тех, что я слышал. Вообще ничего не разобрать.

Юноше показалось, что уголок губ туземца дернулся. «Ну и скользкий тип…» — с досадой подумал Мальдос.

Юноша посмотрел на толпу и увидел, как с лица на лицо перебегает волнение. Туземец сидел с прямой спиной, невозмутимый как камень. «Они его сильно боятся, — сделал вывод Мальдос. — Но почему?» Переводчик вновь скользнул глазами по наряду советника и заметил, что его украшает крупная жемчужина.

— Что это висит у вас на шее? — спросил юноша.

Туземец вовсе не смутился вопросом. Он подхватил ладонью крупный жемчуг и выставил его напоказ Мальдосу.

— Это? — переспросил советник.

— Да, — Мальдос кивнул.

— Вещь, которую местные почитают за драгоценность. Ее достают из реки.

— Неправда.

Туземец задумчиво посмотрел на юношу.

— Господину переводчику не следует бросаться рубящими фразами, — наставительно произнес он. — С чего вы взяли, что я вас обманываю?

Советник говорил спокойно и вежливо, отчего Мальдос внезапно почувствовал вину, привыкнув к манере речи Смиттса. Молодой человек чуть пригладил ворсинки ковра, чтобы сбить смущение, и ответил:

— Я нырял в эту реку и ничего не увидел.

Туземец глянул на виноградину, которую беззаботно перекатывал пальцами, и сказал:

— Не из этой реки.

Мальдос не поверил ему, однако возразить было нечем.

В этот момент к ним подбежал слуга. Он низко поклонился советнику, после чего что-то прошептал ему на ухо. Советник взмахнул рукой, отчего рукав его одеяния изящно воспарил, и произнес что-то на их языке. Мальдос отвел глаза в сторону.

Через некоторое время советнику поднесли деревянные таблички и кисть с чернилами. Мальдос наблюдал, как рука туземца ловко выводит очертания знакомых ему букв.

— А куда делись люди, приходившие сюда из-за Северной Горы?

Туземец приподнял брови, как будто в удивлении.

— С чего вы взяли, что сюда кто-то приходил?

Мальдос решил его поддеть и высокопарно ответил:

— Поскольку господин советник так хорошо знаком с языком Севера, то либо вы были у нас, либо мы — у вас. Вы пересекали Великие Горы?— Они все умерли. — Не стал дальше спорить туземец. — Переход через горы — довольно изматывающий процесс.

Он вывел последний штрих, и слуга подхватил таблички с ковра, поспешно удалившись.

— Еще какие-нибудь вопросы? — спросил советник, поднимая голову на юношу.

Мальдос помялся, однако ведь туземец сам спрашивает его о подобном. Лучшего приглашения он не дождется, а другие люди в этом городе вряд ли смогут с ним поговорить. Юноша решил наплевать на приличия, которые подсказывали, что советник вовсе не хотел продолжать разговор, а, наоборот, намекал на то, что пора бы его заканчивать, и спросил:

— Почему у торгового города так мало охраны?

Мальдосу пришлось подождать, пока туземец посверлит его пристальным взглядом, а потом советник сказал:

— Ему и не нужно много охраны.

Он прикрыл глаза, а Мальдос, опешив от такого ответа, замолчал. Туземец воспользовался его замешательством, чтобы сменить тему:

— Господин переводчик уже довольно долго здесь сидит. Неужели ему не приходит в голову, что, быть может, это не его место?

Конечно же, Мальдос давно догадался, что случайно сел на ковер, который принадлежал советнику. Именно поэтому это место пустовало, прежде чем переводчик его заметил. Однако юноше вовсе не хотелось вставать, прерывать диалог и учтиво извиняться, как того явно ждал его собеседник, поэтому он предпочел молчать.

— Я сел на ковер, который пустовал — только и всего.

— Верно, вас никто и не предупредил, что сюда обычно не сажают гостей, однако, раз уж вы догадались, что невольно нарушили правила, то нужно было извиниться.

— С чего вы взяли, что я догадался? — Мальдос наклонил голову и отвел взгляд в сторону.

Советник немного помолчал, а потом произнес:

— А зачем бы вам было так поспешно задавать вопросы?

— Ха!

Мальдос усмехнулся, однако его голос не был лишен горечи:

— Это я делаю и без того, чтобы отвлечь чье-то внимание.

Советник чуть приподнял брови. Он бросил взгляд на короля: правитель башни все еще говорил с капитаном северных людей. Советник еле заметно вздохнул, а потом подумал: «Ну, надо же мне как-то убивать время».

— Вы хотели знать, почему нашему городу не нужна охрана? — переспросил он у Мальдоса.

Юноша переполошился. Неужели этот человек ответит на его вопрос? Мальдос слегка кивнул и сказал:

— Верно.

— Тогда смотрите.

Туземец приподнял кисть и рассек воздух указательным пальцем. В то же мгновение ягода, которую все еще держал в руках Мальдос, лопнула. Виноградный сок брызнул юноше на лицо, отчего он зажмурился.

— Можно было просто сказать, что вы одаренный. Зачем же переводить виноград? — Мальдос развел и свел вместе липкие пальцы.

Пока юноша вытирал нос тканью, разложенной на коврах вместо салфеток, советник произнес:

— Во-первых, это нелепая ягода, — советник в очередной раз перекатил между пальцами свою виноградину. — А во-вторых, у меня нет подобных сил. Я вовсе не «одаренный», как вы выразились, а самый обычный человек.

Мальдос на мгновение замер.

— Не шутите со мной.

— Я не шучу.

Юноша подскочил и вцепился в плечи советника. У переводчика в глазах заплясали любопытные искры, а губы, обычно ровные и малоподвижные, изогнулись от восторга.

— Тогда как! Как вы это сделали? — едва ли не кричал Мальдос.

Туземец пошатнулся. Из его руки выскочила ягода и покатилась по полу. Он косо взглянул на плечо и увидел, как ткань там запачкалась липким фиолетовым соком. Впервые за вечер с лица советника сползла доброжелательная улыбка. Он серьезно посмотрел на переводчика, и в его голосе засквозило недовольство:

— Господина переводчика, видимо, не учили, что распускать руки — это признак дурных манер?

Мальдоса будто окатило холодной водой. Юноша тут же отпрянул, поднимая руки вверх и тараторя что-то наподобие: «Извините». Но про себя он довольно отметил пятно в виде отпечатков пальцев на одежде советника и подумал: «А брызгать на других людей соком — признак хороших манер?»

Время от времени наступали моменты, когда Мальдос понимал Смиттса и Гарри. Сейчас ему хотелось самого себя избить розгами и закопать поглубже под землю, однако вороватые руки переводчика уже стащили с шеи советника загадочный жемчуг и поглаживали его пальцами за спиной. Юноша сглотнул и почувствовал, как по шее пробежал холодок. Мальдос попытался предугадать: человек напротив потеряет свой хладнокровный вид, когда поймет, что сделал юноша, или же советник до конца останется невозмутимым?

Однако, пути назад не было. Переводчик не мог столь же умело возвращать украденное, как и добывать его. Мальдос постарался прогнать страх, который испытывал впервые при воровстве. Обычно он продумывал, как поступить дальше, но сейчас оставалось лишь натянуть невинное выражение на лицо и открыто вывести из-за спины руку.

— Так вы использовали вот это?

Мальдос молился, чтобы его в ту же секунду не убили на месте. Глаза советника слегка расширились, когда увидели украшение, а рука невольно потянулась к шее. Обнаружив, что там ничего нет, туземец искренне удивился.