Гу Минъюэ приподняла бровь, с трудом сдерживая улыбку: ─ О? И что же это за «глубина»?
Малыш-главарь состроил взрослое, умудрённое опытом лицо и тяжело вздохнул:
─ Наш Зал «Мир приносит богатство» берёт таких тёртых калачей, от которых даже власти предпочитают держаться подальше. Без должной хватки там просто станешь кормом для акул.
─ Вижу, мордашка у тебя недурственная, так что я не буду тебя сильно пытать. Раз хочешь в нашу команду, придётся показать, на что ты способна.
Лысый детина тут же поддакнул:
─ Верно! Брат Лун прав! Девчонка, хочешь получить заказ – сперва пройди проверку у нашего брата Луна!
─ Брат Лун три года подряд держит звание лучшего ученика-вышибалы в нашем Зале, его тут все кличут «Янчжоуским вихрем»! Если ты и его не одолеешь, то вали-ка ты обратно, откуда пришла!
Гу Минъюэ посмотрела на этого мальца, ростом едва достающего ей до груди и всё ещё меняющего молочные зубы, и её губы едва заметно дёрнулись.
[Система: (дико ржёт) Ха-ха-ха-ха! Хозяйка, это и есть та самая «компания мечты», которую ты выбрала? Они прислали какого-то школьника, чтобы провести с тобой собеседование при приёме на работу!]
Гу Минъюэ вздохнула, небрежно бросила деревянную палку на землю, отряхнула руки и, поманив пальцем малыша, сказала:
─ Ладно, будь по-твоему. Давай быстро и без лишних церемоний. «Вихрь», значит? Ну-ну, давай, покажи, как ты дуешь.
─ Хм! Недооценивать противника – великая ошибка в бою! Сестрица, кулаки да ноги не знают пощады, не обессудь!
Взгляд мальчика мгновенно стал серьёзным, он вступил в боевую стойку. Резко отскочив на шаг назад, он принял боевую позицию и начал бормотать себе под нос, создавая звуковые эффекты:
─ Хэй! Ха! Смотри на мой приём – Несокрушимый Вихрь Невидимой Ноги!
И тут же этот малец сделал сальто назад, крайне неловкое, а затем, размахивая руками и ногами, с воплями бросился на Гу Минъюэ. Вид у него был довольно воинственный, смахивал он на разъярённого померанского шпица.
Окружающие здоровяки разразились одобрительными возгласами:
─ Брат Лун, красавчик! Задай ей перцу!
Столкнувшись с этим «сокрушительным» натиском, Гу Минъюэ осталась стоять на месте.
В тот самый миг, когда кулак мальчика уже готов был врезаться в её колено, она крайне небрежно протянула одну руку.
Раздался звонкий шлепок. Гу Минъюэ, словно котёнка за шкирку, ухватила мальчика за шиворот и, не глядя, подняла его в воздух.
─ А? Смотри, я сей… Эй? Эй? Эй??
Ноги мальчика мгновенно оторвались от земли. Он отчаянно забарахтался в воздухе, молотя руками и ногами, точно черепаха, пытающаяся грести, но как ни силился, не мог вырваться из железной хватки Гу Минъюэ.
─ От-пусти! Человек благородный скорее умрёт, чем потерпит позор! Это что за боевое искусство такое?!
Мальчик, покраснев в воздухе, заорал вне себя от ярости.
В процессе его отчаянной борьбы из карманов с грохотом посыпалось всё содержимое: два отполированных до блеска грецких ореха, рогатка, с десяток стеклянных шариков и скомканный наполовину исписанный листок с «Троесловием».
Повисла неловкая пауза.
Гу Минъюэ, продолжая одной рукой держать его на весу, с насмешкой спросила: ─ «Вихрь», а где же твой ветер?
Мальчик барахтался целых три секунды, осознав, что разница в силе между ними больше, чем между человеком и собакой. Его маска бывалого уличного главаря рассыпалась в прах.
─ Сестричка! Настоящая героиня! Бабушка! Я больше не буду!
Мальчик мгновенно сдулся, превратившись из одинокого волка в маленького щеночка. Он жалобно сложил ладошки в мольбе: ─ Отпусти меня скорее, воротник душит, а у меня сегодня ещё уроки в школе не сделаны! Если мама узнает, что я торчу в Зале вместо учёбы, она мне все ноги переломает!
Гу Минъюэ едва не рассмеялась. Она ослабила хватку и мягко опустила мальчика на землю.
Приземлившись, он кубарем покатился собирать свою рогатку и «Троесловие», затем стрелой метнулся и спрятался за спину лысого здоровяка. Высунув полголовы, он с дрожью в голосе закричал, указывая на Гу Минъюэ:
─ Дядя Лысый! Эта баба – не человек! Когда она схватила меня за шкирку, мне показалось, что на меня уставился медведь! Она мастер, величайший мастер!
Лысый детина и остальные с полтора десятка хулиганов тоже пребывали в полном ступоре.
Хотя брат Лун был всего лишь десятилетним ребёнком, на улице он всегда был юрким и скользким, его не могли поймать и трое взрослых.
А тут эта женщина разобралась с ним за один приём, да ещё и одной рукой подняла?
И при этом она даже не запыхалась, держа на весу ребёнка весом в несколько десятков цзиней. Этакая силища – просто уму непостижимо!
─ Кхм, кхм…
Лысый прокашлялся, убрал прежнее пренебрежение, и в его взгляде на Гу Минъюэ появилась толика уважения. ─ Это… многоуважаемая героиня, мы слегка оплошали. Ваше мастерство… действительно впечатляет.
Гу Минъюэ подошла к каменному столу, невозмутимо притянула к себе табурет, уселась и, взяв горсть семечек, принялась их щёлкать:
─ Тест пройден? Тогда, может, перейдём к делу?
Лысый здоровяк сглотнул, поспешно приблизился и, достав из-за пазухи толстую амбарную книгу, затараторил:
─ Принято, принято! Как вас величать, героиня? Вы даже не представляете, в какую переделку мы попали в последнее время!
Он открыл книгу, ткнул пальцем в густо исписанный красными именами список и, скривившись, продолжил:
─ В последнее время тамошние богатеи из восточной части города, как один, берут в долг и тут же испаряются. Или нанимают толпы воинов в охрану. Наши ребята сколько раз ходили – все возвращались с фингалами. Если эти безнадёжные долги не выбить, в следующем месяце нам всем придётся питаться одним ветром.
Гу Минъюэ выплюнула шелуху, и глаза её заблестели. Разве это не та самая законная возможность применить силу для выбивания долгов, о которой она мечтала?
─ Безнадёжные долги – это отлично. Я как раз такие и люблю. ─ Гу Минъюэ выхватила книгу, бегло просмотрела её. Сумма задолженностей, указанная там, составляла по меньшей мере несколько десятков тысяч лянов серебра.
Она встала, сунула книгу за пазуху и, по-хозяйски хлопнув лысого по плечу, заявила:
─ Считайте, что эта книга у меня. Передайте своему боссу, пусть готовит мешки под деньги. До захода солнца, самое позднее, все должники из этого списка выстроятся в очередь у ваших дверей, чтобы вернуть долг.
Лысого от её хлопка аж перекосило, он с изумлением вытаращил глаза:
─ В-все вернут? Героиня, это же такие крепкие орешки! Вон у богатея Ли из восточной части города больше двадцати наёмных рубак с мечами кормятся!
─ Двадцать? – Гу Минъюэ усмехнулась, вскинула на плечо свою палку и, не оборачиваясь, направилась к выходу, бросив на прощание крайне самоуверенную фразу. ─ Не хватит даже на разминку. Передайте этому богатею Ли, пусть готовит проценты, а за лечение пусть платит сам.
Провожая взглядом её непринуждённо удаляющуюся спину, хулиганы во дворе переглянулись.