[Вмешательство судьбы]
В тот миг, когда профессор Кан Гомсон закончил говорить, всё вокруг поглотила вспышка голубого света.
И в то же мгновение.
«Одновременно» — единственное слово, которым можно было это описать, крошечный осколок мгновения, столь мимолетный, что он едва ли существовал.
Меч профессора Кан Гомсона едва скользнул мимо моего тела, и я чудом — невероятным чудом — уклонился от Молниеносного удара.
[Использован навык «Вмешательство судьбы».]
[Действие «Вмешательства судьбы» исчерпано. Эффект угасает.]
— Ха... ха-а...
Это действительно было на грани жизни и смерти.
«Не активируй я заранее [Вмешательство судьбы] прямо перед тем, как профессор Кан Гомсон высвободил эту вспышку, я бы точно попал под удар. Без сомнений».
— Ч-что сейчас произошло?!
— Что это было?!
— Это же был Молниеносный удар профессора Кан Гомсона!
— К-как он уклонился от такого?..
— Должно быть, профессор Кан нарочно промахнулся.
— Да нет, как ни посмотри...
Студенты пребывали в глубоком шоке.
А стоявший позади меня профессор Кан Гомсон смотрел на меня так, словно физически боролся с желанием расхохотаться.
— Ты... ты... неужели ты только что уклонился от этого?..
«Да ради всего святого... Даже Идокса не сумел уклониться, так с чего он взял, что я смогу? Почему и учитель, и ученик настолько помешаны на битвах? Если бы не [Вмешательство судьбы], что бы со мной стало? Насколько же сильна эта способность? Каков же ты все-таки гений, Проклятый судьбой?!»
— Поистине поразительно...
Я обратился к профессору Кан Гомсону, который все еще пребывал в глубоком восхищении:
— Профессор, вы хоть понимаете, что меня только что едва не разрубило надвое?
Я хотел произвести на него хорошее впечатление, но всему же есть предел.
— Разве это сейчас важно?!
— Что?!
«Это... не важно?!»
— Нет ничего важнее того факта, что ты только что уклонился от моего Молниеносного удара! Это движение... его невозможно объяснить ничем, кроме врожденного таланта.
— С-спасибо.
Когда адреналин начал утихать, я задумался о том, каким, должно быть, выгляжу в глазах профессора Кан Гомсона прямо сейчас.
«Студент с выдающимся талантом — тот, кто уклонился от Молниеносного удара, которого не смог избежать даже его любимый ученик Идокса».
Именно так он меня и воспринимает, верно?
И это явно превосходило любые результаты, на которые я изначально рассчитывал.
— Не хочешь стать моим учеником? Я уверен в своей способности взращивать тех, кто обладает истинным талантом.
«Его учеником, значит».
По сути, он предлагал мне поступить на его кафедру фехтования после окончания Академии охотников. Простыми словами: приглашение в аспирантуру.
«Изыди, дьявол».
— Я подумаю над этим.
— Хорошо. Поразмысли над этим со всей серьезностью.
«Черта с два я буду».
Профессор Кан Гомсон улыбнулся и продолжил:
— Твой стиль владения мечом довольно необычен. Мне довелось знать технику меча, которая практически идентична ему. Похоже, у тебя был превосходный учитель, Сиу.
— Спасибо.
Профессор Кан Гомсон хвалил технику меча, которую сам же и разработал.
— Если подумать, ты говорил, что хочешь кое-что получить в случае победы в споре. Мне любопытно, что же это.
То, чего я хотел от профессора Кан Гомсона. Это ведь уже было решено, не так ли?
Сделав шаг к нему навстречу, я встретился с ним взглядом и произнес тихим голосом:
— Я хочу обучиться Молниеносному удару.
◇ ◇ ◇
— Эй, что, черт возьми, только что произошло?!
— Профессор Кан Гомсон проявляет такой интерес к студенту ранга E?
— Ты что, не видел? Он уклонился от Молниеносного удара профессора Кана!
— Я об этом и говорю — как такое вообще возможно?!
— Ты же буквально видел это собственными глазами, как ты можешь не верить?!
— Да потому что в подобное трудно поверить, сколько бы раз ты это ни увидел.
— На данный момент те «слухи» действительно могут оказаться правдой...
— Что за слухи?
В этот момент к ним, ухмыляясь, подошел один из студентов:
— Глупцы. Я всегда знал, что достойный человек способен как минимум на такое.
— Кто этот парень?
— Понятия не имею. Говорит, что он какой-то там рыцарь Нунетина.
— Идиот, не Нунетина, а Луанокса...
Разумеется, никто не обратил на него ни малейшего внимания.
Ким Сиу все еще не знал, что Луанокс положил на него глаз.
Большинство студентов все еще пытались осмыслить произошедшее на лекции профессора Кан Гомсона, будучи не в силах даже уловить полную картину.
Естественно, Квак Дупаль был среди них.
«Что он, черт возьми, такое...»
Профессор Кан Гомсон славился своим безошибочным чутьем на тех, кто обладал талантом к фехтованию. И это не ограничивалось простым признанием — он лично взращивал студентов, подававших исключительные надежды.
Иными словами, хорошие результаты на занятиях профессора Кан Гомсона означали получение звания перспективного мечника, подкрепленного реальным ростом сил. Именно поэтому на его лекциях царила столь ожесточенная конкуренция.
И Квак Дупаль ни на секунду не сомневался, что станет самым выдающимся студентом этого потока. Пока не появился Ким Сиу.
«Что этот ублюдок творит...»
Поначалу он списал его со счетов, посчитав выскочкой, который где-то прознал о его слабостях и теперь задирает нос. Подобных людей всегда хватало — парней, которые разузнавали о его уязвимых местах, воображали себя равными ему и лезли в драку. И каждый раз он расправлялся с ними одним и тем же способом.
Он предполагал, что Ким Сиу не станет исключением. Однако Ким Сиу оказался другим.
«Я даже не смог уследить за этим глазами...»
Молниеносный удар профессора Кан Гомсона — техника, за которой его собственные глаза не успевали. Это был коронный прием профессора, та самая техника, благодаря которой он вознесся на вершину мира фехтования. Это было не шуткой.
А Ким Сиу уклонился от нее так, словно в этом не было ничего особенного.
В глазах Квак Дупаля это движение не было тем, на что должен быть способен обычный студент. Теперь, когда он задумался об этом, все с самого начала шло наперекосяк.
Ходили слухи, что президент Инферно присматривает за ним. Слухи о том, что он является членом какой-то секретной организации. Циркулировали даже слухи, будто именно Ким Сиу внес наибольший вклад в уничтожение Панфагии.
«Если подумать, странно и то, что Кан Хваён записалась на занятия профессора Кан Гомсона... Она ведь совершенно не интересуется мечами».
Именно тогда кусочки пазла начали складываться воедино в разуме Квак Дупаля:
«Всё находится под контролем Ким Сиу?!»
Мысль о том, что его все это время водили за нос, заставила Квак Дупаля тяжело сглотнуть. Человек с такой силой имеет ранг Е3. Это могло означать лишь одно.
«Он проник в Академию, скрыв свою истинную силу...»
Обвели вокруг пальца не только его. Профессоров. Да что там — сама Академия оказалась у него на ладони. Стояла ли за этим Инферно или нечто еще более могущественное — он не мог даже предположить.
«Зачем кому-то вроде него... скрывать свою силу?»
И потому Квак Дупалю предстояло сделать выбор. Должен ли он поступить так, как делал всегда, — вбить Ким Сиу в землю и заставить его навсегда закрыть рот? Или же ему стоит начать пресмыкаться прямо сейчас, пока еще есть возможность?
Первый вариант уже не рассматривался. Попытка пойти против него лишь силами своих прихвостней закончилась бы для Квак Дупаля полным крахом.
«Погодите... зачем ему вообще утруждать себя посещением занятий профессора Кан Гомсона?.. Разве Ким Сиу может чему-то научиться на уроках профессора Кан Гомсона? Он ведь уже находится на том уровне, когда способен уклоняться от Молниеносного удара!»
И тогда он пришел к ошибочному выводу. Ким Сиу посылал ему предупреждение. Безмолвную угрозу, замаскированную под выбор.
В этот момент кто-то подошел к нему сзади и положил руку на плечо.
— К-кто здесь?!
— Да ладно тебе, расслабься. Это я.
Его правая рука, тот самый парень, который вечно таскался за ним следом.
Почувствовав легкое смущение из-за своей излишне бурной реакции, Квак Дупаль спросил:
— ...Что?
— Да ничего, просто... тот парень, о котором ты говорил, сегодня снова мозолил глаза. Нам все-таки стоит проучить его хотя бы разок...
Схватив его за воротник, Квак Дупаль резко рванул парня вверх:
— Ты из ума выжил?! Ты что, ситуации не понимаешь?!
— Ч-что? Что на тебя нашло?!
— Ха-а... ха-а...
Ким Сиу вовсе не стремился к этому, но страх перед ним прочно укоренился в разуме Квак Дупаля.
◇ ◇ ◇
И был еще кое-кто, кто наблюдал за Ким Сиу — по совершенно иной причине.
«Ким Сиу, что же ты такое...»
Она с самого начала подозревала, что здесь что-то не так. Почему ее отец, председатель Кан Ёнхо, уделял ему столько внимания.
Самая важная добродетель, которую председатель Кан Ёнхо всегда проповедовал для тех, кто стоит на вершине — сила. Простая логика охотников: последователи появляются лишь тогда, когда за твоей спиной стоит подавляющая мощь.
Именно по этой причине Кан Хваён загоняла себя до абсолютного предела. Чтобы заслужить признание отца. Чтобы ее покойная мать могла увидеть, как она возглавляет Инферно.
Она выжимала из себя все соки — в самом буквальном смысле. Чтобы не опозорить имя отца и честь матери. Она верила, что отточила каждую добродетель, которой должен обладать президент Инферно. И она была уверена, что именно ей суждено продолжить наследие Инферно.
Нет — это должна быть именно она. Это обязана быть сама Кан Хваён.
Но причина, по которой отец ни разу не упомянул при ней слово «преемник»... Кан Хваён поняла это только сейчас, лишь в этот миг.
«Это был ты».
◇ ◇ ◇
Когда лекция профессора Кан Гомсона закончилась и я вышел на улицу, меня уже поджидала Эрина Эснатия.
— Ого... взгляды, устремленные на Сиу, кажутся весьма свирепыми, уж точно.
— И не говори.
Я практически физически ощущал, как горит мой затылок. Да что я вообще такого сделал?
— А если серьезно, почему ты здесь?
— Что?! Я тут его ждала, и вот какова благодарность! Ты все такой же Ссип-Сиу, уж точно.
Корейский язык Эрины Эснатии поднялся еще на одну ступеньку.
— Рад за тебя!
— Это еще что такое?! Черт бы тебя побрал.
Стоило ей поймать мой взгляд, как она тут же замахнулась кулаком.
— Тебе не помешало бы вести себя чуточку женственнее.
— Да пошел ты, Сиу.
— Следи за языком...
В ответ она показала мне средний палец, не желая уступать ни единого слова.
— Так зачем ты пришла?
— Я говорю, давай поедим вместе.
Произнося это, она достала коробку с обедом.
— Ч-что?