В большом шатре на мгновение воцарилась тишина, а затем раздался взрыв хохота.
─ А еще думали, что он герой, а он обыкновенный трус!
─ Правитель целой страны, с чего он вдруг такой ничтожный и бесхребетный?
─ И то верно, в Срединной равнине есть поговорка: «Знающий обстоятельстa – благородный муж». Вот он и оказался благородным мужем.
Всевозможные насмешки и едкие словечки витали вокруг, но Чэнь Юань словно ничего не слышал.
Он по-прежнему прямо и неподвижно стоял на месте.
Такая поза поистине некоторых разозлила.
─ Тц! Правитель павшего государства, глупец, погубивший полмиллиона воинов, а все смеет тут хорохориться! Ваше Величество, позвольте мне, последнему генералу, снести ему голову!
Какой-то генерал внезапно бросился вперед, намереваясь срубить голову Чэнь Юаню.
Плюх…
На этот раз всё выглядело так, будто дело приняло серьезный оборот, и Чэнь Юань без малейших колебаний рухнул на колени.
─ Не… не убивайте меня, давайте поговорим по душам…
─ Такие, как ты, пока живут, лишь зря переводят еду!
─ Нет-нет-нет, я пригожусь, я еще пригожусь.
─ И на что же ты годен?
─ Я… я могу уговорить императорский двор сдаться, могу… помочь вам сокрушить любые преграды…
Едва Чэнь Юань договорил, как во рту у него внезапно возникло жгучее, саднящее ощущение.
С каких пор…?!
Эта боль была невероятно мучительной, и его губы на глазах у изумленных зрителей стремительно раздулись, превратившись в две сосиски.
Затем эта боль распространилась по всему телу, и Чэнь Юань почувствовал лишь, как земля закружилась перед глазами.
Мир погрузился во мьму, и он рухнул навзничь.
─ Мм?
Хэлянь Юньни нахмурилась, легко шагнула вперед и оказалась перед Чэнь Юанем.
─ Он не притворяется.
─ Плохо дело, он отравлен! Скорее спасайте его, этот человек чрезвычайно важен для нас!
Весь большой шатер мгновенно погрузился в хаос.
Шедшие со свитой императорские лекари в суете и панике принялись за лечение.
Эта внезапная сцена лишила всех дар речи.
─ Что… что с ним такое?
─ Судя по тому, что он нес, даже небеса не смогли этого выслушать и наказали его рот.
─ О, верно. Чтобы из уст правителя целой державы вылетало подобное – просто непостижимо.
─ Хватит.
Хэлянь Юньни взмахом руки пресекла разговоры.
─ Расходитесь. Как только армия завершит празднества, немедленно двинемся на юг.
От города Шуанму до столичных земель Даяня – всего триста километров.
Легкая конница во время внезапного набега способна добраться до вражеских стен за сутки с небольшим.
Даже при обычном марше с обозами на это уйдет не больше пяти-шести дней.
─ Хэлянь Сюн, ты поведешь пять тысяч всадников, станете авангардом.
─ Жители Срединной равнины чтут церемонии прежде оружия, так что ты непременно должен быстро достичь столицы Даяня, явить величие нашего государя и принудить их явиться на переговоры.
─ Остальные – каждый на своем посту: держите в узде подчиненные войска, распределяйте провиант, готовьтесь к осаде в любой момент!
─ Пусть лазутчики докладывают каждый час, доставляя мне сведения из Даяня.
С каждым приказом императрицы мощь Бэймана, окрыленного великой победой, удваивалась.
…
─ Молодой господин, вы…
Су Жолань не могла взять в толк, почему ее яд не возымел ни малейшего действия.
Противник по-прежнему был полон сил и энергии.
Раз так… разве не получалось, что она и товар потеряла, и себя опозорила?
Ради этого покушения она даже отдала свое тело!
И при этом стерпела столько унизительных издевательств!
Как же такое могло случиться?
Она ломала голову, но не находила ответа.
И Чэнь Шао действительно не чувствовал ни малейших признаков недомогания.
Заметив, что уже смеркается, он решительно подтянул штаны.
Одеваясь на ходу, он расточал бурные похвалы.
─ Не зря ты главная куртизанка – действительно умеешь обращаться с мужчинами! Под каким ты номером? В следующий раз снова приду к тебе.
─ Какой еще номер… – прошептала та.
Су Жолань в очередной раз убедилась, что с противником всё в порядке, и ей захотелось умереть.
Задание провалено…
─ Как тебя зовут? Впрочем, неважно.
Чэнь Шао бросил взгляд на не до конца прикрытую шелковым одеялом грудь женщины.
─ По этому признаку запомнить легче, чем по имени.
Он покачал головой и уже собирался толкнуть дверь.
─ Стой.
Су Жолань окликнула его.
Она все еще не оставляла надежды.
─ Послушай, неужели ты вообще ничего не чувствуешь?
─ Ощущения были весьма неплохие.
─ Нет, я говорю о дурных предчувствиях…
Чэнь Шао задумался: ─ Разве что немного. Сейчас ноги слегка ватные, в голове пустота, и никаких мирских желаний – это считается?
Чтоб тебя разорвало, состояние «после оргазма»! – мысленно взвыла Су Жолань.
Она со злости дернула шелковое одеяло, накрылась с головой и принялась яростно размышлять, на каком именно этапе их задание потерпело крах.
Ведь все шло как по маслу.
…
Сгустились сумерки.
Оба направились в сторону Чжаоюя Северной управы.
─ Ваше Величество, вы ведь только выбрались наружу и сразу же – в бордель?
─ Она не просила денег, так что не считается.
Чэнь Шао небрежно отмахнулся и, охваченный тревогами, произнес:
─ Старик Вэй, этот Ван Чжэн заперт в Чжаоюе, должно быть, он преступник из преступников, охрана там наверняка жесточайшая. Как нам пробраться внутрь незаметно?
─ Ваше Величество.
Евнух Вэй покачал головой. ─ Раб скажет то, чего говорить не следовало бы, но вы несколько переоцениваете нынешних стражей из Цзиньивэй.
─ Что ты имеешь в виду?
─ Нынешняя Цзиньивэй почти целиком состоит из мажоров и тех уличных хулиганов, что купили должности за деньги.
─ Они ищут выгоду и пекутся лишь о собственной безопасности, идут против воли Сына Неба, ставят золото превыше всего и используют государственные должности в личных целях, а дела ведут и наживаются на взятках без всяких преткновений!
─ Стоит дать достаточно денег – и можно увидеться с кем угодно.
─ Спешить поживиться взятками и не спешить чинить расправу – вот каково их нынешнее положение дел.
Брови Чэнь Шао сошлись на переносице.
У него была и еще одна цель для этой вылазки – посмотреть, удастся ли склонить Цзиньивэй на свою сторону.
Теперь у него тоже водились кое-какие богатства.
Но если всё обстоит так, как говорит евнух Вэй, то на этих людей действительно нельзя положиться, их нельзя использовать, с ними невозможно иметь дело!
Цзиньивэй – личная гвардия Сына Неба, ведавшая сыском, облавами и надзором за чиновниками всех мастей, – был самым острым клинком в руках императора.
Но судя по словам евнуха Вэя, этот клинок, похоже, уже сломался.
…
Нынче стоял август, ночной ветерок веял опьяняющей прохладой, лаская лица теплом.
Однако на сердце у Чэнь Шао сделалось холодно.
Министры узурпируют власть, вдовствующая императрица мутит воду в государстве, а Цзиньивэй прогнила до мозга костей.
Удельные князья на местах обладают собственной силой и казначействами, сами собирают налоги, но подчиняются лишь приказам о сборах, а не призывам ко двору.
Железная конница Бэймана хищно зыркает окрест, готовая в любой момент двинуться на юг и схватить дракона.
Просто предзнаменование гибели государства!
Каждый из этих ярлыков абсурднее предыдущего – как вообще здесь можно победить?!
Спасать или не спасать страну – дело десятое, ему бы собственную шкуру сперва сберечь.
Спустя время, равное горению двух ароматических палочек, оба уже появились в самом глубоком подземелье Чжаоюя.
Точь-в-точь как и говорил евнух Вэй – всё решалось какими-то десятью лянами серебра.
Чэнь Шао, опустив голову, проследовал по коридору мимо суровой охраны и наконец вошел к тому сверхглавному евнуху.
Ван Чжэну!
Тот сжался в углу, растрепанный, с грязно-седыми волосами, свалявшимися прядями закрывавшими лицо.
Он тупо смотрел на стену.
Услышав позади шорох, он лишь равнодушно бросил:
─ Пришли отправить этого старика в последний путь?
Чэнь Шао не спешил открывать рот, лишь прищурился – над головой Ван Чжэна всплыла табличка с характеристиками.
[Имя: Ван Чжэн]
[Сила: 58, Внутренняя политика: 20, Интеллект: 86, Амбиции: 118]
[Статус: Полное отчаяние, ждет смерти…]
Потрясающе!
Чэнь Шао чувствовал, что этот мир окончательно сошел с ума.
Во всем Даяне показатели внутреннего управления у каждого хуже прежнего, зато амбиции у каждого выше крыши!
У простого евнуха амбиции взлетели до 118 – чего он вообще задумал?!
Впрочем, амбиции – это даже хорошо.
С теми, у кого есть запросы, проще вести дела.
─ Ван Чжэн! ─ внезапно рявкнул Чэнь Шао.