Вернувшись домой, старец Цзинь велел Цзинь Ханьняо пройти в его кабинет.
─ Дедушка, ты что-то хотел? ─ войдя в комнату, озадаченно спросила девушка.
Старец не стал отвечать сразу, лишь жестом предложив внучке присесть.
Когда Цзинь Ханьняо села, старик некоторое время молча разглядывал ее своими поблекшими, но все еще пронзительными глазами: ─ Яояо, сегодня в полицейском участке ты соврала! ─
─ Дедушка, да как… как я могла соврать, я н-ничего такого… ─ голос девушки мгновенно сорвался на фальцет, а глаза замигали, наотрез отказываясь встречаться с дедом взглядом.
Старец Цзинь тяжело вздохнул и мягко произнес: ─ Я вырастил тебя и знаю твой характер лучше кого бы то ни было. Разве мог я не заметить, когда ты лжешь? ─
Поняв, что ее обман полностью раскрыт, Цзинь Ханьняо опустила голову, закусила губу и ушла в глухую оборону из молчания.
Старик не стал подгонять ее или давить – он просто терпеливо ждал, пока внучка заговорит сама.
Прошло немало времени, прежде чем Цзинь Ханьняо едва заметно кивнула: ─ Я действительно солгала в полиции. На самом деле… я видела лицо того человека.
Выдержав паузу, она виновато добавила: ─ Но он спас мне жизнь, и я не могу отплатить за добро черной неблагодарностью и предать его! Надеюсь, дедушка поймет меня! ─
Старец Цзинь слегка кивнул и с отцовским напутствием в голосе произнес: ─ То, что ты держишь слово и помнишь добро, делает тебе честь, и я понимаю твое решение. Но я должен со всей серьезностью предупредить тебя: тот человек, что спас тебя… сделал он это случайно или же преследовал какую-то скрытую цель? ─
─ Наша семья Цзинь – влиятельный клан не только в Улине, но и во всей провинции Ханнань. Наш бизнес охватывает множество сфер, у нас немало друзей, но хватает и врагов. Бдительность никогда не бывает лишней! ─
─ Ты умна, но всё же молода, твоего жизненного опыта маловато, и тебя легко обвести вокруг пальца. ─ В конце концов на лице старика проступила глубокая тревога.
─ Я поняла, дедушка! ─ кивнула Цзинь Ханьняо.
─ Ты сегодня пережила сильнейший стресс и устала. Ступай к себе, отдохни. ─ Старец Цзинь махнул рукой.
Оставшись один, старик набрал номер, и вскоре в кабинет вошел мужчина средних лет спортивного телосложения, с аккуратной стрижкой ежиком и легкой щетиной на лице.
─ Старейшина Цзинь. ─
Подойдя ближе, мужчина почтительно склонил голову.
─ Начиная с завтрашнего дня выдели людей охранять безопасность Яояо. Кроме того, выясни тайком, кем был тот человек, что расправился с бандитами и спас мою внучку! ─ отдал приказ старец Цзинь.
Мужчина кивнул: ─ Будьте спокойны, старейшина, я гарантирую выполнение вашей задачи. ─ После чего осведомился: ─ У вас есть еще поручения? ─
─ На сегодня всё! ─ бросил старик, взмахнув рукой.
Мужчина коротко кивнул и вышел из комнаты.
…………
Вернувшись в свою комнату, Цзинь Ханьняо погрузилась в тяжелые раздумья: неужели тот таинственный мужчина действительно имеет на нее какие-то виды, как и утверждал дедушка?
Однако, перебрав бесчисленное множество вариантов, она отмела их все.
Цзян Хао оказался у похитителей случайно – его приволокли лишь для того, чтобы запугать ее и семью Цзинь, после чего он просто был вынужден убить бандитов, защищаясь.
Будь это частью какого-то заговора, уровень случайности и масштаб пожертвований выглядели бы слишком нереалистично.
Но самое главное – после спасения он просто взмахнул рукавом и исчез, не оставив о себе никаких вестей и не потребовав никакой награды. Разве это не странно?
А что если это была долгосрочная игра с расчетом на крупную рыбу?
Но обладай он столь чудовищной силой, и будь он врагом семьи Цзинь, те давно уже были бы стерты с лица земли без необходимости плести столь изощренные интриги.
Леденящая мощь Цзян Хао по-прежнему жила в памяти девушки, отказываясь рассеиваться.
………………
Покинув автосервис и возвращаясь в особняк семьи Фэн, Цзян Хао обнаружил, что на часах уже почти одиннадцать вечера. Такое время получилось лишь благодаря тому, что на безлюдных участках без камер он прибегнул к технике легкого шага под названием Шаг Теневого Полета.
Шаг Теневого Полета был базовой техникой передвижения, переданной ему учителем. Стоило пустить ее в ход, как бегун становился быстр, как тень; именно ее он использовал во время расправы над бандитами.
В движении его скорость не уступала гепарду, мчащемуся на пределе возможностей.
Теперь же, когда он наполовину переступил порог Преобразования, в его даньтяне зародилась истинная цзи, усилившая технику и сделавшая его передвижение еще более пугающим.
Подойдя к воротам виллы семьи Фэн, Цзян Хао достал ключ и отпер дверь.
Внутри ярко горел свет. За исключением Фэн Июнь и Фэн Цзытун, все остальные члены семьи не ложились спать и собрались в гостиной на семейный совет.
Фэн Июнь съехала из дома и поселилась в отеле после того, как разругалась с отцом, силой расторгнувшим ее помолвку с семьей Вань вопреки ее воле.
Что до Фэн Цзытун, то она жила в университетском общежитии и возвращалась домой обычно лишь по выходным.
Благодаря развитым сверх меры органам чувств, Цзян Хао еще до входа в дом отчетливо слышал доносившиеся изнутри голоса.
Это сборище меньше всего походило на семейный совет – скорее, на партийный трибунал.
И мишенью для критики выступал вовсе не кто иной, как Фэн Ваньмин.
Впрочем, сам Фэн Ваньмин особо не препирался с родными.
Он прекрасно понимал, что, пойдя наперекор всему ради данной клятвы и насильно расторгнув помолвку дочери, он крепко насолил клану Вань, так что перед домашними он действительно был виноват.
─ Дедушка, вы только взгляните, этот Цзян Хао вообще ставит нашу семью во грош? Явился только вчера, а заявляется домой за полночь! Кто знает, чем он там занимался на стороне? ─
Завидев вошедшего в прихожую Цзян Хао, Фэн Хаомин словно нашел удобную грушу для битья, выплеснув на парня всю накопившуюся злобу, которую не смел выместить на собственном отце.
Если вчера он видел в Цзян Хао лишь обычного альфонса, пристроившегося к богатой кормушке, то сегодня тот превратился в его заклятого врага.
Мать шепнула ему на ушко, что дед с отцом твердо решили сделать Цзян Хао зятем, принятым в семью.
Если бы его сестра вышла замуж за представителя клана Вань, те по своей мощи превосходили Фэн. После такого союза деловая империя их семьи сделала бы колоссальный шаг вперед.
Теперь же всё шло прахом, да вдобавок нарисовался этот никчемный прихлебатель, претендующий кусок семейного пирога. Как тут не беситься?
Ли Юэмэй, завидев вошедшего Цзян Хао, холодно зыркнула на него, не проронив ни звука, после чего демонстративно поднялась и ушла к себе в комнату.
Это был одновременно и демарш против мужа, и психологическое давление на парня.
Цзян Хао не вышел из себя и не стал устраивать перепалку. Бестрастно глядя на Фэн Хаомина, он процедил: ─ В семейном кодексе Фэн прописан точный комендантский час? ─
Фэн Хаомин уже раскрыл рот, чтобы осадить наглеца, как вдруг вмешался Фэн Ваньмин: ─ Хватит! Теперь Хао-цзы – член нашей семьи, и тебе запрещено разговаривать с ним в таком тоне! ─
─ Отец, этот тип напросился к нам зятем исключительно ради дармовой кормежки, так разве он не должен вести себя тихо и послушно, отрабатывая роль пай-мальчика? ─ Фэн Хаомин ткнул в Цзян Хао пальцем, распаляясь все сильнее: ─ Поглядите на него! Какой он на хрен зять? Со стороны глянешь – подумаешь, что это сам хозяин дома пожаловал. ─
─ Зверьё! ─ оборвал его Фэн Ваньмин. ─ Хао-цзы старше тебя на несколько лет, и пускай вы еще не сыграли свадьбу с твоей сестрой, ты обязан называть его старшим братом, а не тыкать нагло по имени! Ты напрочь забыл все правила приличия дома Фэн! ─
Фэн Хаомин и без того едва сдерживал кипевший внутри котел. Получив такую отповедь от отца, он окончательно сорвался. Вскинув палец на Цзян Хао, он заорал на главу семьи, которого всегда так боялся и уважал: ─ Да чем он вообще заслужил звание моего зятя? Ни образования, ни связей, голытьба! Рядом с братом Чжимином он выглядит как светлячок, пытающийся тягаться с луной! ─
─ И ты думаешь, что сможешь защитить его? Семья Вань стала посмешищем на весь Улин благодаря нам, думаешь, они спустят это на тормозах? А брат Чжимин? Ты забыл, кто приходится ему названным отцом? Тот самый лорд Лэй, владыка местного криминального мира! Если Чжимин пойдет на поклон к лорду Лэю, думаешь, тот откажется отомстить за сына? ─
Услышав слова сына о том, что названным отцом Вань Чжимина является сам лорд Лэй, Фэн Ваньмин невольно содрогнулся.
Каждому коренному жителю Улина было знакомо это имя – лорд Лэй, бессменный король теневой сферы города.
Человек жестокий и беспринципный, обладающий тьмой подпольных бизнесов и армией шестерок. Всякий, кто переходил ему дорогу, в лучшем случае оставался калекой, а в худщем – исчезал с концов.
Лэй – это было лишь уличное прозвище, а звали его Лэй Юдэ, и на тот момент ему исполнилось пятьдесят. В юности он несколько лет постигал боевые искусства в Шаолине, а благодаря хитрому уму, отмороженной жестокости и поставленному удару всего за два десятка лет подмял под себя весь криминальный Улин.
─ Ты не врешь? Лорд Лэй и вправду названный отец Вань Чжимина? ─ прищурился Фэн Ваньмин.
─ Вроде бы слухи, но дыма без огня не бывает! ─ бросил Фэн Хаомин и, развернувшись, зашагал прочь. На ходу занеся ногу на ступеньку лестницы, он бросил на Цзян Хао сочувственный взгляд.
Заметив, что Цзян Хао по-прежнему молчит, Фэн Ваньмин решил, что угрозы сына смертельно напугали парня, и поспешил успокоить его: ─ Хао-цзы, не бери в голову! Даже если Хаомин прав, твой дядя Фэн постарается оградить тебя от любой опасности и волоска не позволит упасть с твоей головы. ─ Правда, под конец его голос заметно потерял былую уверенность.
От ножа исподтишка уберечься невозможно.
У него не было абсолютной гарантии, что он сумеет защитить Цзян Хао от возможных козней Лэй Юдэ.
─ В ближайшие дни постарайся не выходить по вечерам, а днем избегай безлюдных мест. Я постараюсь подыскать тебе телохранителя. ─
─ Дядя Фэн, спасибо за заботу, но телохранитель мне ни к чему. Лорд Лэй и прочие мне не страшны; если они вздумают сунуться ко мне, я заставлю их горько пожалеть об этом. ─ Голос Цзян Хао звучал ровно, но в этой ровности сквозила стальная острота.
─ Молодежь всегда склонна к юношескому максимализму, но всему есть предел. Если ты продолжишь бахвалиться в такое время, то быстро лишишься головы! ─ Старец Цзинь хотя и говорил сдержанно, но откровенно отчитывал парня.
─ И являться домой за полночь, как сегодня, больше не смей. ─
─ Старейшина Фэн, если констатацию фактов вы называете бахвальством, то мне больше нечего сказать. ─ Цзян Хао повернулся к Фэн Ваньмину: ─ Дядя Фэн, я пойду к себе. ─
Проводив взглядом удаляющуюся спину парня, Фэн Ваньмин покачал головой и тяжело вздохнул: ─ Этот парень вырос в глухой горной деревушке и совсем не знает, насколько жесток мир. Позже ему придется горько за это поплатиться. ─
─ Отец, я хочу извиниться перед вами за Хао-цзы. Парень молод, горделив, не принимайте близко к сердцу, ─ с виноватым видом произнес Фэн Ваньмин, обращаясь к отцу.
Старец Цзинь посмотрел в сторону третьего этажа, где располагалась комната Цзян Хао, и пробормотал: ─ Будем надеяться, что появление этого паренька в нашем доме не навлечет на семью Фэн смертельную беду. ─
Старик искренне пытался дать добрый совет, а Цзян Хао отмахнулся от него как от назойливой мухи – как тут было не рассердиться?